Ettra

Лагерь   Решив, что от демонов лучше держаться подальше, Адалин взяла гарроту. Она проверила ее в свете огня, что было затруднительно, и убедившись, что струна не повреждена, а ручки не грозятся отвалиться, убрала ее в карман и встала. Судя по всему, перевалило за полночь, стоило уйти в палатку, забраться в спальник и, укрывшись плащом, уснуть. Но для Адалин это никогда не было на столько просто. Хотя бы еретичка не будет мешать своим присутствием.  Подойдя к палатке, она достала из рюкзака маленький котелок и набор трав. Она была сильно подавлена, когда искала помощи у Руфуса, сильнее, чем сейчас, но раз уж обратилась и получила совет, не спешила от него отказываться. Тем более ей действительно нужно спать. Потому стоит сделать отвар. Вернувшись к костру, Адалин сообразила, что Виктория и Дамиан собирались готовить похлебку. Можно было подождать, пока они управятся, но это займет лишний час. К тому же, она предпочитала готовить на маленьком огне, который можно было легко потушить. Потому бросив травы в котелок и опустив все на землю, пошла к подлеску, чтобы набрать веток. 

Лагерь   — Эти демоны... насколько они умны? Если контроль сорвется? Что будет? — неожиданно подала голос Адалин, все это время сидевшая тихо, будто статуя или тень, порождённая светом костра. На сколько она знала, твари сражаются в ближнем бою. Жутковато будет находиться рядом с такой, не зная, что от нее ожидать. Вдруг они плохо различают своих и чужих и нападают на любого, кто покажется им врагом? — И отдай мою гарроту. — Она в пол-оборота повернулась к Дамиану и протянула руку, но на лицо смотреть избегала.

Лагерь   — Я... нашла книгу у отца на книжном шкафу   "Песнь света?" Сейчас именно эта книга считалась самой опасной из всех. Она погубила кучу жизней, в том числе и жизнь матери Адалин. Она не часто думала о ней, как и о своей роли в ее судьбе. Слишком много времени прошло с тех пор, чтобы детская рана болела как прежде. Но ненависть к Империи засела слишком глубоко и крепко, чтобы два десятка лет смогли ее погасить до конца. И пусть за последние годы она поблекла, будто выгоревшая картина, она понимала, что Империя сыграла не последнюю роль в том, как повернулась ее жизнь.  Но главная вина, конечно была на самой Адалин. — Тебе повезло, — сухо бросила Адалин девушке. — И твоему отцу тоже. Она глянула на Холта, который выглядел так, будто убивался горем и покачала головой. Странно... она не раз слышала о его жестокой эффективности и не думала, что увидит от него сожаление. Было ли это и его доброта — всего лишь масками? Если бы Адалин умела управлять своими эмоциями, то сама надела бы иное лицо. Лицо человека достаточно сильного, чтобы оставаться на ногах, когда штормовой ветер уносит все вокруг. Ей хотелось стать такой. Не ломаться от каждого дуновения.

Лагерь   Закончив с косой и порядком подмерзнув, Адалин переместилась чуть ближе к к костру. Все еще достаточно далеко, чтобы вылетающие искры не доставали ее. У нее не было страха перед огнем, не такого, какой бывает у животных, но и комфортно она рядом себя не чувствовала. Как можно сидеть почти в плотную, к сущности, которая в один миг может уничтожить все, что к ней прикасается?  Налив себе чаю, Адалин прикрыла глаза. Руфус и Зиндерманн беседовали с еретиков о Тени. Их разговор не отзывался в ней интересом, но она все равно вслушивалась в слова, чтобы сосредоточить свое внимание на чем-то внешнем. Звуки, тепло от чашки, аромат чая и красноватые всполохи света перед закрытыми глазами.  Если бы не темнота, она предпочла бы поупражняться в меткости с метательными кинжалами и арбалетом. Нужно оттачивать этот навык, довести до совершенства, чтобы больше не случалось промашек. Но придется подождать до утра. Для рисования тоже слишком темно, да и для всего, что могло бы помочь ей очистить голову и убить время.  Такие вечера на природе были самыми тяжелыми и мучительно-скучными. Раньше они случались не часто. 

Лагерь   — Мы могли бы уехать из города совсем без них, но теперь у нас два дополнительных источника возможно полезной информации. Если отбросить все детали, то это успех.    — Ты считаешь это успехом? — Адалин в миг забыла о своих попытках сдерживать эмоции, ее брови поползли вверх. — Одна даже не говорит. Но... ладно. В любом случае, я буду стараться лучше. Она встала и кивнула. На ее лице появилась немного вымученная и едва заметная улыбка, сильно контрастирующая с вечно печальным и усталым взглядом. Холт был гораздо мягче к своим подчиненным, чем Десмонд или ее последний начальник — Марко Капелле. Было приятно, что он считает ее достаточно подготовленной к миссии, но Адалин не хотела, чтобы его отношение было поводом расслабиться. Ей нужно стать сильнее, находчивее, умелее. Если бы она была чуть более полезной, может быть тогда Десмонд... Она прервала мысль, не позволив ей укорениться в сознании и развиться во что-то большее.  — Ты подоспел вовремя, — сказала она, принявшись рассеянно заплетать косу. Полагалось бы сказать "спасибо", но слова благодарности застряли в горле. Они всегда давались ей тяжело. — Не буду мешать. Адалин отошла к своей палатке, по пути забрав деньги у Ринн и принялась наблюдать, как Эльса ловко вбивает колышки в землю. Нужно хорошо запомнить последовательность, потому что в следующий раз ей придется разбираться со своей палаткой самостоятельно. Конечно, в теории она знала, как это делается — пару раз наблюдала, как напарники на миссиях управлялись с установкой, но ни разу не пробовала сама. 

Лагерь   — Если хочешь. Я слушаю, — достав трубку, он набил ее табаком. Броню мужчина уже снял, аккуратно сложив рядом, и набросил свою обычную куртку, которая как будто делала его меньше ростом и уже в плечах.   После некоторого замешательства, Адалин села чуть в стороне от Холта, так, чтобы дым не летел в лицо, и подтянула меховой воротник, закрывая шею. Несмотря на теплый взгляд Холта и костер рядом, ей было холодно. — Да, хочу, — ответила Адалин и лицо ее стало жестче, холоднее, будто бы она пыталась отрешиться от эмоций.  Она начала рассказ с того момента, как они с Ринн зашли в тоннель, рассказала, как промахнулась бомбой в стражника, что стоило им лишних секунд, о том, как Ринн вовремя среагировала и "вырубила" поднявшего шум заключенного. Описала остальных еретиков, тех, что она убила ядовитым уколом и то, как они едва успели убежать от потрошителя — наверняка это был он — который спускался в подвал. И закончила самой нелепой ошибкой за всю историю ее участия в Сопротивлении.  — Я должна была подумать о масках для еретиков, — покачала головой Адалин. Она все еще пыталась держать лицо и голос спокойными. — Больше не допущу такой оплошности. 

Лагерь   - Надеюсь, нам и дальше будет везти.   — Я тоже, — коротко ответила Адалин.  Она ушла, оставив Зиндерманна одного. Теперь, когда от нее не воняло за три версты мертвечиной, ей нужно было сделать дело не более приятное, чем мытье в ледяной воде. Рассказать начальнику о провале миссии. Холт не давил и не упрекал ее и почти всегда был добр, но Адалин все равно испытывала рядом с ним затаенный страх. Он самую малость смягчался в личном общении, но когда разговор заходил о работе, девушка ожидала худшего. Привыкла ожидать худшего за почти одиннадцать лет, что Десмонд был ее наставником. — Я готова отчитаться, — сказала Адалин, встав перед Холтом. Ее беспокойные руки начали перебирать волосы.

Лагерь   Спину обдало приятным теплом магии, вокруг головы образовалось облачко пара, но тут же рассеялось в холодном воздухе. Адалин завязала хвост и перебросила сухие и заметно полегчавшие волосы на грудь. Не сжег.   - Рад, что вы вернулись с задания   — Повезло, — сказала Адалин, бросив взгляд в сторону палаток. Возле одной из них была причина этого "везения" — Уильям Холт. Он наверняка все время находился где-то неподалеку от тюрьмы, готовый вмешаться в случае опасности. Вряд ли он доверял умениям наемников, да и самой Адалин, чтобы оставить их без надзора. И правильно делал.

Лагерь   - Помочь, тебе магией высушить волосы? - спросил он ее.   Адалин неприязненно повела плечом и мотнула головой, мол "не утруждайся". Зиндерманн ей не нравился. Начиная от неудачной первой встречи в таверне, где он показался этаким мажориком, привыкшим к роскошной жизни, заканчивая его попытками без позволения учить незнакомцев жизни. В отличие от холодного достоинства с которым держалась Виктория, или вежливости Руфуса, которая казалась частью его натуры, было в поведении Зиндерманна что-то показное. Адалин не могла сказать точно, но повстречала в своей жизни достаточно таких людей, и все они прятали гнилую душонку за "благородными" порывами и широкими жестами.  Но... не была ли это предвзятость? Пока что Зиндерманн не сделал ни ей, ни кому-то другому ничего дурного. Если не считать раннего пробуждения, но Адалин не была уверена, что это злой умысел. Скорее всего просто глупость, помноженная на хорошие побуждения. Тем более ей и правда пора учиться работать в команде. И принимать помощь от других. — Ладно. Давай. Только... не сожги. — Адалин поежилась. 

Лагерь   Никто так и не ответил и, пожав плечами, Адалин подняла вещи и направилась к подлеску. Судя по тихому журчащему звуку именно за ним располагался ручей. Выйдя за границу света от костра, она замедлилась и стала ступать осторожнее, чтобы случайно не споткнуться о камень или корягу. Тут, за городом, все было иначе. Слишком мягкая и бугристая земля, странные шорохи и стрекот то ли птиц, то ли насекомых. Другой мир, в который Адалин не заходила слишком глубоко. Она не любила стоянки на природе, предпочитая в переходах останавливаться в тавернах. Малознакомое и непредсказуемое окружение ее напрягало. Как и ожидалось, ручей оказался в овраге. Не слишком быстрый и довольно широкий. Вода, перекатываясь через камни и порожки, блестела, отражая луну. Адалин осторожно спустилась по склону, оскальзываясь на размытой земле. Ботинки увязли в иле и Адалин вынула из них ноги и перепрыгнула на клочок земли посуше. Ноги обдало холодом и она поторопилась стянуть остальную одежду и откинуть в кучу подальше от ручья. Запах тухлятины ощущался даже не смотря на то, что ветер уносил его в другую от Адалин сторону.  Она достала полотенце, кусок мыла и по камням перебралась поближе к воде. Даже ее, привычное к ферелденским морозам тело начало подрагивать. Не теряя времени, Адалин принялась натирать кожу мыльным влажным полотенцем с такой силой, что вместо холода начала ощущать жар. Немного едкий травяной запах мыла забивал дух мертвечины, и в конце-концов она почти перестала его чувствовать, но все равно продолжала тереть себя с каким-то остервенением, пока жар не превратился в жжение. Особенно сильно горел бок. Тот, где от талии почти до колена расползся огромный алый ожог. Кажется, она немного содрала нежную кожу.  Остановившись, она выдохнула и приложила ладонь к раздражению. Пожалуй, она заслужила немного дискомфорта и боли после сегодняшней неудачи. Как и заслужила когда-то сам ожог. Ведь любые ошибки должны быть наказаны. Решив, что тело достаточно чистое, Адалин понюхала волосы и скривилась. Запах был слабым, но все же чувствовался. Придется мыть и голову.   Вернулась в лагерь Адалин спустя полчаса, держа на вытянутой руке кулек с грязными вещами. Она выкинула его на голую землю, подальше от палаток и вступила в круг света от костра. Огонь, ослепительно яркий и сильный, потрескивал, гудел, и плевался крошечными искрами. Адалин не решилась подойти близко. — Там вещи надо сжечь, — сказала она, махнув рукой в сторону, где оставила кулек.

Лагерь   От теплого воздействия магии боль отступила и туман в голове прояснился. Никаких последствий от падения, даже натертость на шее, которую оставила маска, и та прошла. Жаль, магия не могла ничего поделать с ее настроением, стремительно катящимся в уныние. Двое еретиков, уже облаченные в робы, сидели возле костра, протягивая к нему руки и зябко поеживаясь. Всего двое из пяти. Двое случайных человек, о которых она не знала абсолютно ничего. Что если, она вытащила не тех, кто им нужен? Девчонка слишком молода и испуганна, чтобы быть агентом Сопротивления. Парня вообще загребли за исследования. Если отряд не получит от них ни капли полезной информации, то вся миссия была зря. Теперь весь город на ушах, похитителей наверняка ищут и не известно как скоро нападут на след. Адалин должна была убедиться, что все пройдет без осечек. А в итоге, из-за ее бестолковости Холту пришлось разгребать последствия. Как когда-то приходилось разгребать Десмонду. Отыскав свои вещи, Адалин вынула из рюкзака мыло и полотенце и подхватила сумку с привычной одеждой. Ей нужно будет отчитаться перед Холтом. Но сначала лучше бы помыться и переодеться.  — Где тут ручей? — спросила она.

Лагерь у дороги   — Я сейчас подойду. Минутку. — Руфус подошел к Адалин и участливо склонился над ней, оглядывая профессиональным лекарским взглядом. — Цела? Или подлечить нужно?   Адалин с небольшим удивлением глянула на него и, кряхтя поднялась на ноги, придерживаясь за дерево. Не хотелось выглядеть жалкой, сидя скорчившись на земле, как в тот раз в комнате мага. Не на столько она слабая. Тем более сейчас ей гораздо лучше, чем после ссоры с Ринн.  Хотя теперь, когда не надо было прислушиваться к шорохам в подземных катакомбах и бежать через весь Монтсиммар, ее мысли снова становились вязкими, тягучими и темными. — Лечить? — переспросила Адалин, моргнув. Сложно было привыкнуть, что теперь стоит всего лишь попросить мага об исцелении, вместо того, чтобы прикладывать припарки к синякам и ушибам. — А. Да. Голова и плечо. Правое Она стянула капюшон вместе с платком, которым замотала волосы, и прикоснулась к затылку. Сухо. Повернувшись, она чуть опустила голову и придержала пучок, чтобы Руфусу было удобнее.

Монтсиммар   Адалин накинула на голову капюшон и скользнула на одну из небольших улочек, которые шли вдоль главной дороги. Тут почти не было людей и не встречалась стража, потому она не привлекала к себе внимание запахом тухлятины, въевшимся в одежду. Несколько не самых популярных трактиров, затерявшихся в городских переулках, пришлось обойти стороной. На всякий случай. Адалин не бежала, ведь беглец привлекает слишком много внимания, но шла быстрым и уверенным шагом.  Ворота все еще были открыты, но стражники возле суетились, громко отдавая распоряжения и махая руками. Один из них рванул по лестнице вдоль крепостной стены — в сторожку. Адалин ускорила шаг и пристроилась позади небольшой вереницы телег, что выезжали из города после торгового дня. Сердце забилось чуть быстрее. Если сейчас ворота закроют, придется искать другой путь из города или прятаться и ждать, пока все утихнет. Но будет ли остальной отряд ждать ее? Или сочтет пропавшей и погибшей? — Эти пройдут и опускай! — крикнул один из стражников второму, который выглядывал из окна сторожки. Адалин запрыгнула в телегу и опустила голову. Она всего лишь уставший фермер после тяжелого дня, мечтающий поскорее вернуться домой. Возница ее даже не заметил, а стражник скривился от запаха, хотя вряд ли понял его источник.  Над головой сомкнулась крепостная стена, закрывшая собой небо, телега подпрыгнула, когда мостовая сменилась грунтовкой, и выехала за пределы Монтсиммара. Ворота начали со скрежетом и лязгом опускаться, запирая город на прочный засов. Адалин вздохнула с облегчением. Спрыгнув на землю, пока возница не поднял хай, она припустила к посадке, что росла вдоль дороги, чтобы не маячить посреди тракта. Если стражу уже подняли на уши, они могут искать и останавливать одиноких путников, спешащих из города. А запах мертвечины выдаст ее с головой.   Спустя полтора часа от того, как Адалин решила бежать на своих двоих, она наконец увидела оранжевую точку костра. Лагерь! Чем ближе он становился, тем отчетливее виднелись очертания палаток и силуэты людей. В темноте она не могла определить кто есть кто, но заметила три лошади, привязанные к дереву, и силуэт пса с коротким хвостом. Сомнений в том, что это "Скорпионы" не осталось. — Погони нет, — выдохнула Адалин, остановившись чуть поодаль. Она оперлась одной рукой о дерево. Адреналин и возбуждение потихоньку угасали. Боль в ушибленном в карете плече стала отчетливее и ярче. Голова начала гудеть и пульсировать, а к горлу подкатила тошнота. Пока что слабая, но Адалин посчитала, что лучше присесть. 

Монтсиммар    — Лошади понесут максимум двоих. Сажайте, кого можете, и едем   Адалин встала на ноги, опираясь на руку Холта, и замотала головой, пытаясь отогнать туман. Темнота не уходила, горло будто бы стянуло и она с трудом могла вдохнуть. И этот трупный запах... Она наконец сообразила, что дышать и видеть ей мешает маска, сорвала ее с лица и сунула клювом за пояс. Сразу полегчало. Демоны Тени! Провалить миссию в самом конце, когда они почти что сбежали из города... Адалин сжала кулаки и ногти впились в кожу. Она должна была предвидеть погоню. Должна была каким-то образом устранить потрошителя, ведь знала насколько он опасен. Должна была подумать о масках для еретиков, чтобы не пришлось тащить их бессознательные тела в карету.  Она должна была... Адалин прикусила язык и боль отрезвила ее. Она нырнула в окно кареты, чтобы забрать робы и кинула их Дамиану. Еретикам помог выбраться Доленгал и они крутили головами, не понимая, что делать дальше. Адалин подвела девушку к лошади Холта и помогла ей забраться в седло. Паренек сел позади Дамиана.  Женщина... как и двое, оставшихся в камере, получила легкий укол в плечо. — Я пешком, — бросила Адалин, остальным и нырнула в переулок, переходя на бег. Что ж, по крайней мере она частично исправила свои ошибки. Если бы миссия закончилась полным провалом, это бы значило, что Адалин не место в Сопротивлении.

Монтсиммар Адалин последней запрыгнула в карету и Дамиан тут же тронул лошадей. Она откинулась назад и тяжело выдохнула. Из-за маски звук получился гулким и шипящим. Но пока еще было не время расслабляться. Сначала нужно покинуть город, убедиться, что погони нет. Но... учитывая как долго они провозились, пакуя еретиков в карету... Погоня не заставила себя ждать.  Дамиан гнал лошадей во весь опор, карета скакала и шаталась, мотая Адалин из стороны в сторону. Она ухватилась за оконную раму, чтобы удержать равновесие и выглянула. Позади скакал всадник. Плащ, развивающийся за его спиной, алым пятном, не оставлял сомнений в том, кто он такой. Адалин выхватила арбалет и прицелилась. Карета снова дернулась, начала крениться. Болт сорвался в полет, но чиркнул землю и Адалин едва успела нырнуть в карету и сгруппироваться, прежде чем она упала на бок. Боль ударила в плечо. Голова Адалин дернулась и она впечаталась затылком в стену. Перед глазами на миг потемнело, а в ушах появился звон. Кажется, маска съехала в сторону, потому что удушающая вонь, к которую заглушали масла, стала пронзительно яркой.

Тюрьма   Адалин подхватила парня под здоровую руку и потащила к выходу. Он не сопротивлялся и заработал ногами. Только оглядывался по сторонам и на несколько лишних секунд задержал взгляд на трупе одного из еретиков. Мужчина с раной в боку лежал на полу, привалившись к стене. Его открытые глаза отражали свет факелов. Старик остался в темном углу камеры. Такой же мертвый. Дойдя до решетки, Адалин сунула парня внутрь и, прежде чем нырнуть в тоннель и закрыть решетку, кинула в темницу позади флакон Холта. 

Тюрьма   Замок оказался довольно простым. Не из тех ерундовых, что обычно ставили в амбарах, чтобы отпугнуть совсем уж неумелых воришек, но для тюрьмы... смешной. Но все равно пришлось повозиться, прислушиваясь к щелчкам. Ор, который поднял один из заключенных, забивал нужный звук и когда он затих, Адалин вздохнула спокойнее. Ринн позаботилась? Молодец. Обойдя последний штифт, Адалин смазала петли камеры. Даже если охрана сверху услышала крики, вряд ли разобрала слова. А вот отчетливый и очевидный скрип открывающейся решетки — верный признак, что в подвале что-то не так.  Приоткрыв решетку, Адалин скользнула внутрь. Вместо отмычки она теперь прижимала к выглядящей расслабленной ладони длинную иглу с ядом на конце. Другой рукой она помахала в знаке "поднимайтесь" и указала себе за спину, на выход. Девушки судя по виду могли ходить. Раненый в бок доползет до тоннеля, но вряд ли протянет долго. Старик и подавно не жилец.  Адалин подхватила под руку раненого мужчину, будто бы хотела помочь, и кольнула его иглой подмышку. Минута, может чуть больше и он упадет. Следующим был старик. Она подала ему руку, чтобы помочь встать, но старик оказался так слаб, что ноги его не удержали. Пожалуй, быстрая смерть от яда будет для него облегчением. Мужчину с раздробленной рукой она тронула за плечо. Но пока что травить не стала.

Тюрьма   Сердце Адалин пустилось вскачь, кровь загудела в ушах. Нужно было действовать быстро, очень быстро. Она даже не думала, инстинкты вбитые в нее улицей сработали на отлично. Два шага в сторону, в одной руке бомба, в другой стилет. Пригнуться. Бросить снизу вверх, огибая щит. И одновременно с этим еще один шаг уже к несущемуся на нее стражнику, так, чтобы оказаться сбоку от него и нанести точный удар стилетом, если промахнется бомбой.  Не промахнулась. Мешочек попал в нагрудник мужчины и "разбился" клубом сонной пыли. Его повело. Адалин подскочила тут же, подхватила шит и меч из его ослабших рук и аккуратно уложила на пол у стены. Без шума. Без спешки. У них мало времени, очень мало. Но спешка пользы не сделает. Она сделала жест "вперед", указала Ринн на стену возле спуска вверх и крутанула запястьем, что значило "позиция", надеясь, что фрименка сообразит, что от нее требуется сторожить спуск, пока Адалин будет искать еретиков и разбираться с замком. Открыв пришитый к поясу чехол с отмычками, Адалин пошла вдоль камер, приложив палец к нелепому клюву маски. Хоть бы заключенные не подняли шум... Ловкость +5 rolled 12+5=17

Тюрьма   Адалин выхватила с пояса масленку и ключ Эльсы. Одна капля на ключ. Встать, капнуть на петлю сверху, присесть — нижняя петля. Лязгнули доспехи. Один из стражников что-то сказал и засмеялся. В этот же момент Адалин вставила ключ в замок. Повернула. Подошел. Адалин повторяла эти действия так часто, что стражник успел сделать всего три шага. Она сунула ключ и масленку в карман, встала сбоку решетки, и толкнула ее, пропуская Ринн.  Бомба, брошенная фрименкой, попала точно в голову стражнику. Он остановился, вдохнул. Тихо кашлянул и едва заметно пошатнулся. Покачал головой, от чего зашумели доспехи. Адалин уже не обращала на него внимания. Дав Ринн знак "ближний", она вышла в подвал и бросила одну из бомб. Мешочек покатился по полу и разбился о стену. В двух шагах от сидящего на стуле стражника. Демоны! Слишком далеко.   rolled 6+5=11

Тюрьма   Маска Руфуса действительно помогла. За немного едким запахом масел все еще ощущалась сладковатая трупная вонь, но ее можно было терпеть. Шипы на ботинках тоже оказались кстати, помогая не соскальзывать, наступая на слизь и остатки то ли крови, то ли других остатков мертвечины. Чуть сзади шла Ринн, на удивление тихо и ее присутствие ощущалось мурашками на загривке. Из-за неопытности фрименки вся ответственность за миссию по большей части легла на плечи Адалин. Ей придется следить не только за собой и окружением, но и за Ринн, предупреждая ошибки. К тому же... Адалин не была уверена, что Ринн не сбежит. В лучшем случае. В худшем, она могла оказаться предателем на стороне Империи и тогда... Адалин мотнула головой и выкинула все сбивающие с толку мысли прочь. Сосредоточилась на свете впереди, своем теле и дыхании.  Не доходя до решетки пару метров, Адалин сняла шиповки с ботинок и указала на них Ринн, надеясь, что она увидит жест в темноте и последует примеру. Металл царапал камень с противным скрипом и идти дальше создавая такой шум было нельзя.  Сделав еще несколько очень медленных шагов, она остановилась, прижавшись к стене, и прислушалась. — Ниче, пару дней осталось. Пророк приедет и он свалит — донесся до Адалин приглушенный расстоянием голос. — Думаешь? От его рожи каждый раз пробирает, — протянул второй голос. — Ну а че ему тут делать? Этих казнят, да и все. Не к ворью же он ходит. Голос стал ближе. Значит, стражники патрулируют коридор.  — А что, он и сюда... — третий голос, высокий и мальчишеский, потонул в тишине. — Иногда... сегодня... пронесет, — долетел до Адалин обрывок фразы. Голоса становились тише, по мере того, как стражники патрулировали, и Адалин больше не могла различить слова. Она сделала знак "жди" и замерла, пытаясь понять расположение стражников. Эхо отражалось от стен и сильно мешало верно оценить расстояние. Но по крайней мере их было всего трое, как и говорила Эльса. — Может хотя бы воды ему дать? — наконец услышала Адалин уже знакомый голос юнца. — Валяй, — усмехнулся стражник. — Токо за нарушение приказа знаешь что? Вон, соседняя камера пустует. Тебя поджидает. — Он же старик совсем... Если умрет, нам тоже влетит. — Сказано же, с еретиками не говорить, ниче не давать!  — Во-во, помрет, так это потр... Адалин мотнула головой. Подслушивать стражников она могла до бесконечности, но больше не было смысла тянуть время. Нужно было подойти ближе, чтобы оценить расположение целей. Она показала "вперед" и "медленно" и двинулась к решетке, осторожно цепляя крючок к выступам в стене. Подошва чуть скользила, но Адалин не торопилась и выверяла каждый свой шаг.   rolled 18+2=20

Подвал - Таверна Холт отпустил отряд и Адалин вернулась к себе в комнату. Вещи давно были собраны и рюкзак, а так же небольшая сумка с привычной одеждой лежали в углу кровати. Она в который раз проверила оружие, подтянула пояс, чтобы штаны сели чуть удобнее и убрала волосы в пучок. Их придется туго замотать платком, чтобы впитали в себя поменьше вони из тоннеля. Но это перед выходом. А пока что Адалин вытащила из альбома парочку листов, взяла огрызок карандаша и, оставив сумку и рюкзак у Руфуса, спустилась в зал. Она не долго думала, чем занять оставшийся час времени. Можно в сотый раз прокручивать в голове план действий, но Десмонд всегда говорил, что это только вредит. Ты начинаешь искать слабые места, нервничаешь, в итоге совершаешь ошибки. Потому, заказав легкий ужин, Адалин начала чиркать по листу бумаги, рисуя трактирщика, привалившегося к барной стойке. 

Подвал - Пойдет? - спросила она. - Я на всякий случай их запишу себе.    — Да. Не забудь, — ответила Адалин. Может быть, все еще есть надежда, что со стороны Ринн все пройдет гладко? От ее язвительности не осталось и следа. Уж не из-за присутствия Холта?   — Адалин, у тебя нет случаем гарроты? — обратился он. — Или чего-то похожего, чем сзади удушить можно. С моей частью задания пригодится.   Адалин обернулась к Дамиану и вздрогнула. Демоны. Она никогда не привыкнет к его сходству с отцом. Пусть вблизи оно было не такое явное, девушка инстинктивно сжималась в страхе удара. Пятнадцать лет отца нет, а она все еще помнит. И боится. — Есть, — кивнула она. Адалин достала гарроту и протянула Дамиану, внутренне поежившись не только из-за того, что приходится с ним общаться, а и потому, что ненавидела отдавать свое оружие и инструменты другим. Неужели за весь день он так и не смог купить себе удавку? — Знаешь как использовать? Если будешь просто давить, он станет хрипеть и брыкаться. Это долго, шумно, нужна сила. Целься сюда, — Адалин показала место на своей шее, чуть сбоку и повыше ключицы. — Тут сонная артерия. 

Подвал   — Не давайте ему никого жрать, они от этого сил набирают. Мне потом за плечо пришлось целых двадцать драконов маголекарю отвалить   — Запомню, — ответила Адалин. Значит, Эльса сразилась с потрошителем и, раз осталась жива, победила? С ее навыками фехтования? Удивительно. Адалин бы не рискнула ввязываться в такой бой. — Значит, около деваяти. Подняться по тоннелю... минут пятнадцать. С запасом. Тогда жги в девять пятнадцать, Сарвенте. Ринн? Она подозвала фрименку и протянула ей одну из масок, объяснив как пользоваться. Теперь нужно было показать все условные жесты и надеяться, что она их запомнит. — Жест "замри"? Покажи, — попросила она Ринн.

Подвал   - Кратковременный... - задумалась Ринн, взглянув на Адалин. - Если звезды будут к нам благосклонны, может и успеем. Не хотелось бы поднимать лишний шум.    — Если не успеем, убьем как начнут шевелиться, — пожала плечами Адалин. Она говорила об этом небрежно, будто о само собой разумеющимся. — Потроха убиваем сразу. Если усыпим. Что ты еще знаешь о них? Она посмотрела на Эльсу, которая удивительно хорошо для ферелденской девчонки описала особенности потрошителей. О том, что эти твари будто бы не чувствуют боли ходит много слухов, но судя по всему, наемница знала больше, чем просто слухи. — Нужно четыре бомбы. Нет, лучше пять или даже шесть. По одной на стражника. На кровавого. И запас. Должно хватить. А после... даже если переоденемся, от нас будет нести тухлятиной. Пока не помоемся. Лучше уехать на карете.  На несколько мгновений Адалин задумалась и обернулась к Руфусу.  — Можно сделать бомбы быстрее? — спросила она. — Смена в десять. Следующая в час. Мы можем начать в девять. Через три часа. Или в одиннадцать. Позже — плохо. Надо ведь, чтобы "Скорпионов" увидели? 

Подвал   — Смена три часа, — протянула Адалин. Она постучала пальцем по плану здания и глянула на Эльсу. — Есть расписание? Лучше пойти в середине смены. Они успеют устать. И у нас будет запас времени.  Пусть на первый взгляд миссия казалась почти невыполнимой, но чем больше Адалин думала над ней, тем реальнее она казалась. Просто под каждую проблему нужно было подобрать подходящее решение. Как ключ к замку. Теперь главным изъяном ей виделась непредсказуемая Ринн. И еще потрошитель. — Эта сонная бомба сработает на кровавого? — спросила она у Руфуса.