Кафкa

Сегодня  Старая литейная - Карина, ты пропустила изложение условий испытательного задания. - Лавиний не собирался подписываться неизвестно на что, неизвестно ради чего.   — Очевидно, они хотят, чтобы мы сначала доказали Сопротивлению свою полезность, прежде чем принять нас в свои ряды, — заметила Элера, — и боюсь, что отказываться в любом случае поздно, даже если условия будут состоять в похищении драгоценностей из личных покоев Верховного Жреца. Все вошедшие сюда обычными людьми не выйдут, а подписались мы тогда, когда дали своё согласие на участие. Так что, в общем, всё честно. Что именно нам придётся сделать, Карина? Или, — догадалась эльфийка спросить, — как тебя обычно называют?.. Закончить она не успела, а нужда в дальнейших расспросах отпала. Нищий старик преобразился до неузнаваемости – аура его величия заволокла помещение, как огненный туман. Выходит... Он тоже маг, и явно не уровня типичного ярмарочного фокусника. Что, впрочем, неудивительно. Совершенно немощных сюда наверняка не берут. Жаль только, что Элера при всём желании назвать себя сильной не могла. Ну, или хотя бы не всегда.

Сколько-то дней назад Аллея вязов (вечер) → Дом Виолетт (утро) → Старая литейная Элера вернулась домой в совсем позднее время. Гораздо более, чем делала это обычно. В этот раз она направилась сразу в спальню, и решила не проверять, что происходит в других комнатах, даже не обращая внимания на странную тишину. Квартира Виолетт в данный момент явно пустовала. Эльфийка вздохнула. Может, её любимая сейчас на задании от госпожи. Впрочем, это оказалось совсем не так – Виолетт тихо сопела на большой кровати в их комнате, обняв руками подушку. Наверное, она хотела сделать Эл сюрприз, но слишком устала после длинного дня, не дождалась. Эл сбросила одежду и пристроилась рядом. Когда-нибудь она расскажет Виолетт обо всём. И узнает её мнение. Но не сейчас. На следующее утро эльфийке даже не захотелось пить, как обычно. Точнее, вина-то она отведала, но совсем немного: хватило для бодрости, а не опьянения. Пожалуй, так будет лучше. Сегодня крайне ответственный день, и будет грустно, если впервые её увидев, все подумают, что она – какая-то опустившаяся девушка, запивающая свои проблемы "Кровью дракона". Хотя порой ей казалось, что дело обстоит именно так. В худшие свои моменты. Когда она пришла, все уже собрались. Элере не было необходимости спрашивать, где расположена старая литейная: она достаточно хорошо помнила трущобы, и вряд ли за это время здесь что-то кардинально изменилось. В общем-то, она оказалась права. — Приветствую всех. Кровавка? Забавно звучит, — Элера сдержанно кивнула, слабо улыбнувшись Виру, как единственному, кого она узнала в этом толпе. Она хотела было кинуть сорок серебряков закутанному в тряпью нищему, сидевшему рядом со входом, однако не прошло и минуты, как выяснилось что старик явно не простой, а как-то связан с целью, ради которой все сюда прибыли. Оставалось ринуться вперёд. С головой. Если решилась прыгать в бездну, то не жди, а делай это смело, без лишних размышлений. И Элера лишь пожалела, что далеко не все из присутствующих благородных озаботились получше замаскировать своё происхождение – видимо, корона избранности настолько жмёт горло, что даже среди трущобных отбросов хочется всем продемонстрировать свою исключительность. Даже ценой общего блага, рискуя привлечь нежелательное внимание.

Сегодня Эл прям трезвенница, лол.

Сколько-то дней назад Аллея вязов ...равенство для бедных и богатых не всех устраивает, но ты могла бы найти там перспективу продвинуть свои идеи. Сочувствующие наверняка найдутся. Как тебе идейка, а?. Из раны на запястье капала кровь, однако Элера совсем не замечала её. Она поняла, что сейчас перед ней, фактически, предстал редкий шанс, но для этого требовалось рискнуть всем. Всем, что она имела когда-либо, и чего достигла за последние пять лет. Ошибка будет стоить ей дорого, а пределы награды чрезмерно неопределённые. От бесславного поражения, до удивительных перспектив, о которых она даже не мечтала. В чём-то текущее положение напоминало ей азартные игры. Одна-единственная неверная ставка может поставить клеймо на судьбе игрока. Навечно. — Не сомневайся, я не забуду об этом, — Элера стряхнула кровь и приложила к ране чистую белую ткань, смоченную целебным раствором, — и я прекрасно понимаю, насколько это отвратительно. Если ты действительно знаешь обо мне так много всего, как говоришь, то должен помнить – мне хорошо знакомо чувство, когда в мозгах копошатся эти... эти... — она впервые за всё это время смущённо запнулась, пытаясь подобрать подходящее слово, — скользкие черви. Но я не могу сразу же довериться первому встречному, который предлагает поучаствовать в войне против Богини. Элера тихо зашипела, когда эликсир соприкоснулся с раной, залечивая её. Боль уходила. Медленно, как облака, неохотно плывущие по тёмному небосклону. Высоко-высоко над засыпающим городом показалась луна, её бледные лучи упали на своды беседки, под которой стояли двое: низенькая эльфийка, каждый мускул которой напгрягся, и высоченный по сравнению с ней Вир, сумевший отбить магическую атаку, под давлением которой гиганты-кунари обычно падали на колени. Она чувствовала уколы совести. В конце концов, Эл сама бы, лично перерезала горло каждому, кто посмеет предпринять насильную попытку влезть в её разум. Кроме одного-единственного человека, с которым она больше всего боялась встретиться... Даже так много времени спустя. Впрочем, неудачная попытка контроля подарила возможность сделать определённые выводы. Ничто не напрасно. — Прости за это, — виновато повторила эльфийка, — однако теперь я точно знаю, что ты не из Тайной службы. В противном случае я бы уже была мертва. Либо сидела в клетке для осуждённых на казнь. И я отвечу, что «идейка» мне по душе. Согласна. Скажи, что от меня требуется, и я сделаю это. Элера пыталась говорить самоуверенно, но сердце билось очень часто, грозясь выпрыгнуть из грудной клетки. Желания готовы были воплотиться в действительность. Впервые. Её желания. И это... Изумительно вдохновляло.

Сколько-то дней назад Аллея вязов — Что же нам теперь делать, как думаешь, Элера? — многозначительно спросил он, не забывая, впрочем, что эльфка была магом, и вроде бы даже кровавым. — Ты сам сказал: это паритет, — Элера будто бы расслабилась, откинувшись на лавочку беседки, однако соображала лихорадочно – возможно, именно в это самое мгновение решалось её будущее, — и я не вижу ни единого намёка на исход, взаимно удовлетворяющий нас обоих. Разве что… Эльфийка бросила на Вира оценивающий взгляд. Он не нападал. И не пытался навредить, по крайней мере явно. Поступать так с кем-то, не настроенным враждебно, пожалуй, ещё более противно, чем корчить из себя идеальную служанку, способную вести с госпожой многочасовые философские беседы, но выбора не оставалось. Либо это, либо довериться: жаль, но последний чертог был слишком роскошным, чтобы Элера могла позволить себе в него войти. Она надеялась, что Вир на самом деле не какой-нибудь там мощный маг. — Прости, — виновато шепнула она, — но прежде чем я дам определённый ответ, придётся убедиться. А доступный для меня способ сделать это есть. Но только один. Элера быстро выхватила кинжал, пристёгнутый к браслету на руке, и специально приспособленный для магических ритуалов – такое оружие не годилось даже для того, что свинью зарезать, слишком маленьким оно было, почти детским. Его идеально заточенное лезвие угрожающе блеснуло в неверном вечернем свете, гордо демонстрируя Виру, как прекрасно за ним ухаживали. Эл полоснула себя по руке, и что-то в атмосфере тихого сада изменилось. Некие чуждые, противоестественные сферы вторгнулись в реальность. Чуждые для Вира, скорее всего, но такие родные для эльфийки. Она даже не заметила боли. За прошедшие годы магия крови стала вещью повседневной. Такой же, как завтрак по утрам. Или возлияния вина. Во имя завершения сложной недели. Жестокая, злая магия хищной волной устремилась в разум Вира. Иногда для получения ответов хороши все средства. Особенно если вопросов слишком много.

Сколько-то дней назад Аллея вязов А вы, — сказал Аттей теперь уже с ухмылкой, — как считаете, Элера? Любите маски? — Вир, вы неплохо разбираетесь в том, какие цели преследуют высшие учреждения, я смотрю, — сощурившись, заметила Эл, — хотя, пожалуй, пора нам уже перейти на «ты». Элера вошла в беседку, взмахом руки приглашая Вира последовать за собой. Сумерки опустились на город ещё сильнее, а тишина стала совсем густой. Где-то далеко послышался звонкий детский смех, сразу же утонувший в странном бесцветном фоне, будто поглощавшем все звуки, мелодии и ритмы. Может ли незримое иметь чистый серый оттенок, воплощение неопределённости?.. Никакой магии. Просто бывают в больших городах такие необычные места. Сочетание времени суток, погоды, пересечения массы неожиданных случайностей. — Ты спрашивал про любовь к маскам. Нет, Вир, не люблю, — чётко ответила она, — вот только вынуждена. И я очень сомневаюсь, что кому-то из простых людей знакомы секреты поисковых техник Тайной службы в достаточной мере, чтобы выстраивать предположения. Если только человек этот сам не один из них, — эльфийка сжала губы, — вот, кто-то исчезает. И ты не можешь понять, почему, пока не увидишь этого человека на эшафоте. У агентов полно источников, а желающих лишний раз сунуть свой жирный нос в чужие дела всегда хватало. Как и подбить на невольное признание. Пара неосторожных слов в таверне, и ты навсегда лишаешься своей обычной жизни. Боюсь, это совсем не то, чего мне хочется, — Эл мрачно посмотрела на Вира, прикидывая в уме, какие у неё шансы выбраться невредимой из этой передряги. В такую ситуацию она ещё не попадала. Одна, к тому же. Не повезло. Нет, очевидно: с агентами Тайной службы шутки очень плохи, и относиться к ним легкомысленно – смертельная ошибка. Вот только если это действительно такая попытка вывести на чистую воду, то явно не самая интеллектуальная. Она бы лучше справилась. Сумей побороть отчаянное желание спрятаться за спиной Виолетт...

Сколько-то дней назад Аллея вязов — А для того, чтобы совершить измену, неплохо бы для начала кому-то пообещать свою верность. Вы вот приносили ли кому-нибудь клятвы верности? — на ходу повернув голову к Элере, спросил Вир. Эльфийка задумчиво посмотрела на стайку серых невзрачных птичек, сгрудившихся вокруг открытой клетки с зерном, украшенной всякими медными завитушками. Сколько труда. И ради чего? — Нет, не доводилось. Во всяком случае, добровольно, — отозвалась Эл, — но вряд ли высшие учреждения озаботятся такими незначительными мелочами, если поймают кого-то на заговоре против Богини. Империя, несмотря на свои размеры, ещё только в начале своего пути. И именно сейчас с их стороны разумней всего отслеживать предателей. Любыми методами, — подчеркнула она последние слова. Время шло, а собеседники шли всё дальше, будто не замечая, как оно уносится вдаль. Элера уже практически не сомневалась, что Вир куда опаснее, чем какой-нибудь типичный насильник-лаэтан, избалованный утомлённым от жизни папашей. Да. Вряд ли он набросится на неё, если они останутся наедине. Такие вещи Элера умела неплохо чувствовать. Особенно после краткого знакомства, когда успеваешь составить примерное впечатление. Преследуй он исключительно плотские цели, то скорее рассыпался бы перед ней в велеречивых комплиментах, чем... Паранойя помогала не доверять никому, кроме самых близких, а непрерывная борьба со своими страхами учила как можно точнее улавливать стороны окружающих, способные навредить ей. Или хотя бы стараться сделать это. Впереди лежал ещё один неестественный излом аллеи, ведущий прямиком к старой беседке, которая располагалась во дворе-колодце, сжатая с четырёх сторон кирпичными домами. Окна их были обращены в противоположные стороны, а слепые стены украшала пышная поросль винограда. Единственную дверь, ведущую к чёрному ходу, кто-то наглухо заколотил тяжёлыми досками.   Вокруг беседки росли кустики жёлтых роз. Иронично, ничего не скажешь.   Это место идеально подходило для того, чтобы без лишних свидетелей заняться любовью. Звуки весёлой столичной жизни сюда почти не доходили: Вир с Элерой находились почти на самом краю жилого района. Дома – по причуде выдуманного кем-то плана, либо же из-за банальной нехватки места – выстроили на высокой стене, так что жители могли видеть всё унизительное великолепие трущоб Минратоса, подобно смертной болезни распространившихся там, внизу… Однако Вир с Элерой насладиться пейзажем никак не могли. Только чувствовать. Пока ещё терпимый, но удушливый смрад дубильной мастерской, гниющих мусорных куч, скверного варева, которым нищие вынуждены питаться, как настоящей едой. Ведь человеческого выбора им никто подарить не поспешил.

Айн     Несколько слов, способных изменить чью-то судьбу. Ткань заклинания, похожая на аморфный шум в бесконечном тоннеле. Чёрное сияние подземного светила и голос из глубин, лишённый содержания, смысловой нагрузки. Его зов восходит к первобытным культам непрестанного цикла смерти и возрождения, круговорота сил, дарующих жизнь всему сущему.   Когда-то она тоже принадлежала роду человеческому, и могла гордо держать грудь, с воодушевлённой смелостью мечтая о прекрасном будущем. Для всех. Когда-то.   Но если тебя избирает сам Первородный, от участи своей не сбежишь...   Высшая магия суть отвратительное, но необходимое зло, что уродует душу и преображает плоть, деформируя самые глубокие, сокровенные её уголки. Немногие выдерживают истязания Шести нечестивых кругов, коими должен пройти каждый начинающий волшебник-адепт.   Стоит ли безграничная власть, дарованная взамен, потери всего, что связывает тебя с родным миром? Потери души.   Айн. Разбитый клинок Времени. Но даже имя это давным-давно забыто.  

Помнится, я тоже всё пыталась впихнуть в своё био Магистериум... xD

Сколько-то дней назад Аллея вязов Некоторые шансы выпадают всего раз за жизнь, и в таком случае стоит за них цепляться особенно сильно. Вир с Элерой, мирно беседуя, заходили всё дальше и дальше. Любопытно, что аллею с вязами нельзя назвать абсолютно прямой. Начинаясь ровно, она уходила всё глубже в дебри жилого квартала, петляя под какими-то сумасшедшими углами. Несколько раз им попадались статуи благожелательно настроенных мифических существ, суровых грифонов, облачённых в доспехи духов доблести, духов любви, широко простиравших свои белоснежные крылья над миниатюрными лавочками, предназначенными только для двоих. Некоторые из статуй потрескались от времени, какие-то вовсе почти полностью закрывало собой колючее растение с небольшими голубыми цветочками. От последних пахло странной смесью лакричной приправы и телесного разложения. Солнце постепенно утопало за горизонтом, а цвет неба стремительно сменялся с мягкого, пастельно-розового на зловеще-кровавый, резкий, подобно ране, нанесённой ножом, выкованным в горниле Формари специально для магов крови. С каждым шагом начинало казаться, что дома злобно надвигаются на путников, пытаясь сдавить их в своих каменных тисках, поглотить тёплые внутренности челюстями пустых, мёртвых окон, лишённых милого огонька жизни. Да, если вы подумаете, что дома сии необитаемы, то окажетесь не слишком далеко от истины. Здесь обычно проводили ночи работники почётного цеха кузнецов, снабжающих армию Империи добрым металлом. Возвращались они довольно поздно, так что сейчас их жилища выглядели, как обитель привидений. За немногими исключениями. Несколько семей вели хозяйство, но общего впечатления это не улучшало. К счастью, здесь всё ещё было достаточно людно, чтобы поднять тревогу. Однако любой поворот в пустынный боковой переулок, где лишь жужжащие тени могли стать свидетелями неведомых ужасов, можно смело назвать тропинкой к островкам идеального одиночества, робко уложившим свои вещи посреди шумного города. В нескольких улицах отсюда располагался высокий дом, где жила Виолетт. Естественно, тащить туда Вира Элера не планировала. Но сама мысль о домашнем очаге приносила в сердце сладкий, уютный мир. — С самого верха? Шансы? Интересно-интересно, — протянула Элера апатичным тоном – вне всяких сомнений, намеренно, — вы же не говорите о государственной измене, правда? — эльфийка перешла на страшный шёпот, — даже простые сплетни о таких вещах могут привлечь нежелательное внимание к гражданам, верным стране. Элера начинала догадываться, что этот человек, Вир, наверняка агент Тайной службы, который прямо сейчас пытается спровоцировать её на роковые слова, способные заточить эльфийку в подземельях до конца её жизни. А снова попадать в ситуацию, где твоя жизнь зависит от воли облечённых властью господ, Элере совершенно не хотелось. Сколько двусмысленности было в их диалоге. Но, пожалуй, странно было бы полагать, что Элера беззаботно щебетала, не беспокоясь вовсе. Ей тяжело давалось притворство. Маска сдавливала душу, как ржавая железная дева – мягкую плоть девственницы. Подсознательно её очень хотелось сбросить, и Элера ненавидела этическую фальшь, понимая, что без полутонов и лживых приличий здесь невозможно обойтись. И если Линайна купалась в водах этой игры, то Элере подобный способ выживания, по меньшей мере, приносил крайне неприятные ощущения. Что, однако, не мешало ей действовать довольно-таки аккуратно. Ради выживания. Гораздо приятнее просто взрывать мозги одержимым. И несомненно, куда безопаснее.

Ну, подумала, что обиделся типа. И расхотелось. Из-за всяких... вещей, =) =) =)

Мне просто показалось, что ты не собираешься играть. В смысле от кого? :о

Сколько-то дней назад Аллея вязов Вот скажите: если бы появилась возможность, вы бы захотели повлиять на происходящее? — Рада знакомству, Вир, — обычная формальность, Элера не испытывала никаких чувств относительно собеседника, пока не испытывала, — желание такое определённо имеется, — легко рассмеялась Эл, — но это зависит от способа влияния. Сами понимаете, был когда-то один такой известный преступник, хотел убить как можно больше магов и представителей знати. Неизвестно, чем это закончилось для него, однако положение угнетённых слоёв общества его потуги не изменили нисколько, а может, ухудшили даже. Но к чему вопрос? — хитро сощурилась эльфийка, — бессильная мечта ничего не решает. Недовольные, конечно же, есть, вот только вряд ли в их распоряжении такие мощные ресурсы, какими обладает Империя. А балансировать на грани, естественно, опасно, особенно если отдачи нет, — она ещё сильнее понизила тон, — едва ли кто-то согласится на такое, будучи в здравом уме. Но я полагаю, вы говорили про законные методы, не иначе. Например, устроиться в больницу сестрой помощи, или вещать в какой-нибудь академии о... кхм... равноправии, — с лёгкой иронией заметила она, — жаль, что медицинскими познаниями я совсем-совсем не обладаю. А учёные мужи эльфа даже слушать не захотят. Жалость, — удручённо развела она руками.

Сколько-то дней назад Аллея вязов — Не люблю, когда чужие уши пытаются вытянуть слова, произнесённые не для них. Да и кто любит, верно? — Совершенно верно. Никто, — тонко улыбнулась Элера, — но иногда посторонние создают неплохую стену между хищником и его жертвой. Отвечая на ваш вопрос – да, я не могу спокойно смотреть, как наше общество погрязает в несправедливости. Достаточно оглянуться вокруг, чтобы понять... Нас окружают слабые, для которых такая жизнь невыносима. Их не защитят, даже если они будут молить о помощи. И даже если ты способная, в высшее общество тебе не пробиться. Однажды родившись рабом, ты остаёшься им на всю жизнь. Реформы Верховного Жреца не способны изменить фундамент, за счёт которого Империя существует. Думаю, они и не преследуют такой цели, на самом деле, — Элера с лёгким презрением покосилась на высокого, как жердь, художника, пытающегося в стиле топлесс зарисовать девушку, отдыхавшую среди корней вяза. Чтобы увидеть сокровенное за многочисленными, толстыми слоями фирменной мантии минратосских библиотекарей, требовалось обладать недюжинной фантазией, причём работавшей в направлении, весьма вольном.   — Но знаете, всё это на уровне мечты, ведь только дети могут размышлять о том, как они изменят страну, когда вырастут, — Эл печально вздохнула, — а мы с вами уже давным-давно... — она не стала заканчивать фразу, прекрасно понимая, что собеседник и так уловит смысл сказанного, — кстати, мы тут рассуждаем о великом, а я ведь даже имени вашего не знаю. Элера. А вы?..   Не то чтобы ей было важно это знать. Незнакомец вполне мог соврать. Но правила вежливости соблюдать всё-таки требовалось. Даже с людьми, которых ты никогда больше не увидишь. Госпожа железом вбила в неё этот лекционный материал. Буквально.

Сколько-то дней назад Цветочная лавка → Аллея вязов — Не покажете путь до аллеи, миледи? — вновь подавив желание сплюнуть на землю, мирно спросил Аттей. Интересно. Он не стал возражать. Более того, предложил самой избрать путь, наверняка понимая, что она выберет наиболее неудобный. Либо этот тип считал её совсем глупой, либо был настолько уверен в своих силах. Или же здесь замешано нечто… Совсем другое? Элера начинала чувствовать слабое любопытство, неохотно разбавлявшее собой океан её подозрительной настороженности. Не сменяя его полностью, конечно. — Хорошо, она совсем рядом, — протянула эльфийка, — покажу, конечно же, я там частенько бываю. Полная глупость. Элера недолюбливала розовато-радужную, беспечную атмосферу, властвовавшую в подобных местах, и ходила по аллее вязов разве что в тех редких случаях, когда другого пути попросту не было. Люди, регулярно гулявшие там, практически не задумывались о ком-либо, кроме себя. Элеру это, пожалуй, немного раздражало, хотя она сама не смогла бы точно определить, что настолько уж плохого в эгоизме влюблённых. Возможно, он напоминал ей о собственном прошлом. Ведь когда ты цепляешься за последний лучик света, сложно беспокоиться о судьбе всех тех, кому суждено пасть жертвой твоей слабости. Путь до аллеи занял минуту. От силы. Выйдя из цветочной лавки, Элера обогнула трёхэтажный жилой дом, украшенный каменными изображениями могучих тевинтерских драконов и трусливых орлесианских львов, бежавших от жгучего пламени, поджав хвост. Это архитектурное излишество явно было создано мастером совсем недавно. Кажется, раньше здесь красовался старинный андрастианский барельеф. Ещё один признак глобального сдвига времён. Маленький, но такой значимый. — Мы пришли, — спокойным, почти лишённым эмоций тоном проговорила Элера, — пожалуй, это вполне подходящее место, если хочется побеседовать. Или просто прогуляться, — Эл сделала акцент на последнем невинном слове, предоставляя собеседнику самому решать, какой из мириад смыслов она вложила в него. Пожалуй, человеку с жёсткой душой аллея этим вечером могла внушить только отвращение, смешанное с острой порцией недоумения. На лавочках сидели парочки, болтающие друг с другом, обменивающиеся поцелуями. В тени толстых, покрытых желтоватыми наростами, сучковатых деревьев слились в страстных объятиях все, неспособные ждать, настолько увлечённые собой, что не испытывают желания замечать вокруг себя что-либо. Для случайного наблюдателя двое новоприбывших не особенно отличались от остальных. Только невысокая девушка с алыми волосами шепнула своему парню: — Смотри, с эльфом… Фи. — Элера притворилась, что ничего не слышит, лишь тихонько скрипнув зубами. Предрассудки достали. Клеймо расы остаётся с тобой на всю жизнь. Чтобы снять его, общество должно измениться. И не просто тиранической силой приказа Верховного Жреца – перемены снизу, исходящие от желания самого общества, куда мощнее. Но чтобы их спровоцировать, нужен кто-то, пустивший камень первым. Камень, от которого пойдут круги по застоявшейся воде. Всё дальше и дальше. Пока не изменят всё.

@Drazhar, мурк, ты вообще собираешься играть, или совсем забил?  

Сколько-то дней назад Цветочная лавка — Не хотите немного пройтись? — изо всех сил стараясь не плеваться от подобных манер, предложил он девушке, бросив взгляд в сторону на третьего посетителя лавки.   Ага, оно всегда так начинается. История старая, как сам Тедас. Сначала такие личности строят из себя непонятно кого, пытаясь втереться к тебе в доверие, а потом незаметно достают из кармана кинжал, чтобы приставить его к твоему горлу, и заставляя исполнять собственные прихоти. Естество людское неизменно, независимо от прошедших лет и количества лун, сменившихся на ночном небе. К тому же, вряд ли этот цветок стоил целый золотой. Щегольство и желание блеснуть великодушием, быть может?   Очередная истина. Она видела её насквозь. Элера посмотрела на незнакомца пронизывающим взглядом, который буквально источал глубокое недоверие, немного прикрытое плотной вуалью светского дружелюбия. Галантный мужчина и хрупкая дева. Картина могла стать совершенной мечтой дурака-поэта, окажись её действующие лица таковыми на самом деле. Однако, увы, Элера девой не являлась давным-давно. И очень сомневалась, что её собеседник в реальности соответствовал принятому образу. По крайней мере, в этом плане они по-своему равны. Слабое утешение, чего уж там. — Спасибо за подарок… и предложение, однако на этот вечер у меня уже имеются кое-какие планы, — эльфийка ловко вплела цветок в причёску – жестом настолько привычным, что даже зеркало ей не потребовалось, — впрочем, если хотите, мы можем немного пройтись по одной аллейке. Той, где вязы растут. Допуская вероятность, что этот человек действительно замышляет нечто сомнительное, отделаться от него проще всего именно там, в излюбленном местечке романтиков, где издавна собираются влюблённые. Сложно выкинуть сомнительный фокус, когда на тебя устремлено множество глаз. А если она откажется прямо сейчас, то можно не питать тщетных надежд насчёт спокойного пути домой. Будет только хуже.   Толстый господин же, тем временем, поправил монокль, достал из своего дорогого кожаного кошелька пергаментную записную книжку, белоснежное перо... И принялся быстро-быстро что-то записывать дрожащей рукой, продолжая краем глаза коситься на Элеру. И её собеседника.   Возможно, он вёл деловые подсчёты, связанные с цветами. Или же подозревал... Кого-то. Атмосферу в столице сейчас сложновато назвать абсолютно спокойной.  А может, человек этот просто принадлежал к тому сорту, который любит записывать свои случайные наблюдения и мысли, облекая их потом в форму сплетен, пустых тем для бесконечного пережёвывания на приёмах аристократов.   Внимание Элеры почти целиком отвлекал собеседник, но несмотря на это, эльфийка заметила необычную активность третьего посетителя. Которая, безусловно, не слишком-то ей понравилась.

Лосемандиас, , приглашение ей тоже пришло, получается? Любопытно. Я просто слышала, что без приглашения типа моветон, а Линайна довольно жёстко следует принятым в высшем свете правилам.

Сколько-то дней назад Цветочная лавка — А вы видели Минратос во время осады? — не заставляя Элеру самой продолжать разговор, следом спросил вербовщик — Несколько лет назад? — нахмурилась Элера, — по улицам города я не расхаживала, однако помню, сколько война унесла жизней. И как... всё закончилось. Вам доводилось бродить по полю битвы? Земля, пропитавшаяся кровью. Запах гниющих тел, от которого никуда не скроешься. Порой мне казалось, что даже одежда, и та провоняла им насквозь. Солдаты умирали, пока их родных, оставшихся здесь – в мнимой безопасности – заживо пожирал голод, — голос эльфийки невольно дрогнул, — наше общество устроено жестоко, это правда. И уверена, что в трущобах положение было немногим лучше. Элера взяла цветок с витрины, уткнулась в него носом, втягивая весеннее благоухание. Будто желала отвлечься от воспоминаний. Миражей памяти, не самых приятных для души. Лепестки, казалось, сотканы из шёлка, или же какой-то прелестной кожи. Мягкой и уязвимой, совсем как невинность детства... или вера в будущее. Ощущение от соприкосновения с ней было столь приятным, что Элере хотелось утонуть в его волнах, остаться там навечно. — Одним всё, а другим совсем ничего, — с нотками грусти продолжила Эл, — а у кого-то бывает так, что просто сопротивляешься, насколько можешь, лишь бы не впасть в отчаяние. Когда всё совершенно безнадёжно, сил совсем не осталось, и хочется просто… просто выжить. Любой ценой. Вина бедных в том, что они родились совсем не там, где нужно. Если это вообще можно назвать виной, — по лицу девушки скользнула тень. Так странно говорить о подобных вещах здесь, в столь зажиточном месте, равноудалённом от ужасов бедности, бессилия и одиночества. Вот только зверь этот всегда скрывается за ближайшим углом. Подобно демону праздности, спит он в бесконечном ожидании... Идеального момента.   Один из посетителей, толстый господин с моноклем, стоявший неподалёку, странным взглядом покосился на парочку, между которой завязался необычный для цветочной лавки разговор. Видимо, случайно он услышал обрывки речей, которые люди его круга высказывали не слишком-то часто.

Сколько-то дней назад Цветочная лавка   — После войны жёлтых роз на прилавках стало намного меньше, не замечали? Сколько их пожгли — не сосчитать, — на пару секунд переведя взгляд на эльфийку, непринуждённо заметил Аттей. Какой-то незнакомый человек подошёл к ней, пока Элера в очередной раз любовалась ароматными цветами. Они не успели надоесть ей, даже за несколько лет. Нельзя сказать, что это было неожиданно. Вот только цель таких мимолетных знакомств, как правило, являлась неизменной. И со столь же завидной стабильностью заканчивалась одним маленьким, печальным разочарованием. Когда-то, в схожей ситуации, Эл напряглась бы, как туго натянутая струна новенькой скрипки. Сейчас же она лишь едва заметно поджала губы, оборачиваясь к собеседнику. Перемена настроения, которую практически нереально заметить, если ты не мастер от рождения по каким-нибудь наукам, посвящённым тонкостям поведения разумных существ. Несмотря на леденящий шёпот прошлого, Элера понимала: шарахаться от каждого встречного – типаж поведения в принципе не самый удачный, особенно если живёшь в огромном городе, где в силу необходимости вынуждена ежедневно сталкиваться с самыми разными людьми. Кроме того, она была не беззащитна. Больше нет. Быть может, она смогла это понять только благодаря помощи извне. И ей совсем не хотелось думать о том, как всё могло обернуться, сложись цепочка случайностей как-то… иначе. — Люди любят украшать погребальные костры своих близких, — тихо отозвалась Элера, — как последний подарок любимым, которых им не суждено когда-либо встретить. Конечно, я люблю цветы… Но это вполне оправданная жертва, — эльфийка внимательно посмотрела на мужчину, задумчиво склонив голову на бок. Он выглядел вполне опрятным и ухоженным, но детали его внешности упрямо навевали навязчивую мысль, что такие люди нечасто расхаживают по цветочным лавкам. Хотя внешность порой так обманчива. Стоит ли напрасно волноваться?.. Элера настойчиво старалась придать своему голосу предельно естественное звучание. И в большинстве случаев срабатывало это неплохо. Виолетт говорила, что люди редко когда способны заглянуть за покров, который ты накидываешь на себя, как волшебную мантию – не из-за недостатка способностей, а скорее от отсутствия... желания. Ведь разговоры эти так мимолётны. Если сейчас ты неспособна полностью преодолеть свой страх, лучше спрятать его как можно глубже. Туда, где скапливается сила, которой суждено высвободиться. Однажды, когда настанет подходящее время. А час за окнами был как раз почти идеальный для романтических встреч, внезапно подумалось ей. Небо окрашивали восхитительные голубовато-розовые оттенки, а солнце, целомудренно прикрытое вязкими облаками, напоминавшими клубы древнего тумана, бросало свой мягкий и нежный, почти кремовый свет на оживлённые улицы жилого квартала, узкие аллеи, сдавленные с обеих сторон вязами, широко раскинувшими свои ветви. А над всем этим, почти недостижимый, далеко-далеко возвышался замок – тот самый, где принимаются судьбоносные решения, способные повлиять на будущее Империи. И редко кто может увидеть гнилое нутро, скрытое за внешним, напускным великолепием. Элера его видела. И знание, хранимое в сердце, не давало ей в полной мере принять тихую столичную прохладу, насладившись безмятежностью вечера. Ведь где-то, прямо сейчас, наверняка творится самосуд над невинными, который некому остановить. А где-то семья эльфов умирает от нищеты. Впрочем, Эл не могла не отметить, что время суток сейчас действительно очень, очень даже неплохое.

Ну, я вообще не читаю эти посты, и норм. Чисто психологически тяжело продираться через дебри настолько специфичного слога. И предмет спора, в целом, не слишком интересен. Я и в Дискорде не все читаю. ^^V

Ого, интересно.

Мне кажется, с этого стоило начинать. :О Правда, я не совсем понимаю, каким боком здесь виновата Антива... но ладно. А Жози действительно очаровательна, и что интересно, из всех персонажей Инкви мне запомнилась именно она сильнее всего... ну, включая парочку других, хотя романсила Каллена. ))0) И кстати, орлесианский акцент очень милый. Ладно, это всё вопросы вкуса, как говорится. Изольду я вообще пару дней назад принесла в жертву. А Зевран теперь внезапно раздражает, хотя раньше неизменно кутила с ним в лагере...

Прочла сначала как «лиц». Но твой вариант тоже очень неплох

Чем тебе настолько не угодила Антива, Драж?