Кафкa

В самом начале боя Май Росс, бывалый солдат, решил предпочесть такую же тактику, какой старался держаться всегда, если рядом с ним, бок о бок, сражались союзники. Их жизнь всегда стояла в приоритете перед жизнью его собственной. Возможно, сказывался опыт прошлого. Много лет Майер стремился всеми силами защищать Анну, а теперь, когда сестры не стало, отчаянно, не отдавая себе в том отчёта, жаждал восполнить утраченное, становясь живым щитом для своих союзников, даже если союзники, в случае Найри, не уступали ему самому как в силе, так и воинском мастерстве. Возможно, впрочем, что такой подход являлся… попыткой искупления? Но если Май и совершил в прошлом некое преступление, требующее ныне за себя платы, прочная стена беспамятства всё равно надёжно преграждала мост, ведущий к скалам отчаяния. Быть может, это благословение Андрасте. Или напротив, проклятье. Иногда несовместимое парадоксальным образом сходится, не так ли? Май грозно надвинулся на духа и рубанул его лезвием меча, экономя силы на случай затяжного сражения, и постаравшись сделать выражение своего лица как можно более грозным. Удар, однако, враг успешно заблокировал, но ось его внимания удалось сместить. А это значило, что поставленная цель успешно выполнена. Возможно, выражение лица Росса оказалось чрезмерно страшным для духа, поскольку тот слишком уж поспешно попытался ответить парой магических снарядов. Один из них пролетел мимо, после чего дух как-то странно дёрнулся. Обычно Май стремился избегать однозначных суждений о вещах, в которых ничего не смыслит, но в этот момент невольно подумал, что существо осуществило акт самоповреждения (или нечто в подобном стиле). «Ну, тем лучше для нас», — весело рассудил Май, легкомысленно откинув меч на плечо и демонстрируя пальцами левой руки вульгарный армейский знак, имеющий самое прямое отношение к неприглядным отношениям между женой духа и тремя весёлыми алкоголиками, если в принципе можно допустить, что у духа есть жена – чего допустить, разумеется, было никак невозможно, но последний факт Майера совершенно не беспокоил. Найри, как показалось Майеру, на сей раз испытывала небольшие сложности. Так что выбранный подход к сражению оправдал себя вдвойне, и это несказанно радовало парня. Следующий удар, сопровождающийся наглым, насмешливым улюлюканьем, которое ферелденские охотники обычно использовали, загоняя дикого зверя в ловушку, своей цели всё-таки достиг. Разъярённый дух швырнул в Росса шипящий сгусток магии, а чернокрылый ворон, нежданно восстав ото сна, сорвался с его плеча, на которое пересел, как только началось сражение, и набросился на Майера, хрипло каркая, царапая лицо когтями и явно желая выклевать воину глаза.   Неприятная птичка. — Эй! Больно, вообще-то, — в голос рассмеялся Май, одним грубым ударом рассеивая назойливого пернатого, как летнюю тень. Небольшой ожог на бедре, казалось, только позабавил Росса, — передай своим хозяевам, что они могут совершить… …с козлом, — лихой свист меча, обрушившегося на духа, заглушил часть слов, о чём Май не особенно жалел. Кусочек его души, столь далёкий, нежный и почти заглушённый суровыми походными деньками, не очень-то хотел, чтобы парень предстал перед Найри конченным сквернословом. От духа осталась кучка изорванного тряпья. На одежду, конечно, не сгодится. Разве только заплатки сделать. Подойдя поближе, Май удивлённо проговорил: — Смотри-ка, здесь монетки, — и добавил, наклонившись, — интересно, зачем духам вообще могут понадобиться деньги? Бальзамы чародейские себе покупать?.. — неуверенно пробормотал он. Действительно, выглядело это крайне странно. Между тем, на стенах подвала тускло замерцали магические руны, осветив помещение последней, прощальной вспышкой – перед тем, как угаснуть навек. Маю подумалось, что где-то он подобные знаки раньше видел. Совсем недавно, вроде бы… Точно, это произошло сразу после расправы в овраге. Изумрудная арка! Так недавно, а кажется, будто прошло столетие… Непрекращающееся ощущение слежки, питавшее паранойю, улетучилось, да так, будто и не было его вовсе, и Май стал себя чувствовать как-то защищённее, чем раньше. Намного. Метка слабо сияла в полутьме, и при взгляде на неё парень чувствовал, как на душе становится теплее. Что же. Неплохой поворот приняли дела. А теперь… — Теперь мы должны срочно осмотреть здание, — незамедлительно предложил Май, — кому-то может понадобиться помощь. Мы… не можем позволить себе опоздать, — глухо прошептал он, явно намереваясь броситься вперёд, сломя голову. Каждая минута важна. Ведь трагедия не должна... повториться...

Возможно, метки нам в этом помогут, ведь они теперь связаны магией. Идём?   Май Росс в последний раз бросил взгляд на стол с инструментами, печь и наковальню. Ничего. Они ещё дождутся своего часа, и, видит Создатель, час этот настанет очень-очень скоро.    — Ты права, Найри, — отозвался наёмник, — пошли. Потом вернёмся сюда, чтоб над снарягой поработать. Шанс хороший выпал, надо воспользоваться. Неизвестно, когда до города доберёмся, — буркнул он, и хотел было ещё что-то добавить, но неожиданное вторжение существа, явно настроенного не слишком-то доброжелательно, грубо оборвало речь парня на полуслове.   — Беглецы!.. — заорал то ли демон, то ли какой-то иной экзотический представитель нечеловеческих сил, и Майер с досадой поморщился. Опять. Ни минуты покоя, верно?   — Нельзя просто взять и оставить людей наедине друг с другом, когда они этого хотят, — устало вздохнул дровосек, вооружаясь своим двуручным клинком, широким и острым лезвием которого можно было запросто перерубить ствол тоненького осинового деревца, — готова, мечница?.. — окликнул он Найри, — разберёмся с этим, и сразу за остальными товарищами рванём, — поделился своими планами Май, имея в виду, в первую очередь, Иши и магов, — надеюсь ошибиться, но... что-то подсказывает мне, этих тварей тут несколько, — закончил он.   Клюв ворона, уютно уместившегося на руке существа, выглядел угрожающе острым. Птичка, определённо, не нравилась Маю, хотя против птиц как таковых воин совершенно ничего не имел. Даже напротив, любил городских голубей хлебными крошками подкармливать. Вот только сражаться с птицей ещё сложнее, чем с мелкими уродцами, уложившими Росса в могилу. И наёмник в глубине души сильно надеялся, что где-нибудь в тумане не прячется ещё несколько воронов. Об очередных неприятных неожиданностях на свою злосчастную голову парень, определённо, не особенно мечтал. Впрочем, нет. Не мечтал вовсе.

Не страшно. Мне спешить некуда. :3

В бой хочу, е-е.

Немногие привыкли к путешествиям сквозь Тень, ещё и в состоянии меж жизнью и смертью. Май Росс небезосновательно полагал, что такой опыт даже для магов, не понаслышке знакомых с данной областью мироустройства, является чем-то уникальным. Однако же, к счастью иль нет, но постепенно вещи начинали принимать относительно привычный характер. Не то чтобы совсем обыденный, конечно. Прямо скажем, подозрительный заброшенный особняк, в котором оказался Май, не относился к числу местечек, где он привык обретаться во время своих путешествий. Вот только… В нынешней оказии имелось одно отличие, существенно менявшее характер происходящего. Дом, в котором Май и Найри очутились после очередного – и на этот раз, видимо, заключительного – перехода сквозь Завесу, был реальным. Да-да, именно так. Странный, максимально недружелюбный, наверняка пользовавшейся столь же дурной славой в окрестностях, особняк явно находился в мире, привычном для смертных. И это всё меняло. Но, прежде чем продолжить, стоит поведать парочку слов о том, как Росс вообще умудрился здесь очутиться. Конечно же, во всём виновато крушение. Снова. Видимо, для завершающего акта вполне естественно выглядеть эффектно, однако Май, спроси его кто-нибудь, однозначно предпочёл бы обойтись без очередного полёта сквозь ткань реальности. Конечно же, этого не случилось. Никто его спросить не удосужился. Тем не менее, последствия не оказались такими разрушительными, как можно было предполагать. Даже без ушибов, ссадин, переломов и всяких подобных прелестей удалось обойтись, надо же! Хотя голова, спору нет, немного кружилась, и сконцентрироваться парень смог не сразу. Когда всё началось, Май, нещадно подталкиваемый Найри, потянулся было к Иши. Безусловно, он не хотел, чтобы с ней что-то случилось, и пытался сделать всё возможное, но увы, их разделил бурный, неистовый вихрь, безразличный к человеческим желаниям. С того момента парень больше не видел магессу. Признаться, его это немало беспокоило. Но привычка сосредотачивать внимание на вещах, объективно насущных в данный момент, всё же давала о себе знать даже сейчас. Про себя Росс твёрдо решил как можно скорее отыскать и Ишиану, и всех остальных. Но. прежде всего, стоило осмотреться повнимательнее. Понять, куда их вообще занесло. И нельзя ли сразу пользу извлечь из новых обстоятельств. Да, дровосек умел быть практичным парнем, и даже после смерти не утратил эту черту. Подвал, ещё и с клетками? При беглом взгляде место напоминало тюрьму. Или бывший зверинец. Впечатление, впрочем, быстро смазалось, когда воин заметил – а не заметить было сложно – что подвал сей явно когда-то был оборудован всем необходимым для местного кузнеца и ремесленника. На столе кто-то заботливо, аккуратными рядами разложил линейку, ярунок, кронциркуль и угольник, соседствовавшие с несколькими вариациями клещей, железной формой и щипцами. Пила и неплохо заточенный топор также наличествовали, как и крепкие ножи, висевшие в ведёрке на стенке, совсем рядом с наковальней, на которой лежало оружейное клеймо в виде снежинки, фирменный знак неизвестного мастера. Всё это дело покрывал плотный слой пыли. Смахнуть – и хоть сейчас пользуйся, сколько захочется. При взгляде на такой прекрасный шанс лицо Майера посветлело. Было время, когда работа с деревом – да чего греха таить, и металлом тоже – вызывала почти интуитивное отвращение. Однако за последние несколько часов, наполненные новыми впечатлениями, нечто неуловимо… изменилось. Страх по-прежнему оставался, но парень больше не чувствовал, как неумолимая сила безжалостно стоит на страже, не давая заниматься важными вещами. Ведь дело теперь не только в нём самом. Да, Майер считал, что на нём лежала определённая ответственность, и именно поэтому наёмник не мог больше позволить себе, как раньше, просто отбросить в сторону свои природные дарования. Особенно если они способны принести пользу остальным. — Всё немного пыльное, — оценивающим тоном пробормотал Росс, достаточно громко, впрочем, чтобы Найри его слышала, — кое-где прослеживается ржавчина. Не критично. Видимо, влажность, — резким движением он переключился со стола на наковальню, потом внимательно осмотрел плавильную печь, — использовать можно. Подводя, так сказать, итоги, — с довольной улыбкой сообщил Май, — если понадобится позаботиться о кой-каких вещах, доспехах там, или оружии, стрелы наделать, всё необходимое у нас есть. Удачно, однако, попали, — хмыкнул наёмник, — и, кажись, даже следов укусов на теле нет, — внезапно добавил он, будто что-то вспомнив, — однако не нравится мне, что нас отнесло в сторону от остальных. Место странноватое. Такое чувство, знаешь, будто у стен есть глаза, если… понимаешь о чём я, да, — дровосек нахмурился, — ох, и не нравится оно мне. Будто нам тута не рады нисколечко.

Первые несколько мгновений пронеслись, унося вслед за собой то невразумительное состояние, которое обычно испытываешь, когда неведомые силы протащат тебя через всю Тень. Сознание Майера постепенно обретало ясность. Быть может, это заняло больше времени, чем, к примеру, у Иши, что смогла сориентироваться почти мгновенно. Или у Йорга. Немного помедлив, Май подошёл к копейщику, и протянул ему флягу с многострадальным ядом, который так и не успел использовать в последнем сражении, хотя изначально, вообще-то, планировал. Экстракт провёл в его кармане непозволительно много времени. Довольно это терпеть, право слово. — Держи. Пригодится, коли очередные супостаты нас настигнут, — проговорил Май Росс, — или можешь копьё своё намазать им, чтоб блестело на солнышке, — простодушно предложил парень, откровенно не заметив невольно проскользнувшей двусмысленности. Ведь все его мысли сейчас занимали совершенно другие вещи. Получается, Флемет? Теперь да, действительно. Он начал вспоминать. Старые легенды и сказки, которые мама рассказывала им с Анной в далёком детстве, затерянном где-то... в водах прошлого. Сказки, по большей части, страшные, но Май любил их. И сестрёнка, кажется, тоже. Неужто небылица обратилась явью? И стоит перед ними, вот так просто, лицом к лицу? С другой стороны... после всего пережитого, не стоит слишком уж удивляться нежданным встречам. Ведь они находились в краях, более привычных духам, богам и демонам, нежели простым людям. Случиться может всё, что угодно. Абсолютно всё. И алые нити магии, связавшие товарищей, подобно осязаемым узам крови, сполна подтверждали этот факт. Отдельно Май отметил, как Флемет упомянула о "той, кто занял место Жнеца". И как это понимать? Что же получается, тот Жнец, которого они видели, не настоящий?.. И, к тому же, женщина. Постойте, а разве духи обладают полом? Опять прорва вопросов, от которых голова шла кругом. Росс не сомневался, что все кусочки картины рано или поздно сложатся в единое целое, однако испытывать от нынешнего хаоса более приятные ощущения, к сожалению, уверенность эта отнюдь не помогала. Когда Ишиана представила его новоприбывшему, Май тепло улыбнулся. Наверное, парень сбит с толку не меньше его самого. А может, даже сильнее. Пусть хотя бы понимает, что оказался в кругу людей, не настроенных враждебно. Одной улыбки редко бывает достаточно, но ведь впереди ещё столько времени, не так ли?..

А я даже не помню, о чём Сэм и Арк ругались, и ругались ли вообще.

Сериал о том, что ждёт мир, если в процессе развития цивилизации идейную победу одержат воинствующий патриархат и протестантский фундаментализм.

Область, в которой они оказались, напоминала собой само безвременье, ежели таковое в принципе может иметь цвет, обладать формой, весом, либо каким-то запахом. Это всё ещё Тень, да? Плотный туман не давал внимательно рассмотреть, насколько далеко расположена береговая линия. И есть ли она вообще. Быть может, это место хранило в себе отголоски воспоминаний, погребённые здесь навсегда? И кто знает, кем при жизни были эти статуи. Героями безымянных войн? Королями? А может, легендарными преступниками?.. Если полагаться на слова странной старой женщины и цвет неба, впрочем, группа всё ещё находилась в Тени. Кто она, кстати говоря, такая, женщина эта? Майер, чувствовавший себя довольно скверно, присмотрелся повнимательнее, а потом остолбенело уставился на причёску, напоминавшую... самые настоящие рога. Наёмник, как упоминалось неоднократно, был простым человеком. Никогда не путешествовал. И мало слышал о вещах, давным-давно ставших для кого-то совершенно... обыденными. Поэтому первый вопрос, пришедший в голову Россу, особенно интеллектуальным назвать, прямо скажем, было сложно. — Я объединила ваши метки. Держитесь в окрестностях одного города и малыш Каспар вас не достанет, — с лёгкой усмешкой произнесла ведьма и герои с удивлением обнаружили, что их клейма действительно связывают тонкие алые нити. — А ты кто?.. На кунари похожа, — и сразу же, будто спохватившись, добавил: — спасибо, что вытащила нас, — и немного потупился. Май Росс никогда в жизни не видел серокожих гигантов, иначе сразу бы понял, что гордых представителей этой воинственной расы женщина не напоминает нисколько. После всех услышанных баек только один элемент, характерный для облика косситов, отложился в его памяти сильнее прочих. И это были рога. Парень явно ещё не до конца пришёл в себя после сумасшедшего полёта, иначе бы, конечно, поинтересовался насчёт Амадеи... и её судьбы. Серьёзная девушка с красивыми рыжими волосами была симпатична Россу, как человек. Но осознание, что они больше никогда, скорее всего, не встретятся, придёт к нему лишь спустя несколько минут. Как и грусть.

А, лол. Знаешь, серия такого обращения не заслужила, я считаю :3 Да, спорные моменты есть, но пощади фанатов plz~

... ......

Сомневаюсь, что его многие смотрели. Вещица больно своеобразная... кхм... идеологически. Давай лучше "Американскую историю ужасов". ^^

Тогда «Рассказ служанки» всех обскачет. А чего, давайте по нему. Красивый... сериал, к слову.

Майер... таял. Нет, не так. Казалось, он медленно растворялся в самой первородной материи, не угасая в ней, однако же, до конца. Совсем напротив, он чувствовал, как некая сила проникает глубоко в его природу, меняет её, деформирует, раскалывает на части, и после вновь объединяет осколки в единое, монолитное целое. А потом перед ним медленно начала опускаться завеса из бархатной тьмы неведомого. И Май Росс осознавал, что, мгновение – или сотни лет – спустя, когда плоть высвободится из странных, душивших объятий хаоса стихий, он познает нечто... новое. Что-то изменится, иное же покинет его навсегда. Парень не знал, какой именно черты судьба рассудила лишить его. Быть может, он станет слабее? Или овладеет более тонким чутьём, которое пригодится во время путешествий по краям диким, не отмеченным картографами? Он не знал, но лишь предвкушал это, причём без страха в сердце. Предначертанное суждено принять. Страшиться не стоит.   Молния. Резкий порыв ветра. "Как хорошо, что топор надёжно пристёгнут," — пронеслась в голове нежданная мысль, приносившая уют. И облегчение. Ещё несколько секунд безумного полёта, и воин перестал что-либо чувствовать.   Сознание покинуло его... Но лишь для того, чтобы восстать из пепла где-то в ином, новом месте. Неведомое же, тем временем, напевало колыбельную, смысл которой лежал за гранью познанных материй, бесконечно далеко от ограничений слова человеческого и формальностей языков, изобретённых смертными.

Котово. )

Жаль. Ну, я всё равно сделала всё, как хотелось... почти. И поменяла местами ловкость и восприятие. Глянь, если не сложно, нигде не напортачила? Если норм, занесу данные в кубик.

@Элесар, маста, поведай, можно ли вытянуть бесполезную пятёрку из начального интеллекта и десятку из ловкости, и вложить свободные очки в восприятие? Бонусы за закрытие квеста, в таком случае, вкладываю в двуручное и оружейный навык. Ещё хотелось бы поменять местами ремесло и атлетику, чтобы наш древоруб быстрее бегал от злобных некроняш и прочих хасиндов.

Знаешь, когда сидишь в Твиттере, это легче. Там толпа людей и легко послать в игнор, если видишь какой-то трэш. А в местечке, где регулярно общается меньше 10 человек, м-м. Сложнее. Но... В плане идеи ты совершенно прав, конечно.

Ну, констатировать, что человек вещает позорную чушь, как правило, ничего не стоит в плане эмоциональной энергии. Так что... почему бы и нет? )

Ну, изнасилование, например, общепризнанно плохая штука. Убийство тоже. Философские или религиозные концепции, конечно, являются предметом обсуждения, но есть вещи безусловные. И тот, кто начинает их оспаривать, автоматически навешивает на себя маркер персоны, с которой стыдно иметь дело.

Спорить есть смысл, когда есть понимание цели происходящего, когда спор имеет ценность. Я не могу тратить свой психологический ресурс на попытки переубедить первого попавшегося анонима. Слишком много на свете белом анонимов, с которыми я категорически не согласна, трёх жизней не хватит. Но, например, если близкий мне человек начинает нести откровенную фигню, я постараюсь указать ему на это – "бро, это самое, ты не очень-то прав, и вот почему". Но это не будет "спором ради спора". Последний возможен, если от спора испытываешь чувство удовольствия. И это по-любому не моё.

А смысл? Можно спорить в этих ваших интернетах до красных глаз и долбаных мозолей на пальцах, но в результате каждая из сторон всё равно останется при своём мнении. Лучше потратить время на менее токсичное общение. Тем паче, что этого самого времени с каждым годом остаётся, хмф, всё меньше.

  Я миллениал, гений. И, сдаётся мне, кровь эта нихрена не свежая. Но, впрочем, как знаешь.

В последнее время в чат вообще не хочется заходить, право слово. То нацистские и гомофобные сентенции, то ещё какая нелепая дичь. Серьёзно, сколько можно?