Dragon Age: Иллюзия полета

[Perfect Stranger]

 

 

 

 

 

Спойлер

Несколькими неделями ранее
Антива, Риалто

 

Подвальное помещение, выбранное не случайно для подобных встреч, не имело окон и было освещено всего лишь несколькими тусклыми свечами, расставленными на столе, и парой медных канделябров на стенах. Агент Уильям Холт, человек среднего роста, среднего возраста, и средней по всем параметрам внешности тоже был выбран далеко не случайно. Таких людей мало кто запомнит, увидев раз-другой на улице, даже в глухой деревне; таких людей просто упускают из внимания, скользя по ним взглядом и совершенно не догадываясь, чем они на самом деле занимаются. Ни одеждой, ни какими-то приметами Холт не выделялся среди обычных жителей Ферелдена, а ныне и всей Империи. Стоя прямо перед широким дубовым столом, покрытом тонкой белой скатертью, со сложенными за спиной руками, он смотрел на своих собеседников спокойным взглядом то ли серых, то ли голубоватых глаз.

 

Еще трое людей в комнате выглядели гораздо более примечательно. Одетые в длинные, бесформенные темные одежды, с металлическими масками на лицах, они могли оказаться кем угодно — Торговыми Принцами, нищими с улиц Риалто, капитанами кораблей, каждое утро и вечер останавливающихся в самом крупном порту Антивы, проститутками в элитных борделях или наемниками с большой дороги. Сейчас все это, впрочем, не имело абсолютно никакого значения. Сейчас они были теми, кто руководил Сопротивлением, и теми, кто должен был выдать миссию огромной важности одному из своих самых доверенных агентов-организаторов.
Стопка бумаг лежала на скатерти, желтизной выделяясь на белой ткани и словно прожигая любого, кто взглянет на нее, ярко-черными чернилами строчек убористого текста. К каждой бумаге был приложен небольшой портрет углем. Холт уже просмотрел выданные ему досье, и хотя несколько из предложенных на это задание человек вызвали у него вопросы, он не стал их озвучивать прямо сейчас. В конце концов, не ему было решать, кто подойдет на подобное задание лучше всего.

 

— Что касается этой девушки, — один из людей в маске, чей голос был несколько искажен то ли из-за металла, эхом разбивающего звук на осколки, то ли благодаря магическому воздействию, сказать было трудно, но вроде бы говорил мужчина. Он приподнял верхнее досье за край рукой в черной перчатке, словно трогал ядовитую змею. — Ни при каких условиях не допускайте ее смерти. Она пригодится нам даже в том случае, если замыслит предательство. Старшая дочь Верховного Жреца — то, что мы можем использовать против него в крайнем случае.

 

— Какие допустимы меры воздействия? — спросил агент, мазнув взглядом по угольному портрету. Над ним кривоватыми буквами было выведено «Д. Авгур». Девушка показалась ему достаточно симпатичной, однако зная ее возраст, он подумал о том, что от нее можно было бы ожидать чего-то крайне глупого и необдуманного.

 

— Не лишать жизни и не оставлять серьезных ранений, не поддающихся лечению. Все остальное на ваше усмотрение, агент Холт. Также обратите внимание на госпожу Максиан. В том же ключе.

 

Он кивнул, аккуратно собрав стопку бумаг и выровняв ее по краям. Тот факт, что этим юным особам вряд ли было известно о планах на них Сопротивления, не слишком волновал его. Моральные терзания по поводу лжи и возможного использования живых людей как инструментов давно покинули сердце агента Холта, по крайней мере, на время выполнения задания. В одиночестве, когда не нужно было думать о работе, он иногда обращался с молитвой к Пророчице, находя в этом некое утешение, однако смирение с тем, что и как придется делать, стало частью Уильяма еще до того, как ему стукнуло двадцать. Вес тех грехов, что накапливался за десятилетия работы с Сопротивлением, уже не так давил на плечи, как раньше, став чем-то вроде привычного веса рюкзака со снаряжением в дальнем походе. В конце концов, ради спасения мира и сама Андрасте когда-то начала Священный Поход против еретической Древней Империи, и наверняка ее тоже не делало счастливой то, что под ее командованием погибали ни в чем не повинные люди. Иногда нужно было сделать то, за что лишь позже, много лет спустя, придется отвечать перед Создателем.

 

Сунув стопку в напоясную сумку, предварительно свернув пергамент в толстую трубку, мужчина снова сложил руки за спиной, встав ровно и прямо перед своими командирами.

 

— Насчет остальных мы полагаемся на ваше суждение. Если кто-то из них окажется неподходящим для выполения миссии с вашей точки зрения, у вас есть разрешение на их устранение. Если кто-то из них решит сбежать — у вас есть разрешение на их устранение. Любой ценой не допустите утечки информации об этом задании к имперцам. Это понятно?

 

— Абсолютно. Утечки не будет, — эхом отозвался ровный голос Холта. — Что-то еще?

 

— Есть кое-что, — прозвучал женский голос, впрочем, тоже искаженный до неузнаваемости, и одна из фигур приблизилась к столу, оперевшись на него ладонью. — После того, как вы обнаружите и захватите цель, отправьте доклад о результатах через наши обычные каналы. После этого ждите три дня. Вам поступит новое распоряжение о том, что делать с целью. Ищите ее, пока не найдете, слышите? Либо саму цель, либо ее мертвое тело, либо точную информацию о том, что она захвачена силами Империи. В зависимости от того, что именно вы обнаружите, мы разработаем новые приказы.

 

— Понял, — кивнул Уильям. Он ожидал чего-то подобного. В таких случаях, когда конечный результат задания был заранее не известен, он часто получал дополнительные сведения посреди миссии о том, что делать дальше.

 

— Корабль под названием «Стрела Халамширала» ждет вас в порту завтра утром, ровно в пять. Не опоздайте. На нем вы доберетесь до порта в Вал-Шевине, оттуда на перекладных езжайте в Монтсиммар. Наши люди сообщат членам отряда о том, что встреча произойдет там. Далее вы знаете, что делать. Пусть Адалин найдет их и скоординирует, — сказал третий присутствующий на встрече, голос его звучал несколько иначе, словно говорит глубокий старик. — Деньги на первое время вы получите, затем проверяйте наши обычные схроны, возможно, мы сможем вам помочь, но особо не рассчитывайте на них. Поддерживайте легенду наемников. Это даст вам возможность самим получать ресурсы.

 

Кивнув и дождавшись разрешения отправиться в дом, дожидаться утра, агент Холт сделал три шага назад, поклонился коротким кивком, развернулся и покинул подвал. Через несколько часов это помещение снова станет покинутым и пустым, все следы пребывания в нем людей будут уничтожены, а стол и канделябры вынесены и отправлены в другое место. Причин для этого было много, но основной послужило уничтожение ячейки Сопротивления в Минратосе более двадцати лет назад. Тогда, как помнил Уильям, в ряды руководства организации проник шпион от фанатиков, называвших себя «Орденом Пламенного Обета». Вскоре именно они совершили отчаянную атаку на столицу и почти добрались до дворца Верховного Жреца, но были остановлены. К несчастью для Сопротивления, именно эта атака послужила отличным поводом для Империи ужесточить свои законы и утроить усилия в преследовании инакомыслящих. Крауфорд стал едва ли не народным героем, множество простых горожан были обязаны ему жизнью. Работа Сопротивления заметно замедлилась. Теперь им приходилось прилагать огромные усилия для того, чтобы Тайная Служба не нашла их — но за последние годы они достигли успехов, пусть и не свергли пока что закрепившихся во власти дракона и его марионетку.
Скоро, сказал себе Уильям, шагая по сумеречным улицам вечернего Риалто по направлению к дому, в котором он остановился на несколько дней. Скоро все закончится. Столько лет работы, столько лет принятия тяжелых моральных выборов, многие из которых до сих пор шрамами оставались где-то внутри, и тянущая боль иногда возвращалась, заставляя лежать с открытыми глазами по ночам — все это должно было окупиться. Он безоговорочно доверял начальству, зная, что они не станут лгать о своих целях, даже если лгали о методах. Холта использовали точно так же, как и самых незначительных информаторов и наемников, но он не был против этого. Он понимал, что то, что находится на кону, оправдывает любые жертвы, любые решения. На их плечах лежала ответственность не только за благополучие целого континента, но и за спасение душ каждого живущего на нем человека, эльфа, гнома, любого живого существа. Истинное испытание для детей Создателя было именно в этой борьбе, а не в донесении Песни Света — теперь Холт понимал это, зная, каким наивным был ранее, как наивна была старая Церковь. Век Дракона получил свое название, когда жрицы полагали, будто возвращение казавшихся вымершими существ станет самой большой проблемой их времени.

 

Они не могли ошибиться сильнее. Истинная угроза сейчас управляла Тедасом, практически сметая любое сопротивление и уничтожая тех, кто пытался воспротивиться ей даже в мыслях.

 

Холту оставалось лишь ждать утра, когда в предрассветной дымке он отправится к порту и поднимется на борт корабля, направляющегося с товарами в Вал-Шевин. Капитан был человеком, верным Сопротивлению, и не задавал лишних вопросов. Вполне вероятно, что увесистый кошель с золотом, переданный ему накануне, сыграл некую роль в его желании оставаться верным им человеком, но Уильяму до этого дела было мало. Он должен был добраться до Орлея и после этого приступить к сбору новых агентов для своего отряда. Остальное было за пределами его ответственности. Он привык работать именно так, как и другие организаторы остальных ячеек Сопротивления. Чем меньше знает кто-то один, тем меньше вероятности, что его поимка разрушит всю структуру. Поэтому вопросы он не задавал.

 

 

14 Первопада, 9:88 года Века Дракона
Провинция Орлей, Монтсиммар

 

В это время года Орлей был действительно красив. По пути к столице Холту удалось сполна насладиться осенними пейзажами, мелькающими по обе стороны тракта, пока он неспешно ехал на перекладных лошадях от одного придорожного поста к другому, порою останавливаясь на постоялом дворе на несколько часов сна в настоящей кровати, прежде чем снова продолжить свой путь. Правду все же говорили о том, что истинному гонцу требуется не только золотая голова, но и железная задница. К концу своего путешествия Уильям чувствовал, что сесть нормально, не кривясь от боли, сможет лишь через пару дней, а на седло смотреть без отвращения и того дольше. Сама столица тоже не пустовала. Осенние распродажи, ярмарки и гуляния перед наступлением зимы были в самом разгаре, отчего город казался набитым битком самыми разными путниками из всех уголков Империи.

 

Это было на руку Уильяму, и он полагал, что толкучка на улицах и площадях, полные постояльцев трактиры и постоянная текучка прибывающих и уезжающих людей спрячут их от нежелательных наблюдателей. На въезде за стены он заметил нескольких белых плащей, а также потрошителей из Кровавого Легиона, что было довольно-таки обычным делом для столицы, но что-то подсказало агенту, что в этот раз стоит держать ухо востро. Не то чтобы раньше он вел себя легкомысленно, но шестым чувством он ощутил, что в городе что-то происходит. Осторожно, стараясь не выдать своего беспокойства, мужчина направил лошадь к стражникам, проверяющим всех прибывающих в столицу и спокойно объяснил им, что приехал купить на распродаже редкие товары из Антивы для своей семьи, поучаствовать в гуляниях и отдохнуть от жизни в скучном и сером Ферелдене. После короткого разговора его пропустили за стены, и он оставил лошадь у трактира «Счастливый наг», заплатив конюшему за хороший уход за животным. Конь принадлежал не ему, так что возвращаться за ним Уильям не планировал. Ему пришла в голову идея попробовать сторговаться с продавцом лошадей на рынке и приобрести средство передвижения, поскольку он прекрасно знал, что задерживаться в столице слишком надолго будет плохой идеей, но как оказалось, он потратил основной запас своего жалованья на дорогу. Остановившись в недорогой таверне, Холт отправил сообщение почтовым вороном, переоделся в чистое, помывшись в бадье, и отправился пройтись по центру столицы. Времени у него было достаточно, чтобы дождаться ответа от своих основных информаторов в Монтсиммаре, навестить нескольких знакомых, засветиться на рынке, чтобы не вызывать подозрений стражи, и отдохнуть перед встречей с отрядом. О них мужчина знал гораздо больше, чем они о нем, за исключением, пожалуй, только Адалин, но это было поправимо и, что важнее, необходимо.

 

Вечерний Монтсиммар встретил его привычным шумом большого города. Остановившись на мгновение у входа в трактир, Уильям пригладил растрепавшиеся было ветром волосы, вдохнул полной грудью запахи, доносимые до него от кухни и рыночной площади — коричные палочки, пекущийся свежий яблочный пирог, запеченные на огне кусочки свинины со специями и острый запах свежей рыбы — и быстро зашагал по направлению к рынку. Бумаги он предусмотрительно сжег, запомнив все досье наизусть, как и лица тех, кто должен был встретиться с ним на следующий вечер на Арене Монтсиммара.

 

Хранить любую ценную информацию Холт давно привык в собственной голове. Так было лучше. Вскоре этому ему предстояло научить и своих подопечных.

 

 

 

 

 

 

 

 

Спойлер

В Ивуаре не так уж много лавок и купцов, но кое-какими припасами разжиться все же можно. У каждого купца 3d4 золотых в наличии (сумма обновляется каждый игровой день).

 

Трактир "Пивная кружка", хозяйка Мари Морно:

 

Золото в наличии: 9 золотых монет

 

Паек на 1 день, не портящийся, включает флягу с чистой водой — 5 серебряных монет
Постой в таверне на 1 день, включает питание и комнату — 30 серебряных монет
Место в конюшне на 1 день, включает корм для лошади — 15 серебряных монет

Факел — 5 серебряных монет (снимает штрафы за темноту, расходуется)
Обычные предметы одежды — 5 серебряных монет
Приспособления для рыбалки (позволяет добывать рыбу в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Охотничьи силки (позволяет добывать мясо в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Аптечка с полным набором первой помощи — 20 серебряных монет

 

Речная и озерная рыба (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за штуку
Мясо (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за фунт

Дешевое пиво — 10 серебряных монет, бутылка
Дешевая бормотуха — 25 серебряных монет, бутылка
Наваристый рыбный суп — 50 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день придает персонажу эффект «Умиротворенный»)
Острая мясная похлебка неизвестно из чего — 25 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день может придать персонажу случайный эффект из «Сытый» или «Пищевое отравление»)

Хорошая еда — 15 серебряных монет

 

Ролевые предметы — от 5 серебряных монет до 1 золотого, в зависимости от типа предмета

Белые предметы можно купить за 1 золотой.

 

 

Эмилио Дюранте, торговец:

 

Золото в наличии: 7 золотых монет

 

Платье из плотной ткани (1) (легкая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты
Куртка из бараньей кожи (1) (средняя броня, +10 к здоровью) — 4 золотых монеты
Кольчужный доспех ополчения (1) (тяжелая броня, +1 к защите) — 4 золотых монеты
Чешуйчатый доспех с эмблемой Ивуара (1) (массинвая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты

 

Посох странствующего чародея (1) (посох, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Сильверитовый топорик (1) (одноручное, +1 к Силе) — 3 золотых монеты
Кулачный щит с тигровым глазом (1) (щит, +1 к защите) — 2 золотые монеты
Большой молот с драконьей головой (1) (двуручное, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Короткий изогнутый меч (1) (кинжал, +1 к Мудрости) — 3 золотые монеты
Эльфийский лук (1) (стрелковое, +1 к попаданию) — 5 золотых монет

 

Зелье лечения (+25% здоровья) — 50 серебряных монет
Зелье великого лечения (+50% здоровья) — 1 золотая монета

Зелье лириума (маг может перебросить кубик на заклинание, используемое немедленно после употребления зелья, и выбрать лучшее число на кубике) — 2 золотых монеты

 

Экстракт корня смерти (следующая успешная атака оружием ближнего боя повысит попадание по этому противнику на +2 на 2 хода) — 4 золотых монеты
Экстракт беладонны (следующая успешная атака оружием ближнего боя понизит попадание этого врага на -2 на 2 хода) — 4 золотых монеты

 

 

В этой местности возможен бросок на Заработок, Воровство и Азартные Игры.

 

Ставка воровства: 1 золотая монета
Ставка казино: 3 золотых монеты
Ставка заработка: 1 золотая монета

 

В этой местности возможен бросок на рыбалку и охоту за пределами Ивуара (Ловкость).

 

1-5 — ничего не поймано

6-10 — получен 1 фунт мяса \ 1 рыба

11-15 — получено 2 фунта мяса \ 2 рыбы

16-20 — получено 3 фунта мяса \ 3 рыбы

 

 

6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона

 

 

 

 

Текущие задания:

 

«О чем нельзя молчать» (проверить схрон Сопротивления) - Руфус + Викториа

 

Выполненные задания:

 

Спойлер

«В начале была таверна» (Луи спасен, Моро жив, 2 еретиков спасены, покинули город до приезда Пророка)

«Голоса в пустоте» (дух освобожден, Торниен жив) - Фел + Ринн

«Сказания прошлых лет» (амулет возвращен, Хаэслана покончила с собой, записи получены) - Адалин + Руфус

«Охота за призраками» (вещи собраны, статуя уничтожена, Алинбель спасена) - Доленгал + Эльса + Альваро

«Беглец» (найдены письмо и статуэтка, бой проигран) - Дамиан + Викториа

«Последний страж» (вартеррал убит, потрошители убиты) - главный квест локации
«Скотобойня» (заговорщики схвачены и переданы Бутчеру, бомба обезврежена) - Адалин + Альваро

«Старый друг лучше новых двух» (найденные артефакты отданы, получено 3 пропуска, Марсель убит) - Дамиан + Феликс + Вильгельм

«Утраченное сокровище Рогвира» (сверток найден, Рогвир завербован, молот получен) - Эльса + Руфус + Джакомо

«Вороново крыло» (тевинтерцы убиты, Дариус отпущен с Маавиш) - Ринн + Викториа

«Комната страха» (призрак освобожден, артефакт получен) - Руфус + Адалин + Вильгельм

«Город цепей» (сведения о ритуале получены, Оривент убит, Сейлон жив, Савир'Дал освобожден, меч найден) - общее задание

«Удар плети» (Реморий жив, Первая выкуплена, Вторая жива) - Адалин + Феликс

«Острее, чем лезвие меча» (Франсуа спасен, Косто выжил, семья Сципион спасена, поместье взорвано, информация получена) - Эльса + Дамиан
«Сонное царство» (Диан спасена, Анга сбежала, посох от Анги получен, перчатки отданы, вяз сожжен)

[Ettra]

Лес

 

— Это не самый легкий путь, и здесь потребуется много решимости, чтобы все проговаривать и копаться в болезненном прошлом. Я не жду ничего от тебя, Адалин, но если все же решишься, я постараюсь помочь.

 

— Нет! — выпалила Адалин и сжала карандаш так сильно, что пальцы заболели. — Нет. Я не могу. Не хочу.

 

Она не хотела говорить о своем прошлом. Копаться в нем, вытаскивая всю грязь и боль на поверхность, под внимательным взором Руфуса. Те крохи, что она уже сказала — были всего лишь фасадом, за которым пряталось куда большее. Страшные вещи. Те, о которых она не то, что не собиралась рассказывать, а даже не позволяла себе думать. 

 

— Я попробую то, что ты сказал., — уже мягче сказала Адалин.  — Может быть... есть кое что, о чем я могла бы думать. В замен.

 

Она подумала о пении Холта. О том, как мелодия подарила ей отголоски теплых воспоминаний и чувство уюта. Может быть, это поможет. Хотя бы на какое-то время. 

Изменено 7 июля, 2021 пользователем Aloija

[Thinvesil]

Лес

 

— Я попробую то, что ты сказал., — уже мягче сказала Адалин.  — Может быть... есть кое что, о чем я могла бы думать. В замен.

 

Руфус кивнул. Он и не думал, что Адалин согласится. Если она до такого варианта созреет, то только тогда и сможет решиться. А до тех пор, пока не созрела, принять такую мысль было бы трудно. Собственно, именно от принятия мысли все и зависело. Маг подергал удочку и с сомнением уставился на поплавок.

 

— Ну что, может, вернемся в лагерь? Я поставлю донки, чтобы можно было просто наведываться время от времени и не сидеть тут, как дурак, ожидая клева. Что скажешь?

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

- Так чем ты думаешь заняться дальше? Поселиться в какой-то глухой деревне? - небрежно спросила Ринн, присаживаясь у костра. - А нормально, в городе, сменив внешность и документы, создав легенду? Врядли вы настолько ценные пленники, что на вас разослали ориентировку во все уголки Тедаса.

 

— А?.. — девушка вздрогнула, плечи ее чуть приподнялись, и она испуганно взглянула на Ринн. С ней почти никто не разговаривал, кроме Бастьена, и кажется, ее даже избегали, но Мишель это устраивало. Ей не хотелось ничего рассказывать. Ей не хотелось ни с кем делиться. Для них она была всего лишь обузой, да еще и подозреваемой в том, что она работает на Тайную Службу. Не человеком. — Я не знаю... — наконец ответила она, нервно приглаживая короткие темные волосы и пожимая плечами. — Я думаю, что дело не в нас с Бастьеном... а в том, что, сбежав, мы унизили Кровавый Легион. Теперь они будут искать нас просто для того, чтобы доказать, что никто не избежит наказания за ересь. На нашем месте, наверное, мог быть кто угодно, — закончила она. Пожалуй, это была одна из самых длинных речей, сказанных ею за последние дни. Мишель выглядела очень худой, мало ела, и под глазами залегли болезненные тени. И все равно она была жива. Это уже большее, чем мог бы похвастаться иной человек, попавший в немилость к Империи.

 

- Есть проблема, выяснить в качестве кого меня послали?  От Ордена имеется в виду и еще меня беспокоит, то что Эльса наемник, она хорошая девушка, как не крути. Но верность настоящего наемника, определяется платой и то, что они могут  ее потратить, а нас как ни крути послали на достаточно сложную миссию, можно даже сказать на смертельно опасную.

 

— Орден и мы давно уже сотрудничаем, так что не думаю, что тебе стоит об этом волноваться. А насчет Эльсы... — он дунул на наконечник болта и улыбнулся качеству заточки, а может, чему-то еще. — Не волнуйся. Она нас не предаст. У каждого в нашем отряде есть ставка в этой игре. И это не только деньги, — он посмотрел на Феликса внимательным взглядом. — Единственная, кто меня беспокоит, это Ринн, — он кивнул в сторону, где у костра беседовали две девушки, фрименка и спасенная орлесианка. — Но это, опять же, не твоя проблема. Не стоит забивать этим голову.

[Junay]

Лагерь

 

— Я думаю, что дело не в нас с Бастьеном... а в том, что, сбежав, мы унизили Кровавый Легион. Теперь они будут искать нас просто для того, чтобы доказать, что никто не избежит наказания за ересь.

 

- Не была бы так уверена, хотя в тараканах этих фриков не разбираюсь. - поморщилась Ринн, подбрасывая хворост в костер. - Но есть места, куда даже Кровавый легион не суется. А если сунется - то плохо закончит... - она ухмыльнулась, вспомнив, как карателей завалило камнями в ущелье. - Плохо только то, что у них летающие твари, превосходство в воздухе... Но все же, думаю, Легион не будет посылать отряды драконов для того, что бы искать двух пленников. В конце концов - не вы же их унизили, а мы!  И даст Андрасте, еще не так  унизим, хе-хе!  - она представила себе сушеные головы легионеров над камином в гостинной тетушкиного дома... А в центре - голова дракона.  Джори бы небойсь, взбесился от такого украшения... - В общем, смотрите, если хотите обычную жизнь в городе - то есть... некоторые варианты. 

[Кайра]

Лагерь

 

— Орден и мы давно уже сотрудничаем, так что не думаю, что тебе стоит об этом волноваться. А насчет Эльсы... — он дунул на наконечник болта и улыбнулся качеству заточки, а может, чему-то еще. — Не волнуйся. Она нас не предаст. У каждого в нашем отряде есть ставка в этой игре. И это не только деньги, — он посмотрел на Феликса внимательным взглядом. — Единственная, кто меня беспокоит, это Ринн, — он кивнул в сторону, где у костра беседовали две девушки, фрименка и спасенная орлесианка. — Но это, опять же, не твоя проблема. Не стоит забивать этим голову.

 

- Можно личный вопрос?  Если слишком, то можно не отвечать, но я хотел бы знать, тому кто дает мне задания  Ваши мотивы и зачем вам Сопротивление?   Империя все же не такое ужасное место, в нем можно просто жить, и даже довольно не плохо.

 

Фел задумался, а ведь он рискует тут многим, положением в обществе, свободой, связями, карьерой и своей жизнью. Все ради призрачного шанса, вернуть свободу, но она редко кому нужна сама по себе. Рядовому крестьянину или горожанину не так уж важно живет ли тот в стране или в провинции. Самое главное, чтобы налоги были не слишком высокими.

[Ettra]

Лес

 

— Ну что, может, вернемся в лагерь? Я поставлю донки, чтобы можно было просто наведываться время от времени и не сидеть тут, как дурак, ожидая клева. Что скажешь?

 

— Идем, — согласилась Адалин, немного удивленная тем, что Руфус интересуется ее мнением. Он вполне может и уйти и поставить эти донки, чем бы они ни были, не спрашивая у нее.

 

Убрав альбом с законченным наброском реки, она встала на ноги и поправила задравшиеся полы пальто. Спокойствие подаренное песней пока не пошатнулось, но Адалин знала, что это не на долго. Заданий для нее не было, значит весь день придется быть в лагере или окрестностях и это неизбежно приведет к воспоминаниям. О кошмарах, о том, что сделали с Кириэ. Но пока что она могла сосредоточиться на чем-то другом. Или ком-то.

— А у тебя... Было что-то в жизни, о чем ты хотел бы не вспоминать? И не говорить. 

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

- В общем, смотрите, если хотите обычную жизнь в городе - то есть... некоторые варианты.

 

— Варианты?.. — Мишель осторожно покосилась на фрименку, которая чему-то радостно улыбалась. Девушке было непонятно, что могло ее так обрадовать, ведь ситуация не из веселых. Она вздохнула и наконец кивнула: — Расскажи мне о них.

 

Она пыталась не вспоминать о том, что было в поместье, и в темнице сразу после. Как будто это воспоминание можно было просто стереть из собственной головы. Как было бы прекрасно, если бы ей встретился один из магов крови, работающих на Империю! Тогда никаких мыслей и страхов у нее больше не было бы. Она бы просто... исчезла, начала жизнь с начала, другим человеком. Но и это было бы не выходом. Такие люди становились рабами, неспособными оказать никакое сопротивление хозяевам. Хотя, если бы это случилось с ней, она и не рассматривала бы то, что сделали потрошители с ней, как нечто плохое. Как насилие. Это было бы просто обычным событием, которое забылось бы так же быстро, как и вспомнилось.

 

- Можно личный вопрос?  Если слишком, то можно не отвечать, но я хотел бы знать, тому кто дает мне задания  Ваши мотивы и зачем вам Сопротивление?   Империя все же не такое ужасное место, в нем можно просто жить, и даже довольно не плохо.

 

Холт с удивлением посмотрел на мага, не ожидая такого вопроса прямо в лоб. Его глаза чуть прищурились, однако улыбка не сошла с его лица.

 

— Зачем оно мне? Забавно. Знаешь, чаще всего вопросом, на который необходимо найти ответ, является: зачем я ему. Но если ты спрашиваешь просто из любопытства, то у меня не осталось других целей. Я работаю там уже очень давно, а до этого был частью Церкви. — Он достал трубку, понимая, что Феликс тут явно не просто так подошел, и теперь придется отвечать на вопросы, какими бы личными они ни были. Можно было и покурить, чтобы немного смягчить обстановку. — Ни семьи, ни друзей у меня больше нет, зато есть преданность делу. Существование Разикаль, поклонение ей — плевок в лицо Создателя. Я думаю, что наша миссия угодна ему. Поэтому я здесь.

[Thinvesil]

Лес

 

— А у тебя... Было что-то в жизни, о чем ты хотел бы не вспоминать? И не говорить.

 

Руфус уже спрятал удочку и достал донки. На миг он застыл, обдумывая вопрос. Усмехнулся и покачал головой.

 

— Боюсь, что нет, — с сожалением ответил маг, разматывая упругий тонкий шнур из связанных жил с множеством прицепленных по длине крючков на таких же шнурах покороче. Окуная пальцы в коробочку с наживкой, он один за другим нанизывал опарыши на крючки. — Я прожил обычную спокойную жизнь сначала городского мальчика, а затем путешественника. Случались, конечно, разные истории, однако ничего такого, чтобы было совсем уж тяжело вспоминать. Так, неприятности. 

 

Он отыскал увесистый камень и крепко привязал его к краю шнура. Затем воткнул крепкую ветку в землю и привязал к ней другой конец. Как следует раскрутив камень на шнуре, маг закинул подальше в реку. Шнур с крючками и наживками растянулся от самого берега и оказался погруженным в реку, поджидая неосторожную рыбку. Со второй донкой предстояло проделать то же самое.

 

— С одной стороны, мне повезло родиться и расти в комфортных и благоприятных условиях, где самой большой проблемой было, как отстоять свою честь на дуэли и не попасться. — Руфус усмехнулся. — С другой, картина мира в таких обстоятельствах получается довольно однобокой. 

[Junay]

Лагерь

 

— Расскажи мне о них.

 

- Самый крутой - начать новую жизнь. Но и цена за него высока - Мишель как там твоя фамилия? - перестанет существовать. Ты получишь другие документы, другую легенду и даже другую внешность. Мишель погибнет - и ее труп найдут в канаве. И весь мир будет думать, что ее больше не существует. Твои знакомые, твои родные. Ты будешь жить, как другой человек, с другой страны, с другим прошлым. Такая жизнь (если не нарываться) обеспечивает практически 100% свободу. - Ринн внезапно уставилась на огонь не моргая, как будто погрузилась в воспоминания. - И ты никогда не сможешь вернуться к тем, кто остался в той, прошлой жизни. 

Другие варианты - попроще. Можно уйти в Сопротивление и прятаться вместе с ними. Можно уйти в свободные общины и жить в глухих лесах. Или прятаться в глухих деревнях, как вы и планировали.

Изменено 7 июля, 2021 пользователем Junay

[Кайра]

Лагерь

 

— Зачем оно мне? Забавно. Знаешь, чаще всего вопросом, на который необходимо найти ответ, является: зачем я ему. Но если ты спрашиваешь просто из любопытства, то у меня не осталось других целей. Я работаю там уже очень давно, а до этого был частью Церкви. — Он достал трубку, понимая, что Феликс тут явно не просто так подошел, и теперь придется отвечать на вопросы, какими бы личными они ни были. Можно было и покурить, чтобы немного смягчить обстановку. — Ни семьи, ни друзей у меня больше нет, зато есть преданность делу. Существование Разикаль, поклонение ей — плевок в лицо Создателя. Я думаю, что наша миссия угодна ему. Поэтому я здесь.

 

-Меня в последние время спрашивают о мотивах, не очень уместные вопросы, но спасибо за ответы, -Фел сам достал трубку и закурил, видя что Холт сам не против.- Но Создатель сам покинул свою паству, так что не удивительно, что люди решили поклонятся тому Богу, который явил себя.

 - Вот уж не думал, что  тот кто раньше принадлежал к церкви, так хорошо умеет сражаться.

-  А что старая религия говорит про вину можно ее искупить?  Холт мог заметить, что у мага чуть покрасневшие глаза, которые говорили о явном недосыпе.

 

Фел задумался, как бы спросить не раскрывая всего, надо ли исповедоваться, читать молитвы или какие- то еще методы, отогнать кошмары, потому что ему надо было спать, но с такими кошмарами лучше бодрствовать.

[Ettra]

Лес

 

— С одной стороны, мне повезло родиться и расти в комфортных и благоприятных условиях, где самой большой проблемой было, как отстоять свою честь на дуэли и не попасться. — Руфус усмехнулся. — С другой, картина мира в таких обстоятельствах получается довольно однобокой. 

 

— Но за что-то ведь тебя выгнали? Из семьи, — спросила Адалин, без особого интереса наблюдая, как Руфус закидывает веревки с наживкой в воду. 

 

В том, что маг бросил сытую и беззаботную жизнь благородного сам, она очень сомневалась. Отказаться от родного дома, от возможностей, от ясного и четкого будущего, от, главное, семьи — на такое решился бы только полный дурак. А уж кем, но дураком Руфус не выглядел. 

[Thinvesil]

Лес

 

— Но за что-то ведь тебя выгнали? Из семьи, — спросила Адалин, без особого интереса наблюдая, как Руфус закидывает веревки с наживкой в воду.

 

— Выгнали? — чуть рассеянно поинтересовался целитель, раскручивая вторую донку. — Ну можно и так сказать. Батюшка вычеркнул меня из рода, когда я сообщил, что отправляюсь в вольное плавание и не хочу иметь ничего общего со всем этим высоким обществом. — закинув снасть, Руфус проверил, ничего ли не забыл, и закинул на плечо сумку. — Не сказать, чтобы я сильно расстроился. Я и так не собирался возвращаться обратно. Ну что, пойдем?

 

Снасти спокойно простоят хоть до утра, а в лагере у него было еще одно дело, которым следовало заняться.

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

Другие варианты - попроще. Можно уйти в Сопротивление и прятаться вместе с ними. Можно уйти в свободные общины и жить в глухих лесах. Или прятаться в глухих деревнях, как вы и планировали.

 

— Лесаж, — отозвалась девушка. — Мишель Лесаж. Я... не знаю, если честно. Я хотела бы в конце концов вернуться к своему отцу, но я не знаю, когда и как это могло бы быть возможным. Только, наверное, если Империя падет и больше не надо будет бояться, — тихо добавила она. Ей хотелось верить, что очень скоро все закончится. Каким-то магическим образом, Разикаль просто исчезнет, и вместе с ней исчезнут и легионы, и служба, и Инквизиция, и тевинтерцы в Монтсиммаре перестанут насаждать свои порядки, и наместником будет кто-то добрый и щедрый. Конечно же, все это были пустые мечтания. Лучше было наконец признать реальность и принять тот факт, что домой она не вернется. Так будет лучше. Ее отец останется полезным обществу, а она попросту растворится в толпе.

 

— Может быть, я могла бы попытаться... изменить внешность и имя, но я не знаю, как, — добавила Мишель после долгой паузы. — Я никогда ничем подобным раньше не занималась, да и Бастьен тоже.

 

- Вот уж не думал, что  тот кто раньше принадлежал к церкви, так хорошо умеет сражаться.

 

— А ты разве не слышал о Правой и Левой руке Верховной Жрицы? — пошутил Холт. — Можешь считать, что я стал кем-то вроде этого. Правда, таких "рук" у нашей организации не одна и не две, а множество. И каждая должна уметь все. В том числе и убивать, — он поставил арбалет рядом, прислонив его к бревну, и положил ногу на ногу. — Все мы предстанем перед Создателем после своей смерти. Тогда и будет видно, кто заслужил искупление, а кто нет, — негромко сказал он, услышав фразу Феликса о вине. — Я надеюсь, что моя работа ради Сопротивления будет достаточной, чтобы мои грехи были прощены, когда придет этот день.

[Ettra]

Лес

 

— Не сказать, чтобы я сильно расстроился. Я и так не собирался возвращаться обратно. Ну что, пойдем?

 

— Стоп. Ты что... ты сам ушел? — опешила Адалин. Она поднимала рюкзак с земли и так и застыла полусогнутой. — Почему?

 

Адалин действительно не могла взять в толк причины такого поступка. Может быть Руфус поддался скуке и решил поискать приключений, а потом не смог вернуться? Или... опозорил род? Вроде бы благородные очень трепетно относились к чести семьи. Может быть... может быть он, как и Адалин, посчитал себя не достойным хорошей жизни?

[Junay]

Лагерь

 

— Может быть, я могла бы попытаться... изменить внешность и имя, но я не знаю, как, — добавила Мишель после долгой паузы. — Я никогда ничем подобным раньше не занималась, да и Бастьен тоже.

 

- Ну, вот в этом я могу помочь, дай только до города добраться. - усмехнулась Ринн. - Могу с уверенностью сказать, что никто так не поднаторел менять шкуры и носить маски, как наш клан... За счет этого и выживаем уже лет 20, не меньше. Так что документы на новое имя раздобыть - дело не долгое, да и внешность сменить не сложно. Но вот если ты хочешь вернуться к родным, тогда "умирать" окончательно не стоит, лучше где-то тихонько затаиться и переждать, пока легионеры не перебесятся. А там кто знает - вдруг их отвлечет что-то посерьезней, чем пара беглецов? Я так понимаю, что нашей миссией мы и им и Империи не плохо кровь попортим. И кто знает, что получится, если мы преуспеем... В общем, когда будем в городе, и если ты не передумаешь, напомни мне о документах. - сказала Ринн. - Картошки бы сюда - да запечь ее в костре...

[Thinvesil]

Лес

 

— Стоп. Ты что... ты сам ушел? — опешила Адалин. Она поднимала рюкзак с земли и так и застыла полусогнутой. — Почему?

 

Руфус задумчиво почесал нос. Он не был уверен, что Адалин поймет его мотивацию. Простой народ не особенно то заморачивался над продолжением рода, дети были скорее вопросом практического выживания сейчас, чем каким-то заделом на будущие поколения. 

 

— Скажем так, я не видел там для себя применения в будущем. И решил, что смогу принести больше пользы как просто Руфус, если буду исследовать и сохранять историю для потомков, а не прожигать напрасно праздную жизнь как наследник рода. Собственно, по прошествии этих лет, я только убедился в правильности своего решения. — маг улыбнулся. — Не говоря уже о том, что не уйдя, я так и остался бы глупым мальчишкой.

[Кайра]

Лагерь

 

— А ты разве не слышал о Правой и Левой руке Верховной Жрицы? — пошутил Холт. — Можешь считать, что я стал кем-то вроде этого. Правда, таких "рук" у нашей организации не одна и не две, а множество. И каждая должна уметь все. В том числе и убивать, — он поставил арбалет рядом, прислонив его к бревну, и положил ногу на ногу. — Все мы предстанем перед Создателем после своей смерти. Тогда и будет видно, кто заслужил искупление, а кто нет, — негромко сказал он, услышав фразу Феликса о вине. — Я надеюсь, что моя работа ради Сопротивления будет достаточной, чтобы мои грехи были прощены, когда придет этот день.

 

- Впервые слышу,история церкви сейчас очень фрагментирована, да я особо ей не интересовался. Наверное какие- то фанатичные еретики хранят все эти старые книги, но думаю что вряд ли даже в официальной истории Церкви о этом упоминалось бы.

- А если ты убиваешь и не чувствуешь вину, например  кровавых  легионеров чудовища и они должны быть убиты, не думаю что испытая хоть, что - то от их смерти, кроме чувства облегчения, что избавил Тедас  от них. Для меня они хуже пресловутых порождений тьмы, те убивают следую своей природе, а эти предали само название человек.

 

- Так же предатели, и другие кто добровольно готовы служить Тевинтеру и предать своих родных и Родину.

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

В общем, когда будем в городе, и если ты не передумаешь, напомни мне о документах. - сказала Ринн. - Картошки бы сюда - да запечь ее в костре...

 

— Хорошо. А мы поедем в город? — спросила Мишель, пряча начавшие дрожать пальцы. Мысль о том, что в городе их схватят сразу же, на въезде, повергала ее в противный, липкий, животный ужас. Даже если это будет обычная стража, узнав ее в лицо, стражники тут же отошлют сообщение Кровавому Легиону о том, что пропавшие еретики нашлись. И тогда им уж точно не поможет ничего, кроме чуда. — Может быть, нам не стоит идти в город вместе с вами... — произнесла она неуверенно. — Я слышала, как вы обсуждали... что там много имперцев. Что они там что-то ищут. А вдруг нас узнают или заметят?

 

- Так же предатели, и другие кто добровольно готовы служить Тевинтеру и предать своих родных и Родину.

 

— Все мы — люди, — пожал плечами Холт, который уже слышал подобные речи. Обычно они исходили от очень молодых и полных решимости людей, но какое-то время проработав в Сопротивлении, Уильям научился понимать чуть больше, чем самое очевидное. — Даже предатели. Как ты думаешь, работают ли на нас уроженцы Тевинтера? — он усмехнулся и метнул взгляд в сторону Виктории, которая расслаблялась в отдалении. — С точки зрения Империи, они тоже предатели. А для нас они — союзники и друзья. Так что все это относительно, вчерашний предатель и легионер завтра может стать тем, кто повернет чашу весов в нашу пользу. И наоборот. Тот, кто сегодня заявлял о своей верности и вере, завтра продаст своих друзей под пытками. Я никого не собираюсь винить, судить или пытаться найти оправдание их поступкам. Я просто делаю то, что должно. Вот и все.

[Ettra]

Лес

 

— Не говоря уже о том, что не уйдя, я так и остался бы глупым мальчишкой.

 

Адалин в ответ только задумчиво хмыкнула. Представить Руфуса — этого спокойного и рассудительного мужчину — глупым мальчишкой было выше ее сил. Неужели люди так сильно меняются, оказавшись в непривычной обстановке? Сама она будто бы застыла в одном состоянии на всю жизнь. 

 

Подхватив рюкзак, Адалин потопала по тропинке к лагерю следом за Руфусом. Идти было не очень далеко, но она по привычке приглядывалась к окружающему лесу, мало ли какая голодная тварь прячется за деревьями. Или... в деревьях. Но вместо рысей или сильванов, она увидела кое что другое.

— Погоди, — остановила Адалин Руфуса и сошла с тропинки. Возле одного из камней, из под кучи прелой листвы, торчал кусок кожи. Смахнув листву мыском ноги, она увидела сумку и заглянула внутрь. — Зелье. Кажется лириум. — Адалин потрясла небольшим флакончиком с голубой жидкостью, показывая его Руфусу. — Надо?

Ржавый железный топорик, судя по гравировке на металле — эльфийский, она убрала себе. Может быть, получится продать. Лириумные зелья тоже стоили не дешево, но... не зря ей столько раз напоминали о командной работе. 

 

+ эльфийский топорик (2г)

[Кайра]

Лагерь

 

— Все мы — люди, — пожал плечами Холт, который уже слышал подобные речи. Обычно они исходили от очень молодых и полных решимости людей, но какое-то время проработав в Сопротивлении, Уильям научился понимать чуть больше, чем самое очевидное. — Даже предатели. Как ты думаешь, работают ли на нас уроженцы Тевинтера? — он усмехнулся и метнул взгляд в сторону Виктории, которая расслаблялась в отдалении. — С точки зрения Империи, они тоже предатели. А для нас они — союзники и друзья. Так что все это относительно, вчерашний предатель и легионер завтра может стать тем, кто повернет чашу весов в нашу пользу. И наоборот. Тот, кто сегодня заявлял о своей верности и вере, завтра продаст своих друзей под пытками. Я никого не собираюсь винить, судить или пытаться найти оправдание их поступкам. Я просто делаю то, что должно. Вот и все.

 

- Честно говоря мне странно, то что жители Тевинтерской Империи вступают в Сопротивление, цель которого уничтожить эту самую Империю  А Виктория загадка, она с одной стороны одобряет методы Верховного Жреца, а с другой стороны выбрала противоположную ему сторону. Хотя может это по вопросам нищих и прочих так сказать криминальных элементов.   - Маг задумался, все они с загадкой, даже та же казалось с первой взгляда открытая Ринн, но она открыто манипулировала Адалин.

 

- Но это не моя забота, а руководства, но думаю что те же фримены вряд ли взяли бы к себе тевинтерца, Стражи более прагматичные.  А как говорил мой старый командор, с паршивой овцы хоть шерсти клок. - Он скучал по своим старым товарищам и по родным пустошам, сейчас было бы время  бурь, когда на улице было темно целыми сутками и ветер сшибал с ног.  Сейчас они все сидели бы у очага, и занимались, как повседневными  делами, так и рассказом историй, а может кто - то завел праздную беседу

[Thinvesil]

Лес

 

— Погоди, — остановила Адалин Руфуса и сошла с тропинки. Возле одного из камней, из под кучи прелой листвы, торчал кусок кожи. Смахнув листву мыском ноги, она увидела сумку и заглянула внутрь. — Зелье. Кажется лириум. — Адалин потрясла небольшим флакончиком с голубой жидкостью, показывая его Руфусу. — Надо?

 

— Не помешает. — Руфус улыбнулся и взял пузырек. — Благодарю. Лириум, конечно, лучше не употреблять, но кто знает, какие у нас еще возникнут обстоятельства. 

 

Спрятав зелье в сумку, он продолжил путь в лагерь.

 

Руфус находит зелье лириума.

[Junay]

Лагерь

 

— Может быть, нам не стоит идти в город вместе с вами... — произнесла она неуверенно. — Я слышала, как вы обсуждали... что там много имперцев. Что они там что-то ищут. А вдруг нас узнают или заметят?

 

- Это стоит обговорить с командиром. - сказала Ринн. - Там, конечно, имперцев полно, но врядли они слышали что-то о  сбежавших еретиках или имеют на вас ориентировку. Если только в городе нет Легиона. В противном случае, вам действительно, лучше в городе не отсвечивать. Надеюсь, у Холта есть какие-то знакомые в предместье, которые могли бы вас приютить на время нашего пребывания там.  - Ринн посмотрела на Холта, который с Феликсом о чем-то разговаривали и курили.

Она подумала о том, имеют ли легионеры на них ориентировку? Сомнительно, ведь они презентуют себя, как отряд наемников, и их лица во время похищения еретиков никто не видел. Подозрительным могло быть только то, что "Скорпионы" внезапно свалили с города, как раз после побега еретиков и не стали дожидаться приезда Пророка. А кто бежит от Пророка? Только еретики!

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

Честно говоря мне странно, то что жители Тевинтерской Империи вступают в Сопротивление, цель которого уничтожить эту самую Империю

 

— Цель Сопротивления не состоит в уничтожении народов или стран, — отозвался Уильям. — Цель Сопротивления — спасти Тедас и всех, каждого, кто живет в нем, от неминуемой ужасной участи. Всех. Включая жителей Тевинтера, ставших жертвой сущности не из нашего мира. Наверное, многим проще смотреть на это так, как будто мы находимся в состоянии войны с ними. Но это не так. То, что мы делаем, выше политики и выше любых войн, которые терзали Тедас до этого. Это борьба за наше выживание, — он поднялся с бревна и кивнул Феликсу. — Подумай об этом на досуге. А я пока что пойду попробую найти какую-нибудь дичь в лесу.

 

Ему явно не слишком нравился этот разговор, а вступать в политические споры он, как и сказал Адалин, не собирался и не советовал. Мишель, посмотрев на Ринн, не нашлась, что ей ответить. Она в принципе не очень понимала, зачем отряд таскает еретиков с собой, когда они очевидно не представляли для них никакой особой пользы и даже напротив, могли навлечь лишние риски. Однако почему-то эти люди заботились о ней. Вздохнув, она неловко улыбнулась Ринн и положила руку на ее плечо, осторожно и с какой-то болезненной неуверенностью.

 

— Спасибо. Что тебе не все равно, — тихо произнесла она и поднялась. — Я пойду, прогуляюсь. Может быть, соберу немного ягод или грибов для вашего котелка. И еще... я надеюсь, что я тебе не сильно мешаю в палатке, — смущенно поправив волосы, сказала Мишель.

[BornToSeek]

Сторожевые башни

 

— Чето мне кажется, что здесь не обошлось без магии, — небрежно заметила Эльса. — Но разве та девушка может быть маг? Вроде долийцы таких специально обучают, а не гоняют загоны чистить. И еще этот обгорелый жмурик, — девушка нахмурилась, словно усиленно что-то обдумывала. — А кто кроме магиков еще умеет огнем пуляться? Демоны так могут? У Дамиана и Виктории вроде не пылкали.

 

— Гнев может, демон почти целиком состоит и огня и лавы, крайне жестокое и агрессивное создание Тени, — ответил Альваро. — Кроме эльфа ещё некоторые деревья были подпалены, ему, видимо, просто досталось куда больше, чем остальным. Если среди нападавших был демон, то он явно служил не главным оружием. Магия же точно была так или иначе.

 

— Мне кажется, что имело место быть предательство. Кому бы потребовалось привязывать духов к месту? Не похоже, чтобы они что-то охраняли. Но сильные чувства, вызванные предательством близкого... это, пожалуй, может. Но зачем эльфу делать такое с сородичами?

 

— Страх, глупость, ненависть, контракты и договорённости — причин пойти против бывших товарищей или союзников может найтись много. Пока что нам слишком мало известно.

 

Разве что приметила, что на камнях башен кое-где отчетливо виднеется сажа, а в некоторых местах кладка даже оплавлена. Обычный огонь не способен был на такое, только усиленный магией. Или драконий.

 

— Ну что же, — уже оказавшись внутри башни и тоже заметив необычные следы, произнёс маг. — Снова следы огня. Я бы предположил, что напасть на эльфов могли потрошители с молодыми бескрылыми драконами, но тогда непонятно, почему об этом умолчал первый охотник. Демона Гнева маг тоже вряд ли стал бы просто держать на дне башни, если готовился пустить его в атаку. Разве что его ещё и на охрану определили, тогда он тут наверно извёлся, приближаясь к стенам и не имея возможности уйти. Или же он тут был заперт кем-то. Кому ещё могло понадобиться плавить стены не представляю.

Глядя вслед забирающемуся наверх эльфу, Альваро сам убрал посох за плечо, готовясь пройти следом. Эльса осталась сторожить внизу и ловить, если вдруг сорвётся. И не зря: скалолаз из антиванца выдался скверный, и, едва осилив с четверть башни, он попытался зацепиться за очередной мелкий выступ, но резко сорвался. Посох слетел с руки, маг тщетно попытался ухватиться за воздух и полетел вниз, мысленно ругаясь далеко не самыми благими словами.

[Ettra]

Лес

 

Вернувшись в лагерь вместе с Руфусом, Адалин с удивлением и даже удовольствием осознала, что день перевалил за середину. И первая его половина выдалась довольно насыщенной и... неплохой. Учитывая каким отвратительным было вчера. Но хотя бы на какое-то время она забылась, сначала за разговором с Холтом, потом с Руфусом. Удивительно, что совсем недавно, еще в Монтсиммаре, необходимость общаться ее так тяготила. Ведь вполне можно разговаривать, при этом не сближаясь на столько, чтобы это могло повредить ее основной работе. 

 

Присев у костра, Адалин вытащила из сумки очередной паек. Никакого удовольствия от однообразной пищи она не получала, но послушно положила мясо на хлебец и откусила кусок. Утром и крошка в горло не лезла, а сейчас аппетит вроде бы разыгрался.

-1 паек