Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Perfect Stranger]

Тюрьма

 

Мимо патруля удалось проскочить достаточно легко, и Асмодеус приблизился к сторожке. Первая дверь, ведущая в нечто вроде предбанника, была открыта, и в комнатушке перед складом сидел одинокий сторож, заполняя какие-то бумаги на столе. Пока что он эльфа не видел, но проскользнуть мимо него под светом ярких факелов будет невозможно. Придется как-то нейтрализовать его, пока не подоспели еще стражники. Дверь за ним казалась массивной, такую не сломаешь. Однако ключ от нее должен быть где-то неподалеку...

 

Варианты действий:

-уйти к черному ходу

-оглушить сторожа - бросок 1d10 (применить любой аналогичный оглушению навык)

[Junay]

Дом Витура

 

- Аведий, он с вами? Где мой сын?

 

- Сожалею, мессир. - Дэйган достал кольцо с изображением совы и протянул магистру. - Но слишком много времени прошло. Мы пришли слишком поздно. Примите наши соболезнования. 

Мужчина едва сдержал вздох - он понимал, как это: отцу  услышать такие вести, но... Другого ответа у них просто не было. Слишком поздно...

[Supreme Overlord Malekith]

Тюрьма

 

Асмодеус не остался с другим выбором кроме как оглушить препятсвтие на своем пути, в конце концов это лучше чем убить его и посему он решил попыться сзади его оглушить а если не удастья попытается убить его.

 

Оглушение

 

Неудача!

[Кайра]

Дом Витура

 

 

Дом магистра   выглядел еще   хуже,  чем тогда,  было видно,хозяина уже мало заботили мирские   проблемы.   Войдя  в комнату он  на минутку подумал, что магистр умер, а  рабы этого и не заметил

 

- Аведий, он с вами? Где мой сын?

 

Могущественный магистр   Тевентерский  Империи,- теперь напоминал иссохшую мумию, только дух еще  жил в практически мертвом теле.   Только надежда увидеть сына  все еще поддерживала  его, но  теперь  они пришли, чтобы ее разрушить.

[Kykuy]

Дом Витура

 

" Ого, а ведь неплохая такая обстановочка... Хотя и не из лучших, конечно. Потеря отпрыска, кажись, сильно ударила по нашему магистру, и он даже перестал заботиться о своём доме. Да уж... ", - подумал про себя Баратас. Ещё он подумал про то, что неплохо бы стырить пару кубков, но тут же пресёк эту мысль. От своих разбойничих привычек надо было избавляться. Сразу, разумеется, не получится, но хотя бы постепенно... И всё же, стянуть какой-нибудь кубок было бы вполне неплохо. Если бы не обстоятельства, с которыми они пришли к магистру.

 

- Сожалею, мессир. - Дэйган достал кольцо с изображением совы и протянул магистру. - Но слишком много времени прошло. Мы пришли слишком поздно. Примите наши соболезнования.

- Три месяца на Глубинных Тропах не протянул бы никто... Мы сами едва оттуда выбрались, - добавил коссит. - Простите.

[Spectre]

Дом Витура

"Проклятье Создателя, вот до чего может довести человека томное ожидание родной плоти и крови, а теперь после ужасной новости он вообще опустит голову и возможно умрет через пару дней" - сказала про себя Лилиан, стоя в далеке, чтобы не давить на уже и так ослабевшего магистра своей маской.

[Perfect Stranger]

Тюрьма - Рынок рабов

 

- ПРЕСТУПНИК НА СВОБОДЕ! - оглашая коридоры воплями, сторож выбежал из своей комнатушки прежде, чем эльф успел хоть что-нибудь предпринять. Вскоре по каменному полу застучали железные сапоги патрульных, и вломившись в сторожку, они обнаружили того самого мага, которого только что посадили за грабеж.

- Сбегаем? - фыркнул один из них, и кивнув остальным, достал веревку. - Этот - опасный. Посадим его обратно в камеру и подождем выкупа?

- Ну уж нет, - ответил другой, пока остальные занимались тем, что как следует связывали буйного заключенного. - Предлагаю сразу сплавить. Может, для арены сгодится. Держать его здесь - только тратить ресурсы и время.

- Ладно, я принесу ящик с его вещами. Думаю, там что-то ценное внутри, может, удастся завысить стоимость.

Кажется, эльф понял, что с ним собирались сделать, и похолодел. Те трое, что схватили его, повели наверх, а не обратно в камеру, а четвертый нес сундучок, где лежали некоторые из его вещей, что можно было продать. Только рабов продавали вместе с их пожитками, и именно эта судьба грозила сейчас Асмодеусу. Ирония, в самом деле.

До рынка его довели за полчаса, и вручили связанного мага в руки одного из тех продавцов, что занимались опасными зверями и рабами-гладиаторами.

- Сделаю все в лучшем виде, - пообещал работорговец, придирчиво осматривая новый товар.

[Ettra]

Дом Витура

 

- Но слишком много времени прошло. Мы пришли слишком поздно. Примите наши соболезнования.

 

Витур некоторое время изучал кольцо на своей ладони, будто не видя его вовсе, а потом закрыл глаза и потянул руку к бокалу, что стоял рядом на подносе. Пальцы неуверенно обхватили ножку, но мужчина был слишком слаб и потрясен, чтобы удержать бокал в руке. Он накренился, проливая зеленоватое содержимое на плед, в который кутался маг, а потом выпал с жалобным звяканьем разлетевшись на осколки. 

- Господин Витур! - эльфийка, все это время, караулившая у дверей, подлетела к магистру и с нежностью взяла его за руку. Большие глаза девушки наполнялись влагой, она переживала смерть Аведия не меньше, чем его отец. - Лучше... уйдите, ему нужен покой. Вам дадут деньги.

Тавила коротко кивнула и вышла из комнаты. Последнее, что она заметила, как эльфийка пытается напоить Витура все той же зеленоватой жидкостью, но уже из другого бокала. 

- Жалко его... - Римат выглядел пристыженным и печальным. Видно жалел, что проявил неуважение своим растрепанным видом. 

Они в молчании спустились вниз, где с мешочком в руках их встретил мужчина - единственный оставшийся у Витура охранник.

- Вот, мне распорядились отдать вам деньги после экспедиции. Ав не выжил, да? - спросил он, хотя по глазам было понятно, что ответ он и так знает. 

- Три месяца на Тропах. Нет, - ответила Тавила, забирая деньги. Больше в том доме она находится не хотела.

 

+ 50 золотых
+ 5 репутации

[Элесар]

Трактир - > Конюшни

 

- Ага, удачно сходить. Деньги не забудьте отдать главное, - ответил вслед остальным наймитам Феанор, вставая со своего места. Было ощущение, что они больше ничем, кроме как работой заниматься не могут и не хотят. Их право, эльф поймал себя на мысли, что судьба членов отряда волнует его с каждым днём всё меньше. Забавно, что произошло это после того, как он изнурял себя тренировками на Победе... интересными путями идёт судьба.

Мужчина забрал несколько кусков мяса под неодобрительным взором Думата и пошёл в конюшню, где держал своего питомца Бодарт.

- Ну что, проголодался, ящерица? Или тебя покормили, чтобы ты тут всё к демонам не заморозил? - ласково поинтересовался у своего нового друга Мерилин. Тот мотнул головой и обдал ледяным дыханием стену рядом с остроухим. Правда, от того, чтобы принять угощение, это его не остановило.

- Класс. Чувствую мы станем лучшими друзьями.

- Порртовая...

- Я понял тебя, Думат, не продолжай. И не нарывайся

[Perfect Stranger]

Дом Витура - Минратос

 

Выйдя на свежий воздух, Шен вздохнула и посмотрела на горизонт, где у портового района тучей собирались чайки на свой вечерний промысел. Денег у нее было немного, но пока что хватит, да и чего ей вообще желать? Все, что нужно, у нее уже было. Украшения, одежда, а главное - друзья. Их она не смогла бы купить ни за какие деньги. Подумав о том, стоит ли прямо сейчас идти к другому магистру, она осмотрелась и попыталась понять, в какую сторону двигаться.

- Может, прогуляемся? - предложила она, взглянув на тех, кто отправился с ней к Витуру. - Или пойдем сразу к Селестию?

Она не рвалась снова, только отдохнув от Троп, браться за новую работу. И не факт еще, что она окажется легче предыдущего задания. У них был один вечер и одна ночь на то, чтобы как следует отдохнуть и с новыми силами идти на следующую миссию, а потому Шен втайне надеялась, что сегодня еще успеет поплавать в море.

[Junay]

Дом Витура - Минратос. 

 

- Жалко его... - Римат выглядел пристыженным и печальным.

 

- Старик, скорее всего, долго не протянет. - покачал головой Дэйган. - Не смотря на то, что он осознавал такой вариант, это тяжелый удар. Быть может, появись мы раньше на пару месяцев, и парня бы можно было спасти, но...

 

- Или пойдем сразу к Селестию?

 

- Давайте посмотрим, что нужно Селестию. Быть может, он нам такое заданьице выдаст, что только на одну подготовку уйдет несколько недель. - Дэйган не любил откладывать дела в долгий ящик. Неопределенность хуже всего.

[Spectre]

Минратос

- Может, прогуляемся? - предложила она, взглянув на тех, кто отправился с ней к Витуру. - Или пойдем сразу к Селестию?

- Наверное стоит пойти вначале к этому магистру и узнать чего он хочет, а потом, как и сказал Дейган, можно подготовится, - ответила Лилиан, все еще шокированная до чего может опуститься человек, - а то кто знает, может задание этого Селестия будет легче предыдущего.

"Да кого я обманываю, небось поход по Глубинным тропам окажется сказкой по сравнению со следующим заданием" - всплыло в голове у Лилиан.

[Кайра]

Дом Витура - Минратос.

 

Может, прогуляемся? - предложила она, взглянув на тех, кто отправился с ней к Витуру. - Или пойдем сразу к Селестию?

Она не рвалась снова, только отдохнув от Троп, браться за новую работу. И не факт еще, что она окажется легче предыдущего задания. У них был один вечер и одна ночь на то, чтобы как следует отдохнуть и с новыми силами идти на следующую миссию, а потому Шен втайне надеялась, что сегодня еще успеет поплавать в море.

 

 

- Я  за, то, чтобы прогуляться  два теветерских магистра  за один вечер слишком много.    - Да,  и все  же я приехал посмотреть на красоты Минратоуса, посмотреть выступление известных бардов.

 

- Даже  наемникам нужен  отдых  и хорошая выпивка.

[Ettra]

Минратос

 

- Или пойдем сразу к Селестию?

 

- Я бы сходила. Вроде дом рядом, - сказала Тавила, осматривая окрестности. 

В этом районе города сплошняком стояли поместья, подмигивая оранжевыми окнами, красуясь садиками и вычурностью фасада. Сразу видно, что живут тут высшие слои общества. Под вечер было тихо, но все же мимо проезжали экипажи, развозя хозяев поместий по домам. Сейчас самое время поговорить с магистром, днем он может отсутствовать. С лету за работу браться Тавила не планировала, но узнать в чем состоит задание и начать готовиться - да. 

- Да почему? Потом сходим, давайте гулять! Вон как красиво и свежо, море шумит, а на улицах тишина, нет гвалта и толпы. Самое время отдохнуть, вот не сидится вам на месте. Пошлет он нас куда нибудь в древний эльфийский храм и мы опять под землей на неделю застрянем, - с жаром возразил Римат. Стоять на месте долго он не мог, потому ходил туда-сюда, мельтеша перед глазами.

- Успеешь нагуляться. А Селестий может найти и других наемников.

Изменено 25 июня, 2015 пользователем Aloija

[Kykuy]

Минратос

 

- Даже  наемникам нужен  отдых  и хорошая выпивка.

- По-моему,  мы и так уже как следует нажрались и надрались, - покачал головой Баратас. Он уже открыл рот, чтобы пустить отрыжку, сдерживаемую всё время, которое они провели в доме Витура, но смог сдержаться и на этот раз, несколько раз глубоко вздохнув. - Можно и прогуляться. Можно и сразу идти к другому магистру. Где этот Селестий хоть живёт? Недалеко? Жаль, тогда не получится прогуляться как следует.

 

- Да почему? Потом сходим, давайте гулять! Вон как красиво и свежо, море шумит, а на улицах тишина, нет гвалта и толпы. Самое время отдохнуть, вот не сидится вам на месте. Пошлет он нас куда нибудь в древний эльфийский храм и мы опять под землей на неделю застрянем, - с жаром возразил Римат.

- Зато в эльфийском храме наверняка будет что-нибудь интересное, может быть, даже какие-нибудь древние надписи там, или что-то в этом роде, - коссит вдохнул свежий морской воздух и хмыкнул. Кажется, и вправду морской воздух успокаивает и улучшает настроение. - А так он наймёт кого-то другого и мы не успеем.

[Junay]

Минратос

 

- А так он наймёт кого-то другого и мы не успеем.

 

- Тоже вариант. Надо хотя бы застолбить задание за нами, пока он каких-то конкурентов не нанял. - кивнул Дэйган. - Ну а потом - погуляем, никто же нас не гонит галопом выполнять его дело. Тем более, деньги завелись, кто удачливый, может в казино сходить. Меня-то туда уже не заманишь!

Было видно, что ему крайне хочется разобраться с делом Селестия. 

Изменено 25 июня, 2015 пользователем Junay

[Ettra]

Минратос

 

- А так он наймёт кого-то другого и мы не успеем.

 

- Вот надо было тебе все испортить, а? - Римат беззлобно стукнул коссита в плечо и нахмурил брови. - Теперь я не хочу гулять. Точнее хочу, но что если там и правда эльфийский храм? Такое просто нельзя пропустить! Тогда пойдем к этому Селестию, но быстро! Или... или сходите вот Тавила и Дэйган, двоих ведь хватит? Я не слышал, чтобы к магистрам толпой ходили, когда был у Ионира. А я погуляю лучше, к морю схожу.

- Вариант, - кивнула Тавила. Она видела, как хочется Римату просто погулять. Видно Ионир его так контролировал, что парень не мог позволить себе праздное шатание по городу. 

[Кайра]

Минратоус

 

- Зато в эльфийском храме наверняка будет что-нибудь интересное, может быть, даже какие-нибудь древние надписи там, или что-то в этом роде, - коссит вдохнул свежий морской воздух и хмыкнул. Кажется, и вправду морской воздух успокаивает и улучшает настроение. - А так он наймёт кого-то другого и мы не успеем.

 

-  Только не говори Римату, а то он нас сам туда потащит  и не даст собрать вещи.

-  Ладно пойдем,  раз вы так боитесь конкурентов он  с  тоской посмотрел на огни, которые уже начали  зажигать в веселых кварталах   и на море.  -   Вот опять будет подземелье.

 

- Я эльф, а не гном, мой народ природу любит, песни под звездами, танцы во круг деревьев,  мы не гномы, чтобы   под землей жить

[Perfect Stranger]

Минратос - Поместье магистра Селестия

 

Шен сдалась. Римату не сиделось на месте, хотя он явно был с ней солидарен и согласился бы скорее пройтись по пляжу еще разок на закате, но остальные намеревались как можно быстрее начать новое дело. Оставалось только надеяться, что на этот раз их не зашлют куда-нибудь под землю. Косситка на это очень надеялась, потому что за те дни, что они провели на Тропах, у нее начала развиваться в дополнение к страху темноты и небольшая клаустрофобия.

Во главе с Тавилой и Дэйганом, которые были настроены наиболее решительно, группа двинулась к поместью, адрес которого был указан в записке. Добраться до него оказалось не так-то просто - они прошли почти весь район, пока не свернули на широкой проселочной дороге, увидев за поворотом большое поместье в классическом тевинтерском стиле. Выглядело оно, хоть и величественно, но потрепанно, так, словно его долгие годы никто не ремонтировал. Три этажа, чердак, островерхие крыши со шпилями и высокими стрельчатыми окнами не представляли из себя ничего выдающегося, но на одной из крыш развевался флаг с, по-видимому, гербом фамилии - книгой и мечом. На дверях же, окованных бронзой, был вырезан расправивший крылья дракон. Казалось, что этой двери, как и остальному поместью, больше многих сотен лет - новыми здесь выглядели только конюшня, домик для слуг и небольшая пристройка. За домом едва виднелся большой заросший пруд, в котором когда-то, наверное, плавали рыбы, но сейчас вода была подернута ряской и казалась затхлой и несвежей. Сад тоже выглядел запущенным. Сорная трава поросла на аккуратных когда-то клумбах с цветами, а апельсиновые деревья и акации разрослись так, что с трудом удерживались под весом собственных крон. Похоже, магистр не слишком заботился о том, чтобы его дом выглядел аккуратно. Все здесь дышало запустением и неким равнодушием, все было словно покрыто пылью. Тень былого величия и богатства - вот что приходило в первую очередь на ум при взгляде на поместье Селестиев.

У ворот высокого черного забора их встретил приземистый лысеющий мужчина, представившийся Лоренцо, и выяснив, что они пришли по приглашению, провел их к дверям. В саду они заметили одинокого старого эльфа, ухаживающего по мере сил за кустарником, но его одного явно не хватало, чтобы держать сад в благоприятном состоянии. У конюшни торчал длинный, как жердь, мальчишка, но без ошейника - не раб, слуга. Краем глаза они увидели и гигантскую, похожую на катафалк, уродливую черную карету, которую иногда примечали в городе. Но непохоже было, чтобы Маркус часто выходил из дома.

- Ожидайте. Я оповещу господина Селестия о вашем прибытии, - проворковал Лоренцо, и Шен вздрогнула. Ей не нравились эти масляные взгляды, которые он бросал на девушек в их отряде. Неприятный человек. Впрочем, ожидать долго им не пришлось - вскоре какая-то эльфийка с лицом, покрытым следами перенесенной оспы, и в ошейнике, проводила их в гостиную. Комната была завалена старой мебелью, а в углах просматривалась пыль и паутина, но длинная и широкая лестница, ведущая на второй этаж, была относительно чистой. Света тут тоже было мало, большинство канделябров потемнели и покрылись каплями застывшего воска и давно уже не горели.

Шен почему-то почувствовала себя неуютно.

 

[Кайра]

Минратос - Поместье магистра Селестия

 

-  А у него  точно есть деньги  спросил он остальных -  Что случилось  с магистрами, почему они  живут , как опустившиеся  дворяне, всегда думал, что они  едят с золотых блюд.

 

- Купцы   в Антиве ос тсыда померли принимая гостей  в таком ... он обвел глазами помощение .  - Лилиан и они мечтают завоевать Орлей, да у них сил  нет порядок дома навести нет

[Spectre]

Поместье магистра Селестия

- Лилиан и они мечтают завоевать Орлей, да у них сил  нет порядок дома навести нет

- Это верно, в Орлее так даже обедневшие дворяне не живут, но здесь видимо не ценится убранство, как и в Вольной Марке, - сказала Лилиан, осматривая поместье, - видимо работорговля влияет так.

[Kykuy]

Поместье Селестия

 

-  А у него  точно есть деньги  спросил он остальных -  Что случилось  с магистрами, почему они  живут , как опустившиеся  дворяне, всегда думал, что они  едят с золотых блюд.

- Ну, у Витура нашлись деньги, хотя у него всё выглядело ещё запущеннее, чем здесь. Почему бы и Селестия не нашлись?, - пожав плечами, ответил Баратас. " А если не найдутся - мы сами найдём. Хмм... ", - подумал он про себя. 

" Ничего странного. "Алые драконы", вроде как, не пользуются пока что особой славой. Вот и приглашают нас пока только не самые богатые магистры. Совсем не самые богатые. И не очень могущественные ".

- Хм, а здесь нету места, что бы присесть?, - мрачно спросил он, оглядываясь.

[Junay]

Поместье магистра Селестия

 

- Ожидайте. Я оповещу господина Селестия о вашем прибытии, - проворковал Лоренцо, и Шен вздрогнула.

 

- Да что с этими магистрами такое?- пробормотал себе под нос Дэйган. - Даже антивские торговцы живут богаче и ярче, чем они! Я уже не говорю о орлейских вельможах, у которых роскошь едва из ушей не лезет...  Это же склеп какой-то, а не дом! Как вообще здесь можно жить? Этому магистру не наемников искать, а самому бы податься в наемники не мешало. Демоны Тени, а есть ли у него деньги нам заплатить?

 

- Хм, а здесь нету места, что бы присесть?, - мрачно спросил он, оглядываясь.

 

- Осторожней, мебель тут, похоже, трухлявая. Как бы ее не развалить. - шепнул мужчина косситу.

Изменено 25 июня, 2015 пользователем Junay

[Ettra]

Поместье магистра Селестия

 

- Этот Селестий тоже умирает, потому не ухаживает за домом? - шепотом спросил Римат, пригладив волосы и расправив складки на одежде. 

На месте ему по-прежнему не сиделось. Он шествовал вдоль полок, ни чуть не стесняясь и водил пальцем по корешкам книг. Они были покрыты, казалось, вековым слоем пыли и паутины, что собиралась на руке парня. Он не обращал внимания. Подцепил одну из книг и с трудом вытянул ее из плотного ряда. Увидев обложку, Римат просиял и распахнул толстый том. Пожалуй, только он мог начать читать не отходя от полки, стоя. 

- Демоны его знают. Тут еще мрачнее, чем у Витура, - заметила Тавила. Место не производило на нее особого впечатления и не навевало жути, но прибывание тут растягивать не хотелось. От этой пыли нос чешется и глаза слезятся. Да и поздно уже, в чем-то Римат прав. Надо и отдохнуть как следует.

- У него тут столько книг, а он даже не трогает. Все пыльное. - Римат чихнул и с неким сожалением вернул книгу на место. Но вместо нее вытащил другую, поменьше.

Бордовая обложка с золотой каймой привлекла внимание Тавилы и она подошла к пареньку. "История Империи Тевинтер" - гласило тиснение на торце. Ничего интересного для Тавилы, но Римат выглядел так, будто нашел нечто бесценное.

- У Ионира есть такая. Точнее не точно такая, а похожая. Эта старая, расширенная. В новой половина фактов убрана или переделала, а тут все очень точно описано. Вот бы мне такую... Как думаешь, Селестий заметит, если она пропадет? Он все равно книги не трогает, - сказал Римат, поглаживая книгу по обложке. 

- Поставь на место! - Тавила вырвала книгу из рук парня и сама вернула ее на полку. Не хватало еще проблем из-за глупой книжонки.

- Ну... ладно, - вздохнул Римат. - Злые вы все.

Изменено 25 июня, 2015 пользователем Aloija

[Perfect Stranger]

Поместье магистра Селестия

 

- Не надо! - прошипела Шен, когда услышала обрывок разговора Тавилы и мага. К счастью, ей не пришлось самостоятельно вязать руки Римату, чтобы он не спер что-нибудь и не сорвал все задание. Через минуту послышались шаги, неровные, а еще какой-то звонкий стук, словно от подковы по брусчатке. Любопытная косситка повернула голову к двери, ведущей в боковой коридор первого этажа, как раз в тот момент, когда она медленно, со скрипом, открылась, и в полумраке гостиной возникла высокая фигура магистра.

Он не был похож на Витура. Или на кого-то еще из магистров, каких видали "Алые Драконы". На самом деле он и на мага был не особенно похож. Ему на вид было лет сорок, но выглядел он довольно моложаво, длинные каштановые волосы были аккуратно причесаны, а в глубоких голубых глазах блестел недюжинный и острый ум, чистый, незапятнанный жадностью или жаждой власти. Видимо, лет пятнадцать назад этот человек был красавцем и желанным холостяком для любой незамужней магессы Минратоса, да еще и знатного, древнего рода. Поговаривали, будто Селестии берут начало от того самого, первого Сновидца Селестия, который вроде бы являлся и первым Жрецом дракона Андорала, повелителя цепей. Впрочем, сейчас Маркус не был похож на наследника столь славного рода. Он был просто усталым, благородно выглядевшим человеком, потерявшим почти все свое богатство и величие. Одет он был в довольно простую темную одежду и плащ, а в руке у него была трость из черного дерева с набалдашником в виде драконьей головы, серебрящейся в свете канделябров. Именно она и стучала вместе с глухими звуками его шагов.

- Приветствую в своей обители, - магистр кивнул и прошествовал к креслу, стоявшему на небольшом возвышении рядом с высокими окнами, выходящими в сад. Пока он шел, Шен заметила, как он сильно припадает на правую ногу, но несмотря на это, мужчина все равно держался как-то величественно и прямо, словно это было выбито у него подкорке. Усевшись, он положил трость рядом на подставку и сложил руки на груди. - Я прикажу Чи принести вам вина, - хрипло произнес он. В зале с высокими потолками каждый звук умножался многократно, и тишина никогда не была гробовой, а голос, даже тихий, был слышен в каждом углу.