Победитель получает всё - игра

[Кафкa]

Другой вопрос - кто же начнет первым, ибо нельзя никому доверять, даже собственной тени.

 

Валерика тонко улыбнулась.

— Ага, в таком мире мы живём. Твоя родная тень в любой момент может обратиться в чудовище. Но, пожалуй, есть в этом даже что-то... интересное. Ведь чудовище можно подчинить, и натравить на тех, чьё присутствие тебя не слишком-то устраивает, — в этот момент, будто сама судьба решила подшутить, около входа в пространство пещеры послышался громкий шум и звуки битвы, — а вот и гости пожаловали. Давай, пойдём и устроим им первоклассный приём, — вампиресса хищно улыбнулась, в её глазах что-то опасно блеснуло. Заблаговременно накинув на себя поддерживающий покров, она достала из ножен клинок с мрачным чёрным лезвием, на фоне антуража логовища некромантов выглядевшего особенно зловеще. И двинулась навстречу вторженцам.

 

Решение собратьев Сильвариила оказалось для неё слишком неожиданным.

Отчаянная бравада, более присущая какой-нибудь гильдии бойцов, нежели ордену, со времён безумств Травена ведущему свои дела в тенях, порядочно её разочаровала. В тактическом отступлении – а именно так называла Валерика подобные вещи – нет ничего постыдного, если следом за "бегством" следует беспощадное возмездие. А оно не может не последовать.

 

Ведь тьма всегда побеждает.

Даже если внешне кажется, что всё обстоит совершенно иначе. 

[Daylight Dancer]

Спойлер

Мелкой рвет башню под инфернальные голоса. OST

 

 

- А теперь, залетаем туда и ведем себя, как Боги! - кровожадно вскричало маленькое создание, сноровисто натягивая тетиву на лук, зажав запасную стрелу зубами и бросаясь следом за остальными в темноту неприветливого логова. - Не нам! Не нам, но Девяти Именам Вашим! - страшно и неожиданно захрипела девочка мужским голосом, едва ли не перепиливая мелкими зубками древко стрелы. Первый снаряд сорвался в путь, стеклянные плечи небольшого лука загудели, а тетива хлестко щелкнула о перчатку. И несся вслед за ней древний боевой клич божественных рыцарей, не пойми как и не обоснованно зачем, но всплывший в памяти нарождающейся незаметной смерти, снующей меж дерущихся.

 

Страшно закричал кто-то из учеников, молодой некромант неверяще смотрел, как пришпиленная стрелой к внутренней стороне бедра мантия скоро набухает сочащейся кровью. Целительное зелье, заклинание, свиток, хоть что-то из имеющегося под рукой...

 

Но, как он воспользуется ими если  не будет иметь рта?!

Н  На миг подняв глаза от раны, в поисках помощи, юноша встретился взглядом с Лорелей. "Пометив" намечающуюся жертву она не собиралась просто так отпустить ее. Выхватив изогнутый кинжал, босмерка уже была опасно близко, разделив остающееся расстояние подкатом под ноги, отчего несчастный, с дрожащими от боли и страха коленями не смог устоять и опал в опасную близость от ее клинка. С силой воткнутый в щеку кинжал вышел с другой стороны, а резкое движение оружия к себе превратило лицо несчастного в кошмарную улыбку. Хлынувшая кровь уже растекалась по полу, унося с собой аккуратно срезанный, но солидный кусок языка потенциального трупа. 

Размашистое движение, еще одно,... Фонтанчик крови из рассеченного горла уже мычащего от боли некроманта окатил оседлавшую эльфийку с ненормально горящими глазами. Около полуминуты заняло издевательство над трупом, после чего, бестия оставила за собой изуродованные кровавые ошметки  вместо лица, горла и груди врага.

 

И оно рванулось далее, стреляя на бегу, ориентируясь более на чужое движение. Постоянно перемещаясь и выискивая противника, удобного для нападения и победы без потерь.

 

Пока, не заметила мелькнувшую в сторону бокового коридора смутно знакомую тень.

[Friendly Fire]

Высоко. Как же высоко.

Если он будет падать, успеет прочесть все тома «Танца в огне», прежде чем достигнет дна.

Острая скала, как зубы хищника. Он стоит на тонком зубе, между его сапогами бездна вниз. 

По дну тянется процессия муравьёв.

Дух захватывает.

 

Шумно. Его торопят окриками. Он качается на краю бездны. Оступается, но не успевает испугаться. Боится он потом, когда коричневые сапоги уже переминаются на камне, с которого не упали в пропасть. Он хочет уйти назад. Хочет всё оставить. Но когда он оборачивается, голова плывёт кругом. Позади — пустота Обливиона. Впереди — крутой обрыв. Он смотрит, как медленно ползут внизу муравьи. Муравьи исчезают, и он разглядывает серые прожилки на камне.

Кто-то толкает его в спину, и камень под сапогами сменяется бездной. Сейчас он взлетит вверх в бесконечное небо, потому что он лёгкий, лёгкий как пёрышко, как мысль, как совесть святого. Нет. Он лёгкий, зато сапоги — тяжёлые. Из орхиалка? Они тянут его в бездну. За ним летит его крик.

 

...крик обрывается. Не «АААААА!». Не «ААА!». Короткое «А!». То ли крик, то ли звук, то ли был, то ли нет. Непонятное «А!». Как будто вышел газ из раздавленной сапогом жабы. Сапогом. Он смотрит на носы тяжёлых коричневых сапог. Жаб под ними нет. Есть запоздалый холодок по спине. Запоздалый страх давит на грудь. Он стоит на дне бездны. Но он жив. 

Ассасины Тёмного Братства падают с высоты в фонтанчики и стога и не получают повреждений. Значит, он — ассасин.

 

Ассасин идёт вперёд и слышит:

 – И не забывайте – Сильвариил нужен мне живым.

 

Это говорят о нём? Тогда он — Сильвариил. Нет, думает Сильварилл, я живой, меня не надо оживлять, чтобы я стал нужен.

Но живой ли он? 

Что такое смерть? Чем она пахнет? Чувствуешь ли тот момент, в который жизнь меняется на смерть?

Он — призрак Сильвариила. Он покончил жизнь самоубийством из-за долгов, и теперь обречён остаток вечности прыгать с этого Холма Самоубийств. Переживать всё заново. Поэтому он не помнит, что мёртв.

Он призрак, понял призрак. Поэтому он такой лёгкий и падает с высоты без фонтанчиков и стогов. Если он призрак Сильвариила, то Сильвариил ли он? Должен он откликаться или нет? Как он докажет, что был Сильвариилом? Он ничего не помнит.

 

Даже своё имя. Оно исчезло. Каким оно было? Такое длинное.

 

Решено: призрак покажет лук, и тот, кто его искал, узнает этот лук. Напомнит ему имя. И даст денег. Призрак снимает со спины лук, лук — не как призрак, он как сапоги. Он весит. Это не призрачный лук. Это лук жизни. 

Шум вокруг становится определённым: они все шумят, они все текут к каменным руинам. Каменные руины отвечают им стоном и из их глубины что-то, кто-то течёт наружу. Они и другие-они стремятся к воротам, падают в ворота, как сушёные гусеницы в чилим.

Они ненавидят друг друга и хотят убить.

Лук — это лук жизни, но и лук смерти, понимает призрак. Он тоже может кого-то убить. Сделать себе друга. Они вместе будут летать по миру. Узнают все тайны. Найдут зарытые деньги. Все текут ко входу, и он течёт. Мужчина в синем сюрко. На фоне серых камней яркий цвет раздражает и привлекает. Он идёт следом по каменному коридору. Вместо потолка синее небо. Кладёт стрелу на тетиву. Обгоняет.

— Мне одиноко, — говорит призрак и стреляет. Из наколенника доспеха торчит стрела. Красивое оперение. Мужчина не умирает, но почему-то валится на землю и рыдает. Громкие, неприятные звуки, красное блестящее лицо. Призрак не хочет такого вредного друга. Он целится ещё раз, чтобы прекратился шум, от которого трясутся стены, но за широкими плечами в сюрко показывается что-то. Это не из-за шума, из-за него тряслись стены, думает призрак. Что-то не живые существа. Это мёртвые твари, хозяева этого места. Они рваными движениями ползут по развалившимся камням, пачкая их дерьмом и кровью. Безмозглая масса из костей и гнилья. Они принимают мужчину в сюрко в свои объятия, и он замолкает. Тошнотворная многоглазая многоногая многоголовая бесформенная темнота пожирает мужчину и идёт за призраком, сжимаясь в узком коридоре, цепляясь костяными пальцами за трещины в стенах.

Он бежит прочь — вперёд, вперёд, вглубь руин. Оно больше не видит призрака, но нетерпеливо и жадно ищет. Он чувствует его жажду плоти даже сквозь стены.

Призраку страшно, но по-прежнему одиноко. Оно забрало его жертву, но он должен кого-то убить. Он же ассасин.

Может быть, за это дадут денег?

 

[Кафкa]

Валерика двигалась молниеносно. Её окутывала слабая аура магии, открывавшей дополнительные резервы силы и способной, к тому же, предотвратить одышку, если таки окружат и дело пойдёт совсем плохо. Слабое освещение подземных сводов, наряду со множеством местечек, где можно затаиться, способствовали наиболее эффективной реализации её природных талантов.

Когда начинается драка, каждый сам за себя.
Было время, в которое Валерика заботилась о своих подопечных. Нет, не как любящая сестра или сердобольная мать, ни в коем случае! Скорее, как вкладчик, осознающий серьёзную ценность реализуемой собственности. Её интересы предполагали, что лучше бы парням быть сытыми, одетыми в меха и с бабой под рукой, которую в любой момент можно потискать. Однако сейчас она являлась одиночкой, и действовала соответственно, не оглядываясь на остальных.

Она видела перед собой цель.
И бросалась на неё, подобно летучей мыши, разъярённой от голода.

Дозорный не успел вскрикнуть, и дать сдачи тоже не успел. Медлительный на подъём попался.
Кажется, в силу общего уровня своих интеллектуальных способностей он даже не понял, что с ним вообще происходит, медленно, одной сплошной серебряной грудой оседая на землю. Магия работала блестяще, и мощная энергия, что бурлила в этом живой, яростной душе, теперь принадлежала Валерике. И вампиресса не замедлила ею воспользоваться.

Со всей силы всадив клинок с угольным лезвием в область меж шлемом и доспехами, Латейн провернула его, сместив градус таким образом, что разрушительный штопор оказался направлен непосредственно в область грудной клетки. Но, неожиданно...

Лезвие меча Валерики вспыхнуло, как зачарованное.
Не радостным пламенем походного костреца, наводящего на мысли об аппетитном ужине из жареного поросёнка и вольных песенках, вовсе нет. Этот огонь был чёрным, опустошительным, он высасывал саму сущность жертвы, разлагая душу заживо, так что к физическим страданиям присовокуплялись страдания сокровенные, агония сердца. Неизвестно, где Латейн раздобыла столь омерзительное оружие, но действовало оно безотказно. Тело корчилось в муках, извивалось, как дождевой червь, разрубленный пополам, с высохших уст слетел безмолвный вопль, глаза, устремлённые в небытие, наполнились предсмертным ужасом.

А потом позвоночник тихо хрустнул, и всё закончилось.
Крус извлекла клинок, и брезгливо, краешком сапога отпихнула Дозорного, совсем ещё мальчишку, явно не мечтавшего умереть столь трагичной и бесславной смертью. Все они таковы. Хотят выжить, хорошо есть и красиво одеваться, но при этом, естественно, боятся запачкать свои беленькие ручонки.

Ничтожества.

Продолжая продвижение по пещерам Дасек Мура, Валерика забрела в боковой коридор, выглядевший, как отличное место для вероломной засады. По правую руку, весьма удобно, располагался резервуар, заполненный буроватого цвета жидкостью, в которой плавали гниющие ошмётки тел. Выглядело, как отличная могилка для ещё одной самодовольной служки богов. Девушка притаилась за углом.

И стала ждать.
Рядом явно кто-то был.

[Daylight Dancer]

Перепачканная в чужой крови, обезумевшая от вкуса боя, опьяненная его чудесной музыкой и даэдрическими ароматами вскрытого нутра, гнили, крови, Лорелей стремглав летела следом за подозрительной фигурой, казалось бы, на миг потеряв ее из виду. Эльфийка замерла, зло скрипнув зубами. Вонючий бассейн гнилых ошметков неподалеку, не прельщал проводить в нем дальнейшие поиски, но цепкое зрение охотницы, воспитанной южными болотами Черного леса, не могло выцепить движение поблизости.

 

"Оно затаилось... Оно ждет! Оно ждет меня? Как мило, мы попьем чайку из зверобоя и я расскажу ему о своем дедушке!" - решив про себя, что игра в прятки вполне может быть сорвана грубой контратакой с элементами психологического давления, Лоря устремилась к первому наметившемуся месту, где таинственный обитатель пещер мог бы найти убежище в тенях.

 

- Уре-е-е-и-и-и-и-и-и!!! - с жутким, деморализующим воплем голодной баньши, босмерка метнулась за угол столкнувшись там... с кем-то.

Нацеленный меч просвистел несколько выше низкорослой хрупкой девичьей фигурки Лореллейны, а очередная добыча даже успела удивиться такому обороту событий, когда выронившая кинжалы эльфиечка повисла на ней, страсно обняв талию ножками и уцепившись за одежду руками.

 

- Эст-Эст! - с узнаванием, радостно воскликнула Лоря, смотря снизу-вверх на вампиршу, причем, нахально умастив голову в районе декольте нордки. В потеках черной крови, де еще и крупным планом, лицо милого подростка, выглядело страшновато, если бы не теплое, почти щенячье обожание в устремленных к Эстель больших глазах. - А мы тут геноцид устраиваем! Так весело, но... -  загорелись глаза маленькой убийцы пламенем Обливиона, враз представ бездумными хрустальными шариками, где сложно было выцепить привычное здравомыслящим людям какое-либо выражение эмоций, словно бы гулящий страшный ураган ветров Хладной Гавани, алое марево кипящих испарений Мертвых Земель и мрак зрачков Лунной Тени вмиг поселились в них, оставив страшные и мерзостные сомнения для лицезреющих безымянное помутнение сознания, в душевном состоянии несчастной девушки, заключенной в тело ребенка. И слова сказанные ее обманчивым нежным голоском звучали ударами даэдрического молота по наковальне из человеческих костей. посеяв ужас и недоумение даже в мыслях утонченной и холодной нежити - вампира, что вмиг стал заложником мерзостных желаний неостановимого перед своей сладострастной целью носителя пороков, воистину, достойных самых разнузданных Темных Соблазнительниц.

 

- Но... Ты... Должна отдать мне свои титьки!!! - завопила эльфийка, извиваясь всем телом, стараясь повалить нордку на землю, одновременно с тем, разрывая одежду на ее груди и окончательно зарываясь своим дурманящим запахом прядок длинных пепельных волос, что щедро окроплены кровью, в декольте Валерики. 

 

- Э... Эй! - только и смогла выдавить ошарашенная высшая нежить, когда мелкая музыкантка принялась распускать руки, похоже что вознамерившись оставить Эстель и вовсе без одежды. Поддавшуюся сиюминутному наваждению неожиданных ли чар школы Иллюзии, или какого-то своего сексуального заскока, но босмерку надо было как-то остановить. Сбросить насильницу в резервуар для отходов магических исследований, в жижу гнили и  мертвой плоти казалось заманчивой идеей, если бы это чудовище уже не переместилось вниз, здорово мешаясь под ногами. 

 

Планомерное превращение одежды Эстель в эротичные лохмотья, было остановлено самой же пострадавшей, резко начавшей брыкаться. Хороший вариант - прирезать мерзавку на месте, но... Меча рядом не было - паршивка успела выцепить его из руки, воспользовавшись сиюминутным замешательством вампира? Вот он, сиротливо валяется в недосягаемой близости. Всего пару шагов и...

 

- Отдай! Отдай мне их! - вопила в ярости и страсти Лорелей, еще крепче прижимаясь к нордке. Стягивая с нее штаны, она обвилась вокруг ноги Эстель, зажав пальцами какую-то точку с внутренней стороны коленного сустава, отчего, нога несчастной резко онемела и она потеряла равновесие, будучи уже совсем недалеко от спасительно бассейна. Не растерявшись, вампир принялась лягаться не потерявшей чувствительность второй ногой. Как две слипшиеся гусеницы, новообретенные любовницы непроизвольно ползли к вонючей канаве, пока...

 

- Стой! - охнула Лореллейна, упуская почти обнаженную ногу жертвы из цепких ручонок. Похоже, что-то пошло не так и после очередной отчаянной и бранной попытки высвободиться от захвата, Эстель сама рухнула в бассейн и теперь медленно тонула в отвратительном его содержимом, выставив одну лишь руку, облаченную в разорванный рукав одежды. - Нет! нет! Нет! ты не должна так умереть! Ты слишком прекрасна... - того и гляди, мелкая домогательница готовилась всерьез расплакаться.  Почти скрывшись под  жидкой могилой, рука Валерики сделала неприличный жест в сторону приставучей идиотки. И тут же, с зловещим бульканьем она полностью скрылась под мутной поверхностью и плавающими фрагментами.

 

"Что это было?" - ошарашенно задумалась девушка, застегивая куртку на груди и поправляя пояс штанишек. - "Я... Я только-что грохнула Эст-Эст?! Не-не-не! Это все этот красавчик с его дурман-травой! До сих пор не отпустило, даэдрушки-воробушки..." - беззвучно вздохнула девушка, подобрав кинжалы и продолжив углубляться в закоулки логова некромантов, в надежде отыскать еще врагов для славной кровавой расправы.

 

И стоило ей отойти подальше, как поверхность зловонного озера запузырилась чьим-то осторожным передвижением там. Внизу...

[Alice von Bertruher]

  Не смотря на то, что Сильвариил демонстративно ухаживал за вампирессой согласно этикету как подобает настоящему мужчине (пусть эти наивные дурачки думают, что их связывает не только дружественные или деловые отношения, но и, вероятно, куда более близкие), той особое внимание не требовалось, ибо девочка давно взрослая и сама во всем справится. И когда из коридора, где располагался выход, послышалась какая-то суматоха и шум, которые скоро превратились в характерные звуки битвы, окружающие некроманты явно обеспокоенные поспешили проверить в чем дело. Гости пожаловали. Как по расписанию. Эстель отправилась за ними, сжимая приготовленное для сражения оружие. Сильвариил же остался в обеденном зале, как ни в чем не бывало сидя за столом.

  Где-то там умирали некроманты, но ему было все равно. Судьба обитателей Дасек Мура его совершенно не интересовала, а вот сведения, полученные от упрямого дурака Финеаса (о, вот бы сейчас найти его да рассмеяться над его наивностью, может быть, даже забрать его череп в качестве трофея) о "страже" не выходил из его головы. Он должен получить подробности, даже если придется самому поубивать некромантов. А посему он отправился на поиски тайной лаборатории или реанимационной. В обнаруженной мертвецкой Сильвариил с презрением осмотрел грубую работу над мертвыми телами, разложенными на столах. Да это не некроманты, а натуральные мясники! На писчих столиках лежали какие-то свитки и книги, но содержание их некроманта не интересовало - все это он знал и читал.

  

  Грубо сбрасывая книги и свитки со столов, желая найти действительно ценные для себя знания, Сильвариил услыхал где-то сзади приближающийся топот ног и бряцанье металла, скорее всего кольчуги. Некроманты доспехи не носили, а потому не трудно было догадаться кто это. Он обернулся. В свете факелов вырисовывался силуэт норда-воителя в облачении Дозорного с символикой бога-защитника, сжимающего большую секиру, с лезвия которой капала свежая кровь. Он прорычал какое-то проклятие, взывая к Стендарру, но Сильвариил его не слушал. Он стоял равнодушный и надменный, вытянувшись во весь рост и сложив руки на груди, демонстрируя свое безразличие. И воин ринулся в атаку и рубанул топором. Альтмер увернулся в сторону, а страшное оружие лишь разрубило стол. И некромант выбросил вперед руку, вцепившись норду в лицо, и, вдавливая свои пальцы в его кожу, обрек его на мучительные страдания. Нечестивая волна черной магии мчалась по жилам некроманта, вырываясь сквозь татуировки на его пальцах, и наполняла Дозорного губительным разрушением. Дозорный захрипел, не способный даже выдавить из себя крик невыносимой боли и отчаяния. Запахло мочой - воин обмочился. Его кожа под пальцами некроманта покрылась черными пятнами, будто обгорела, которые росли и тянулись по всему лицу тонкими извивающимися нитями. Кровь закипала в его жилах, сворачиваясь в многочисленные тромбы. Его тело сотрясала мучительная агония, вызванная неотвратимым и беспощадным некрозом. Прежде чем серые глаза Дозорного лопнули и вытекли кроваво-черными потоками, и жизнь навсегда покинула его распадающееся тело, Сильвариил склонился над ним и спросил:

 

- Ну и где же твой бог, маленький жрец?

 

 

  Понадобилась лишь минута, чтобы превратить крепкого мускулистого мужчину в иссохшую мумию. Мертвец осел под тяжестью доспеха. Некромант отбросил его как бесполезную тряпку. И улыбнулся, довольный своей работой, а затем, перешагнув поверженного врага, подошел к одному из мертвецов на столах и, положив свою руку ему на лоб, повелел, чтобы он подчинился его приказам. Холодное тело содрогнулось от пробудившихся рефлексов, а затем изогнулось и затряслось в конвульсиях. Еще немного и раб стоял уже на ногах. Сильвариил повелел ему вооружиться секирой Дозорного и убивать всякого, кто встанет на его пути, и неважно кто это будет.

  Они шли вперед, разыскивая возможные секретные места Дасек Мура, и оживленный раб беспощадно рубил всех с подряд: и Дозорных, и молодых учеников-некромантов, пока один из Дозорных не изловчился таки снести живому трупу череп. Лишившись телохранителя, Сильвариил однако не растерялся. Не дав воину ступить и шагу в свою сторону, он направил в его сторону обжигающее пламя, но не обычного огня, какой можно наблюдать, используя заклинания Разрушения, а сотворенного извращенной материей некромантии. Воин вспыхнул и дико закричал, напрасно пытаясь сбить магический огонь. А Сильвариил наблюдал, как медленно корчится съедаемое некрозом тело, как расплавленное мясо и кровь собирается в лужу на полу.

 

 

- Твой бог оставил тебя, глупец, - сказал ему напоследок некромант, а затем реанимировал его, ибо теперь Дозорный служил новому богу.

 

  И клинком, которым он убивал ненавистных ему даэдрапоклонников и некромантов, разрубил лицо спешившего ему на помощь товарища, который мгновенно умер, но как и тот поднялся чтобы служить, откликнувшись на зов нероманта. Какая ирония, Дозорные умрут от рук собственных друзей, лишь потому что в эту ночь Стендарр позабыл о них.

[Selena]

Варден не любил подземелий, всех этих сырых и мрачных склепов. Лучше уж древние руины - там хотя бы камень везде, айлейды тоже не любили грязи. 

Войдя внутрь. и легким движением ладони вкупе с коротким словом-заклинанием пустив над собой "светляка", данмер внимательно огляделся, игнорируя вопли и звуки борьбы, несущиеся из глубины пещер. Лезть в самую гущу боя ему никогда не улыбалось.

Светляк погас, но все нужное ему Варден уже увидел. И отошел к стене, ожидая бегущих к выходу. 

Или пытающихся к нему осторожно прокрасться, как сгорбленное, закапюшоненное нечто. До выхода оно так и не добралось - паралич одинаково хорошо действует на всех. Хмыкнув, Варден пинком перевернул темную груду - явно не Дозорный, значит, некромант. Да и разница? Эльфийский клинок легко укоротил чуть дрогнувшее тело на явно не нужную ему голову, и данмер поднялся, вновь отходя к стене. Судя по воплям, к выходу вскоре опять кто-нибудь побежит.

[Shandir]

Идрат не торопился бежать к смерти: куда ему до молодых и горячих. В его распоряжении вечность, но вечность холодная и неизменная. Он обожал наблюдать за молодыми: за яростью, азартом в их глазах, за радостью от победы, за тем, как они проглатывали горечь поражения и снова шли в атаку. Как жаль, что его драгоценный дуэльный клуб был принесен в жертву мелочным интригам старейшин… и будущему всех вампиров.

 

Никто не торопил Идрата: дозорные не видели в нем солдата, а некроманты соперника. Когда бой переместился в утробу пещеры, Идрат без труда пробрался внутрь, неспешно прогуливаясь по коридорам пещеры, словно бывал тут каждое воскресенье. Тесная пещера была у него как на ладони, а яркие огоньки ауры живых существ были его путеводными звездами. С каждой минутой их становилось все меньше.

– Ах, какое огорчение, - соврал себе Идрат, найдя свою жертву. Ее затухающую жизнь, утекающую в сырую холодную землю, вампир заметил и через толщи камня. Прикрывая рукой рану в брюхе, дозорный полз к стене, пытаясь сесть, а свободной сжимал меч мертвецкой хваткой. Заметив Идрата, дозорный вытянул дрожащую руку с оружием.
– Тихо, молодой человек, - строго приказал ему Идрат. – Сейчас вам нужен целитель, а не меч.
– Я смотрю, неотомщенным вы умирать не собираетесь, – улыбнулся Идрат, кивая на трупы некромантов. Он присел на землю и положил голову имперца на свои колени. Немного расчистив рану, он приложил к ней руки. По телу дозорного разлилось исцеляющее тепло и вот, не успев толком умереть как герой, тот уже был готов подняться на ноги и идти в атаку.
– Мне повезло, – улыбнулся дозорный, с помощью Идрата поднявшись на ноги.
– Безусловно, – очаровательно улыбнулся Идрат, вытаскивая острую шпильку из прически. – Как жаль, что я – плохой парень.

 

«Обращайся, если нужно спрятать тело», - фыркнул Идрат, вытирая шпильку о табард дозорного и снова собирая волосы. Парочка дырок от его укусов – ничто, если горло разорвать старым железным кинжалом некроманта. Какая прекрасная сцена: два врага сцепились насмерть, и даже смерть их не разлучила.
Раззадоренный кровью и тяжестью клинка в руке, Идрат уже не прогуливался, а следовал, словно хищник к следующей жертве, чей огонь одиноко мерцал в глубине пещеры.
- Кто-то маленький трус, сторонящийся битвы, - промурлыкал себе под нос Идрат и ускорил шаг.
Видимо некроманты называли эту комнату библиотекой. Полки на разбухших от влажности шкафах прогибались под тяжестью таких же вздувшихся книг. Чья-то жизнь трогательно трепетала за стеллажом, но восторг от предстоящей битвы мигом улетучился, когда в сгорбленной над книгами фигуре Идрат узнал Сильвариила.
- А я же говорил, что ты первым побежишь мародерствовать, - покачал головой вампир и, перехватив меч за рукоять, приложился гардой по голове некроманта. С оставшимся без хозяина болваном управиться было еще проще. Свалив некроманта и его уже окончательно мертвое творение, в кучу других тел, Идрат обернулся – огни медленно угасали, но не потому, что их жизненный путь прервался. Всего лишь иссякло заклинание.

 

– Хотел бы я знать, где орды мертвецов, которые и должны призывать настоящие некроманты. Да и где, черт возьми, сами некроманты? – возмущался Идрат, осматривая комнату за комнатой, пока, наконец, не достиг самых дальних помещений.
– Ааааа… вот оно что, – существо, представшее перед ним, Идрат мог назвать произведением искусства. Грубоватым, но все же – кости Идрат любил куда больше разлагающейся плоти. Сколько ушло на это создание тел, данмер так и не смог посчитать  –  существо, кажется, состояло сплошь из бедерных костей и ребер.
– Любопытно, – отступив в тень, Идрат решил выждать, прежде, чем бросаться на чудовище – пускай с ним поиграют дозорные, а может и некроманты, если не смогут удержать его в своей власти.

Изменено 25 апреля, 2020 пользователем Shandir

[SnowK]

Увидев Лорелей за работой, Марко испытал... Облегчение. "Спокойно, приятель, она не высосет из тебя душу и не отложит тебе в мозг свои яйца - в худшем случае, малышка просто отрежет их тебе". Нет, конечно, такой расклад бретонца тоже устраивал мало - но он предпочёл бы умереть от рук простого смертного, а не от рук какого-нибудь Идеального Повелителя, для которого смерть - понятие, в общем-то, растяжимое. И вот, пожалуйста - перед Марко возник живой мертвец. Ещё один реанимированный Дозорный. Как давно он бродит в таком виде? Чувствует ли он хоть что-то? Осознаёт ли, что стал марионеткой в чужих руках? Вряд ли - но самому Марко не хотелось бы, чтобы после смерти с ним сотворили нечто подобное.

Возможно, его товарищи не знали ни жалости, ни сострадания. Он - знал.

- Покойся с миром. - произнёс бретонец, пряча "Клыки" под плащом; меч всё так же лениво болтался на поясе. - Что, даже "спасибо" не скажешь? Ну и ладно - не за что.

Дело было сделано - без азарта, без изюминки, без фанатизма. Как, в общем-то, и всегда.

 

***

- А вот и оно! - воскликнул Скалозуб, врываясь в зал вслед за Идратом; рядом образовалась ещё парочка Дозорных - увы, лишь за тем, чтобы тварь могла продемонстрировать на них свою мощь. Одного костяной Страж раздавил, второго - разорвал пополам, фантазии даже меньше, чем у Марко... Впрочем, этот свою работу хотя бы любил - так же как и орк. - Ты же маг? - обратился он к данмеру. - Я отвлеку его, ты - бей.

С этими словами Скалозуб принялся кружить вокруг Стража, и, следовало отдать ему должное - уклонялся он от ударов твари не хуже мухи, жужжащей под ухом у пьяного норда - даром что сам был как боров.

[Shandir]

- Я врач, а маг - это другой, - нахмурился Идрат, но Скалозуб, как истинный дозорный не стал ждать или разбираться в тонкостях ремесла магов. - Ну, как хочешь.

Идрат перехватил меч поудобней и все еще держа дистанцию принялся плести заклинания. Не последовало красочных взрывов или вспышек, кажется, что чудовищу магия Идрата была безразлична... или нет? Удары стража стали мягче и медленней, теперь увернуться от исполина моги сам Идрат, который, наоборот, словно обрел второе дыхание - резво подскочив к чудовищу, целясь мечом прямо в сухожилие в ноге стража. Чудовище замахнулось на Идрата, но лишь сломало ставшие хрупкими кости о щит-оберег.

- Целься в ноги и урони его уже! - скомандовал Идрат Скалозубу. - Он не будет мешком для битья вечно!

[SnowK]

Орк исполнил команду - и потом ещё долго добивал то, что осталось от Стража, то ли чтобы убедиться в том, что он мёртв, то ли просто выпуская пар... В конце концов, нельзя было сказать наверняка, какой по счёту была эта их встреча.

- А ты молодец. - кивнул Скалозуб Идрату. - Я-то думал, взорвёшь его, а нет... Вот это - по-нашему.

Надо было полагать, что "по-нашему" означало "не вести огонь по своим", но на "своих" Скалозубу было, мягко говоря, плевать, ибо через погибших товарищей он переступал так же легко, как убивал созданных из них зомби.

Изменено 25 апреля, 2020 пользователем SnowK

[Shandir]

- Остальных зачистили? - без особых эмоций спросил Идрат. - Ваших людей почти не осталось: я пытался помочь одному парню, но рана в горле оказалась смертельной.

[SnowK]

- Это война, дружище, а войн без жертв не бывает. - сухо произнёс Скалозуб - возможно, он действительно прошёл не через один десяток битв... А возможно сам по себе был тем ещё сухарём. - Я не стану осуждать вас, если после сегодняшнего вы с товарищами предпочтёте повесить свои мечи на стены, но нам в Дозоре пригодились бы ваши таланты - много не заработаете, конечно, но наше дело однозначно правое... Да и снаряжение своё улучшите.

[Friendly Fire]

Темнота — это отсутствие света. Да? Нет. Это неправда, теперь он знает. 

Плотная тьма наполняет коридоры и висит в воздухе чёрными миазмами. Он захлёбывается в ней.

Она догонит, догонит, и он станет как оно. 

Надо не дышать, не дышать, тогда споры тьмы не попадут внутрь. Призрак зажимает рот и нос и бежит. Огонь внутри. Больно и горячо. Коридор качается, его кидает на стену. Вцепиться пальцами в булыжник. Потолок падает на него, призрак видит между камнями дырку в синее небо. Держаться за кладку. Иначе — упадёт в небо, в бесконечное голубое небо. Небо такое прекрасное, он хочет улететь в небо из темноты, жуткой тошнотворной темноты. Небо небо небо он попадёт на небеса, в ходу ли там деньги? Он жмурится и отпускает стену. Он летит, летит вверх.

 

...кто-то наступает на руку. Не даёт улететь. 

— Отпусти, — просит призрак. — Я мёртв. Я хочу свободы. Я хочу на небо.

Но Страж бормочет на языке, не тот, на котором говорит призрак, но призрак его знает, язык эльфов, а Страж не эльф, и его тень склоняется над призраком:

— Умолкни, дух, забудь свою жизнь и имя; восстань, плоть, со страхом и трепетом мне на службу.

Верно, говорит призрак, я давно всё забыл. Но почему ты меня видишь? Потому что я некромант, отвечает Страж, призрак берёт кинжал, не видишь, не видишь, не видишь, выкалывает глаза.

 

Я — Дозорный, вдруг вспоминает Дозорный. Я — не Дозорный, но должен быть дозорным. Что делают дозорные, думает лжедозорный? Молятся, постятся, читают газету «Слово Стендарра». 

— Убивают даэдра! — Кричит лжедозорный, не-дозорный. Рядом мертвец в мантии. У людей в глазницах глаза. У этой твари под лбом два колодца тёмной крови в белесых ошмётках. Это даэдра. Дозорные убивают даэдра. Этого даэдра убил не он, значит, он не-дозорный. Он стягивает поясом его шею, только потом режет, так будет меньше крови, не нужно, чтобы было много крови.

Откуда он знает? Кто он? Может, кастратор быков? Передавливает яйца и отрезает.

 

Лжедозорный бежит, в руках голова даэдра, короткие волосы — держать неудобно. За неё дадут денег. Люди, много людей. Тела. Нет, одно огромное тело. И шум. Шумшумшум. ШУМ. Ему не нравится шум. Может быть, он звонарь часовни Аркея?

[Alice von Bertruher]

  Вот Сильвариил нашел таки искомое помещение, где некроманты Дасек Мура хранили свои знания - библиотека, где на полках шкафов и на столах размещались старые плесневелые тома нечестивого колдовства и пожелтевшие от времени свитки. Некромант принялся усердно выискивать полезное для себя, брал одну книгу за другой, рассматривал свитки и отшвыривал бесполезное. Все летело на пол, как и склянки с зельями, которые разбивались на осколки, выплескивая шипящее содержимое. Наконец нашел свиток с весьма любопытными схемами в золотом держателе, но не успел как следует с ним ознакомиться, как получил удар по голове, а затем в глазах у него все потемнело, и Сильвариил рухнул на землю как подкошенный. Увы, принадлежа к альтмерской расе да еще и проклятый неизлечимым недугом, некромант не отмечался крепким лбом и устойчивостью к оглушению, а потому в очередной раз получив по голове, потерял сознание. Такая же ситуация случилась с ним двумя годами ранее, тогда тоже к нему подкрались сзади и приложили топором, к счастью, не лезвием, а то бы Сильвариил был бы мертвым по настоящему.

  Как только он лишился чувств, невидимая пуповина, соединяющая его с реанимированными солдатами оборвалась, потому они стали автономными и безрассудными, более не подчиняясь воле некроманта, который сейчас распластался на полу. И свободные от контроля мертвецы стали подобно безмозглым зверям, подчиняющиеся лишь примитивным инстинктам, а потому скоро были повержены, став не более чем безжизненными трупами.

[Daylight Dancer]

И, в то время, пока уцелевшие силы Дозора и прочие отчаянные, зато более нечестные авантюристы добивали чудовищного костяного конструкта, Лорелей настолько углубилась в сеть пещер, что почти-почти достигла противоположной ее стороны. Там же, оказался небольшой, более схожий с звериной норой лаз на поверхность, едва заметный за нагромождением, казалось бы, случайно насыпанных там булыжников, старых досок и прочего мусора.

 

Из бокового тоннеля послышались шаги - торопливые, испуганные. Издающий их незнакомец почти бежал, тяжело дышал и всхлипывал.

 

"От страха! Страх! Добыча! Кровь!"

 

И только-только старый Финеас выбрался к спасительному потайному ходу, последнему гаранту уйти целым и невредимым из смертельной ловушки, в которой погибло буквально все его богатство, накопленные силы и знания, как путь оказался прегражден... Маленькой эльфийской девочкой в грязной окровавленной одежде, с растерянным взглядом и жалким стальным кинжалом в ручонке.

 

- На кладбище забытом,

Не виден солнца свет,
В могилах перерытых,
Давно скелетов нет.
За темными холмами
Среди могильных плит
Енота-Некроманта
Зловещий дом стоит...

 

Босмерка запела тихим, меланхоличным голоском, вполне навевающим жуть и тоску, если бы неблагодарный слушатель сего произведения сам не насмотрелся всяческих мерзостей за свой долгий некромантский век. Бретон рассудил, что эта умалишенная или одна из охотников за головами, из числа посланных по его душу, или заблудший призрак, что подобно падальщикам на свежий труп, любят стягиваться паразитами, на правах непрошенных гостей, в жилища некромантов.

 

В любом случае, возиться с наваждением было некогда. Ведь с минуты на минуту в этих закоулках могли объявиться более опасные борцы с нечистью. Посему, Финеас вскинул руку с уже начавшей нарождаться энергией боевого заклинания школы Разрушения, как случилось это...

В миг оборвав неуместную и глупую песенку про какого-то енота, эльфийка махнула неким округлым, маленьким предметом на шнурке, свободно болтавшимся на ее шее. В небольшом зале эхом отразился ее до боли в ушах громкий голосок.

 

- Пиче-е-е-е-е-ньки!!! - и тут же случилось непоправимое, нечто напрочь сбившее концентрацию для создания заклинания и ударившее в затхлом воздухе пещеры еще большим зловонием. В ужасе от непонимания происходящего, увидев в руках босмерки моментально выхваченный лук и готовую к бою стрелу, некромант странной походкой, как только можно быстро в подобной щекотливой ситуации отступал в темноту тоннелей, судорожно удерживая руками барьеры рвущейся наружу постыдной лавины.

 

- Остановись, демон! - взвыл некромант, ведь ему немудрено было догадаться, что стало причиной этого болезненного конфуза. Следом за стариком, Лоря последовала в тот же проход, не сбавляя скорости выпустив туда стрелу. Послышался вопль боли, тут же заглушенный некими неприятными слуху звуками, и вооружившись одним из парных кинжалов маленькая садистка последовала туда, спустя секунды превратив мольбы о пощаде в недолгие визги закалываемой свиньи.

 

Вскоре, из прохода вылетел кусок длинной, странного цвета веревки... Оказавшийся бы, при более детальном рассмотрении фрагментом чьего-то тонкого кишечника. Потом еще один и еще... Куски органов, пальцы, отпиленная кисть руки...

 

- Не то! Все не то! Я на измене, я на измене! - рычал истеричный женский голос оттуда. - Совершенно бесполезное существо! - поток выбрасываемых частей тела поиссяк, и вскоре Лорелей снова появилась в тусклом рассеянном свету зала пещеры. Еще более залитая свежей, дымящейся кровью она небрежно помахивала краем обмотанных вокруг шеи на манер модного шарфика кишок и непринужденно продолжила напевать песенку, подвывая между строчками и  пускаясь в обратный путь к выходу из пещер.

 

Чернокнижник полоскун!

Енот-Некромант!
Предводитель тёмных сил!
Енот-Некромант!
Он возглавит войско тьмы!
Енот-Некромант!
Все леса поработит!
Енот-Некромант!...

 

Спустя два куплета и один припев ей надоела новая игрушка и небрежно скомканная, скользкая и вонючая плоть была безжалостно выброшена куда подальше.

[SnowK]

"Клыки" потихоньку собирались в крипте Стража - казалось бы, вот он, идеальный момент, Скалозуб остался с ними один на один, но... Едва Марко решил озвучить свои намерения, как в зал ворвалось ещё трое Дозорных - тех самых, что были оставлены командиром на стрёме.

- Я же приказал вам следить за выходом! - гаркнул Скалозуб. - А если кому-то из некромантов удалось сбежать?

- Но мы подумали...

- Эти "Клыки" показались нам какими-то подозрительными...

- Да разве ж можно отсиживаться в кустах, когда товарищи в опасности?

И действительно - из Дозорных уцелели лишь сам Скалозуб и эти трое. Марко убрал ладони с рукояток кинжалов - пусть численное преимущество и было на их стороне, "Клыки" сильно вымотались - и неизвестно, сколько ещё трупов бродит по этим катакомбам. Нет уж, зачистку подземелья определённо следовало оставить "профессионалам".

- Я согласен с вашими товарищами, сэр Скалозуб. - произнёс Марко, покосившись на останки Стража. - Помощь никогда не бывает лишней, а некроманты вряд ли попытались бы сбежать через парадный вход... Полагаю, у них тут имеется какая-нибудь лазейка... Да и, в конце концов, не редки случаи, когда маги просто-напросто растворяются в воздухе - такие уж они, эти маги.

- Ладно. - кивнул орк. - Нашли вы своего Сильвариила?

- Что? - слегка оторопел Марко. - А, да... Валяется где-то там, с кишками наружу - наверняка стал жертвой своего же творения, иначе как ещё объяснить такую бесчеловечность?

Скалозуб понимающе кивнул; кажется, пришла пора выбираться.

[Shandir]

- Раненные есть? Если что, могу подлатать, чтобы вы не истекли кровью до того, как заползете в город, - Идрат был занят осмотром стража. Конечно, ничего нового для себя он не надеялся обнаружить, но мог развлечься, пересчитывая кости чудовища.

[Кайра]

Дозорные были одеты неплохо, стоило задуматься про их спонсоров. Альтмер не раздумывал, когда стала начинаться битва, он выбрал магию, но пока готовил заклинание, один из резвых скелетов вцепился зубами ему в плечо. То ли этот мертвяк ждал его в засаде, в пещере, то ли проявил прыткость, но заклинание мага сразило его и некроманта.  Молодой некромант мало что мог противопоставить магу Гильдии, с полным боевым арсеналом заклятий. Так что, если не считать укусов, маг совсем не пострадал. Но его мысль упорно цеплялась за то, что с Дозорными не все так просто. Кому нужна армия фанатичных солдат и против кого могли обнажить клинки когда закончится вампиры и некроманты? По каким дорогам загрохочут их сапоги?

 

- Я ранен, ответит эльф.

[Daylight Dancer]

С потерянным и донельзя жалким видом, в кошмарном наряде из запекающейся крови, Лореллейна вышла к остальным, слегка их шокировав таким обликом.

 

- Я... Я ее убила-а-а-а!... По-настоящему-у-у-у-у! - зарыдала она в истерике, на подкашивающихся ногах сползая по стеночке. Скорее-всего, безумная жажда боя отпустила эльфийку и она восприняла случившееся по ее вине с Эстель чересчур близко к сердцу, ведь не столь давно божилась, что противится причинять нордке какой-либо вред. К счастью, истинную причину душевного расстройства окружающие не смогли бы понять из причитаний и воя девочки. - Она такая-я-я-я кра-а-а-а-сивая-я-я-я, а я ее...

[Selena]

Поначалу все шло отлично, вот только к выходу больше никто не спешил. Варден было подумал, что всех некромантов уже перебили, как из бокового прохода послышался шорох. Запущенный вверх "светляк" впрочем, осветил всего лишь зомби, тут же приложенного безотказным заклятием паралича. Вот только расчленить сию ходячую мерзость данмер не успел - со спины на него набросился второй зомби, странным образом незамеченный Варденом прежде. Первый мертвяк уже начал вставать, пока данмер кое-как сбросил со спины второго, уже прикидывая, как бы по-быстрому прикончить обоих разом, когда в пещеру вбежали оставленные на входе Дозорные. Повторно парализовав уже обоих мертвяков,  уже не глядя, как с ними расправляются закованные в металл воины, Варден оторвал от предпечья болтающуюся на нем чужую конечность, брезгливо отбросив ту в сторону.

Его скромных знаний школы Восстановления вполне хватило, чтобы унять боль и остановить кровотечение, а остальное заживет само. 

Поэтому на заявление Идрата Варден ответил лишь коротким:

- Не стоит беспокоиться. Кровью не истеку, а царапины заживут сами.

[Shandir]

- Куда? - Идрат подошел к Фенрилу, на глаз проведя беглый осмотр. С виду альмер кровью не истекал. - Хотя, какая разница, не дергайся. Медленных чар хватит, заживет до города, ну и исцеление болезней.

"Полевое" лечение закончилось довольно быстро, оставшись довольным результатом, Идрат медленно направился к выходу.

- Ну кто я такой, чтобы запрещать молодым жить со своим сепсисом в гармонии, - ухмыльнулся он Вардену.

Изменено 26 апреля, 2020 пользователем Shandir

[Friendly Fire]

Старик хочет крови. Старик хочет раны. Старик л а т а е т. А что делает он? Лечит? Это собрание лекарей?
Жмёт безглазую голову в ладонях, лечит. Вязкое, чёрное, пачкает руки. Тело отрастет? Нет.
Лечу от всех болезней.
От всех не улетишь.

Они знают, кто они, не знают, кто он, он хочет в небо, под небо, прочь отсюда, слишком много мрака, слишком много крови, слишком много страха. Он в панике, потому что пустой, он — никто, дышать тяжело, ремень тянет грудь, кричит:
«Кто я?!»
...нет, не кричит. Кричит внутри, наружу — только стон.

Идёт за стариком, суёт ему голову:
— Лечи!

[Shandir]

Закатив глаза, Идрат схватил босмера за подбородок.

- Такую дурью башку только плаха вылечит, - ворчал данмер, заглядывая в глаза "пациента". - Угорел в битве. Выведу его на воздух.

Дав легкий щелбан Эрзамо, Идрат подхватил босмера под руку и настойчиво потащил к выходу.
- Ничего, подышишь свежим воздухом, вернешь мозги на место.

[Кафкa]

Показываться из-под слоёв застойной и отвратительной жидкости Валерика, пока что, отнюдь не спешила. Напор миниатюрной эльфиечки оказался нежданно мощным, а продолжать драться с ней, когда под боком шастают Дозорные, совершенно не хотелось. Латейн понятия не имела, что такое нашло на Лорелей. Может, ей заклинанием бешенства бабахнуло от какого-нибудь некроманта? Хотя нет, не похоже. Вероятно, предложенное вчера Валерике угощение достигло-таки сегодня своей цели. Правильно она сделала, что отказалась, значит. Иначе бы ночь прошла ещё более... непредсказуемым образом.

Валерика обнаружила, что от резервуара с трупами вглубь пещеры уходил какой-то подземный рукав, и решила рискнуть, наугад проплыв по нему, благо смерть от нехватки воздуха ей всё равно, к счастью, не грозила. Со временем вода немного очистилась, канал стал шире, ещё шире, и внезапно Валерика обнаружила, что больше не находится в логове некромантов – резервуар оказался соединён с маленьким, почти незаметным озерцом, затерянном среди местных золотых полей. Выбравшись, она раздражённо сбросила с себя ошмётки рванья. Одежды осталось на порядок меньше, чем было. Похоже, придётся заглянуть в “Божественную элегантность”, когда она закончит свои дела на окраине центральной провинции.

Озерцо оказалось неплохим обзорным пунктом, так что вампиресса могла наблюдать за происходившим вблизи входа в Дасек Мур, оставаясь при этом в безопасном укрытии густой стены пшеничных колосьев. Когда последние рыцари, вместе с остальными членами чёрного отряда, игравшего сейчас, впрочем, роль отряда белого, двинут в Анвил, она вернётся назад, захватит какую-нибудь одёжку, что попадётся под руку, и вместе с Сильвариилом отправится следом за остальными, чтобы разрубить концы, когда настанет время.

Может, и Лорелей, наконец, придёт в себя.
Не вечно же травка действует.