Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Ettra]

ГРУППА УБИВАЕТ ЛИРИУМНУЮ ДРАКОНИЦУ!

ГРУППА ПОЛУЧАЕТ 1 ОЧКО ОПЫТА!

[Ettra]

Пещера дракона

 

- Убили, - выдохнула Тавила, едва не падая на землю из-за изнеможения.

Гул, зов, крик и песня красного лириума все еще стояли в ушах. Даже после того, как лапы дракона подкосились и она упала на землю, Тавила слышала как красный минерал ее притягивает. Она едва не поддалась на это зов, едва не подчинилась ему, лишь бы песня не смолкала. Но каждый раз отгоняла все звуки и сосредотачивалась на битве. Удар, защита, удар. Ритм помогал не сбиться и не поддаться, занимал мысли и помог выжить. 

Алая, сверкающая от лириума кровь дракона разливалась по полу, заполняя все щели-вены в раздробленном от сотен ударов камне. Она текла медленно и густо, прикасаясь к тем, что в бою упал от ран. Регина, Лилиан, Лорус... Они лежали без движения, с закрытыми глазами, а выпавшее из рук оружие купалось в крови.

Римат, бледный, дрожащий, но сосредоточенный, подхватил целительницу и понес прочь от крови. Если лириум попадет в раны, то подпишет смертный приговор, оттянутый лишь временем. Осторожно уложив Регину на свободный от красных камней участок, Римат поднял Лилиан. Лорусом занялась Тавила. Первым делом надо убрать их из драконьей крови, а потом заниматься ранами. 

- Уф... У меня нет аптечек, кто-то помогите им, - попросил Римат, утирая пот со лба тыльной стороной руки. - И надо уходить. Эта песня, этот лириум. Он... надо уйти.

Парень показал себя в бою неплохо и здорово измотался. Тавила видела, скольких сил ему стоит призвать сияющий меч и видела, как трудно Римату его удержать. После каждого удара он тух и распадался словно рябь от брошенного в воду камня, через мгновение появляясь вновь. Но главное - Римат не боялся и не жалел себя. 

- У меня тоже нет, - покачала головой Тавила и присела на камень рядом с ранеными.

С этого положения она заметила то, что не видела раньше. За телом дракона, до этого скрытая крыльями, была маленькая пещера, озаряемая мягким золотистым сиянием. В бою всем было не до осмотра местности, но сейчас она могла заглянуть в тоннель.

Весь пол маленькой пещерки оказался усыпан золотом, камнями. Где-то выглядывали рукоятки мечей или кинжалов прямо из сияющей кучи драгоценностей, поваленные кое-как сундуки, почти засыпанные монетами. Откуда все это тут? Возможно хранилище гномов, которое облюбовал дракон? Вполне - одна из стен не просто кусок базальта, а ровная кладка, по которой идет золотистая кайма. Тавила не рассчитывала, что отряд получит какую-то награду за бой, главное было убить дракона и объединиться с Шен, Риматом и Баратасом. Но раз сам Камень привел их в сокровищницу, то будет разумно взять хотя бы часть. 

- Эй, посмотрите тут... золото, - позвала Тавила.

 

От каждого игрока требуется бросок 1d5 на тип награды

[Junay]

Пещера дракона

 

Дэйган  держался на ногах только силой воли. Такого боя он не припоминал, со времен... Э, да вообще не припоминал.

- Мы... победили? - прошептал он, не веря. Но, похоже, это было правдой. Дракон мертв.

 

- Эй, посмотрите тут... золото, - позвала Тавила.

 

- Дракон тут имел заначку? Интересно... Глянем. - Дэйган пошел к сокровищнице. - И что у нас тут имеется?

 

+ Клинки "Укус змеи" (+1 к урону; пассивно - применение ядов к оружию, в т.ч. и способностью, имеет пониженный на 2 порог)

Изменено 24 июня, 2015 пользователем Aloija

[Perfect Stranger]

Пещера дракона

 

Шен не стала рваться в сокровищницу, для начала использовав аптечку из сумки Лоруса, чтобы привести его в чувства, а затем проделав то же самое с Лилиан. Регину она оставила на кого-то другого. Лишь закончив с лечением, косситка устало выпрямилась и заглянула в пещеру, где Дэйган уже примерял найденные кинжалы.

- Тут что-то полезное? карта, которая приведет нас к выходу? - поинтересовалась магесса, усмехнувшись. Она была вся в крови, не своей, а тех, кого успела вылечить. - Не стоит тут задерживаться. Лириум... он повсюду. Не только в драконе. Это опасно...

 

(осмотр)

 

+ Кольцо Потустороннего (+2 к маг. урону)

[Ettra]

Пещера дракона

 

- Да уж... - Тавила кончиком меча раскидывала в сторону золото, пытаясь отыскать что нибудь полезнее. Может быть новую броню? Старая истрепалась и здорово помялась от когтей дракона. На нагруднике большие вмятины, больно сдавливающие грудь, наплечник держится на честном слове. 

- О, смотри, на этих клинках специальные желобки для яда! - воскликнул Римат, глядя на находку Дэйгана. Он тоже копался в золоте, зайдя прямо в центр кучи. В сторону летели какие-то тряпки, монеты, камни, а у ног паря лежала неплохая куча того, что ему приглянулось.

Тавила и Римат

 

Ничего!

Изменено 24 июня, 2015 пользователем Aloija

[Kykuy]

Пещера дракона

 

- У меня тоже нет аптечек..., - дрожащим и немного растерянным голосом сообщил Баратас. Тщётно пытаясь справиться с нахлынувшим после боя головокружением, он изо всех сил вцепился в посох, а затем бессильно опустился на другой камень рядом, тяжело дыша. Сколько времени они уже на Тропах? Сколько времени отряд уже не отдыхал по-нормальному? А ведь он ещё несколько часов брёл один по тоннелю. Наверное, если бы коссит попытался сразиться с Каменным Духом, он бы не протянул в бою и нескольких минут. А так он полностью отдал все свои силы и заклинания. Да что там - каждый из "Алых Драконов" только что сражался на пределе сил.

Он  вдруг почувствовал что-то горячее с металлическим привкусом на губах. Поднёс руку, отёрся - так и есть - кровь. Организм не выдержал магического и физического перенапряжения, и из обеих ноздрей Баратаса текли тонкие карминовые струйки.

" Слишком много чародейства без передыху... От такого вроде как и умереть можно. ", - мрачно подумал Баратас, раз за разом оттирая кровь. - " Интересно, это только я такой слабенький, или другие маги тоже себя так чувствуют? "

 

- Эй, посмотрите тут... золото, - позвала Тавила.

- Да тут, кажется, драгметалла столько, сколько мы все весим, вместе взятые, - пробормотал маг, поднявшись, - Жаль, что мы не сможем унести всё.

 

Поиск награды

 

+ Кушак крепости (+25 ХП)

Изменено 24 июня, 2015 пользователем Aloija

[Элесар]

Пещера дракона

 

- А в следующий раз, когда мы пойдём "обратно", мы найдём Золотой Город, - проворчал Феанор, глядя на мёртвого дракона. Интересно, что драконица у себя там хранила?

 

награда. На большее времени нет, да -_-

 

[Лакич]

Пещера

- Теперь вы понимаете, когда я прошу вести себя по тише? - через силу улыбнулась она остальным, подходя к группе.
- Пошлите отсюда?.. Я хочу... уйти отсюда, - пробормотала целительница, обняв себя за плечи - через минуту ее ладони засветились тусклым свечением.

На награду. Регина здорова.

 

+ 20 золотых

Изменено 24 июня, 2015 пользователем Aloija

[Spectre]

Пещера дракона

Лилиан не смогла спокойно пережить эту битвы и от полученных ран потеряла сознание еще до конца боя. Однако благодаря Шен она встала на ноги, хоть раны все равно давали о себе знать.

- Проклятье Создателя, как мы умудрились завалить такую монстрятину то вообще? - опираясь на ногу сказала Лилиан, немного вздохнув от боли, - после такого...вот черт, весь плащ заляпан в его крови, нужно его снять наверное.

"Странно, они еще оставили что-нибудь мне?" -проговорила про себя Лилиан.

 

+ Клинок "Пронзатель сердец" (+2 к урону; пассивно - игнорирует 2 защиты)

Изменено 24 июня, 2015 пользователем Aloija

[Kykuy]

Пещера дракона

 

Баратас нашёл весьма неплохой пояс, улучшающий жизненную энергию владельца, и тут же примерил его, но вскоре снял.

- Взгляните, весьма хороший пояс, позволяет владельцу стерпеть больше лишений и ударов, - усмехнулся он, - Думаю, он лучше подойдёт Шен с её самодеструктивными... способностями, или Регине, - коссит вопросительно взглянул на обеих женщин, - Или, может, Тавиле... А мне бы лучше что-нибудь для улучшения магического потенциала.

Маг слегка покачнулся - головокружение всё ещё давало о себе знать, а затем присел на камень.

[Junay]

Пещера дракона

 

- Хорошие кинжалы. Идеально подходят для ядов.  - Дэйган рассматривал свою добычу, взвешивая в руке. Другие наемники, похоже, тоже нашли себе достойную добычу. - Сколько здесь хороших вещей дракониха приберегла... И откуда у них такая страсть к сокровищам? Может, золото их греет?  Была у меня в детстве собака, так она усыновила сапог и никому его не отдавала. С драконами, пожалуй, та же история. 

- Если отдаешь пояс, то лучше Тавиле. Она в бою нас всех прикрывает. - пожал плечами Ашкаари.

[Spectre]

Первозданный тейг

- Отличный клинок, такой острый, тонкий, но сразу видно крепкий, - сказала Лилан, осматривая клинок, - отлично подходит для того, чтобы вонзить его в сердце незадачливого противника.

"Странно, а откуда у дракона такие вещи здесь хранятся? Она их коллекционирует что ли?" - спросила сама себя орлесианка, попутно снимая грязный кровавый плащ.

[Ettra]

Пещера дракона

 

- Или, может, Тавиле... А мне бы лучше что-нибудь для улучшения магического потенциала.

 

- Мне и так нормально, - покачала головой Тавила, пнув подвернувшийся под ногу золотой кубок. 

Римат, пытающийся сунуть в заполненную до верху сумку хоть что нибудь, подобрал отлетевший к нему кубок и критически осмотрел. 

- Ого, интересная штука. Надо бы... - парень опять склонился над сумкой и попытался отодвинуть книги так, чтобы внутри влез несчастный кубок. Он оказался слишком широк, чтобы протиснуться в небольшое пространство и Римат, тяжело вздохнув, откинул его прочь. С книгами расставаться он не хотел категорически. 

Его внимание привлекало много вещей: подсвечники с обломанными ножками, меч, в пол его роста, который парень с трудом поднял, сияющие золотые слитки, но все это неизменно отказывалось помещаться в сумку парня. С разочарованием он оттолкнул от себя кучу золота и выбрался из пещерки, так ничего и не забрав. 

- Ну это все, пошли дальше, - с некой детской обидой сказал Римат. - Давайте на ту сторону, откуда мы с Шен пришли. Я там дверь видел, наверняка она ведет дальше в тэйг и наверняка есть еще один выход из него. Не бывает так, что нет запасного черного выхода. Если главный - тот, откуда мы пришли, то черный ход обычно с другой стороны. Как-то так. 

- Если бы все было так на самом деле, - усмехнулась Тавила. - Твой "черный ход" может быть завален. Или просто отсутствовать. Может на этой стороне тоже есть что-то вроде выхода. 

[Kykuy]

Пещера дракона

 

- Мне и так нормально, - покачала головой Тавила, пнув подвернувшийся под ногу золотой кубок.

- Да? Точно? Ну... ладно, - Баратас вздохнул и повернулся к Шен и Регине. У Регины уже был свой пояс, поэтому оставалась только косситка.

- Я, если честно, не очень-то понимаю, что за магию ты применяешь и каким образом, но, кажется, она здорово бьёт по твоему здоровью во время битвы, поэтому вот, - маг достал только что найденный пояс и отдал его магессе, - С ним тебе будет полегче и ты будешь чувствовать себя увереннее.

 

Кушак крепости -> Шен

 

- Ну это все, пошли дальше, - с некой детской обидой сказал Римат. - Давайте на ту сторону, откуда мы с Шен пришли. Я там дверь видел, наверняка она ведет дальше в тэйг и наверняка есть еще один выход из него. Не бывает так, что нет запасного черного выхода. Если главный - тот, откуда мы пришли, то черный ход обычно с другой стороны. Как-то так.

- Может, сначала осмотримся, что ещё есть на этой стороне?, - повернулся к пареньку коссит, - Вообще, я бы предложил хорошенько отдохнуть, как только мы отойдём от красного лириума, потому что я, например, чувствую себя так, будто у меня кровь из ушей польётся, - пробормотал он, - Надеюсь, я единственный такой. И ещё - перед тем, как я нашёл вас с Шен, я встретил странное каменное существо в одном из проходов. Чтобы оно пропустило меня, понадобилось отдать ему всё золото. Я бы не прочь нанести ему ещё один визит. У него там тоже есть своя сокровищница, кстати.

[Junay]

Пещера дракона

 

- Может, сначала осмотримся, что ещё есть на этой стороне?, - повернулся к пареньку коссит

 

- Нужно уходить от лириума, как можно скорее. - сказал Дэйган. - Большой риск заразиться. Да и вообще, я не стал бы задерживаться в этом тейге. У нас почти закончились лечебные зелья, и если мы встретим еще кого-то типа этого дракона... То не выживем. 

Он устало прислонился к стене пещеры. Бой забрал все силы, и он с трудом стоял на ногах. Баратас, конечно, прав. Надо было отдохнуть. Но желательно, уже на поверхности. 

[Leo-ranger]

Пещера дракона

- Да мы станем героями, черт меня дери!- воскликнул Франциск, но тут же согнулся от боли - раны все же давали о себе знать.- Если нам, конечно, поверят. Жаль только трофей с дракона не возьмешь,- менестрель огляделся в поисках чего-нибудь еще, что дракон мог бы припрятать в своем убежище.

Награда
 

+ 20 золотых

Изменено 24 июня, 2015 пользователем Aloija

[Perfect Stranger]

Пещера Дракона

 

- Спасибо... это... неожиданно, - пробормотала удивленная Шен, но от подарка Баратаса отказываться не стала. Кто знает, может, он не такой уж и плохой, и она просто поспешила с выводами. Нацепив пояс на одеяния (он очень выгодно смотрелся - синее на серебристом всегда красиво), она устало вздохнула и кинула взгляд на Римата. В бою с драконом он едва не потерял сознание, но парень был куда крепче, чем кажется сначала. И мечом орудует весьма недурно, не хуже Лоруса или Тавилы. - Давайте вернемся, Баратас прав. Здесь плохое место. Хуже даже, чем в лаборатории... - она снова покачнулась и ухватилась за стену. К счастью, не напоровшись на торчащий из нее осколок лириума. Туша дракона через пару дней полностью превратится в лириум, и тогда... нет, лучше не представлять себе.

[Кайра]

Пещера  Дракона

 

Больше  я не ходок на глубинные тропы. Красный лириум драконы  и прочие  не для барда, хотя у него  накопилось столько материала для баладн, но надо унести, что - то материально.

 

Он начал поиск

 

+20 голды

[Ettra]

Пещера Дракона - Первозданный Тейг - Контрольная комната

 

- Давайте вернемся, Баратас прав. Здесь плохое место. Хуже даже, чем в лаборатории...

 

- Отдохнем, перед тем, как двинуться дальше, - согласилась Тавила. Пещера с лириумом ей тоже не нравилась и хотелось побыстрее убраться назад, в тейг. 

По мере пути краснота постепенно уходила со стен, как сползает старая краска с одежды. Песнь лирума становилась все тише и Тавила с удивлением поняла, на сколько легко и пусто вдруг стало в голове. Словно она проснулась после долгого сна с чувством свежести и бодрости. Только боль в мышцах не давала забыть о битве и красном драконе. Но все осталось позади.

Прежде чем отряд успел разбить лагерь, Феанор увлек всех в один из проходов. Возможно, он выведет наверх и тогда не придется задерживаться в тейге, где в опасной близости находится красный лириум.

К сожалению, ожидания не оправдались и отряд очутился в небольшой комнатке, где судя по всему были древние гномьи механизмы. Тавила не знала их назначения и не очень хотела узнавать, но все таки решила осмотреться. Все выглядело мертвым и потухшим, будто тут нет самого важного элемента, который вдыхает жизнь в машину. Еще одна дверь была заперта, а рычаг заклинило намертво. 

- Интересно, зачем все это? Я читал про механизмы гномов, но это выглядит сложнее и интереснее. Как оно работает? И зачем? Оно вообще может работать спустя столько лет? - Римат сыпал вопросами в пустоту и ходил вдоль чего-то похожего на панель. 

 

Можно осмотреться

Изменено 24 июня, 2015 пользователем Aloija

[Spectre]

Контрольная комната

- Очень интересная комната, столько разных механизмов, - с этими словами Лилиан начала ходить то тут, то там, разглядывая комнату, - странно, для чего использовали эту комнату в прошлом? Надо бы здесь задержаться и исследовать местность.

осмотр +1

 

Неудача!

Изменено 24 июня, 2015 пользователем Aloija

[Junay]

Контрольная комната

 

- Странно. Напоминает лаборатории в Браннворте. - пробормотал Дэйган. - Осторожнее, если осматриваете, ничего руками не трогайте. Гномские механизмы - вещь опасная. 

"Надеюсь, мы не запустим случайно Стража, роясь в этой комнате!" - подумал он, осматриваясь.

 

(осмотр)

 

Неудача!

Изменено 24 июня, 2015 пользователем Aloija

[Leo-ranger]

Контрольная комната

Франциск, в отличие от остальных, предпочел хранить молчание и обследовал комнату с осторожным интересом.

Осмотр
 

Неудача!

Изменено 24 июня, 2015 пользователем Aloija

[Кайра]

Контрольная  комната

 

- Чем быстрее  мы  покинем - это место, тем лучше сказал эльф.  Правда  мешочек с деньгами переместился  в  один из многочисленных карманов, но если кто бы спросил, то он  вообще не хотел видеть  место и не ходить на тропы, но увы поиски магистра завели их  практически в ловушку.

 

- Я посмотрю  может, что увижу

 

Осмотр

 

Неудача!

Изменено 24 июня, 2015 пользователем Aloija

[Ettra]

Контрольная комната

 

- Это двигается? Интересно, - бормотал Римат, открывая все до чего дотягивались его руки. - Обычно, гномские механизмы открывают двери. Или активируют ловушки. Или стражей, как в той гробнице. Интересно, что будет если все это включить?

Тавилу немного беспокоило то, что парень может ненароком активировать ловушку, потом она отпихнула его в сторону, когда он открыл очередную панель. 

- Плохо будет. От ловушек в тейгах погибло много гномов.

 

Осмотр Тавила, Римат (+1)

[Kykuy]

Контрольная комната

 

" Торжественно обещаю, что не спущусь больше на Глубинные Тропы, если только у меня не будет основательно гореть задница и за мной не будет погони в виде отряда арварадов с поводками и иглами для зашивания рта... ", - подумал Баратас, когда журчание красного лириума в голове прекратилось.

- Знаете что? Эти гномы - безумные гении, - сказал коссит остальным, когда группа оказалась в комнате с мудрёными механизмами

 

Осмотр(+1 от соцабилки)