Фрэнки

- Хорошо. Тогда Морис проводит тебя, - все понимали, что бродить в подобном состоянии по улицам Холланду без компании не стоит. Не хватало ещё за решётку до рассвета загреметь. - Я поохочусь и вернусь. А ты пока подумай, что расскажешь мне о Волчьей стае. И.. о том цветке.     Холланд округлил в изумлении глаза.   Что?   Повисло беззвучным эхом в воздухе, пока гангрел провожал взглядом Каминского, испытывая неясную тревогу. Из короткого, но злосчастного транса его вовремя окликнул голос Мориса.       - Идем, красавчик. - веселые блики в осколках кармина, - Глядишь, пока дойдем, и Джек объявится на горизонте.     Моргнув пару раз, Холланд улыбнулся Джованни.   - Да… да, конечно, - говорит Морису, а сам смотрит куда-то вдаль. Не то в надежде встретить того же Джека, не то кого-то другого, из-за отсутствия которого испытывал вину за каждую свою улыбку.   Мотнув головой, Холланд вместе с Морисом направился на Элизиум.

- Подойди, - с твёрдыми нотками в голосе попросил Лето. - Классные.. эм.. ботинки. Я хотел поговорить с тобой, Холланд, но может тебе лучше пока заняться своим видом?   Внимательный взгляд алых глаз, коснувшийся светлой зелени, говорил о том, что Морис, если что, легко сменит одну компанию на другую.       Холланд нахмурил брови. Шагнул ближе к знакомым, уже лучше различая черты их лиц.   - Я оставил сменную одежду в багажнике своей машины, - тихо ответил. - А она сейчас у Джека. Он ведь не приехал ещё, верно? - поинтересовался Холланд у Мориса.   Вроде у него должны были остаться несколько купюр, чтобы купить хотя бы футболку или майку в каком-нибудь секонд-хенде, если тот не закрыт. Но при пристальном чужом внимании он решил не проверять карманы джинс на наличие каких-нибудь денег.   - Я могу привести себя в порядок в Элизиуме, - Холланд склонил голову. - Если, конечно, позволите.

- Холланд, - сбавляя шаг, громко позвал Лето.     Кажется, найденные Шивой ботинки оказались ему велики. Или слишком маленькими. До конца так и не понял, застыв на месте, когда его окликнул одновременно знакомый и чужой голос.   Холланд зацепил взглядом фигуру Мориса и собирался уже улыбнуться, как рядом с ним различил фигуру князя Тусона. В наряде… необычном. Не столь формальным, как при предыдущих встречах.   Холланд кивнул в знак приветствия. На фоне аккуратного внешнего вида старшего представителя клана Ганрел и Джованни он, наверно, походил на участника недавней уличной потасовки: чёрные джинсы и футболка в пыли, местами разодраны. Брякает украшение с дырявой монеткой на шее и серьга.   Только ботинки словно только что магазина.

Его отпустили спустя полчаса. Больше или меньше. Время тянулось как резина. Вопросы звучали разные, но суть одинакова. Холланд терпеливо отвечал на каждый из них, устало окидывая взглядом присутствующих, чуть бодрее улыбаясь девочке прежде чем её не увели прочь.   Его отпустили спустя полчаса.   Больше или меньше.   Он, наверно, выглядел сейчас примерно так же, как тогда, когда бежал с заброшенного завода и наткнулся на дом Лулу. Только тона исключительно цвета чёрного, чуть серого. Щепотка вины, что он так не навестил приёмного сира. Чуть больше и пустота - за того, кого не смог выручить.   Холланд взъерошил ладонями волосы, быстро спускаясь по ступенькам полицейского участка, но тут что-то ударило его по голове.   Один раз.   Второй.   И прозвучало удивительно весёлое карканье на фонарном столбе.   - Шива! - раздражённо бросил на фамулуса Холланд, протирая макушку, а затем посмотрел вниз. Перед ногами валялись ботинки с красными шнурками.   Холланд ещё раз бросил взгляд в сторону ворона, но той след простыл. Решив не пренебрегать "подарком" (наверняка прежний хозяин обувки недолго будет в обиде) и не петлять до Элизиума на босую ногу, Холланд присел на ступеньки, чтобы обуться.   Вскоре путь он держал к клубу Viper, надеясь встретить брата или кого-то из знакомых Сородичей.

К этому времени девочка сонно открыла глаза. Карие глаза испуганно встречают резкую смену окружения, испуганно смотрят на незнакомое лицо, пока Холланд не встаёт с мотоцикла и обращается к ней на ломаном испанском:   - La buena gente de aquí te ayudará a encontrar a tu familia, - пытается утешить её тем, что в здании работают хорошие люди, которые помогут ей найти семью.   Страх на время сменился радостным волнением.   - Mi mamá?   - Sí, - отвечает хмуро, хоть на губах играет ободряющая улыбка. - Mamá, - Холланд подхватил на руки девочку.   Прежде чем подняться по ступенькам полицейского участка, он обращает взгляд к Морису.   - Кстати… Чёрный Епископ, Серая Ладья, Красный Рыцарь и Белая Королева. Белая Королева - никнейм Оливекрон в какой-то переписке в её почтовом ящике. Речь шла о некой Волчьей стае, а также о том, что в ход событий вступил Епископ, - довольно расплывчатая информация в нынешней ситуации, но хотя бы что-то. Холланд нахмурил брови, вдруг вспомнив о чём-то. - Десять лет назад, - тихо, словно в трансе начал он, - когда мы пытались выбраться из города во время чистки, мы увидели стаю волков. Один из них выручил меня с приёмным сиром и Джеком, когда мы пытались оторваться от охотников. Сам Джаспер, похоже, знал этого волка, а последний ушёл чуть ли не сразу при упоминании Лето, - гангрел мотнул головой. - По-моему это у меня уже паранойя какая-то.   Он благодарно кивнул Морису.   - Если вдруг увидишь Джека, то передай ему, пожалуйста, чтобы ожидал меня в Элизиуме, - Холланд искренне улыбнулся, а светло-зелёные глаза ярко сияли в тени городских улиц. - Спасибо.

Только исчезла одна тревога, как появилась другая. Незначительная в своей сути и до боли смешная.   - Э, - на которую Холланд отреагировал неуверенным смешным звуком. - Да я…   Он растрепал ладонями светлые мягкие волосы, зажмурив глаза. Неизменной улыбкой на устах, пряча за ней все навалившиеся горечи и разочарования. Если бы не девочка, если не чувство вины, то он бы с озорством принял предложение Джованни.     - Представь себя дамой сердца, обхвати меня за талию и постарайся не свалиться по дороге.     Холланд хрипло рассмеялся, прикрыв ладонями глаза и обнажив зубы в очередной улыбке. Капля кровавой слезы провела короткую дорожку вдоль щеки, но гангрел быстро смахнул её костяшками пальцев, оставив на её месте едва заметный красный развод.   Для мертвеца его эмоции бушевали сейчас слишком ярко, истощая впоследствии остатки сил духа и сознания на попытки реагировать чуть более адекватно, а не как лайтовая версия малклавиана.   - Ладно, - дружелюбно отвечает Холланд. - Не так я себе представлял романтическую езду на железном коне в компании статного рыцаря, но и так я не против.   На короткий миг Холланд задержал взгляд на фигуре девочки, а затем осторожно запрыгнул на мотоцикл Мориса, обхватив того руками за талию.

Значит, с поставленной задачей они не справились. И ко всему прочему понесли потери.   Прежде взволнованное и радостное лицо гангрела сделалось хмурым.   - Я думал добраться до Тусона. Отдать её в полицейский участок, чтобы сотрудники поискали её родных. В ином случае отдали в приют, - улыбка стала горькой. - Правда, я преувеличил свои возможности. Пешком или на бегу до рассвета не успею. Я смогу спрятаться в земле, но оставлю её одну в течение дня, пока буду спать.   Холланд теперь пристальнее смотрел на лицо Сородича.   - Морис… а ты можешь, - начал он и мотнул головой. - Не имею права просить тебя. На мотоцикле ты быстрее доберёшься до города. А девочку нужно только передать в руки хотя бы относительно безопасного штаба, где из неё сходу не сделают чьим-то гулем, - или хотя бы наивная вера в то, что с ней в ближайшее время ничего плохого не сделает вампирская ересь. - Я... ну, я буду у тебя в долгу.

- Морис, - делает шаг навстречу знакомому, радостно округлив глаза и улыбнувшись. Хмурится, однако, когда встаёт вопрос о том, что девочка новый гуль гангрела. - Каин, нет, - возмущённо озвучивает имя прародителя всех Сородичей, что у верховной власти Башни из слоновой кости единым целым выскочили мёртвые сердца - не то от дикого страха, не от праведного гнева.   Холланд на время замолчал, разглядывая лицо девочки.   - Долго объяснять, - даёт ответ потомку клана Джованни. - Её мать... умерла. А других близких у неё, похоже, нет, если только они не были отрезаны при побеге из Шеффлера. Не хотел оставлять её одну в пустыне, - поскольку на его ещё живой совести смерть родителя ребёнка. Холланд посмотрел куда-то вдаль, где предположительно должен был находиться упомянутый лагерь. - После взрыва… что случилось? Вы смогли раздобыть информацию? Сбежали до того, как напала Инквизиция?

    Босые ноги ступают по пыльной земле, быстро покидая место пожарища. Звякала монетка - одна единственная сердцу мёртвому милая побрякушка. Изредка оборачивался. Наивно надеялся. А в ответ ему тишина глуши, свист ночного ветра и нарастающий голод.     Но нет. На этот раз голод уже не так сильно терзал его, как несчитанными ночами назад. Место пожарища оставалось где-то далеко, совсем далеко - мазок картины, к которому теперь лишь косвенно имел отношение. И на этот раз он был не один, но душевную ношу это никак не облегчало.   Девочка заснула у него на руках. Её щёки были всё ещё влажными от слёз.   - Estás solo? - в ответ молчание на вопрос, который был задан ранее. Обида и печаль, что однажды перерастут в гнев.   В выси Шива тихо кружила вокруг своего хозяина. Да обладала она эмоциями полноценными и сияли они ярче солнца - радость, что вампир не воплотил роковой замысел, навсегда перечеркнувший его бытие не-жизни. Тем болезненнее осознать неизбежное, если являлась человеком, его подобием, сотканным из паутины странных надежд и страхов.   Рычание мотора.   Всё ближе и ближе.   Холланд обернулся, ясными глазами глядя в сторону усиливающегося звука.

- Джек! - коснуться плеча, обращая на себя внимание. Надо бы найти остальных, но нет времени. - Джек, данных не было в трейлере Эрин. Они в грузовиках, с оборудованием, в тех что загружали первыми. Я думаю их угнать, ты со мной?     - Холланд мог пережить тот взрыв, - откликается Джек, не сбавляя шагу. - Мне нужно хотя бы попытаться найти его. В лагере встретимся! - с оными словами его фигура скрылась в тенях лагеря Шеффлер, на который меньше чем за полчаса должна была напасть Вторая Инквизиция.   Бруха были на взводе, предвкушая кровавые реки, в которых утонет безжизненная почва. Гангрелы проявили сдержанность к предстоящей схватке. Казалось словно они были готовы к любому исходу, не собирались отступать, но и не питали иллюзорных надежд о победе.   Джек был взволнован. Наконец-то он больше не будет бежать, не будет прятаться как крыса в сточных каналах. Во всей красоте внутри его проклятой души проявлялось то, что свойственно больше характеру его сира, нежели предка. Дикий азарт, а тотчас страх перед окончательной смертью.   Боязнь спонтанности решения, которое он принял, как и его последствий для не-жизни.   - Идут, идут! - послышался где-то совсем юный мальчишеский голосок, и Джек сощурил бледно-голубые глаза, вглядываясь вдаль тёмного горизонта. А затем он обратил взгляд к небу вместе с несколькими другими Сородичами, которых на блеклой звёздной вуали что-то привлекло больше, нежели отряды приближающихся охотников.       ♬   И оно началось. То, чего недостаточно будет выразить одним словом, но более масштабно в восприятии носферату, который за всё своё существование являлся лишь свидетелем нечто подобного, а не участником.   Звуки выстрелов, моторов, крики бруха и звериный лай гангрелов - всё произошло настолько стремительно, так быстро и неожиданно, что Джек на короткий промежуток времени впал в ступор. Несколько раз его толкнули, пробегая мимо, пока кто-то не дёрнул его за локоть и крикнул прямо в лицо:   - Сражайся или уходи прочь! - разглядеть того, кто ему это сказал, Джек не успел. Дивным образом лицо рассеялось в десятке других. Он зажмурил веки и мотнул головой, а затем, рыкнув, бросился вперёд, полностью теперь принимая то, что с ним может случиться в ближайший час.   А то и меньше.   Взгляд цепляется за фигуру в чёрной боевой униформе и огнемётом в руках, когда граница между двумя лагерями стирается, формируя в безжизненной пустыне бурлящий насилием океан. Где-то рядом рычит волк, останавливая охотника от попытки выстрелить в вампиров перед собой, включая Джека. Две живые волны из плоти, крови и костей да металла схлестнулись друг с другом, и если бы Джек сейчас мог наблюдать за этим действие с высоты птичьего полёта, то оно сильно напомнило бы ему о рисунках на страницах, вырванных из страх книг, которые иллюстрировали Джихад восемнадцатого века.        Носферату доверился своим инстинктам, успешно уклоняясь от атак охотников, скрываясь в тени и используя собственные когти как оружие, которое если не убьёт, то оставит смертельную рану.   В определённый момент Джек слишком сильно увлекается. Азарт охватывает его сознание, а запах крови пьянит и - бам! Он застывает, округлив глаза в недоумении. Окровавленными руками касается груди, тянется ниже и нащупывает небольшую дырку в животе.   Как?   Джек оборачивается, видя перед собой охотника, из рук которого выпадают патроны дробовика, тщетно пытаясь зарядить ими огнесрел. Исказив лицо в раздражённой злой гримасе, Джек рычит, собираясь отгрызть ссыкуну шею, но его опережает кто-то из Сородичей. Рана затягивается и в следующий момент, прежде чем кто-то успеет ему снести полголовы - бьёт ублюдка ботинком по челюсти.   Джек сплюнул кровью.   Волна стихала. И всё меньше носферату обращал внимания на оставшихся охотников, которых добивали Сородичи.   - Холланд! - кричал он, попутно расспрашивая гангрелов о том, не видели ли они светловолосого парня с зелёными глазами и серьгой в виде пера. - Холли!   Да вечна будет эта ночь в его памяти.

  Холланд   Этим всегда всё и заканчивается. Хватаемся за крупицы человечности, верим, что сможем обуздать волю нашего Зверя. А потом совершаем одну маленькую ошибку - ошибка эта оказывается роковой. В итоге мы прекращаем верить и сжигаем на костре надежду, которая, как оказалось, приносила нам всё это время ничего кроме разочарования.     Даже перед звериным ликом неизбежной смерти она продолжала бороться. Человеческая природа ли такова? Преисполненная наивной верой, идущего от зова чистого сердца, пока сознание глушится под волнами агонии и экстаза. Вера, что в один волшебный момент каторга перевоплотиться в вечное блаженство. Он вновь слышит треск костей и мерзкое чавканье. Брызги. Сколько раз мёртвая земля насыщалась кровью? Может, поэтому здесь ничего не растёт. Это место могло быть саванной, здесь могли жить люди - сеять мир, сказочный мир, который никогда не встретит своего воплощения в яви.   Вместо этого в краях поселилась смерть и каждый день для неё кровавая жатва.   Я больше не могу.   Старания обесцениваются, когда он предстаёт лицом к лицу перед собственной природой. И всего несколько часов отделяют его от того, чтобы покончить с этим проклятым существованием, сеющим ничего кроме разрухи с момента его становления. Всего несколько часов, чтобы утраченный свет жизни расщепил его на множество ярких искр.   - Mamá! Mamá, despierta!   Он обернулся.   Та самая девочка, которую он видел в лагере Шеффлер. Пыталась разбудить родную её маленького сердца женщину.   От чувства душевного бессилия по щекам текли кровавые слёзы. Высоко в небе кричал белый ворон.   Всего несколько часов…         Джексон   Как однажды сказал популярный персонаж из серии видеоигр о зомби-апокалипсисе: "Не таким я представлял себе свой первый рабочий день". Информация утеряна. Эсмеральда, вероятно, встретила окончательную смерть, если Холланд не успел её вытащить из трейлера в форме тумана и самому не зажариться в огне.   - Дерьмо, - зло рыкнув, Джек пнул ботинком полупустую банку пепси. Больше, чем о возможной смерти Сородичей его злило осознание того, что он мог пойти вместо пацана. - Ну, каковы наши дальнейшие действия, блондинчик? - угрюмо Джек обратился к сидевшему рядом мужчине у стенки, к несчастью который - из-за неосторожного порыва носферату - скончался от кровопотери.   Через несколько секунд носферату утвердительно кивнул, словно труп действительно ответил ему что-то да ответил. Хитро ухмыльнувшись, Джае махнул перед ним ладонью.   Вжух! И там, где пару мгновений назад находился труп - пустота.   Джек выкинул окурок сигареты в сторону, хрустнул костяшками пальцев и шеей, собираясь сделать то, что должен был сделать весь его клан вместе с остальными Сородичами ещё в Хьюстоне.   Дать отпор Второй Инквизиции.

Тебе нужно поесть.   Если ты не поешь, то Зверь захватит твой разум. Ты больше не будешь человеком - ты больше не будешь походить на него.   Если отдёрнуть шнур…   Ели ты не поешь, то ты не сможешь защитить себя. Ты не сможешь защитить тех, кто тебе дорог - тех, кого ты любишь.   … то аппарат прекратит поддерживать мою жизнь.   Если ты не поешь…   Пожалуйста, не проси меня об этом.   Отдёрнуть шнур. Прикрыть камеру платком. Не провоцировать конфликт. Не поддаваться воле Зверя.   Не поддаваться Голоду.     - Холланд… - равнос увидела туман, который потянулся к ней. Но времени уже не было.     Он успеет. Подхватить. Рассеять. Унести отсюда прочь. Не провоцировать конфликт. Не поддаваться воле Зверя. Отдёрнуть шнур.   Я смогу, смогу!   Не сможет.   Пламя оказалось быстрее. Сожрало того, кто за пару ночей стал ему кем-то вроде друга. Сожрало того, кто за пару ночей заставил его смеяться от всей души.   Нет…   Из-за его упрямства, из-за его недальновидности, из-за глупой самоуверенности…   Голод одержал победу.   И победоносно взвыл Зверь в чертогах тёмного сознания.         ◈ ◈ ◈   - Холли!   Серая дымка тянется от языков пламени, исчезая постепенно в объятьях ночи.   - Холли! - кричит, будто тот материализуется прямо перед его глазами. Не бежит вперёд, а пятится назад как дикий зверь при виде пламени. - Холли, - прохрипит в отчаянии, - я сейчас, сейчас! - и укол вины ранит мёртвое сердце, прежде чем сознание канет ненадолго в небытие.     ◈ ◈ ◈     Джек. Проснись.   Твоего брата здесь больше нет.   Опять.     - Чёрт, - просыпается он зудящей глубокой раны у виска, нежно которую оставила ему железяка от трейлера, что валялась рядом. - Чёрт! - кожа содрана и на черепе, кажется, трещина. Но это не проблема.   Проблема теперь в голоде.   - Чёрт, - удивительно, что реальный чёрт так и не явился. Джек, пошатываясь, встал на ноги, чтобы быстро покинуть место взрыва.

- Да, но мало, - тихо ответила равнос. – В основном внутренние отчеты. По бизнесу ничего… Но есть переписка, - обращая внимание парня, она развернула письма на экране. - Похоже, кто-то любит шахматы и конспирологию. WhiteQueen – это сама Элин. Исходящее сообщение от нее.     Чёрный Епископ, Серая Ладья и Красный Рыцарь. Лже-гуль нахмурил брови, несколько раз перечитав наименования шахматных фигур, а затем обратив внимание к лже-Элин.     Всё это напоминало о событиях (вернее слухах о них), которые произошли в Лос-Анджелесе начала двадцать первого века и родном Нью-Йорке около двух лет назад.   Шахматные фигуры на доске.   Время жертвовать пешками.   Пока Эсмеральда продолжала дальше смотреть файлы на компьютере, Холланд вынул из кармана телефон и набрал короткое сообщение Джеку.

Ну разумеется она не оставит своё убежище без хотя бы минимального присмотра. Хоть с охранником, хоть без. Маленькая красная точка в верхнем углу трейлера - так внимательно смотрит, так невинно, запечатывая в памяти каждое движение, а то и слово.   - Может не охранники, - тихо подал голос Холланд, подхватывая со стола бутылку с кровью, - но камера возвращение хозяйки зафиксировала, - он начал оглядываться по сторонам, думая, чем можно хотя бы прикрыть электронного наблюдателя за личной не-жизнью.   Ничего лучше в голову не пришло и Холланд подхватил со стола белоснежный платок, с помощью которого прикрыл маленькую камеру.   Ещё раз, Джек, почему ты не пошёл?   Мог бы - раздражённо вздохнул.   - Элин, скорее всего, проверит запись, - Холланд подошёл к Эсмеральде. - Есть что-то интересное? 

Посчитав, когда возвращение Оливекрон не будет слишком подозрительно - Эсми-Элин нацепила на лицо высокомерие и приосанившись зашагала нетерпеливой походкой, будто вентру чем-то недовольна, к трейлеру. Равнос махнула Холланду, чтоб тот следовал за ней.   Увидев свою нанимательницу, охранник постучал кулаком в корпус трейлера. Второй наёмник вышел, и они заняли позиции по обе стороны от дверей трейлера. Похоже, никто из боевиков не обратил внимание на то, что Элин шла без своих верных псов. Похоже, они просто редко контактировали с вентру.     Как послушный лакей лже-гуль следовал по пятам своей хозяйки. Улыбнулся охраннику - с озорством, щепоткой надменности и гордости за свою достойную участь работать на Оливекрон. Как казалось. На самом деле - нелепо и вымученно будто та самая жертва вчерашней расчленёнки, близкая к кататоническому ступору   Мысленно Холланд бузил на своего брата, который лучше бы вжился в роль охранника вентру, даже если ему большую часть времени нужно всего лишь молчать.   Сам Джек - скрываясь в тени - почему-то не заметил, как равнос с гангрел успешно проникли в трейлер Оливекрон. Или зрение стало хуже от долгого пребывания в канализациях, или в телефоне он нашёл игру, которая полностью захватила его внимание на ближайшее время. 

Джексон     - Глупо так подставляться. - взгляд скользнул по сородичам вокруг, - С холодильниками. Труп в грузовике удобнее - хотя бы потому, что грузовик находится дальше от трейлера Эрин, да и тело можно опознать. А вину валить на тех, кто веселился в Яме рядом. Потому что, если валить на нас, - в голосе сквозила просто-таки убийственная ирония, - Можно было их вообще не прятать. И сразу заняться добычей информации.   - Ну-ну, но разве я сказал, что рекомендую обратить внимание только именно на этот вариант затравки захватывающей истории о пропаже гулей? - на скептичный настрой джованни лукаво отвечает неугомонный носферату. - К тому же хоть мы и мертвы, но воображением каким-никаким не обделены, чтобы внести капельку сочной ереси в ложку правды, верно? А идти всё равно кому-то вроде тремера. Пусть выберет из предложенных вариантов или придумает свою красивую затравку и импровизирует на своё усмотрение. Как я и сказал ранее. Язык у него хорошо подвешен, стоит признать. И сама Оливекрон ему симпатизирует, - Джек отвернулся и зацепив лицо Фёдора кокетливо подмигнул, прежде чем тот ушёл выполнять задуманное. - А если хочешь посодействовать, - продолжал он говорить уже Морису, - то замечательно. Всегда приятно осознавать, что если ты идёшь на дно, то хотя бы не один.   Джек помахал ладонью и скрылся в тени. Шёл он по тем следам, которые оставили гангрел с равнос.       Холланд     - Если, охранник внутри останется, то невидимая дымка отменяется, - что было весьма печально, ведь девушка хотела подшутить над парнем. Сказать, что ему придется ее обнимать - иначе он выпадет из иллюзии. - Вряд ли, человек оценит, что вещи начнут исчезать или левитировать у него на глазах. - С легкой досадой Эсми прикусила губу. - Так что… Элин и ее верный гуль - наш выбор. Надо лишь дождаться, когда Оливекрон покинет свой трейлер и вуаля - через пару минут она вернется не одна, - торжественная улыбка. - Согласен?     - Скажи честно, - Холланд сложил пальцы вместе и подозрительно скосил глаза в сторону Эсмеральды, - идея с дымкой не являлась же хитрым замыслом по срыву очередных планов, о которых я даже не знаю? - и затем улыбнулся, отвернув голову в сторону. - Согласен, согласен, - отвечает следом, выслушав предложение замаскироваться под саму вентру и её гуля. - Если только не мне придётся примерять образ Оливекрон, - шутку бы он с радостью продолжил, но вместе этого предался задумчивому молчанью.   Прислушиваясь к себе… к тому, что не до конца было удовлетворено со вчерашней ночи лишь четырьмя стаканчиками крови.   Чёрт.   Тут вновь раздался голос Эсмеральды.       - Ты ведь проголодался? – наклонила голову набок. – Хм… у вентру ж особая «диета», как я слышала. Наверняка, ее холодильники полны запасов. Главное, случайно кровь Элин не выпить - уверена, что она не давала своим гулям пить с «горла», - усмешка от подобранного слова. - А если там пусто, то, - она улыбнулась, подмигнув, - ничего, у меня есть еще один план в запасе.     Это, наверно, трудно не заметить. По выражению лица или взгляду в которых затаилось эхо терзаемого суть Голода.   - Пустяки, - попытался отмахнуться Холланд, чтобы не обременять Эсмеральду лишней заботой. - Если не буду использовать силу, чтобы расщепить своё тело на сгусток крови, то обойдётся без, э… без кровавых жертв, - а под жертвами, конечно, подразумевались кровавые кусочки, которые раньше являлись целыми частями тела.   Холланд вдруг испытал тихий страх. Что если подобное вновь повторится, но уже с живым человеком? Нахмурив брови, он посмотрел в сторону убежища Оливекрон. Осторожно подхватил Эсмеральду за запястье, чтобы она обратила внимание в ту же сторону, что и он.   - Смотри! - тихо прозвучал его голос, а кивком головы указал на Фёдора с Элин в компании мастифов и охранников. - Твой выход на сцену, - широко улыбнулся, отгоняя неприятные мысли из головы.

Холланд округлил глаза, но возражения на предложение Эсмеральды не высказал. Наоборот. Лицо гангрела выражало приятное удивление.   - Значит решено, - Джек хлопнул в ладоши. Он довольно улыбался. - Тогда порядок действий таков: Фи… фиодор идёт сейчас к Элин. Дело срочной важности и бла-бла-бла, - плавно замахал ладонями из стороны в сторону. - Раз она заинтересована в том, куда делись её гули, то указать на них. Сказать, что в их пропаже виноваты бруха или гангрелы.   На оные слова носферату Холланд недовольно нахмурил брови.   - Или сказать, что в их пропажи виноват кто-то из нас. И вот, например, неоспоримое доказательства, которые можно обнаружить в холодильниках маленьких трейлеров и подозрительное отсутствие остатка ночи других курьеров в Яме в отличие от Фиодора, проявившего искренний интерес к местному… быту, - со стороны было едва заметно, но в бледно-голубых глазах носферату плясали дьявольские искры, будто он и сам бы не против устроить сцену подставы. - Если у Фиодора есть также свои варианты какую лапшу на уши навешать Элин, то, пожалуйста, дерзай. Только бы выбить как можно больше времени для тех, кто будет осматривать трейлер.   - Если кто-то останется охранять убежище…   - Проскочите мимо с помощью иллюзии, невидимая дымка или воссоздание копии образа Элин с её смертным помощником. Piece of cake.   - А ты почему этим не займёшься? - в недоумение спросил Холланд.   - Я пытался сотворить маскировку после пробуждения, но у меня этого не вышло, - флегматично ответил Джек. - Так, конечно, походил по лагерю в образе какого-нибудь Аполлона. К тому же в технике неплохо разбираешься ты, если вдруг придётся передавать данные по сети.   Гангрел поморщился. Мог бы - раздражённо вздохнул. Он посмотрел на Эсмеральду и кивнул ей в сторону.   Идём?

- Нюансов до черта и больше в каждом варианте, - щёлкнул пальцами Джек. - Будем сильно рисковать с перевоплощением, будем рисковать тем, что стравим бруха и гангрелов друг против друга, если не убедим последних покинуть лагерь, а под общим давлением сложившейся суматохи потеряем данные. В том или ином случае Элин может отреагировать как угодно, сделать что угодно и у нас открывается богатство возможностей того, в каком неловком положении каждый из нас окажется. Эсмеральда верно отметила одну деталь - идею бунта гангрелы не поддержат. Они здесь от имени князя и им приказано защищать примогена, как и сам лагерь. Хотя, конечно, чем этот вариант плох - стравить две группировки друг против друга... этак отвлекающий манёвр.   - Мне он не нравится, - честно сказал Холланд, скрестив руки на груди. - Я бы предпочёл тому, чтобы убедить гангрелов покинуть лагерь. Или попытать удачу с маскировкой.   Джек цокнул языком, скосив глаза к ночному небу.   - Времени в обрез, - устало он сказал, протирая ладонью лицо. - Надо решать. Быстро.   Через какое-то время Холланд сказал:   - Я за то, чтобы выманить Элин из трейлера и обыскать его в её отсутствие. Если есть шанс не прибегать к провокации, пусть даже очень рискованный, то почему бы им не воспользоваться.

- Есть ещё один вариант, - Джек устало протёр пальцами переносицу. - Среди нас есть те, кто способен воссоздавать зрительную иллюзию, перевоплощать свой внешний облик на тот, который ему необходим в зависимости от ситуации. Вместо того чтобы соглашаться на предложения Элин или провоцировать бруха на бунт, мы можем одновременно остаться в стороне и повлиять на событие в удобном для нас русле. Для начала Элин должна на какое-то время покинуть своё убежище, - он указал пальцем в ту сторону, где находился трейлер вентру. Бледно-голубой взгляд достался Фёдору. - Передать весточку, например, что кто-то хочет обсудить с ней одно важное дело, касающееся её бизнеса. Не суть. Пока она отсутствует - наложить на себя иллюзию, - теперь Джек смотрел на Эсмеральду с Холландом, - и проникнуть в трейлер. Снаружи пусть останется кто-то, кто сможет проконтролировать ситуацию извне. Тот, кто может влиять на чужое сознание, - взгляд задержался на фигуре Холланда, а затем на Морисе. - Пока последние, так сказать, охраняют вход, первым как можно скорее нужно будет найти необходимую князю информацию. Немного мозгового штурма и базу данных можно перекинуть на тот же телефон или скинуть в буфер обмена на ноутбук Фи… фиодара, - Джек высунул язык и скорчил гримасу в попытке выговорить имя русского Сородича. - Нет - вывинтить жесткие диски из системников. Да хоть корпус тащите.   - А ты уверен, что вся необходимая информация будет находиться в трейлере Оливекрон? - поинтересовался Холланд.   - Если нет, - Джек пожал плечами, не закончив мысль. - Но в данном случае мы не будем прибегать к "помощи" посторонних лиц.   Холланд склонил голову и нахмурил брови, прежде чем спросить:   - А что насчёт того инквизитора, который указал нам на гулей Оливекрон? Думаете, он сможет как-то ещё нам подсобить? Если, конечно, пока ещё не успел покинуть лагерь.

- Мы будем лагерь защищать, или будем убеждать всех его покинуть?   - Что же до лагеря, - Эсми предпочла бы не пачкать руки. – Хорошо бы избежать потерь от инквизиции. Но вряд ли брухи и гангрелы захотят уйти от сражения прочь. И если вы захотите остаться, то куда ж я денусь, - хитрая улыбочка.     Джек выкинул в сторону сигарету и размял ладонью шею.   - Раз на то пошло, то мы можем убедить бруха и гангрелов покинуть лагерь. Только для этого надо привести весомые аргументы касаемо того, что они тут нахер не нужны. Указать на то, что это приказ Элин или Лето Каминского. Или сказать, что Элин бросает их на произвол судьбы, но в эту дичь они вряд ли поверят - она предоставляла им еду и убежище за время пребывания здесь. А слова каких-то неонатов - как я сказал раньше - ценности будут иметь минимум, - он щёлкнул пальцами. - Вот удалось убедить Сородичей покинуть лагерь. Но как добыть данные? Лично я тоже не собираюсь быть паинькой и пить кровь Элин, - Джек брезгливо поморщился.   Подобное решение было равносильно тому, если он предал свой клан, в идеалы которого верил.   - Можем не просить гангрелов покинуть лагерь. Но суматоху, отвлекающий манёвр, в таком случае устроить, чтобы забрать данные. Бежать ли отсюда сияя пятками или дать бой инквизиции… ну, тут кто как решит, - украдкой он посмотрел на Холланда.   И без слов Джек понял, что гангрел останется с соклановцами.   - Либо как я сказал: гангрел послать восвояси, бруха спровоцировать на бунт. Но тогда есть риск, что они попадут под удар Инквизиции.

- Вот бы так сдержанно по делу говорил в Яме, а не рассказывал кому попало за Джаспера и Модиана, - Джек выдохнул в сторону клубок дыма, прищурив глаза. Определённо ему не нравилось, что пятналась имя его предка.   - Если Элин хочет сбежать, то пусть бежит, - начал Холланд. - А оборудование можем конфисковать, если убедим гангрелов и брух с помощью погрузки оборудования. По сути сейчас важно получить эту информацию, а не гоняться за Элин.   Джек поморщился.   - Если Элин и бежит, то не особо с этим торопится, - задумчиво произнёс носферату. - А оборудование, как понял, грузят не первые сутки. К тому же, если будем предлагать корефаниться с бруха и гангрелами... ради чего? - Джек выдохнул ещё один клубок едкого дыма. - Гангрелы здесь от имени князя и идти поперёк горла примогену "потому что так попросили какие-то неонаты без роду и племени" не станут. Они дикари, но не идиоты. Визитная карточка Лето Каминского. А вот бруха другое дело с их неутихающими двигателями в жопе ради святого имени анархии.   - Так каковы твои предложения?   - Бруха можно спровоцировать на бунт. На фоне этого бунта раздобыть необходимые нам данные. Гангрелов убедить покинуть лагерь.

Холланд     - Верно, - кивнула Сэм. - Ну.. Баламут такой весь.. блин.. ну, баламут. Постоянно хочет сделать жизнь сородичей лучше, мутит воду, но ему не хватает амбиций, чтобы довести задуманное до конца. Говорят, он даже князем новым хотел стать. Но все понимают, что для этой должности он слишком ветренный. Бруха обижается, но это ж правда, - Саманта щёлкнула пальцами по серьге-перу, играясь. - Но я могу понять, почему он злится. Если бы моим доменом была сеть подземных моргов, я бы тоже себе пентхаус подыскивала.     Такой ты значит, Баламут? Желание обладать чем-то большим. Лучше - для всех или только для себя. Тем громче звучит слово "князь" из уст гангрел. Даже вампиры склонны к самообману, считая, что смогут справиться с поставленными трудностями собственным упорством, что они достойны гораздо большего, нежели сейчас могут позволить их знания.   Тем не менее мягкосердечный при жизни и в смерти Холланд проникся симпатией к нарисовавшемуся в сознании образу Баламута со слов Сэм.   Тут его окликнули, едва он собрался сказать что-то ещё давней знакомой.   - Холли! - это был Джек, в пальцах который удерживал дымящуюся сигарету. - Обсудить кое-что.   - Мне нужно идти, - лоб вновь коснулся лба. Холланд улыбнулся Сэм напоследок и быстрым шагом поспешил к вернувшимся Сородичам.

Джексон   Крыса.     Хруст пальцев.   Зараза.   Унизительное прозвище представителей клана носферату задевает гордость, но Джек унимает вспышку гнева. Если он вновь пойдёт на поводу у эмоций, то о дальнейших своих решениях будет сожалеть.   Нужно сохранить ясность рассудка и разгрести всю ту кашу, которую успели намешать за последние сутки.     Взгляд на спутников. Немой вопрос обращенный к носферату и тремеру: «И мы вот так уйдем?»     - Нет, - отрезал Джек, отвечая на немой вопрос в глаз Эсмеральды. Он вынул из брюк пачку с сигаретами, собираясь покинуть трейлер. - Но остальным рассказать стоит об этом разговоре.

Холланд   - Ну, гангрелам не шибко рады в Камарилье после того, как мы покинули секту. Так мне сказали в стае, - пожала плечами девушка. - А местный князь сам гангрел, убежище и пищу даёт, шавками не обзывает, кулаки даёт размять. Таких отрядов, как мой, много в Аризоне. Партизаним против инквизиции, играем в кошки-мышки. Опасно временами, зад могут подпалить. Зато азарт сражения.. ох, поганое сравнение, но в такие моменты я чувствую себя живой. Всю жизнь прожила, а только после смерти узнала, чего хочу. Странно, правда?     Странно. Даже немного фаталистично.   Найти смысл собственного существования не в жизни, но в смерти. Холланд внимательно присматривался к очертаниям лица Сэм. Такая родная, а тотчас чужая.   Всю жизнь прожила, а только после смерти узнала.   На губах неизменная светлая улыбка, но тень грусти. Чувствуя себя ещё больше потерянным нежели в смертной жизни, Холланд испытывал щепотку зависти к Сэм.       - А ты курьер у князя? Как он тебе? Сама я и в Тусоне не была ещё - мы базируемся в Финиксе, там у нас убежище возле госпиталя Василия Блаженного.     - Лето Каминский? Ну…   Десять лет назад он мог уверенно сказать что-то конкретное. О Лето хорошо отзывались. Ему верили и доверие со многих сторон было искреннем. Черта, которая ценилась не только в круге Камарильи, но и в клане потомков Эннойи.   - Он неплохой, - вынес ёмкую оценку Холланд. - Сильный. Из-за природы Зверя лишь единицы из гангрелов могут стать князьями.   Его стойкость говорила сама за себя.   - Госпиталь Василия Блаженного… им ведь сейчас заправляет бруха по имени Баламут, верно? Мне как-то доводилось его видеть в том же Тусоне, но я особо не узнал какой он из себя Сородич.         Джексон   - Я хочу, чтобы вы вернулись к Лето и в красках рассказали ему о том, что его информация не подтвердилась. Инквизиция напала на лагерь раньше времени, вы едва спаслись, но не всем так повезло. Вы скажете, что лично видели, как Элин Оливекрона погибла во взрыве. Ещё одна жертва среди многих других, - вентру удивительно спокойно описывала свою судьбу. - В качестве аванса за работу я предупрежу вас, когда охотники нанесут удар. Вы сможете избежать чистки и выжить, хотя несколько ранений придадут вашей истории веса. Помимо этого, я поделюсь с вами силой своей крови. И, может даже интересной информацией о князе, на которого вам так не повезло работать.     Как мило. Жаль, что только не соблазнительно в его случае.   Старые обиды как раны. Заживают, но след остаётся.   - Десять лет назад князь Лоуренс объявил охоту на неугодных ему вампиров: независимые, слабокровные, гангрелы и носферату. Тусон пал в огне. И к общему пиршеству присоединилась Инквизиция. Получилось ли у старого князя осуществить своё намерение? - Джек хищно оскалил острые зубы. - Нет, - сладко сказал. - У него не получилось. Смело предлагать подобное тем, у кого нет доверия к тебе, но есть к князю Лето. Может, лучше пересмотреть свои планы? Нынешней князь искренне дорожит фигурой мисс Оливекрон и ему будет очень обидно, если она вдруг пуф! - Джек махнул ладонями. - Куда-то пропадёт.

Джексон     - Меня интересует, откуда вообще пошли слухи про примогенов. Неужели курьеры Лето хотят подорвать его авторитет? Как интересно, - она потёрла подбородок указательным пальцем. - Я хочу знать, что случилось с примогенами. Расскажете - и я, так и быть, не стану перетряхивать ваши воспоминания в поиске ответа на вопрос, куда делись мои гули.   Джек поджал губы и украдкой скосил глаза в сторону Фёдора, который вчера остался в Яме вместе с Робертом. Подозревая, что один из них и ляпнул что-то о Джеспере и Модиане.   Сородичи с длинными языками долго не живут. - С примогенами ничего не случилось, - отрезал Джек, скрестив руки на груди. - Как коллега мой указал - были рядом с князем. Беды не знают и пожелали на дорожку удачи. Наверняка всего лишь слухи, пущенные пьяными дурочками из Ямы.