World of Darkness: Vampire. Красная Хартия

[Фолси]

 

 

Спойлер

Марибор, Собор Иоанна Крестителя, 1:12 a.m.

 

Плотная тишина давила на перепонки, заполняя своей пустотой алтарное помещение. Цветастые витражи, которые играли бликами весь день, теперь померкли и укрылись в складках тени, словно погружённые в беспечный сон. Пустые ряды длинных скамеек тоже затопила тьма. Облитые позолотой ангелы гордо трубили о Его возвращении, в то время как сам Творец с укоризной взирал на одинокую фигуру, стоящую у алтаря. 

 

Сначала могло показаться, что мужчина искренне молится. Глаза плотно закрыты, ладони сложены, губы усердно шепчут невесомые слова. Мольба столь истовая, что время от времени голова чуть вздрагивает от напряжения, и витой локон каштановых волос падает на левый глаз. Спустя несколько минут разговора с Богом (или с самим собой?), посетитель видимо обозлился, от чего глубокие морщины изрезали молодое, но очень бледное лицо паутиной хищных росчерков. 
 
- Прекрати! - раздался красивый, сильный голос, набатом разорвавший тишину внутри алтарной. Мужчина разомкнул ладони лодочкой, и между ними заплясал крохотный зелёный огонёк. - Уходи, оставь меня! 

Резкий взмах руками, словно гневная попытка плеснуть Ему в лицо водой - и все свечи алтарной вспыхнули, зарделись шипящим изумрудным пламенем. Чуткому уху могло показаться, что в этот миг тишину наполнили крики страшной боли и вой глубокого отчаяния. Сильно запахло серой. 
 
Инферналист медленно отвёл упавшую прядку со лба, с неким торжеством поднял голову, вздёрнув подбородок, и с вызовом упёр свой взгляд Ему в лицо. Вернее, в скорбный, хмурый лик. Зелёное пламя послушно отразилось в двух изумительных глазах: тёмно-карем правом и ярко-синем левом, не в силах исказить их цвет своим гнилостным оттенком. 
 
- Ты всегда был равнодушен к страданиям своих детей, - медленно процедил разноглазый, чувствуя, как затопившие пространство крики начинают звучать надрывней. - До сих пор не понимаю, почему они раньше не отвергли тебя. 

Горящим взглядом мужчина поочерёдно смерил каждую из статуй замерших ангелов. Но тут за спиной раздался едва различимый шорох. 
 
- И ты уже здесь. Очень хорошо, - с явным облегчением молвил колдун, опуская голову, словно от стыда. - Я нашёл их, Дилан.
 
Обманчиво расслабленно рассевшийся на скамье мужчина только иронично улыбнулся в ответ. Весь его облик говорил о небрежности, от не до конца затянутого галстука и полурасчесанных волос и до складок распахнутого плаща, сложенными крыльями ложившегося по бокам Дилана. Но внимательный взгляд сразу же отметил бы, насколько выверена эта нарочитая небрежность, до последней складки одежды и миллиметра кончиков волос. Качество и чистота ткани, покрой, даже ухоженность ногтей при прочем намеренном асоциальном виде неоспоримо говорили о приверженности мужчины к порядку, скрытому в кажущемся хаосе. "Совы не то, чем кажутся." Если бы у Дилана был девиз, то определенно именно такой.

- Иногда мне кажется, что кто-то наивно подшутил над бедным мясом, сказав, что мерзкие исчадия Ада и Тьмы не могут входить в святые места. Хотя... может само место не такое уж и святое?

Ирония в голосе мужчины резала не хуже его же клинков.

- Ты позвал и я пришел, - пожатие плечами было скорее намечено чуть шевельнувшимися мускулами, чем исполнено на самом деле. - Как и всегда.
 
- Не такое и святое.. - эхом откликнулся разноглазый, развернулся лицом к собеседнику и, сделав несколько уверенных шагов, сел рядом с ним. Немного чопорно выпрямил спину, словно высмеивая пафос окружающей мужчин дешёвой роскоши. - Либо наше дело ещё более правое, чем мы привыкли считать.
 
В этот момент приглушённые крики, что доносились откуда-то издалека, совсем затихли. А ровный, нагловатый в своём уверенном спокойствии пламень свечей заметно дрогнул. Колдун прикрыл глаза, наморщил лоб - ну точно человек, что борется с головокружением.

- Слишком тихо, - глухо отозвался разноглазый. - Тишина пугает. Возвращает меня к мыслям о том, что ждёт нас после окончательной смерти.
Он потёр глаза и устало откинулся на жёсткую спинку резной скамьи.

- Ритуал готов, откладывать больше нельзя. Если нам хватило сил, чтобы осквернить святое место, значит настала пора выходить из тени. - вампир снял с пальца массивную печатку с затейливым рисунком, изящно вырезанным прямо на поверхности. - Талисман поможет тебе отследить беглецов. Демоны Катрины помогут их поймать. Ступай.

Разноглазый медленно поднялся, пропуская бывшего охотника, и протянул ему кольцо. Которое было принято с непринужденной грацией смертоносного хищника, когда мужчина ухитрился одним плавным движением встать, поправить полы плаща, забрать с ладони кольцо и не забыть в процессе уважительно, но с достоинством, поклониться.
 
- Катрина, сколько лет, сколько зим, - с чудесно многозначной интонацией проговорил Дилан, и в его серых глазах мелькнули зеленые искорки. - Это будет...интересно.

Кивнув на прощание разноглазому мужчине, Дилан не глядя шагнул в тень и растворился в ней, словно сахар в крутом кипятке: мгновенно, беззвучно и без всякого видимого следа. Его враги редко видели свою смерть в лицо, обычно последним ощущением был убийственный холод его клинков или укус пламени, точно такого же зеленоватого оттенка, как и у его...наставника? Повелителя? Мастера? Наверное, все сразу. Определенным оставалось только одно - он выполнит указанное. Ибо совиные крылья страха лишь избранным дают право летать в час, когда придет время рвать ангелов на куски.
 
Колдун ещё немного постоял, без лишних слов прощаясь с соратником. Карий и синий глаза пытливо созерцали темноту, и вот клочья мрака наконец рванулись изо всех углов к одинокой фигуре. Опутали её темными тенетами, сжали, подмяли под себя. Но только лишь затем, чтобы в ужасе отпрянуть в стороны, когда из сетей вырвался крупный ворон с рыжими подпалинами. Птица пробила витраж и под его трагичный перезвон скрылась в ночном небе.

Начало положено. Время скрестить мечи. А позолоченные ангелы исходили кровавыми слезами, оплакивая чью-то участь.

Кроме бессмертия, они отличались еще и поглощенностью своими мыслями.
Каждый из них представлял собой отдельную силу –
ни о чем не спрашивая и не интересуясь природой собственного существования,
действуя вслепую и свирепо, они шли к исполнению своей воли.
И они проиграли.

Рано или поздно наступает момент, когда уже нельзя бежать. Ты просто это понимаешь. Чувствуешь, как разгорячённый беспокойством лоб наконец-то упирается в высокую, холодную стену. Остаётся лишь одно - развернуться и встретить свою судьбу.

Каким бы ловким и опасным зверем ты ни был, Алехандро Астурия, но охотников всегда было больше. Твоя территория, знание троп и скрытых нор всегда давали преимущество. Но грубая сила ломает самые отработанные схемы, тебе ли этого не знать, гангрел. Жестокая рука затягивает поводок всё туже, патрули частой сетью прочёсывают леса, неумолимо приближаясь к логову. И вот дюжина теней рассекает ночь, желая одного - твоей холодной крови.

Интересно, что чувствовали жертвы твоего безумного сира, Роберт Миллиган, когда он свежевал их заживо? Знание о том, что его намерения были исключительно благими, могло бы их утешить? А о чём думаешь ты, беглец, когда видишь в глазах окруживших тебя вампиров злое торжество? Они ведь тоже исполняют закон, их дело правое. Но легче от этого не станет, когда тебя когтями будут рвать на части.

Любое сражение вызывало у тебя улыбку, ассасин Аскар ибн Надим. Витэ поверженных кружило голову, помогало забыть о том, что ты всего лишь падальщик. Теперь смотри, как жадно блестят чужие мечи - эти вампиры явились за тобой, их много, честь принесена в жертву эффективности. Готов ли ты исполнить последний танец смерти, ассамит?

Лилиан Нова, прекрасный цветок среди смерти и запустения оставленных руин. Ты воровала тайны у мёртвых - возможно этим и навлекла на себя беду? Вот только гончие не собираются тебя отчитывать. Как не собираются они и отпускать тебя. Их слишком много, ты видишь голод в мерцающих глазах - избавление, окончательная смерть не для тебя. Нет. Потому что в твоих жилах течёт кровь редкого клана, и каждый высокопоставленный немёртвый захочет приобщиться к его тайнам.

Извилисты оказались тропы твои, Триша Стоун. Ты знаешь, как несправедлива может оказаться ночь к своим детям. Но кровавые охотники, окружившие твоё логово, также об этом знают. И поэтому не повернут назад. Только твоя смерть станет избавлением для тех, кто поклялся вечность служить жестокому, несправедливому закону. Ну что поделать, такова игра. Ты ведь игрок, ласомбра. Ты оценишь.

Что ты чувствовала, Крис, когда твой байк взорвался от хлестнувшей его молнии? Что бы ты почувствовала, хлестни такие молнии тебя? Разумеется, гончие подготовились. Привели магов, против которых скорость не поможет, а красота для них давно перестала что-то значить. Расцарапай им лицо, гневная фурия. За миг до того, как тебе перережут горло.

Твоя жестокость шокировала стадо, Блез Северин-де-Шатильон. Но тем, кто загонял тебя в угол год за годом, тоже ведома жестокость. Ведома сила, ведом безудержный напор. Твои охотники не знают только одного - пощады. Увы, это не слабость.

Ты обратилась к запретному, говорили они. Просто повод, чтобы открыть охоту и добыть желаемое, понимала ты. Но, возможно, стоило прислушаться к этим обвинениям, Ника Литрас? Возможно, стоило обратиться к иномировым истокам за отчаянно необходимой сейчас помощью? Поздно. Гончих слишком много, никакой темпорис их не сдержит. Скоро твои тайны вырвут у тебя, беглянка. Вырвут вместе с кровью.

"Для семьи Джованни вы одинаково полезны что живым, что мёртвым" - девиз твоего клана, Коул Тёрнер. Но тебя преследует не семья, и живым ты охотникам не нужен. Любопытство - страшный порок, за которой можно лишиться не только носа, но и головы. Не нужно слыть прозорливым, чтобы прочитать в лицах окруживших тебя колдунов приговор. Некромант ты или нет, но против дюжины тремеров бессильны даже духи. Капкан захлопнулся.

Вас выследили. Окружили. Некуда бежать. Настал черёд принять последний бой и окончательную смерть.

 

Спойлер

• Роберт Миллиган (Табаджи)
• Аскар ибн Надим (Leo-ranger)
• Лилиан Нова (Laion)
• Коул Тёрнер (Selena)
• Мирана Зорич (Verina)
• Матеуш (Кайра)
• Ярослав Лебовски (Mad Ness)
• Грегори Томбстоун (The_Last_Nomad)
• Дилан (погиб)
• Катрина (Дарт Фолс)
• Франческа Валенти (Verina)
• Дин Фортунато (Табаджи)
• Драгован Станич (Дарт Фолс)
• Рудольф Маркштайн (Richard Zeidler)
• Финнегэн О'Каллахан (Кайра)

 

• Валериус Майер, наставник (Постоянство, Тауматургия, Тёмная тауматургия)
• Шабаш, клан Ласомбра (Доминирование, Могущество, Власть над Тенью)
• Горгулья Ферокс
• Ламия Валерия Мессалина
• Сабрина (племя гару), наставник (Анимализм, Превращение, Стойкость)
• Турул
• Брат Войцех, наставник (Прорицание, Стойкость, Некромантия)
• Клан Тореадор (Стремительность, Прорицание, Присутствие)

 

 

Спойлер

      

         

[Фолси]

Раунд 2

 

Аскар вновь увеличил расстояние между собой и големом и мотнул головой в сторону Маммона Дилану, мол, добей его

 

Однако Дилан резко взмахнул клинком, стряхивая с лезвия чужую кровь (или то, что существу кровь заменяло). Ещё одно движение, и гладий убран в ножны. Инферналист вытянул обе руки вперёд и резко развёл их в стороны - в тот же миг порядком изрезанный Маммон развалился на куски вдоль своих глубоких ран. Дилан поморщился - грудь сильно сдавило, словно туда ввинчивался бур. Откат от чёрной магии.

 

ХП: 90-3=87, Витэ: 16

 

Маммон: 7-10=0

[Князь Вольтецкий]

Когда могучие охранники кардинала пали, Сирила сделала несколько шагов ближе к Галбрайт.
— Покажи свое истинное лицо, — грозно произнесла она, смотря ей в глаза.

[Фолси]

Из коридора донеслись звуки, подозрительно похожие на те, что издают бегущие и шумно паникующие люди. Похоже, что небольшая патасовка в аппартаментах кардинала привлекла внимание охранников отеля. Что же, это было ожидаемо. 

 

- Помоги мне задержать их! - крикнул ассамиту Дилан и подбежал к дверям. Захлопнув их, упёрся в створки спиной. Такой банальный трюк не остановит свиту самозванки, но даст архиепископу ещё немного времени. 

[OZYNOMANDIAS]

Когда могучие охранники кардинала пали, Сирила сделала несколько шагов ближе к Галбрайт.
— Покажи свое истинное лицо, — грозно произнесла она, смотря ей в глаза.

Галбрайт послушно опустила голову и скрестила руки на груди.
— Как... вам... будет... угодно.
Изящность линий тела оплавлялась, словно восковая свеча над костром Дьявола. Фигура менялась, словно под строгими одеждами шипел мелкий песок, засыпаемый теперь в иную форму. Волосы чернели и немного укорачивались, легкой челкой ложась на лицо женщины... Парня? О да, теперь вместо кардинала Галбрайт перед ними стоял хилый юноша с бледной, гладкой кожей, по лицу которого текли слезы.
— Не надо, умоляю вас, — захныкал он и тут же прижал ко рту ладонь. Соленые капли срывались с его острого подбородка и разбивались о пол.

[Князь Вольтецкий]

— Не надо, умоляю вас, — захныкал он и тут же прижал ко рту ладонь. Соленые капли срывались с его острого подбородка и разбивались о пол.

Цимисх. Отних говорят, как о жестоких вампирах и могучих войнах, но Сородич перед ней был просто жалок.
— Кто ты? И почему притворялся кардиналом? — Сирила скрестила руки на груди, ожидая ответа.

[Verina]

— Как... вам... будет... угодно.

 

"Ставлю золотой против пуговицы, что это - один из проклятого рода цимисхов! Интуиция меня не подвела!" - Мира торжествовала за своей портьерой, забыв про страх. Ненависть к породе Извергов, видимо, была у тремерки в крови, и эта кровь сейчас бурлила, требуя наказать обманщика.

 

Но радость была недолгой. Мира заметила, как бросились к двери Дилан и Аскар, пытаясь удержать рвущихся на помощь "кардиналу". Тревожный симптом. Женщина выскочила из своего убежища, и помчалась на помощь товарищам, решив прижать дверь посильнее с помощью телекинеза.

 

Витэ 8 - 2 = 6

[Leo-ranger]

- Вот ведь черт тебя дери!- Аскар бросился к двери и прижал её спиной. После он вытащил оба пакета, разорвал оба зубами и выпил одновременно. Если их ждет еще один бой - то стоит быть готовым.

 

2+2+2=6 витэ

[OZYNOMANDIAS]

Цимисх. Отних говорят, как о жестоких вампирах и могучих войнах, но Сородич перед ней был просто жалок.
— Кто ты? И почему притворялся кардиналом? — Сирила скрестила руки на груди, ожидая ответа.

— Я не... Пожалуйста, не отдавайте меня... — он лил ручьем слезы, судорожно пытаясь подобрать слова. — Кардинал умерла, умерла за секунду до того, как я нашел её. Ув-уверяю, я не знаю, кто сделал это, ведь я... Я просто нёс ей платья, хотел по-помочь с костюмом... Что мне еще было делать! — истерично вскричал он, беспомощно раскинув руки по бокам. — Они бы убили меня, если бы нашли рядом с кардиналом. Га-Галбрайт нельзя было вот так исчезнуть, нельзя было вот так просто... — он мотал головой, брызгая слезами. — А Сикорски мог исчезнуть. Испариться. Чтобы остаться в живых, я... Я должен был!
Он упал на колени и запрокинул голову. Затем, прижимая руки к груди, он вновь посмотрел на вампиров.
— Они бы... Они бы убили меня. Без суда, без следствия. Просто разорвали меня за то, что сделал кто-то другой. Просто разорвали меня, за то, что я... Не такой, как они...

[Князь Вольтецкий]

Он упал на колени и запрокинул голову. Затем, прижимая руки к груди, он вновь посмотрел на вампиров.
— Они бы... Они бы убили меня. Без суда, без следствия. Просто разорвали меня за то, что сделал кто-то другой. Просто разорвали меня, за то, что я... Не такой, как они...

— Ты прав, — безжалостно произнесла Сирила, — они так и сделают. Как только я сообщу Старейшинам. Что ты знаешь об исчезновениях тремеров? Отвечай, сейчас же.

[Фолси]

Отвечай, сейчас же.

 

К сожалению, в этот момент напор на дверь усилился. Створки распахнулись, расталкивая в стороны Аскара и Дилана. Миру спасло от удара лишь то, что она удерживала щит на расстоянии от входа. В покой кардинала ворвалось около дюжины вооружённых до зубов вампиров. Алые точки прицелов покрыли диверсантов, словно веснушки. Однако замешательство помешало телохранителям вступить в бой. Замешательство от того, что их кардинала нигде не было видно. Вместо чопорной Галбрайт на полу сидел, размазывая слёзы, щуплый парнишка. Рядом лежали изрубленные Аурига и Маммон. А прямо напротив вооружённых сородичей застыла архиепископ Сирила Новак собственной персоной. 

[Князь Вольтецкий]

А прямо напротив вооружённых сородичей застыла архиепископ Сирила Новак собственной персоной.

— Вы вовремя, — Сирила повернулась на пятках и обратилась к охранникам, — Мелинда Галюрайт мертва. И давно, — она показала пальцем на цимисха, — он притворялся ею все это время. Вы служили самозванцу.

[OZYNOMANDIAS]

— Вы вовремя, — Сирила повернулась на пятках и обратилась к охранникам, — Мелинда Галюрайт мертва. И давно, — она показала пальцем на цимисха, — он притворялся ею все это время. Вы служили самозванцу.

— Нет! Нет! — заревел он. — Я не... Я не убийца! Я никогда никого не убивал! — он плакал взахлеб, глядя на свои открытые ладони. — Вы, — он посмотрел на вампиров с гневом, — ваши руки в крови, п-по локоть в крови. Вы твари, вы монстры, и-и вы никогда, слышите, никогда не поймете других! Вы грызете глотки другим, а когда все закончится, т-то начнете грызть самим себе. А по-последний... Последний... — он широко раскрыл глаза, словно увидев что-то. Бросив на всех хищный взгляд, Захария Сикорски резко поднялся на ноги и одним прыжком вылетел в окно, осыпая все звоном стекла.
Внизу послышались пара криков, и город вновь стих.

[Verina]

Мира не успела как следует отреагировать на прыжок цимисхи, ее заклинание телекинеза, посланное в попытке остановить самоубийцу, разлетелось на куски, словно разбитое зеркало... Женщина подбежала к окну и высунулась из него, вглядываясь в темноту:

- Кажется, все... Он или в торпоре, или мертв окончательно.  

Тремерка обернулась и по огню в ее глазах было заметно, что такой оборот пьесы ей совершенно не нравился.

- Ставлю золотой против пуговицы - этот ублюдок знал намного больше, чем рассказал! А мы его упустили, и последняя ниточка, ведущая к моим пропавшим сородичам оборвалась... возможно навсегда! Будь проклят он, и все его мерзкое племя!

 

Витэ 6 - 3 =3

[Таб]

Вчера
 

Боль. Отдающая стуком колёс, поезда что был готов унести тебя на край земли. Гул. Словно тысячи отбойных молотков вгрызлись в хрупкую черепушку. Кровь. Её пульсация в твоих жилах давно прекратилась, но ты всё еще жив. Жив благодаря чуду и проклятию, жив как тысячи твоих предков, жив как тот кто сделал тебя таким, но ты забрал его в жизнь в качестве кровавой дани. Но ради чего ты жив, Роберт Миллиган? Всё что тебе дорого давно обратилось прахом, ты существуешь словно тень себя прежнего, но все равно продолжаешь отчаянно цепляться за своё существование? Ответь мне, Роберт, ответь мне. Зачем?

- Ещё не время...

Он лежал в углу капеллы, готовясь погибнуть в любую секунду, кровь что скрепляла мертвое тело и проклятую душу, отныне залила собой пол и стены. Детектив сжал зубы, не давая хриплому стону вырваться у себя из груди. Нет, он не даст себе погибнуть словно трусу. Давай же, еще немного. Вампир зарядил в пистолет последнюю обойму и дрожащей рукой прицелился в их общего врага, зная что этот выстрел может стать последним для каждого из них. Последнее желание - умереть как подобает мужчине, погибнуть, защищая то что ему дорого. Роберт Миллиган сжал пистолет из последних сил и нажал на крючок, так сильно как только мог. А дальше была лишь темнота, теплая и влажная от чьей-то густой крови и сонм голосов, вторящих ему. Но Роберт Миллиган молчал. Молчал, потому что знал, что сделал всё возможное.

Недавно

Он очнулся в незнакомом месте с чьей-то теплой кровью у себя на губах. Живой. Эта мысль отразилась усмешкой на бледных губах, вновь чья-то холодная рука удержала его от истинной смерти, несмотря на все старания детектива. Он не дал себе поблажки и встал с ложа, как только почувствовал в себе хоть немного сил. Каждое движение отдавало болью, но детектив видел в этом лишь очередное доказательство собственной живучести. Сверхъестественная уверенность вновь до отказа наполнила его холодный разум и Роберт Миллиан сделал шаг вперед, зная что времени оставалось всё меньше. А медлить в такое время было непозволительной роскошью, даже для него.

Сейчас

Буум. Именно с таким глухим звуком обычно разбивались надежды, Роберт медленно отпустил пистолет, понимая что враг первым сделал шаг навстречу смерти. - Дерьмо... - он подошел к окну вслед за Мирой и задержался взглядом на трупе изверга.- Столько ответов, мы не можем упустить их! - лицо детектива вновь исказилось ярость. - Коул! Ты Джованни, попробуй вытянуть его с того света, давай, возможно это наш единственный шанс!
 

[Laion]

- Ставлю золотой против пуговицы - этот ублюдок знал намного больше, чем рассказал! А мы его упустили, и последняя ниточка, ведущая к моим пропавшим сородичам оборвалась... возможно навсегда! Будь проклят он, и все его мерзкое племя!

 

- А ты уверена, что знал?  Я склонна верить тому, что он просто нашел мертвого кардинала, и перепугался до смер..   до обморока. - Лил тоже выглянула в окно и пожала плечами.

[Verina]

- А ты уверена, что знал?  Я склонна верить тому, что он просто нашел мертвого кардинала, и перепугался до смер..   до обморока. - Лил тоже выглянула в окно и пожала плечами.

 

- Лили, поверь, подсознание каждого из нас хранит такие секреты, что любой детектив диву дастся. Я не думаю, что цимисх знал, кто убийцы или кто покушался на моих Сородичей. Но, будучи приближенным Кардинала, он наверняка слышал и видел то, что могло бы навести нас на верный путь. Роб, как детектив, многое об этом расскажет.

 

Женщина развернулась на каблуках и молча ушла из комнаты, спустилась по лестнице, толкнула входную дверь... Лишь на пару мгновений задержалась она в свете фонарей у распластанного тела Захарии.

- Может, ты и не был убийцей... но, видит Каин, - ты был редкой мразью, и вполне заслужил свою жалкую смерть.

Она плюнула на землю, и, покинув круг света, растворилась в темноте.

[Фолси]

— Вы вовремя, — Сирила повернулась на пятках и обратилась к охранникам, — Мелинда Галюрайт мертва. И давно, — она показала пальцем на цимисха, — он притворялся ею все это время. Вы служили самозванцу.

 

Вампиры неуверенно топтались на месте. Атаковать архиепископа без прямого указа кардинала было чревато. Да и прочие обстоятельства не вселяли уверенности. 

Вдруг один сородич поспешно опустил оружие. Затем другой, и третий, и четвёртый.. Вскоре все охранники молча смотрели на развернувшееся перед ними действо. Пока, наконец, один из них не заговорил.

 

- Архиепископ, стая должна знать, что тут произошло. В подробностях, если возможно, - да, этот вампир требовал объяснений, поскольку Шабаш объединил в своей структуре свободных детей ночи. Но требовал с уважением - поскольку архиепископ по праву занимала своё место. - Мы проводим вас в конференц-зал. Ваших.. подручных, - он посмотрел на хартийцев, - отведут, куда прикажете. Или они сами могут выйти. 

 

Дилан

 

- Я предлагаю встретиться в особняке архиепископа, - тихо промолвил бывший охотник. Допросить дух убитого действительно имело смысл. Если только до этой души никто не доберётся раньше. Блондин развернулся и спокойно вышел прочь из номера. Охранники расступились перед ним, не препятствуя. Все ответы им могла дать только Сирила Новак. 

 

Х на пару часов)

[Laion]

Ваших.. подручных, - он посмотрел на хартийцев, - отведут, куда прикажете. Или они сами могут выйти.

 

 

Молча Лилиан вышла, не обращая внимания на охранников. Прошла в отель, где до этого лже-кардинал предоставила им комнаты, дошла до своего номера. За дверью слышалось слабое жалобное поскуливание.  Лаки.. Ты сидишь тут уже больше суток совершенно один.. Лил распахнула дверь. Щенок поднял голову, несколько мгновений смотрел на Лилиан, будто не узнавая, после чего торопливо вскочил, едва не навернувшись на больной лапе, взвизгнул и заковылял к Лилиан.

"Пожалуй, ты долго будешь так выздоравливать.. " - Лил подхватила щенка на руки, осмотрела лапу.  Держа щенка на руках, подошла к окну, отдернула плотную светонепроницаемую портьеру, долго смотрела на ночной город, то ли размышляя, то ли вспоминая..  Наконец, что-то решив, села в кресло, все так же не выпуская из рук щенка, прокусила вены на запястье и выступившую густую кровь в несколько приемов сцедила в пасть щенка, придерживая его, чтобы не вертелся.

 

Еще раз оглядев комнату, чтобы проверить, не оставила ли она тут что-то нужное, Лил вышла  из номера, спустилась к выходу и вернулась в особняк Архиепископа  со щенком на руках..

[Звездочет]

- И в кого же ты такой бесстрашный? - негромко произнесла Ника, лежа на одной из кроватей в их с Лилиан номере и играя со щенком. Как ни странно, но получивший имя Лаки зверек совершенно не боялся не только гангрела, но и всех остальных сородичей. Девушка даже слегка засомневалась - а не успели ли вампиры сделать из собачонки гуля, однако присутствия в мохнатом тельце витэ обнаружить не смогла.

Почему-то группа, отправившаяся в капеллу, не возвращалась довольно долго. Литрас пыталась ранее в ходе небольших экспериментов понять, насколько сильна магическая связь между попавшими в Красный Список вампирами, но особых результатов получить не смогла - ощущение друг друга не было постоянным, зато очень четко накатывало именно тогда, когда с сородичами случалось что-то нехорошее.

Но этой ночью все случилось по-другому. Несколько раз за очень малый промежуток времени, Ника ощущала то скручивающую нутро боль, то накатывающую леденящей волной пустоту и нечто совершенно нечеловеческое. Азарола, Лилиан, Миллиган, а затем...снова Азарола.

И Ника все поняла.

Когда Лилиан вернулась в отель, второй истинной брухи в номере уже не было. Зато на кровати Лил в качестве небольшого гнездышка для Лаки лежал совершенно целый, будто бы только сшитый, кроваво-алый плащ с капюшоном.

 

х точно все

[Таб]

Он вышел из отеля вслед за Диланом, задерживаться тут больше не было никакого смысла. Они упустили свой единственный шанс и теперь все свои надежды детектив возлагал на некроманта. На самом деле Роберт понятия не имел на что способы Джованни, все его представления об этой семье ограничивались лишь мрачными слухами, но до личной встречи дело никогда не доходило. Он молча шел по пустынным переулкам, не желая встречаться ни со смертными ни со своими сородичами. Они зашли так далеко и теперь последняя нить вновь ускользнула из рук Миллигана, он злился, на себя и остальных, пусть и понимая что прошлое изменить не получится, но холодная злоба не покидала сердца детектива.
 

Через несколько часов он вернулся в особняк Архиепископа, усталый и промокший под ледяным дождём. Прошлая ночь обошлась им дорогой ценой, Роберт чувствовал, как один за другим уходили связанные с ним сородичи. Он не знал, погибли ли они, или просто ушли, как делал он сам много раз, но легкая грусть отказывалась отпускать его мертвое сердце. Он не собирался искать их, оплакивать смерти, зная что в глубине души каждый сородич хотел бы остаться один. Такова уж была их сущность, кем бы не были они в прошлом,  после мнимой смерти каждый вампир смотрел на мир сквозь мрачную призму, но даже последний ублюдок не мог продолжать эту не-жизнь не имея крохотного огонька где-то в темных закоулках своей души. Огонька надежды и веры, веры в лучшее будущее для каждого из людей на этом свете. Он нёс его всю свою смертную жизнь и не смог оставить даже в посмертии.

Роберт молча поднялся в свою комнату, где очнулся несколько часов назад и остался там, не запирая двери.

X на час

[Фолси]

Высокая тень в длинном плаще разрезала ночной город, как клинок разрезает плоть. Где-то на горизонте скоро заалеет губительный рассвет, поэтому блондин спешил. Расстояние никогда не было помехой ни для самого вампира, ни для его древнего хозяина. Но близился тот час, когда сосудов на тёмных улицах становится всё меньше. 

 

Какой-то студент, бредущий в одиночестве. Наверняка отшитый кавалер, разочарованный в городской тусовке и потраченном на неё времени. Сильная рука ухватила юношу за шиворот - и вот уже охотник вместе со своей добычей оказался на крыше небольшой высотки. Здесь труп нескоро смогут обнаружить. Острые клыки разорвали горло парня, щедро поливая кровью мёртвое нутро. Дилан никогда не оставлял свои сосуды в живых. Скот родился и живёт только для заклания. 

 

Насытившись, вампир вдруг чутко обернулся - громко каркая, ему навстречу мчался крупный ворон с рыжими подпалинами. Вонзив острые коготки в плащ чистильщика, птица комфортно устроилась на его плече. Несколько минут оба инферналиста равнодушно смотрели в ночное небо, увлечённые неслышной для других беседой. А затем Дилан снова растворился - чтобы вскоре появиться в особняке архиепископа. Разномастный ворон всё так же восседал на широком плече своего носителя. 

 

!

 

Витэ: 15 + 5 =20

[Князь Вольтецкий]

- Архиепископ, стая должна знать, что тут произошло. В подробностях, если возможно, - да, этот вампир требовал объяснений, поскольку Шабаш объединил в своей структуре свободных детей ночи. Но требовал с уважением - поскольку архиепископ по праву занимала своё место. - Мы проводим вас в конференц-зал. Ваших.. подручных, - он посмотрел на хартийцев, - отведут, куда прикажете. Или они сами могут выйти.

— Встретимся у меня в особняке, — Новак повернулась к "своим подручным", — пойдемте, — кивнула она охраннику и направилась к выходу из комнаты, где только что провела свою последнюю аудиенцию Мелинда Галбрайт.

[Князь Вольтецкий]

Спустя час, особняк архиепископа

Сирила подъехала к воротам своего имения и вышла из машины. Разговор со Старейшинами прошел успешно, хотя она на другое и не надеялась. На входе ее встретил гуль.
— Они ждут в зале, госпожа, — легко кивнув, архиепископ прошла вверх по лестнице и зашла в зал, где ее ожидали вампиры.
— Благодарю вас за помощь, — произнесла она, проходя мимо и усаживаясь на свой диван, — теперь о насущном. Что вам нужно?

[Фолси]

— Благодарю вас за помощь, — произнесла она, проходя мимо и усаживаясь на свой диван, — теперь о насущном. Что вам нужно?

 

Сородичи переглянулись: и правда, Старший не был щедр на инструкции.

 

- Помощь, - спокойный голос разогнал сгустившуюся тишину в большой комнате. Ворон на плече Дилана лениво взмахнул крыльями и приземлился прямо на шлифованный паркет. Часто перебирая лапками, птица засеменила прямо к Сириле, забавно царапая пол изогнутыми коготками. Цок-цок, цок-цок. Топ-топ - ворона окружило облако густых теней, которые вытягивались и обретали форму невысокого мужчины.

 

- Моё почтение, архиепископ.. и в скором будущем, возможно, новый кардинал, - Валериус учтиво поклонился женщине. - Вы получили обещанное, и у Шабаша наконец появился достойный лидер. Благодаря моим помощникам. Надеюсь, Шабаш не останется безучастным, когда мы найдём уязвимое место Камарильи? - карий и синий глаза выжидательно смотрели на архиепископа. 

[Leo-ranger]

Первым делом, покинув отель, Аскар подобрал попугая. Ну как подобрал - попугай сам налетел ему на плечо, как только ассамит вышел:
- Тысяча чертей! Каналья!- похоже, ждать так долго попугаю не нравилось.- Перикл! Перикл!
- Да что это ты пострянно повторяешь?- ассасин вздохнул и тут же хмыкнул.- А назову-ка я тебя Периклом! Что жумаешь, парниша?
- Перикл! Перикл!
- На том и решили. Пойдем,- вскоре он скрылся в закоулках Марибора. Аскар решил поокормиться очередной жертвой.
В этот раз его выбор пал на одинокую жертву, которая и почти не сопротивлялась. Выпив её досуха, Аскар поотрубал женщине все конечности, вспорол живот и закинул в ближайший мусорный бак. Мало ли какой маньяк завелся в городке, верно?

***

Меньше часа спустя, особнчх архиепископа

Аскар пришел в жилище Сирилы одним из последних. Он мирно сидел в кресле и протирал меч от крови - своей и големской. Перикл же что-то напевал под нос:
- And the roadie knows what the roadie knows…- когда же вошла архиепископ даже он замолк. Аскар решил доверить объяснение остальным. Впрочем, это и не потребовалось, Валериус сам решил поприсутствовать и договориться лично. Ассасин хмыкнул и пожал плечами - его это не удивило.

Витэ: 6+4=10