Кафкa

Какой-то ты капризный стал.

Я не позволю уничтожить работу всей жизни.   Особенно такую, ради которой пришлось принести в жертву десятки чужих судеб. Все они похожи, люди, одержимые некоей сверхважной идеей. Сначала заражают окружающих своим экстатическим вдохновением, а потом, когда дорвутся до власти, в жернова исполнительного механизма попадают все те, кто просто хотел жить. Ну, или спокойно умереть хотя бы. А всё оттого, что гениям, как правило, глубоко наплевать на простого человека. Они широко шагают по земле, свято убеждённые в собственной непогрешимости, не утруждая себя тяжкими размышлениями о неотъемлемых природных правах "другого", активно интересуясь лишь правами собственными, и ещё более активно реализуя их. Ведь кто сильнее, тот и прав, не так ли? Май Росс относился к подобной точке зрения крайне негативно.   — Тем более, что для воплощения этой твоей работы пришлось, видимо, немало бед наворотить, да?.. — с какой-то внезапной, нетипичной для него язвительностью поинтересовался Майер, — верно говорю, убийца? Не просто ж, от гнева душевного, дух так тебя назвал. Скольких убить пришлось? Давай, поведай нам об этом.   Стремление Иши сделать так, чтобы все в итоге оказались счастливы, глубоко тронуло Мая, но при этом он сознавал, что реализация стремления этого, в сущности, с самого начала обречена на неудачу. Стая волков не может выжить, не питаясь мясом. Бандитская шайка начнёт скучать, если ей запретят грабить и насиловать. Некоторым просто по природе своей недоступен путь честных, хороших людей. И вера в то, что Каспар, которому Создатель знает сколько лет на самом деле, внезапно просто возьмёт и... и передумает, характерна либо для очень наивного человека, либо для очень... чистого, прям-таки погруженного в океан невинности. И это невольно вызывало удивлённое восхищение. Чем они там в Кругах своих занимаются? Молитвами? Так или иначе, но мнения насчёт некроманта Майер не изменил. Слишком опасно довериться словам человека, готового на всё, лишь бы спасти свои прогнившие амбиции и вытянуть из болота свою порочную шкуру.

1ex0, какая критика, таков и ответ. Чао.

Ваше персональное мнение очень ценно для нашей фирмы. Ожидайте официальный отклик в течение ближайшей... сотни тысяч лет. Спасибо за терпение, дорогой клиент! Оставайтесь с нами.

- Мне кажется, этот Жнец пришел нам помочь, - прошептала Ишиана своим спутникам. - Он услышал нас, понимаете? Это наш шанс.   Май утвердительно кивнул. На душе стало намного веселее. Будто из грязной трясины, в которой с каждой секундой утопаешь всё сильнее, тебя внезапно, волевой рукой, вытащили за волосы, хорошенько отмыли, а потом и вовсе посадили за стол, чтобы попотчевать хлебом-солью и горячей жареной курочкой.   — Похоже, Иши, ноги уносить нам теперь незачем, — улыбнулся Майер, — подмога подоспела. Вместе с шансами на исход удачный, — больше парень на слова времени не тратил. Медленно, с особым удовольствием, вооружился мечом. Рукоять приятно холодила разгорячённые пальцы. Сейчас начнётся.    — Я сниму контроль с клейма. И перенесу нас подальше от тюрьмы. Могу в другую часть Тени, но тогда с этим уродцем точно придётся разбираться без моих стражей.   Воин презрительно фыркнул. — Сначала нижайшими из рабов своих нас считал, а как только петух клюнул, так сразу иначе запел, да?.. — в голосе Росса слышалась откровенная неприязнь, — не верю я тебе. Ничто не мешает тебе закончить начатое, когда момент настанет удачный, — Май принял боевую стойку, — и лучше принять судьбу свою, последовав за духом энтим, нежели добрый век марионеткой в чьих-нить руках быть. Натерпелся при жизни я таких, как ты. Больше не намерен, — жёстко закончил Май, давая понять, что ни на какой бартер идти не собирается.

Май, в общем-то, привык, что к нему относятся высокомерно. Учёные-библиотекари, с презрением поправлявшие очки. Избалованные дворянские сынки. Мамаши, с отвращением взиравшие на грязные солдатские сапоги. Торговцы провиантом, для коих он был лишь одним из тысяч немытых и нищих вояк. Рыцари, одетые в сиявшие на солнечном свете доспехи, и оруженосцы рыцарей, готовые подставить надушенный заморскими ароматами зад, лишь бы пробиться в высшее общество. Как правило, парень реагировал на такие вещи с неизменным спокойствием, но сейчас, когда стало очевидно, что никакие разговоры не помогут, он решился броситься вперёд – и врезать Каспару со всей своей молодецкой мощи. Возможно, пока он прикрывает остальных, они смогут сбежать. И справиться самостоятельно. Возможно, это единственный выход, а какое-то неясное тёплое чувство подсказывало, что выход этот абсолютно правильный.   Он приготовился. И... не смог.   Волшебство прочно удерживало его, да так сильно, что даже пошевелиться не получилось. — Подлец, — Росс свирепо скрипнул зубами, — ты... ты заплатишь.    Как именно некромант заплатит. Май пока не знал. Тем не менее, он уверенно полагал, что ощущения для зарвавшегося мага окажутся не самыми безболезненными. Во всяком случае, душевные.    - Майер, нам нужно срочно делать отсюда ноги, - едва слышно прошептала девушка, сжав его руку.   — Ты знаешь... какую-нибудь магию, которая создаст, это самое, — наёмник с трудом подбирал слова, а время поджимало, — что-то вродь... тумана? Нельзя позволить лучникам попасть по кому-нибудь, — Май быстро огляделся, — сдаётся мне, если бежать будем, то получить стрелу в спину – вариант не самый... желательный.

Пара шагов в сторону - и Иши очутилась совсем рядом с Майером. И мягко взяла его за руку, не пытаясь, впрочем, ни одергивать его, ни отговаривать от нападок на "хозяина" - простой и безмолвный ободряющий жест.   Май, со своей стороны, ответным жестом крепко сжал руку Иши. Возможно, крепче, чем можно было ожидать в подобной ситуации, однако не настолько, чтобы магесса почувствовала дискомфорт.   Он почти ничего не смыслил в магии, однако слишком хорошо понимал, каково это – терять близких. Сначала отец и дядюшка, вырезанные цветом имперского рыцарства. Потом мать, и, наконец, сестра. При одной попытке вспомнить обстоятельства смерти последней сердце наполнялось сумасшедшей болью, и он помнил, о да, прекрасно помнил, как – до момента смерти в овраге – что-то шевелилось глубоко внутри, будто древесный жук в коре, как толстый, напившийся крови паразит на теле уличной кошки. Экстазом битвы он глушил как воспоминания, так и это причудливое чувство, но, святая Андрасте, как же парень не хотел, чтобы Иши, только-только начинавшая жить, стала в итоге такой же потерянной и сломленной, как он сам. Каждая новая смерть сбивает с ног, и вновь подняться, уверенно взирая на мир, с каждым разом всё сложнее. И однажды ты просто... остаёшься лежать. По инерции принимаешь пайки, думаешь лишь о том, где разбить лагерь, или кого ещё вытащить из лап врагов, какими для обычных людей являлись и орлейцы, и доблестная армия защитников, нередко оставлявшая после себя ничуть не меньше горя.   — Всё будет хорошо, — прошептал Май, не зная, что сказать в этой ситуации, и какие слова вообще будут правильными – его редко утешали посторонние, а сестра обычно, когда он плакал, просто крепко обнимала, не пускаясь в красноречивое пустозвонство, — давай выберемся отсюда, обзаведёмся сильными друзьями, а потом твоего друга вытащим, клеймо снимем? С него, и со всех остальных тоже, — Май Росс понятия не имел, какие такие "друзья" смогут противостоять мощи некроманта, но не сомневался, что где-то в Тедасе точно найдётся парочка.

Майер стоял столбом, совсем как деревья, которые некогда служили одним из основных источников его личного дохода. Но лишь со стороны могло показаться, будто он ничего не понимает. Точнее, понимал-то он действительно далеко не всё, однако в его душе больше всего сейчас преобладало два невероятно сильных желания. Первое, несомненно, было жаждой мести. Больше всего Май Росс, бывший солдат, наёмник, дровосек и мастер изящной резьбы, мечтал набить высокомерную морду подлеца, да так сильно, чтобы тот больше никогда не смог улыбаться. Играть человеческими судьбами в поисках вечной власти? Делать из свободных существ безвольных, лишённых сознания рабов? Как отвратительно. Боль Ишианы не укрылась от Майера, и это бесило его ещё сильнее. Когда уже спираль страданий прекратит вращаться? Второе желание отчаянно заставляло отслеживать обстановку. Именно этим парень занимался в данный момент, и обстановка, прямо скажем, казалась ему предельно паскудной. Май Росс надеялся, что встречаться с так называемым "хозяином" не придётся. Надежда эта оказалась, увы, совершенно напрасной. Шансы противостоять такой толпе подчинённых существ, ещё и под нескончаемым градом стрел? Минимальны. А потом их отведут в пыточную камеру, чтобы закончить начатое. Нет. Нужен иной выход. Иной...   — А что за Изумрудные Тропы такие, что спасать нас от них пришлось?.. — мрачным тоном поинтересовался Росс, чтобы оттянуть время – тем более, что никто больше об этом не спросил, — и, сдаётся мне, отсутствием "узости мышления" с точки зрения твоей обладают те ребята клеймённые, кто противу воли поддерживает энти твои амбиции. Но нет, — гордо проговорил мечник, — я простой человек, в училище не корпел над свитками, но всё-таки считаю, что "узостью" надлежит называть стремление подчинять себе души людские, не сообразовываясь с их волей свободной, чувства отбрасывая, будто ненужное что, — Май бегло глянул на Иши, на храмовника, и вновь перевёл взгляд на Каспара, — это бесчестно. Ты ничем не отличаешься от королей наших, для которых народ немногим скота лучше, на убой приготовленного.   Май Росс искренне полагал, что никакой войны на его родине не было бы, правь как Орлеем, так и Ферелденом простые, обычные люди, вроде него. Все беды от монархии и аристократии. За подобные взгляды, высказанные человеком, имеющим статус, могли последовать немедленные санкции. Но Май был всего лишь наёмником. Кто его послушает? 

- И что, они... соглашаются?   — Сие мне неведомо, — честно признался Майер, — боюсь, соответствующим опытом шанса обзавестись не представилось. Однако, на практике, отношения такие долго не продолжаются, — солдат чуток подумал, подбирая, как лучше выразить свою мысль, — некоторые полагают, будто виной тому давление людей окружающих, общественные, так сказать, стандарты. А я же думаю, что любителям зверюшек просто-напросто поболтать по душам не получается со своими, это самое, возлюбленными, вот.   До Мая Росса только сейчас начало доходить, что разговор принимает слегка нетипичное русло. Но было уже поздно.

- Умеете вы обломать. Нет бы помечтали как мы хорошо отдохнем перед встречей с Хозяином, а вы...   — Может, обойдётся ещё, — вздохнул Майер, — и ускользнуть сможем, не тратя время и ресурсы на выяснение отношений с вышестоящим, — исход, который солдат считал самым логичным, поскольку предполагал, что не придётся вмешиваться в схватку с существом, располагавшим неизвестным количеством энергии, которую легко пустить в ход с целями, предельно... разрушительными.   В общем, Иши, не забивай себе голову этой ерундой, если вдруг Джока увидим - он тебе разъяснит, а не увидим, так и говорить не о чем, у нас тут таких слава Андрасте нету.   — Йорг, есть такие вещи, о которых лучше знать заранее, для... подготовки моральной, так сказать, — Май Росс с ораторским видом поднял вверх указательный палец, — а Иши не маленькая, нечего мяться. У нас в деревне и не такое встречалось, знаешь ли, — парень посмотрел на Иши, — неправильная любовь к животным – это, ну, как парень с девушкой по ночам встречаются, занимаются всякими такими делами интимными, только роль девушки зверюшка занимает. Ну, или парня роль, — по-простому ухмыльнулся Росс, — штука вся в том, что такой формат отношений, как правило, порицается. Но у нас вообще многое порицается, чему порицаться не должно, — пожал он плечами, — глядишь, пройдёт лет триста, и взгляды на это дело ширше станут. Хотя некоторым бы, для начала, хорошо перестать бить жёнушек своих научиться. Больно часто случается, что парни в браке берега с концами теряют, — завершил воин свою речь, и окончание, определённо, нисколько не напоминало начало.  

Спасибо всем, искреннее. Меня банки и кофейни скидками завалили, насыщенные деньки получились. Но пора возвращаться к размеренной жизни!

— Генри призвал демона? Поработил разум кого-то из вас? Пил кровь союзников? — поинтересовалась она, обведя взглядом всех четверых, принявших бой в башне.   Май Росс пожал плечами. — Ну, как видишь, мы все стоим на месте, вроде целые, — усмехнулся он, — а враги, — указал парень кивком головы на шакалоголового чародея, — мертвы. Кажется мне, это само по себе говорит о многом.   Так может простим друг другу недостатки и дальше побежим? Неровен час новая стража нас догонит или сам Хозяин освободится?   — Вот, мысль совершенно разумная, — радостно подхватил воин, — а паренька твоего жалко. Ну, предпочтения у всех разные, лишь бы вреда от них не было. Терпимости нашему обществу не хватает, терпимости, вот что я скажу, — тоном человека, вещающего очевидные вещи, промолвил Майер, и замолчал.

Спорить с магом о тонких чародейских материях, если ты всю жизнь провёл, торгуя деревянными солдатиками и рубя врагов железом? Нет, это дело почти безнадёжное. Поэтому Май решил подойти к вопросу с другой стороны. — Был у нас в отряде один парень, — задумчиво начал Росс, — совсем юный ещё, почти мальчишка. Кудряшки золотистые, невинная улыбка. Мечом владел отлично, любил разговор поддержать у костра. Мы понятия не имели, откуда он такой взялся, на вопросы пацан отвечал уклончиво, каждый раз переводя беседу в другое русло, — лицо Мая приобрело мрачное выражение, — ну, и порешили мы, значится, его к себе взять. Думали, а что такого, время военное, мало ли сиротинок с грузом прошлого по краям нашим бродит, — мечник нахмурился – воспоминания приносили боль, — ошибку мы совершили. Парень просто обожал насилие, и прибился к нам только для того, чтоб девчонок-беженок силой брать. Одна потом, после его забав дьявольских, три дня оправиться не могла, — Май горько покачал головой, — а на четвёртый и вовсе померла. Кровоизлияние, медик сказал, внутреннее... Тринадцать лет бедняжке было. Хотел я, и ещё пара мужиков добрых, вышвырнуть изверга, но генерал его под свою защиту взял, не смогли мы пробиться, — мечник помедлил, — потом, когда я уже один путешествовал, слух пошёл от лица доверенного, что парнишка-то, на самом деле, бастард одного князька денеримского, а бывшие сослуживцы мои теперича стали его бандой. Спасали раньше людей, выходит, а теперь зверства похуже орлейцев творят, — Май внимательно посмотрел на Иши, а потом на Анри, — к тому я клоню, что внешность – штука обманчивая. Зло может в таких местах скрываться, что вовсе и не догадаешься, а добро порой выглядит клыкастым, но дело с ним иметь без проблем можно. Да и так уж мир устроен, что любые вещи можно использовать как на службе добра, так и зла, самого, что ни на есть, истинного. Думается мне, не станет он на нас свою магию практиковать. Да и, если что, на нашей стороне перевес численный. А бойцы-то все сплошь умелые подобрались, такие вот дела, — Май устремил твёрдый взгляд прямо в глаза Анри, — не выгодно разумом чужим играться и доверие предавать, когда все должны заодно против врага общего выстоять. Одиночка не выживет, а группа спасётся. Так ведь, Анри? — А что тут, собственно, происходит? Все целы? Май утвердительно кивнул. — Побили остатки, а теперь вот, — многозначительно посмотрел он на магов, — решаем вопросы организационные. Как дальше действовать будем.

Майер вышел вперёд. Как, возможно, упоминалось ранее, парень мало что смыслил в магических школах. Интуиция смутно подсказывала ему: волшебство, устроенное Анри, относилось к вещам, не самым безопасным во вселенной, однако на этом познания мечника заканчивались. Гораздо больше он разбирался в тактике. А последняя недвусмысленно намекала, что ради безопасности им стоит держаться друг друга. Если они разделятся, их крайне быстро перебьют по одиночке. Этого допускать, конечно, не стоило.   — Постой, Иши, не гони коней, — нахмурился Росс, — он же не против нас своё колдунство использовал. Да и нам это, лучше вместе оставаться, покуда по земле супостатов бродим, — покачал он головой, — помню, генерал любил говаривать что-то типа "дели их и правь", или как там было. Но суть в том, что силушка наша в этом самом, единении, — осторожно продолжил наёмник, — когда выберемся отсюда и вновь живыми станем, тогда и будем выяснять, кому остаться, а кому на все четыре стороны по свету белому пойти. Если ещё, конечно, желание делать это останется, — он, как никто другой, понимал – битвы бок о бок сплачивают, да так, что любые убеждения отходят на второй план, — и да, спасибо, Анри, — добродушно улыбнулся Май другому магу, — добрая команда получилась. Нам любое уменьице пригодится, особливо ежели вспомнить, что нам ещё, может, драться с хозяином этого местечка придётся, коли незаметно выскользнуть не сможем, — завершил Май, очищая дорожной тряпочкой свой клинок от брызг крови.   Ох уж эти разногласия между магами... магами и магами... магами и храмовниками.  Майер искренне полагал, что после смерти они если не теряют свою актуальность вовсе, то, как минимум, нуждаются в небольшом пересмотре, ради более вероятного выживания всех остальных, и повышения коэффициента боевой эффективности.   Впрочем... Май Росс в этом плане был вообще человеком довольно-таки наивным. 

Thinvesil & Noir Обещанная охрана настигла их на выходе из башни во двор, подойдя с двух сторон: тех, кто успел выйти первым, встретили во дворе, а Ишиану с группой новообретенных товарищей застигли на первом этаже помещения, отрезав путь к верху. - Смотрите! - Девушка указала на собакоголовых воинов и одного, судя по посоху, мага. - Они нас просто так не отпустят! Ишиана почти панически сжала посох. Наверное, надо было опрокинуть врагов и поспешить на помощь товарищам во дворе, но при мысли о том, чтобы кого-то бить, пусть даже этих шакалят, подкашивались ноги. Собакоголовые уродцы, готовые в любой момент на них наброситься, выглядели внушительно, но Май Росс, отчего-то, не сомневался в успешном исходе сражения. Вряд ли в нём говорила самоуверенность. Скорее, привычка мыслить относительно тактически подсказывала, что два мага и бронированный гном – это сила, далеко не последняя в Тедасе. Ну и, конечно, сыграл свою роль ещё и пресловутый оптимистический настрой. Ведь, как известно, махать мечом тем легче, чем больше убеждённости в том, что клинок достигнет своей цели, не так ли? Особенно если меч, мягко говоря, немаленький. Май сощурился, глядя на вражеского чародея. Зрением парень располагал хорошим. — Иши, — проговорил он, — держись рядом. Прикрою тебя, если что. И давай это... Не будем рваться вперёд. Лучше подождём, когда они сами к нам прискочат. Сказав это, воин спрятался за ближайшей колонной. Крайне не хотелось, чтобы огненные шары чародея-псиглавца поджарили особенно мягкие... части тела. Да и остальные, будем честны, тоже. Иши кивнула и спряталась за спину Майера, выглядывая на врагов. - Они оттуда нас всех достанут, - заметила девушка. - Давай нырнем в боковую комнату, чтобы они не могли достать со своих мест, - предложила она и, получив утвердительный кивок от Майера, во весь дух ринулась к подсобке, спрятавшись за углом. Увы, ее заметили, и мечник с двуручником ринулся следом, заблокировав узкий вход в помещение. Девушке оставалось молиться Создателю, чтобы витязь смог отыскать путь в укрытие. Мечник замахнулся – и не сносить бы волшебнице головы, но она вовремя увернулась и попыталась спрятаться за посохом. От взгляда Майера не укрылось, что кое-кто последовал в комнатку прямиком за Иши. Что же делать? Рискнуть, и, положившись на свою интуицию, отыскать среди теней альтернативный вход в безопасное помещение, статус такового, впрочем, только что успешно потерявшее? Или рвануть прямиком в открытый проём, зажав противника, но при этом оставив магессу-лекаря в уязвимом положении? Парень-мечник размышлял лишь несколько секунд, не больше. Опыт длительного участия в военных вылазках на территории, аннексированные Орлеем, однозначно подсказывал, что в крепостях, подобных этой, почти всегда есть несколько путей. И пусть даже местная архитектура не имела никакого отношения ни к Ферелдену, ни к самому Орлею, Май всё равно бросился бежать в сторону теневого участка. Множество теней в Тени? Как звучит-то. И он не ошибся. — Я здесь, — ободряюще оповестил Май о своём прибытии и врага, и Иши, — святая Андрасте, что за образина-то, — фыркнул Росс, с отвращением посмотрев на псиглавца – вблизи местные солдаты выглядели ещё отвратительнее, чем издалека, — ты никому не навредишь, монстр, — насмешливо крикнул воин, принимая угрожающую боевую стойку и замахиваясь своим тяжёлым клинком... но, к сожалению, мимо. Видимо, сказалось напряжение после ускоренной пробежки, не иначе. "Он здесь". Ишиана воспряла духом и улыбнулась воину. Теперь можно было заняться тем, что у нее получалось. "Да хранят тебя духи, Майер", тихо прошептала магесса, посылая волей просьбу прикрыть воина. Если все будут защищать друг друга - они будут непобедимы! - Он кусается, осторожно! - предупредила магесса и покрепче вцепилась в посох, спрятавшись за витязем. — Пусть попробует на вкус добрую сталь, — свирепо улыбнулся наёмник, сжимая рукоять цвайхандера. Целительная магия приятно растекалась по всему телу, наполняя душу жаждой доблести и подвигов, и даруя уверенность – если не в далёком, и каком-то нереальном завтрашнем дне, то, как минимум, в нынешнем моменте, единственном, неповторимом. Неожиданно Майер осознал – целительная магия прекрасна. В его прошлом отряде имелась только парочка сумрачных магов-разрушителей. В итоге парень обходился бинтами и лечебными настойками на основе трав. Своё дело они, безусловно, выполняли, и сносно, однако ощущения, если сравнивать непосредственно, подобны... небесам и земле. Магия Иши, если на то пошло, защищала не только тело, она охватывала душу, как светлый дух, как дружеские объятия Грейс, и это было невероятно восхитительно. Когда существо попыталось обрушить на Иши свой меч, выглядевший немногим лучше кривой рожи мохнатого хозяина, Май метко отбил атаку, да так сильно, что псиглавец покачнулся, как после хорошей попойки. — Больше никто не умрёт. И не поранится, — весело провозгласил парень, — нам одного раза хватило, и блюдо, знаешь ли, не самое аппетитное. А ты умеешь творить чудеса, — простодушно улыбнулся он магессе. И неудивительно. Для человека, что провёл всю свою жизнь среди ординарных людей, магия была чем-то удивительным. Особенно такая магия. Она слышала доносящиеся звуки боя: из такой же подсобки напротив и у лестницы, где был шакалий маг. Наверное, бедный мистер гном там один, и Анри тоже. - Прикрой меня, я сейчас попробую подлечить всех, кого успели побить, - попросила магесса. - Если успели. На всякий случай. Лучше так, чем... Девушка не договорила, она просто доверилась витязю, который защищал ее, и обратилась к внутреннему сосредоточению, чтобы не просто попросить духов оказать помощь, но и сфокусировать их на образах товарищей, которые оставались вне поля зрения магессы. Сеча продолжалась. Пока девушка поддерживала товарищей, Май, краешком глаза, бегло осматривал помещение на предмет наличия в нём объектов, которые можно использовать для отвлечения внимания, если дело пойдёт скверно. Хм? Рыцарский доспех? Можно опрокинуть под ноги этой дворняге, если придётся спасаться бегством... впрочем, времени нет – стоит сосредоточиться. — Поехали, — проорал Май Росс, намеренно громко, чтобы привлечь внимание твари, — отступать нам некуда, — однако после удара, каким бы сокрушительным он не казался со стороны, послышался лишь свист пронзаемого воздуха, и ничего больше. Тварюга же самоуверенно надвигалась на Иши. Воину не очень-то нравилось, как оборачивается дело. Псиглавец как-то неуклюже изогнулся, занёс клинок, но рубанул по воздуху. Видимо, атака Майера немного его напугала, сбила концентрацию. Ну, либо просто псина не самая удачливая попалась. Ишиана закончила заклинание и, почувствовав, как целительная волна растекается дальше, открыла глаза. И обнаружила прямо перед собой слюнявую морду. - Ай! Собака страшная! - Подобравшись, она снова пряталась за витязя, сжимая в руке свой посох. Май Росс отреагировал незамедлительно. Лезвие с огромной силой обрушилось на голову псиглавца. Несмотря на то, что последний всё-таки смог отвести от себя удар, поставленная задача, к счастью, оказалась выполнена. Тварь сменила цель, повернулась к наёмнику, ловко крутанулась вокруг своей оси, и со злобным рычанием кинулась на парня. Май отбил цепочку её ударов, один за другим. Право слово, это было не особо сложно. Если за слугой владыки некрополя и стоял какой-то дух, то явно довольно-таки примитивный. — Не бойся, — ободряющим тоном проговорил Май, — он тока выглядит страшным, а на деле до рыцарей там с копьями, или даже до бандюг лесных ему топать и топать, — кажется, морда существа раздражённо дёрнулась. Неужели понимает? Ну, тем лучше. - Я не боюсь, Майер, - тихо сказала Иши. - Ведь ты защищаешь, а я подлечу, если что. Легко улыбнувшись, она сосредоточилась, концентрируя энергию Тени в себе. За спиной витязя было совсем не страшно. То, как Иши себя держала, приносило... спокойствие. Некое чувство подсказывало витязю – опыта реальных сражений в полевых условиях у неё не слишком много. И тем приятнее было видеть, что магесса не впадает в панику, как это порой делали зелёные юнцы, дравшиеся раньше только на тренировках в армейских лагерях, причём даже не с настоящими бойцами, а манекенами. Следующий удар попал точно в цель. Из разреза полилась струйка алой крови. Существо покачнулось, а кровь до жути напоминала реальную. — Попробуй ослабить его своей магией, — безмятежно предложил Май, — быстрее справимся, а то другим без нас, может, тяжко приходится, беспокоюсь я за них, — Май не располагал точными сведениями относительно расположения соратников, и это его, признаться, немного напрягало. Сложно контролировать ход битвы, если за каменьями ничего не видать. - Ааа... - Иши, казалось, это предложение застало врасплох, но времени было мало, оскаленная пасть была совсем рядом. - Точно надо, Май?! Парень быстро положил свою большую ладонь на плечо Иши, и несильно сжал её. Вкладывая в этот жест всю уверенность, сколь можно было. — Миг промедления на поле брани может стать смертельным, — слегка ослабленная тварюга готовилась к атаке, и Май бессовестно пользовался ничтожным промежутком, этой парочкой секунд, — враги используют любой шанс, чтобы уничтожить тебя... и твоих близких, — псиглавец плотоядно облизнулся, будто подтверждая слова наёмника, — нам повезло, что этот... не самый шустрый. Давай сделаем всё возможное, чтобы сохранить жизни товарищам? А я поддержу тебя, — огромный клинок Мая, казалось, жаждал всего этого не меньше. Иши не стала тянуть время и отвечать. Только кивнула. И сжала покрепче посох, направив его в сторону шакалоида. И крепо зажмурив глаза, попыталась вспомнить уроки в Круге: "Магия - это продолжение вашей души, ваших мыслей. Направьте сгусток магии - и он станет вашим метафорическим кулаком. Ударившей силой". Волшебница не хотела даже думать о том, чтобы навредить, но по крайней мере, представить себе сгусток энергии (раз уж так надо) - она могла. Надо было попытаться. Ради Майера, который ее защищал. Ради ребят, которые сражались в башне и за ее стенами во дворе. - Так? - Девушка открыла глаза, даже не зная, достиг ли вырвавшийся сгусток зеленого огня цели. — Ты всё правильно сделала, — с улыбкой подтвердил Май, но времени на подробное обсуждение не оставалось совсем. Боевой раб прям-таки взбеленился, когда Иши задела его своим волшебством. Видимо, задела порядочно, ибо псиглавец попытался обрушить на неё град яростных ударов, но Май вовремя заслонил девушку. Вовремя, чтобы она, слава Создателю, осталась в полной безопасности, но, видимо, недостаточно вовремя, чтобы сохранить в целости самого себя. Кривой клинок мохнатого чудища оставил на теле воина несколько глубоких алых отметин, отзывавшихся болезненным жжением, однако Росс, казалось, вообще не обратил на это внимания. Он вошёл в ритм, начал чувствовать мелодичное биение пульса войны, впервые, пожалуй, с того момента, как умер, и чувство это ему нравилось. Ведь именно оно, в худшие времена, спасало его от бездны отчаяния. — Н-на, — Май замахнулся, тщательно, на подсознательном уровне рассчитывая свои силы, и рубанул тварь, которая не то чтобы не успела, а просто не смогла заслониться – соотношение сил, очевидно, оказалось не самое равное. Парень усмехнулся, и уже хотел было закончить дело, как порезы, в самый неподходящий момент, заставили его согнуться от боли. И тут он вспомнил, что ещё не успел оправиться от пробежки по стене. Существо же явно намеревалось воспользоваться мгновением слабости. — Иши, — проговорил наёмник, — поможешь мне? - Да, Май! - Создатель, за что ей это? Но с другой стороны - Создатель вряд ли похвалит, если она оставит собрата в беде. Да и не могла она оставить, а времени для того, чтобы как следует прикрыть или залечить раны, не было. Ишиана сосредоточилась на посохе и направила энергию в сторону пса. - Ой... Бедненький! Переведя взгляд с шакала на витязя, Иши подобралась - образ рыцаря напомнил ей о том, что идет сражение, и цена его - жизни товарищей. - Я пойду посмотрю, чем помочь ребятам. - Она не стала ждать ответа - Майер был не из тех, что отсиживается. Она знала, что так будет правильно, и они принесут больше пользы, выйдя из своего укрытия. С первым покончено. Отлично, процесс пошёл. Май Росс, отчасти сознательно, отчасти невольно, уже взвешивал, сколько времени займёт оставшаяся битва, и куда ему лучше поспешить в первую очередь, потому что в комнатку, вновь ставшую абсолютно безопасной, явно никто из противников (помимо неудачливого псиглавца) наведаться не спешил. Долго, впрочем, Май не размышлял. Он решился на самый простой ход: бросился напрямую, к группе мохнатых чудищ, окруживших левую комнатушку, как две капли воды похожую на ту, в которой они с Иши сражались. О последней, кстати, парень не беспокоился. Ей хватило силы духа, чтобы постоять за себя, и даже ему самому помочь. Ещё с десяток таких ситуаций, и девушка наверняка привыкнет к битвам! Во всяком случае, так казалось Майеру, нежная юность которого закончилась в стране, разодранной войной, так и не родившись. — Эй вы... тупые животные! — проорал Май, делая руками неприличный жест, обозначавший на грубом солдатском жаргоне мужчину, лишённого естественной мужеской силы, — кто первый, а? К величайшему разочарованию Росса, провокация осталась незамеченной, и твари бросились в противоположную сторону, преследуя цель, намеченную ими ранее. Парень почувствовал себя крайне глупо, и побежал вслед за ними, со своим клинком наперевес. Раны всё ещё болели, но жажда надрать вражинам задницы была неизмеримо сильнее. Ишиана металась по залу башни, не зная, кому лучше в первую очередь помочь - всем было плохо. "Так тогда и помоги всем, ослица", почувствовала она прикосновение своего духа. И действительно, чего это она? Призвав к себе всех близлежащих духов, магесса попросила их залечить раны своих товарищей и решила двигать к господину гному, который боролся с вражеским шакальим чародеем. Времени было в обрез. "Животные" успешно проникли в комнатку, явно намереваясь числом взять того, кто там находился. Нечто вновь намекало Маю: это был Анри, ибо Эрик, пытавшийся одолеть шакалоголового-чародея, легко примечался даже отсюда. Когда Май вломился в комнатку, одна из тварей готовилась к атаке. Росс мгновенно пресёк оную, безумным вихрем навалившись на тварь, причём со спины. Стоило ли удивляться, что сущность даже пикнуть не успела, когда её голова, внезапно, раскололась на две... почти равных... части? Кровь дождём залила каменный пол, когда бездыханная тушка повалилась, как подкошенная. "Хорошо, что этого не видела Иши", — невольно подумал Май, и бросился прочь из комнаты, в сторону гнома. Май не сомневался – со вторым Анри легко справится, а Эрику стоило поскорее помочь. Ибо от чародеев можно ожидать чего угодно, не стоит биться с ними в одиночку. Мало ли. Мистер гном яростно атаковал, но задел и себя тоже, а враг в это время готовился к контратаке и вовсе отошел. Еще немного - и Эрик падет смертью храбрых. Нет. Она не может этого допустить! Набросив на рыжебородого охранительные чары, Ишиана старалась держаться так, чтобы не попадать под магию чародея. Когда рядом возник Майер, девушка вздохнула с облегчением - перспектива остаться один на один с врагом отступила. Оказывается, Май беспокоился не напрасно. Эрик ещё держался, но потрепало его, очевидно, порядочно. — Знаешь, псина блохастая, я твою... — далее последовало настолько грязное ругательство, характерное для местного диалекта северных окрестностей Ферелдена, что, во избежание буйного румянца на щеках юных дев, мы не станем его здесь озвучивать, — а теперь и с тобой то же самое проделаю, — закончил Май Росс, нагло усмехнувшись. Неизвестно, понимал ли шакалоголовый чародей локальный ферелденский диалект, однако на этот раз привлечь внимание всё-таки удалось. Тварь отвлеклась от Эрика, оскалила зубы, и, похоже, начала готовить очередное мощное колдунство. Ишиана старалась держаться рядом с воинами, но так, чтобы им не мешать, и не мозолить врагу глаза. - Май, давай закончим уже, а? - тихо попросила девушка и всхлипнула - не потому что ее пугала сама ситуация, а потому что ведь можно было договориться с этим хозяином. Ну, по крайней мере, она в это верила. — Вот с ним разберёмся, и всё на этом, — со спокойной уверенностью отозвался Май, уворачиваясь от заклинания, выглядевшего столь же хило, как и сам шакалоголовый волшебник, — держись, Иши, мы это, с сечей почти покончили. На их чаровника без смеха не взглянешь, — следующий удар Майера Росса можно было бы назвать поистине опустошительным. Удивительно, что после него маг ещё умудрялся не только стоять на своих двоих, но и готовиться к ответной атаке. Дальнейшие действия Май предпринимать не спешил. Вокруг собралась толпа союзников, готовых положить конец действу, а псиглавец, несмотря на своё видимое упрямство, выглядел затравленной дворнягой, в которую толпа детей швыряет камни. Вот только дворняжку по-настоящему жалко, а этот по заслугам своим получает.

Несколько лет прошло. Это не такое время, чтобы просто так взять и вычеркнуть его из своей памяти. В сущности, за эти годы я успела полюбить наш портал, он стал частью совершенно нормальной повседневности, и ничто не способно изменить этого.   Я бы хотела сказать вам спасибо. Невероятно приятно видеть, что есть люди, которым не безразличен этот день, и которые пришли сюда, чтобы меня поздравить. 24 года – это, в своём роде, рубеж, когда человек обязан стать сознательным, если раньше, по каким-то причинам, не сделал этого. В этот день вспоминаешь, что жизнь, вообще-то, штука конечная, нельзя вечно откладывать её на завтра, как я обожаю делать.   Короче. Вы милые, классные, и я дьявольски рада, что мы вместе, и пусть не всегда, не каждый день или месяц даже, но мы оставили какой-то след в жизни друг друга, и я уверена, что он, след этот, очень-очень клёвый. Но приключение не должно заканчиваться. Наш жизненный квест просто обязан быть если не вечным, то, хотя бы, охрененно долгим. Поэтому пожелаю вам красочных дней, наполненных новыми впечатлениями, лишённых скуки. Это такая вещь, которую я желаю себе в том числе.   Спасибо вам всем, друзья. Мне адски приятно.  

Какая смешная рифма. И вам вечерочка.

То чувство, когда тебе стыдно за пост, написанный выше.

Амадея с остальными сегодня. Иши и компания – завтра. И да! Спасибо всем огромное за поздравления, ещё раз, так сказать! Лольки – это всегда замечательно, как и вечный кофе из Старбакса, с которым, как ни крути, ничто не сравнится – авторитетно заявляет Сетсуна спустя не меньше трёх лет регулярной дегустации. Вечные ценности и подлинные духовные скрепы современной цивилизации, ня. Вы все очень-очень классные. Оставайтесь такими же, всегда. Люблю. ♡

А давайте обсудим преимущества свободного рынка, пользу частной собственности и почему короли должны умереть? Шучу, шучу

Да ладно, это не такой день, чтобы из-за него всё веселье откладывать. ) И ваще, говорить о своём дне рождения не принято! :<

Мы все еще живы, Майер. И будем жить дальше. Или, по крайней мере, постараемся умереть на своих условиях. Пока живем - еще есть надежда.   Послужила ли поддержка Ишианы тому причиной, иль морок прошёл самовольно, дабы вновь вырваться из мира клубящихся теней бессознательного, в миг, когда этого ожидаешь меньше всего... Однако на душе Майера стало спокойнее. Кошмар никуда не делся, он всё ещё сидел там, глубоко-глубоко внутри, но сейчас – в этот момент, это время – что-то вновь его запечатало.   Стоит ли сомневаться в целительной силе светлых эмоций?   Глубоко пролегшие по лицу складки разгладились, и воин улыбнулся. Краешком губ.   — Ты права. Поддаваться слабости, когда кто-то вокруг тебя швыряет на землю горящие камни – тактика не самая блестящая, — наёмник старательно прогнал остаточное ощущение, что блуждало где-то в нижней части живота, подобно вязкому, скользкому экзотическому фрукту, испорченному червями, — мы выживем, вырвемся отсюда... и отстроим всё заново. Для того нам и достался второй шанс, — заметил Май, и голос его более не казался печальным, — спасибо тебе, — прошептал он.   Но при этом, где-то там, Майер Росс прекрасно понимал – однажды он вспомнит всё. И пробуждение прошлого станет самым сильным испытанием, какое ему доставалось когда-либо в жизни. И Майер Росс понимал также другое: он, вполне вероятно, не выдержит тяжести столь жестокого груза.   Но сейчас нет смысла об этом думать. Есть вещи более... практичные.   Но контрабандисты ценят деньги и тех, кто эти деньги им приносит. Чётко и понятно. Я могу оценить свой вклад и свою ценность той же меркой. Золотом   — Когда мы с сестрой... вели дело общее, жизнь почти наладилась, — с лёгким оттенком ностальгии проговорил Майер, — она поставляла на рынок рубашки, штаны там, мантии, а я, как вы уж знаете, всякое добро деревянное, — на губах Росса промелькнула усмешка, — среди торговцев некоторые прямо говорят, что в стране, охваченной смутой, нет отношений более надёжных, нежели отношения покупателя и поставщика, — он сделал паузу, подбирая слова, — звучит не очень человечно, думаю, но вся штука в том, что такой подход действительно работал, — осколки реторты хрустнули под тяжёлым сапогом наёмника, обитым железом, — братья предавали друг друга, отец воевал против дочерей, друзья становились врагами. А рынок жил, и... эти самые... связи между его ячейками крепли тем сильнее, чем яростнее бушевала война, — Май грустно пожал плечами, — действительно чудно порой работает общество наше.

Не думаю. Если бы я хотела бороться, то стала бы наёмником, а не исследователем, - пожала плечами Амадея. - Мне достаточно найти того, кто в обмен на мои услуги будет защищать и содержать меня. — Ну, тоже верно. У каждого свой путь, — невозмутимо отозвался воин, в очередной раз нежно погладив рукоять своего клинка, — хороший обмен, в конце концов, тоже искусство. Не всякому по нраву путь войны, которая никогда не кончается. Особенно если вместо того, чтобы спать в лагерях, в обнимку с боевыми псами, можно просто взять вещь, о которой мечтаешь, заплатив за это доброй монетой, — Майер задумчиво посмотрел на юную магессу, которая, по собственному признанию, не особенно любила эмоции, — и здорово, если ты уверена в своей... гильдии. Не всякому такое дано.   Я даже не знаю имен моих родителей, знаю только, что отец был из храмовников.   — Мой отец умер, защищая наш дом от рубак орлейских, — честно сказал Май, — а мама... она делала многое, чтобы мы смогли выжить. Не выдержала, а помощи не оказалось рядом, — воин сжал зубы, — мы были детьми, совсем мелкими ещё, когда оказались на улице. И отчаянно боролись за жизнь. Я... и сестра моя, Анна, — внезапно, при упоминании этого имени, перед глазами Мая будто сверкнула молния.   Ночь. Ветер. Горящий дом. Ужас. Боль. Отчаяние. Чувство вины. Отчего? Не мог же он... просто забыть?   — В общем, тяжело жить без родителей, — с трудом, вероятно, даже чрезмерным, выдавил из себя Май. Но мысли остались. Стало страшно.

Почему же скверно, если это было веселье? Или это было насмешливое веселье?   — В итоге мы с ней очень тесно сдружились, — признался Росс, — и весёлые деньки долго длились, хорошо нам было. Правда... мне всегда хотелось совсем, ну, другого. Наверное, где-то там, внутри, я не переставал надеяться, даже когда... — парень едва слышно вздохнул, — стало очевидно, что ничего не выйдет. Брак по расчёту, слышала, наверное? Родители решают за детей, кого им любить. Семейный уклад. Традиция такая, — Май покачал головой, — несправедливая она, я считаю. Не должны люди решать за других людей, на кого им придётся жизнь свою тратить. Интересно, как она там. Её, кстати, Грейс звали, — Май печально улыбнулся, — забыла обо мне, наверное, вся в хлопотах. Года два прошло, если не больше, — пожал он плечами, — в нашем беспорядке ферелденском легко теряешь счёт дням прожитым.     А жаль. Это было бы романтично.   Майер смахнул со стола осколки реторты, и сел на свободный стул, облокотившись. Совсем мягко, не вкладываясь всем своим весом. Предметы вокруг были такими хрупкими. Почти призрачными.    — Наверное, — неуверенно отозвался он, — правда, бывало дело, что у нас такие записки становились достоянием всей деревни. С одной девчушкой так и случилось. Ей оставалось только дома сидеть, боялась, что засмеют, — дух продолжал витать кругами, — и засмеяли же. Два месяца из своей норки нос не высовывала... грустно всё это, — заключил наёмник.   И ты.. Майер?   — Ага, точно, он самый, — подтвердил Май, — жить свободно – это хорошо. Немногим в наши смутные времена удаётся это. Чаще народ за выживание боролся. Но, чай, одно с другим цепко так связано, да? Свободу отвоевать нужно, больно важная вещь, чтобы просто сидеть и ждать, когда тебе её на блюдце писаном поднесут, — последние слова воин проговорил совсем тихо. Он умер, так и не узнав, чем закончилась война на его родине, и закончилась ли вообще.