Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Элесар]

Озеро

 

- Предлагаешь махнуть в Вал Руайо, Мэй? Какая прелесть, - тихо рассмеялась сегеронка, задумчиво разглядывая сладкую парочку, что стояла перед ними. Вполне возможно парень врал как сивый мерин и был опасен для Жени. Только как же это выяснить? не пытать же его. - Скажу, что секрет выдавать точно не собираюсь. А что ещё мы можем сделать - ума не приложу, Рико, так что, думаю, можем принять благодарность и уходить.

"Лодок всё равно не дождёмся" - подумала Кая и про себя тихонько хихикнула. И кто её за язык дёрнул?

[Ettra]

Озеро

- Предлагаешь махнуть в Вал Руайо, Мэй? Какая прелесть

- Ну да, точно... Я совсем не подумала, - стушевалась Мэйрис. - А почему бы им просто не пожениться? Разве деньги и наследство важнее настоящей любви? Вроде Шюрно хороший городок, тут и работу найти можно, жить вместе. Может быть даже мама Женевьевы поможет!

[Perfect Stranger]

Озеро Виршаль

 

Например, как тебе вариант, что нашла старый заброшенный тайник контрабандистов, да взяла оттуда несколько вещей?

 

- Хорошо. Как скажете, - пожала она плечами, холодно взглянув на Рико. И кто дернул их вообще сюда придти? Если б не они, все было бы хорошо, а матушка так бы ничего и не узнала. Если только не рылась в ее вещах. Щеки девушки вспыхнули от смущения и гнева. - Старая карга, - пробормотала она, нервно приглаживая волосы. - Да все равно, что вы ей скажете, я все равно из дома сбегу. Надоело мне мыть, тереть и прислуживать! Пусть Валира с Люси этим до конца дней своих занимаются. А я хочу платья и золото с камнями носить, на балы ходить... - она вздохнула и мрачно потерла ушибленную руку. Когда девушка ринулась прятаться за печкой, была не слишком осторожна.

[Карт(он)]

Озеро

​- Ты решаешь свою судьбу, а не твой отец - сказал Верес махнув на это дело рукой. Ему было плевать на этого парня, потому что он напоминал Басилио. Тот тоже пекся о своей шкуре и где он сейчас? Но всё же попытался дать совет:
- Если любишь, то найдешь способ. Те же украшения могли продать и к матери явится, но это ваш выбор, не наш. Хотите прятаться, тогда прячьтесь, хоть до возвращения Создателя. - После этого он вышел, в этом домике было слишком мало места для десятерых, да и потолок низковат для ведьмака.

Изменено 13 февраля, 2015 пользователем Смотрящий из Бездны

[Junay]

Озеро Виршаль

 

А я хочу платья и золото с камнями носить, на балы ходить... - она вздохнула и мрачно потерла ушибленную руку. Когда девушка ринулась прятаться за печкой, была не слишком осторожна.

 

- Откуда у тебя такие мечты, девочка?  Хотеть  и иметь возможность - разные вещи. На балы простолюдинов не приглашают, а титула знатного тебе никогда не иметь. - покачал головой Рико. - Не хочешь прислуживать в таверне - никто не заставляет. А матери бы лучше все по хорошему объяснить, да попросить у нее прощения, за все, что сделала. Потому что, ежели сбежишь из дома, то твой труп в ближайшей же канаве и найдут. Хочешь так жизнь закончить?

[Драккон де Морей]

Озеро Виршаль

 

- А я хочу платья и золото с камнями носить, на балы ходить... - она вздохнула и мрачно потерла ушибленную руку. Когда девушка ринулась прятаться за печкой, была не слишком осторожна.

 

- Все когда-то были наивными, - сказал Страж с жалостью, - балы совсем не то, что ты представляешь себе сейчас. Орлей пропитан политикой везде, и балы - не исключение. Ничего хорошего в знатной жизни нет. Лишь бесконечные интриги.

[Элесар]

Озеро

 

- Ну да, точно... Я совсем не подумала, - стушевалась Мэйрис. - А почему бы им просто не пожениться? Разве деньги и наследство важнее настоящей любви? Вроде Шюрно хороший городок, тут и работу найти можно, жить вместе. Может быть даже мама Женевьевы поможет!

 

- Как видишь, Мэй, не все считают, что с милым рай и в шалаше, - невесело покачала головой девушка, снова оглядывая Женю и торговца. Не нравился ей этот тип, но кому сейчас была нужна её интуиция? - Помочь можно только тем, кто хочет помощи, да и я сомневаюсь, что наша поддержка что-то решит. Им нужно самим решить, чего они хотят, и двигаться вперёд.

[Kykuy]

Озеро Виршаль

 

- Если вы и дальше будете продолжать свои отношения вот так, то ни к чему хорошему это не приведёт, и рано или поздно один из вас не выдержит, и всё, конец. Если же ты, - Освальд повернулся к пареньку, - ослушаешься воли отца и женишься на ней здесь, в Шюрно, простая и трудная жизнь без папиных денег и роскоши вас в итоге доконает и вы всё равно разойдётесь и будете оба несчастливы. Может быть, стоит сделать это уже сейчас, и двинуться каждому из вас по собственному пути?, - храмовник перевёл взгляд с Женевьевы на её парня, - Чтобы потом не было так мучительно больно?

" Зря стараешься. Влюблённые не слушают голоса разума. Они думают сердцем. А сердце думать умеет плохо "

Изменено 13 февраля, 2015 пользователем Kykuy

[Perfect Stranger]

Озеро Виршаль

 

- Вы собираетесь помогать КАЖДОМУ влюбленному идиоту и снимать кошечек с деревьев в этом городе? - устало произнес Хексарион и прислонился спиной к стене. - Берем деньги и уходим, тут больше нечего ловить. С трактирщицей сами разбирайтесь, по мне так эта коза заслуживает хорошей порки, - он кивнул на Женевьеву и та мгновенно отступила назад, сжав кулачки.

- Так что, вы согласны? - повторил купец, все еще держа протянутую шкатулку. - Если вас и правда Хильда послала, ну... соврите что-нибудь. Или скажите, что ничего не нашли. - Слова Освальда он попросту проигнорировал и продолжал натянуто улыбаться. - А мы с Жени как-нибудь, что-нибудь да придумаем.

[Kykuy]

Озеро Виршаль

 

- А мы с Жени как-нибудь, что-нибудь да придумаем.

- Полагаться "на авось" - характерная черта этих варваров-ферелденцев, а не практичных орлесианцев. Ума не приложу, что она в тебе нашла и как вас до сих пор не срисовали с таким отношением - храмовник пожал плечами. Ферелденцев варварами он не считал, просто сказал для красного словца, - Как хотите, впрочем. Я вас предупредил.

" Темнит он. Ох как темнит. Как бы не затянул за собой эту девчонку. Она уже вон на балы хочет, да платья золотые... Хотя, при такой жизни, её можно понять "

Изменено 13 февраля, 2015 пользователем Kykuy

[Junay]

Озеро Виршаль

 

- А мы с Жени как-нибудь, что-нибудь да придумаем.

 

- Как хотите. - пожал плечами Рико. - Может быть, вы друг друга вообще не любите, а сюда заперлись канабис фасовать. Может быть, завтра за контрабанду, вас вздернут на виселице. Может быть ты - он указал на парня: - Продашь ее - Рико указал на Женевьеву - в Тевинтер рабыней. А может быть, вы влюблены до усрачки, и не слышите голоса разума.  Решайте сами, что делать со своим будущим. Но мне почему-то кажется, что в будущем вас ничего хорошего не ждет.

 

Рико посмотрел на остальных:

- Все согласны? Берем шкатулку и уходим?

[Ettra]

Озеро

- Все согласны? Берем шкатулку и уходим?

-Ну да... - Мэйрис пожала плечами. Она искренне хотела помочь, но если они и впрямь влюблены, то найдут способ быть вместе. Нелепо, когда толпа наемников заваливается в домик и начинает сыпать советами да нравоучениями на голову не в чем не повинных влюбленных. Ну а брать шкатулку или нет - все равно Хекс решает. Раз предлагают, то, наверное, не жалко.

[Элесар]

Озеро Вершаль

 

На рассуждения Анри и Освальда о правильности отношений Кае оставалось только практически бесшумно фыркнуть - Страж и храмовник явно возомнили себя духами Любви, которые сейчас настроят сладкую парочку на путь истинный. Такие милые, закованные в броню ребята..

- Забираем, уходим, - кивнула чародейка. У неё возникло стойкое желание обыскать это место, она даже придумала как можно было присмотреться к обстановке бесшумно, но... серьёзно, к чему обыск их группой мог привести сегеронка представляла. И сжигать домик лодочника не собиралась.

[Junay]

Озеро Виршаль

 

- На том и порешили. - Рико забрал шкатулку и посмотрел на Женевьеву покачал головой.  Дурочка плохо закончит, в чем-чем, а уж в этом он не сомневался. Если не с этим хлыщем, то с другим. От судьбы не уйдешь.

- Счастливо оставаться. - сухо сказал он, и зажав шкатулку под мышкой, вышел из хижины. 

Надо было подумать над тем, что сказать трактирщице. 

[Карт(он)]

Озеро Виршаль

- Все согласны? Берем шкатулку и уходим?

- Да, если их всё устраивает в таких отношениях, то это уже не наша забота. - Сказал Верес стоявший снаружи у окна и когда Рико вышел, пошел за ним.

Изменено 13 февраля, 2015 пользователем Смотрящий из Бездны

[Perfect Stranger]

ГРУППА ПОЛУЧАЕТ ВЗЯТКУ:

ШКАТУЛКА С ДРАГОЦЕННОСТЯМИ (4 золотых монеты; Вулканическое золото (металл 3 уровня) - 1)

 

Выйдя из домика и оставив наконец парочку в покое, отряд почувствовал себя... довольно глупо. Словно они бесцеремонно влезли во что-то весьма хрупкое, а может быть, даже опасное... и как следует пошумели, словно бронто в посудной лавке. Выбитая дверь валялась на пороге, превращенная в жалкие обломки, а озеро успокоилось и поблескивало, будто бы издевательски. Открыть шкатулку оказалось слишком любопытно, и в ней обнаружились несколько золотых монет и завернутый в тряпицу небольшой слиток. Увидев его, Освальд тут же узнал вулканическое золото: один из самых редких и красивых металлов в Тедасе, а кроме того, еще и очень прочный. Металла было маловато для изготовления чего-то серьезного, но все равно даже такое его количество не могло не радовать. Темно-желтый с отблесками пламенно-рыжего, переливающийся и блестящий, слиток буквально кричал о своей огромной стоимости. Любой уважающий себя кузнец купил бы его за большие деньги, да за все, что наскреб бы в закромах. Такие редкости на дороге не валяются.

Возможно, купец все же слукавил, сказав, что более не занимается контрабандой?..

[Junay]

Озеро - Таверна

 

- Эх, а мы кажется, этого пацана не дожали. - вздохнул Рико. - Точно контрабанду гонит. Ну да Создатель с ними. Любить котрабандистов не запрещено, а эта дурочка влюблена по уши. Ей сейчас талдычить о здравом смысле - как горохом о стену. Если их и повесят, то вдвоем. 

Что скажем монне Хильде?  Придется врать, раз уж пообещали. 

"Воистину, это самое забавное приключение, в котором я участвовал. Побольше бы таких!" - гоготнул Тот, который.

[Leo-ranger]

Озеро => Таверна

 

- Не знаю я, что говорить, но от парня этого меня реально воротило,- Лиин сморщила носик, неудачно наступив на раненную ногу.- Пусть с неё Мэйс поговорить, она умеет убеждать людей.

[Junay]

Озеро - таверна

 

- Пусть с неё Мэйс поговорить, она умеет убеждать людей.

 

- Да, это хорошая идея. - кивнул Рико.  Мэйрис умела располагать к себе людей. Уж если она такого борова, ка Хекса, очаровала, то...  САм Создатель велел ей поговорить с трактирщицей. 

Тем более, что сам Рико понятия не имел, что следует ей сказать. 

- кстати, ни у кого нет материала для лука? Кузнец прости подарок сделать своему брату...

[Leo-ranger]

По пути к таверне

 

- кстати, ни у кого нет материала для лука? Кузнец прости подарок сделать своему брату...

 

У меня есть достаточно материалов, но нужен либо хороший кусок кожи типа галлы или медведя, либо ветвь ясеня, в зависимости от того, какой именно лук нужен,- Лиин пожала плечами.- Кстати, Мэйс, тебе железная кора не нужна? Не знаю даже, куда и деть её-то.

[Ettra]

Озеро - Таверна

- Да, это хорошая идея. - кивнул Рико.  Мэйрис умела располагать к себе людей. Уж если она такого борова, ка Хекса, очаровала, то...  САм Создатель велел ей поговорить с трактирщицей.

- Но они ведь просили не говорить... Хотя если трактирщица поможет им, то почему бы не сказать? - Протянула Мэйрис. Она не очень горела желанием нарушать обещание, но ведь на их же благо!

- кстати, ни у кого нет материала для лука? Кузнец прости подарок сделать своему брату...

- У меня кожа галлы есть и две железных коры. Но нужно еще одну, а то не хватит.

- Кстати, Мэйс, тебе железная кора не нужна? Не знаю даже, куда и деть её-то.

- Да, да! Как раз нужна очень!

[Kykuy]

Озеро Виршаль

 

- Раз уж дали слово - держать в тайне, то будем держать в тайне. Пока не появятся достаточно серьёзные причины этого не делать, - храмовник пожал плечами, и переключился на вулканическое золото, - А материал отличный... его бы побольше, тогда бы я смастерил что-нибудь полезное. А пока только на ножик кухонный и хватает..., - он разочарованно вздохнул и положил кусок металла себе в сумку.

- Насчёт лука - если найдёте материалы, то сделаю и лук. Отличный чертёж у меня уже есть, дело за малым - наскрести металл или дерево с кожей для изготовления, - Освальд кивнул и ещё раз пожав плечами, уставился на озеро. Казалось, даже сама природа насмехается над наёмниками... Определённо, после того, что только что произошло, храмовник чувствовал себя немного неловко.

 

Освальд - забирает вулканическое золото себе.

Изменено 13 февраля, 2015 пользователем Kykuy

[Leo-ranger]

По пути к таверне

 

- Ну держи, девочка,- Лиин улыбнулась и передала Мэйрис железную кору.- Кстати, если у кого-нибудь будет кожа галлы - я бы могла купить,- долийка широко улыбнулась окружающим, но тут же сморщилась - нога вновь разболелась.

[Ettra]

Озеро

- Насчёт лука - если найдёте материалы, то сделаю и лук. Отличный чертёж у меня уже есть, дело за малым - наскрести металл или дерево с кожей для изготовления

- В лес только охотиться ни в коем случае не ходите! Маркиз не разрешает, ловит браконьеров. Вы там идите, а я останусь, может зверя какого найду. - Махнула рукой Мэйрис, отставая от группы. Она вернулась к озеру, но отошла подальше от избы лодочника и мест, где купаются местные. Звери людей сторонятся и держатся от них далеко.

 

Мэйрис получает Кожа галлы (1)!

Кожа
- ловушка

[Junay]

Озеро - Таверна

 

- Но они ведь просили не говорить... Хотя если трактирщица поможет им, то почему бы не сказать? - Протянула Мэйрис. Она не очень горела желанием нарушать обещание, но ведь на их же благо!

 

- Говорить правду нельзя, раз уж пообещали. Нужно что-то придумать. Например, что старый купец дарил ее дочери подарки, но он помер... Что-то. что было бы недалеко  к истине, но в то же время не ставило этих влюбленных олухов под удар.