Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Perfect Stranger]

Воронка от взрыва

 

"О-о-ох... Это даже еще хуже, чем когда мы свалились в глиняный карьер. У меня все тело болит. Даже мозг", - подумал потрошитель вяло, моргая и пытаясь рассмотреть ночное небо над головой. Стражник, который склонился над ним, удовлетворенно кивнул и выпрямился.

- Еще один живой. Давайте следующего! - и поспешно направился куда-то в сторону. А бастард остался лежать на спине и пялиться вверх, пытаясь вспомнить, что произошло до того, как он отключился.

"Твоя коза драная произошла, вот что", - прошипел Зверь, который был голоден, а теперь еще и боль его распаляла. Потрошитель вспомнил, что первой внутрь мельницы рванула именно Мэй. Эх, а ведь он хотел закончить все быстро и тихо, вернуться в таверну и посидеть с ней до рассвета, рассказывая байки из прошлой наемничьей жизни и попивая кальвадос. Плакали его планы на ночь.

 

- Остальные... что с остальными? Живы?

 

- Вроде живы, некоторых из-под завалом вытаскиваем, - кивнул стражник. - И что тут вообще произошло? Ладно, не мое это дело, коли знаете, то Арчибальд этим заинтересуется.

 

- Хекс? Хекс, ты тут? - Она сделала шаг в сторону, где углядела руку потрошителя, но не удержалась на ногах и упала, больно ударившись коленями. - Хекс!

 

- Тут, - эхом отозвался Вольфер, по-прежнему валяясь в позе морской звезды на земле. Под затылком расплылась лужа засохшей крови, голова гудела, словно по ней нещадно били копытами стадо друффало. Доспехи оплавились, как и оружие, и он подумал, что сейчас их можно было снять с него только вместе с кожей. Забавное будет зрелище.

[Ettra]

Воронка от взрыва

- Тут

Мэйрис облегченно вздохнула и медленно поползла в сторону потрошителя. Опять подниматься на ноги девушка не рискнула. Одно неосторожное движение и голова может попасть на один из оплавленных обломков. С нее уже хватило падений.
- Прости, что я так... Просто не подумала, - она зажмурилась, ожидая заслуженной ругани. Она со своим неудержимым желанием помочь опять чуть не убила всю группу. Как в тот раз, в пещере варгеста в Нордботтене.
- "Ты вообще думать умеешь?" - Спросил внезапно появившийся ехидный голосок в голове. На это Мэйрис осталось только покачать головой. И правда, не умеет. По крайней мере перед тем, как сделать глупость.

[Карт(он)]

Тут была Мельница. Потом пришла Мэйрис.

Вересу повезло, если можно так выразиться. Он находился у входа в мельницу и когда произошел взрыв, то его унесло волной заставляя выписывать кульбиты и сальто в воздухе. А потом, потом маг  увидел землю, затем небо, снова землю, небо и всё закончилось камнем.
Голова гудела, а броня была смята так, что снять без помощи посторонних было практически невозможно. Встал он тяжело и не с первого раза, звон в ушах дезориентировал ведьмака, но всё же ему хватило сил собраться с мыслями и доковылять до остальных, которым уже помогала стража.
- Надеюсь вы в порядке - только прохрипел он и услышал, точно услышал знакомый смех со стороны таверны, но возможно это были только его галлюцинации, весьма сильные стоило заметить.

[Perfect Stranger]

Воронка от взрыва

 

- Прости, что я так... Просто не подумала,

 

- Мэй, милая... я все прощу, только помоги подняться. А то мне кажется, что у меня сейчас кожа со спины слезет вместе с частью доспеха, - вздохнув и поморщившись от боли, проговорил потрошитель. После удара камнем по голове, в ней почему-то была какая-то блаженная пустота. Хотелось просто лежать вот так, слушать голоса, чувствовать запах ночного ветра (и горелой плоти), смотреть в небо... и не шевелиться. Вообще. Никогда больше.

[Ettra]

Воронка

- Мэй, милая... я все прощу, только помоги подняться. А то мне кажется, что у меня сейчас кожа со спины слезет вместе с частью доспеха

- А, да, да. Точно! - Спохватилась Мэйрис, и аккуратно помогла Хексу сначала сесть, а затем, поддерживая, встала на ноги вместе с ним. Не упасть опять оказалось задачей не из самых легких, потому девушка всеми силами вцепилась в бастарда, едва не уронив его на землю. Похоже еще и ее вес он долго не продержит, придется полагаться на свою устойчивость и наконец уйти из воронки с покореженными обломками.

[Perfect Stranger]

Воронка от взрыва - Таверна "Серебряная подкова"

 

Кое-как, спотыкаясь и распространяя вокруг себя запах барбекю, наемники постепенно, по одному-два (кому-то повезло очнуться раньше остальных) добирались через весь город к трактиру. Стражники тем временем расчищали завалы, латали дыры в городской стене и вытащили со дна воронки расплющенное тело Жана. Похоже, никто его так и не узнал. Когда Хекс и Мэй, цепляясь друг за друга, словно утопающие за соломинку, ввалились в "Подкову", Хильда лишь тихо ахнула и вскинула руки к лицу. Для нее, привыкшей к спокойной и размеренной жизни в Шюрно, за один день увидеть столько жути и испытать столько потрясений оказалось слишком. Развернувшись и покачивая головой, она ушла к себе в  комнату. Все равно посетителей сейчас не было ни одного - даже те, кто был всего час назад, умчались смотреть на место взрыва. Толпа зевак уже окружала воронку, стража пыталась их разогнать, но без толку.

Бастард же, которому дела не было до событий у воронки, медленно по лестнице поднялся на второй этаж и вошел в свою комнату. Обернувшись, он посмотрел на Мэйрис. Вид у нее был жалкий.

- У тебя лекарства есть? - прохрипел он. Было бы смешно, если окажется, что они уже все потратили.

[Junay]

Воронка - озеро
 
Убедившись, что с Мэйрис, да и остальными, все в порядке, Рико устало поплелся в сторону озера. У него уже не было сил даже думать о чем-либо. Правда, проклятую мельницу они таки снесли, а значит, награду за снос можно было смело требовать... Но это завтра. 
Завтра они пойдут за наградой, и в кузницу, и в Церковь... А пока что он чувствует себя, как кусок мяса, отбитый тяпкой до толщины бумаги и хорошенько прожаренный.
 
Дойдя до пляжа, Рико сбросил изувеченную броню и оружие, снял одежду и нырнул в темные воды озера. Холодная вода остудила измученное тело, и некоторое время он с удовольствием купался, смывая кровь, грязь и усталость.
Освежившись, как следует, он забрал свои вещи и направился в таверну.

[Ettra]

Комната Хекса

- У тебя лекарства есть?

Мэйрис невнятно пробурчала что-то, что можно было принять за отрицание и с невиданной упорностью поковыляла к кровати, бросив сумку на пол. Лежать, только лежать и никогда больше не подниматься. Все равно, что находится не в своей комнате на чужой кровати. Все равно, что с ног до головы покрыта пылью и гарью, в драной одежде от которой исходит запах жженой кожи. После жестких камней кровать казалась необычайно мягкой, самой лучшей, на которой она отдыхала. Может в Орлее они и правда лучше, чем в суровом Андерфельсе. 
Мэйрис блаженно закрыла глаза и улыбнулась. Все тело жутко болело, но сейчас она наконец сможет отдохнуть, если получится заснуть. Но просто полежать в тепле и удобстве тоже отлично.

[Perfect Stranger]

Комната Хекса

 

Пробурчав что-то невнятное и явно ругательное по-андерски, потрошитель улегся на пол, прямо на ярко-желтый коврик у кровати. Та была слишком узкая и рассчитана на одного человека, так что поместиться туда так, чтобы не мешать Мэйрис, было почти невозможно - особенно с ростом и комплекцией Хексариона. Но ему было не привыкать. Растянувшись и довольно вздохнув, он закрыл глаза и провалился в беспокойный сон, полный голода и отголосков боли.

А еще ему снилось, как он впивается зубами в белую и сочную ляжку арбалетчицы. Сквозь он он заурчал почти как настоящий дикий хищник...

[Junay]

Озеро - таверна

Не обращая ни на что и ни на кого внимания, Рико добрался до своей комнаты и улегся на кровать, предусмотрительно оставив место для эльфийки. Завтра у него был трудный день и хотелось, как следует, выспаться. Особенно, после такого.

Он провалился в темную муть, без каких либо снов.

[Ettra]

Комната Хекса

На удивление Мэйрис заснула почти сразу, едва утихла возня Хекса на полу. Она даже не успела подумать о том, что бы уползти к себе в комнату, оставив потрошителю кровать. Голова налилась чугунной тяжестью, глаза напрочь отказывались раскрываться, а тело не хотело двигаться. Может быть жуткая усталость позволила девушке почти сразу провалиться в сон. К сожалению он не принес ни капли отдыха.
Грейвен отпустил ее во время бодрствования, погребенный в глубине новых впечатлений, палитре эмоций и ворохе дел. Но деревня в огне до сих пор была в ее снах. Каждую ночь, несколько недель подряд, изматывал Мэйрис заставляя переживать все снова и снова.
В этот раз она очутилась в обветшалом покосившемся доме, где казалось не жили несколько лет. Паутина по углам, сияет в оранжевых отблесках, мебель лежит на полу, осыпаясь угольной крошкой, когда огонь пожирает трухлявое дерево. Языки пламени, облизывают стены, жадно подбираются все ближе и ближе к Мэйрис. Девушка забивается в угол, подтянув к себе ноги, пытается безуспешно спастись от неизбежного. Нет дверей, нет окон, деревянная коробка, объятая огнем из которой некуда бежать. Оранжевые искры безумно пляшут перед лицом, кусая щеки, путаясь в волосах из за чего девушка чувствует паленый запах. Ненасытное пламя не утихает ни на секунду и дерево жалобно трещит, сдавшись под напором огня. Язычок пламени касается ноги девушки и она в страхе одергивает ее, пряча под юбку платья. Белое, чистое. Мэй берет в руку свои волосы и ахает. Длинные, как у Алиенны. 
Мэйрис резко проснулась. Руки крепко обнимают мокрую от слез подушку, а жар фантомного огня все еще ощущается у ног и лица. Девушка всхлипнула и затряслась в бесшумном плаче, моля Создателя, что бы все эти кошмары наконец закончились и отпустили ее. 

Изменено 13 февраля, 2015 пользователем Алойя

[Kykuy]

Там, где была Мэйрис->Озеро

 

- Спасибо... спасибо, что всех вытащили..., - поблагодарил Освальд стражника, который тут же куда-то ушёл, помогать другим. Постояв на четвереньках ещё несколько секунд, он прокряхтел что-то вроде "храмовник-гриль, твою мать" и наконец встал. Все уже ушли, а те, кто остался, уже не нуждались в помощи и потихоньку оправлялись сами.

 

Поднявшись, он почувствовал странную слабость в руках и ногах - кажется, именно так он себя чувствовал, когда уставал, ещё до того как принять красный лириум. И ещё разум храмовника был чист, не было постоянно что-то нашёптывающей Песни. Вообще. Однако радоваться Освальд не стал, ведь такое с ним случалось и раньше - очень скоро Песнь вернулась, а вместе с ней и ощущение уверенности в своих конечностях и собственных силах. Каким же беззащитным и беспомощным он казался себе во время этой короткой слабости...

" Как я вообще мог жить раньше без поддержки красного лириума и без Песни ? ", - невольно задал себе вопрос храмовник.

Покачав головой, он неторопливо зашагал к озеру. Надо было слегка очистить доспехи, постираться, да и просто посидеть на берегу было бы неплохо.

Освальд решил убить двух зайцев - сняв лишь доспехи, но не одежду, он ринулся в воду, словно разъярённый бронто. Поплескавшись пару минут и решив, что и тело и одежда на нём достаточно чистые, он вернулся на берег. Ещё несколько утомительных минут - и кольчуга очищена от грязи и застрявших обломков.

" Чинить всё равно придётся... ",  - подумал он, глядя на несколько мест, где защитные кольца разошлись или вовсе были порваны.

Справедливо решив, что одежда с доспехами вполне неплохо высохнут прямо на нём, храмовник неторопливо двинулся в город. Заболеть он не боялся, да и спать не хотелось, и поэтому он не торопился, внимательно глядя по сторонам в поисках возможных полезностей.

 

Освальд находит: Красная сталь (2)!

 

Освальд - поиск руды.

Изменено 14 февраля, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Leo-ranger]

Воронка

Лиин просто лежала и смотрела на звёздное небо. Не то, чтобы ей этого очень хотелось, но встать и пойти она не могла. И даже если бы ей помогли она бы просто свалилась бы посреди пути - делать что-либо сил просто не было. Долийка вздохнула и прикрыла глаза, положила голову на холодные камни. Фен'Хагрен лежал где-то рядом. Кролик, которого она решила назвать Маджесто пригрелся у её бока. Пожалуй, так даже было немного спокойней. Хотя нужен был целитель. Маг-целитель, потому как обычная перевязка тут поможет мало. Жаль, Атаназ ушёл. Лиин бы не призналась в этом, но она уже скучала по магу-людоеду. У него всегда были сладости и он умел рассказывать… хотя, наверное, привирал иногда порядочно. Тем не менее, рассказывал он интересно. Эльфийка закрыла глаза. А ночи тут не такие прохладные, как она думала…

[Kykuy]

Озеро->Окрестности Шюрно

 

Освальду в очередной раз повезло... Ну, если считать происшедшее на мельнице везением... Храмовник откопал просто прекрасный образец красной стали, и теперь металла должно было хватить даже для брони, не то что меча или тем более кинжала...

" Был бы чертёж какого-нибудь тяжёлого или латного доспеха... Эх. ", - немного разочарованно подумал, но продолжил путь в город. Он шёл по-прежнему не торопясь - всё равно ещё ночь, а остальные слишком заняты залечиванием ран, чтобы пойти искать ещё приключений себе на задницу.

Он уже намётанным за долгое время странствий глазом изучал землю под ногами, кусты, одинокие деревья, да всё, что было рядом. Полезное иногда находится там, где его совсем не ждёшь... Но иногда вместо полезного можно найти что-нибудь другое - например, чей-нибудь капкан, случайно залетевшую злую сову, ну или совершенно случайно брошенный кем-то или чем-то камень.

 

Освальд - бросок на заработок

[Карт(он)]

Мельница - Комната Вереса в Таверне

- Оооооо, духи. Это... - девушка закашлялась и с трудом поднялась на ноги, пошатываясь. - Это всё-таки был он. Как этот дед...

Договорить Кая не успела, девушка застонала, упала сначала на колени, а потом и вовсе улеглась на землю. Аптечка у неё была, но сил лечиться уже не было. К чёрту. Проснётся и утром вылечится...

Оставлять её здесь одну, среди стражей и зевак нельзя, здраво рассудил маг и поэтому позволил себе, как он считал, невероятную дерзость, взять Каю на руки.
Шёл, да что там, тащился за остальной группой он еле-еле. Переставляя одну ногу за другой с таким трудом, что каждый шаг проносил тупую боль по спине, заставляя его стиснуть зубы так, что десны начинали кровоточить и во рту ощущался сильный привкус железа. В глазах темнело и искрило, мешая ориентироваться и продолжать свой бесконечный путь, а руки предательски опускались, ослабевая хват. В самые тяжкие моменты Верес бросал свой взгляд вниз, на девушку к которой начал испытывать симпатию и понимал, он не может просто упасть и сдаться, он не может подвести её, он должен продолжать идти пока не достигнет цели, чего бы ему это не стоило.
Когда маг достиг таверны, то был неузнаваем. Его обычно белая голова полностью приняла бордовый оттенок, по виску не останавливаясь продолжала стекать кровь, а все тело пробирала нескончаемая дрожь. Вот он, последний рывок и лестница на второй этаж была преодолена.
Толкнув дверь комнаты плечом, он уложил дикарку на кровать, но сам ещё мог двигаться, а значит дело не закончено. Припав на колени, парень принялся искать аптечку в её сумке и был рад, когда нашёл желаемое.
Верес не просто так был учеником у деревенского травника Рунвальда и сейчас ему это пригодилось как никогда раньше. Залив Кае внутрь сильное лечебное зелье, маг приступил к делу. Обработав ранение на затылке и лбу, он перебинтовал голову, затем осмотрел шею, руки, предплечья и спину, поблагодарив Богов за то, что все ушибы пришлись назад, он продолжил. Каждая ссадина, синяк и рана была тщательно обработана и перепроверена по нескольку раз.
Сложив её броню и прочие предметы у изголовья кровати, Верес укрыл её и прошептал:
- Теперь тебе, Кая, нужен только покой. Так что сладких снов. - После этих слов он распластался на полу и провалился в блаженный сон, с уже привычной ему улыбкой на лице.

- Аптечка Каи и передано 42 серебра
Кая вылечена 

Изменено 13 февраля, 2015 пользователем Карт(он)

[Perfect Stranger]

Таверна "Серебряная подкова" - Лечебница Марии Каро

 

Проснувшись с первыми лучами солнца, Хексарион еще некоторое время лежал, глядя в потолок и слушая мерное дыхание Мэйрис. Она крепко спала. Будить девушку не хотелось, даже с учетом того, что она самым наглым образом уснула на его кровати. Поднявшись и отряхнувшись, он подошел к ней и некоторое время смотрел на свернувшуюся калачиком арбалетчицу. Теплое шерстяное одеяло съехало на пол почти полностью, и, поразмыслив, Хекс поднял его и накрыл им Мэй. А потом вышел, тихо притворив за собой дверь.

Нужно было починить доспехи и оружие, прикупить лекарств и заодно проверить, вернулся ли Якоб. Его надо было одеть хотя бы в те лохмотья, что у него были, и вытащить из логова - пока его не нашли и не убили местные рудокопы. Как бы силен юный Звереныш ни был, против толпы он вряд ли устоит. Так, думая о насущном, потрошитель зашел в лечебницу и подошел к стойке, за которым снова стояла Николь.

- На аптечку скинь, - коротко произнес он, разглядывая ассортимент. Деньги следовало экономить. - И на зелье, то, что среднее.

Впрочем, девушке потрошитель явно не нравился, да и скидку они уже делали, поэтому она осталась непреклонной. Пришлось бастарду выложить кругленькую сумму в 1 золотой и 64 серебряка.

 

-1 золотой и 64 серебряка

+аптечка

+лечебное зелье +20

 

Цена на аптечку: 59 серебряков

Цена на лечебное зелье +20: 1 золотой и 5 серебряков

[Элесар]

Комната Вереса в Таверне <-> Тень

 

Измученное долгой бессонницей во время перехода в Шюрно сознание не решилось отреагировать ни на что - ни на топочущих вокруг стражников, ни на Вереса, который перенёс её в город. Может и хорошо, что не отреагировало, вряд ли она смогла бы спокойно смотреть, как раненый парень превозмогает тащит её, истекая при этом кровью. Кошмары тоже не беспокоили Каю, предоставляя вместо себя лишь блаженную пустоту. Не лучшее, что она могла увидеть ночью, но после произошедшего она была благодарна и за это. Только к рассвету в непроглядной тьме как будто забрезжил свет, который постепенно разрастался и превратился в цельную картину - каменная комната, в которой уже было невозможно узнать старую темницу и сидящая возле окна женщина в белом.

 

- Хорошо отдохнула? - поинтересовалось Милосердие, рассматривая стоящую перед ней островитянку и слабо улыбнулась. - Вроде бы неплохо.

- Да... на удивление. Я думала после... мельницы будет хуже, - Кая прикусила губу и упрямо мотнула головой. - Опять я ничего не смогла сделать. Гатлок! Я же догадалась. Если бы только чуть раньше или додумалась предупредить остальных. А так, толку от меня нет. Снова

- И мы вроде бы уже решили, что ворошить старое, себе дороже, девочка, - женщина встала, подошла к дикарке и положила руки на плечи. - Старайся в будущем всё сделать правильно.

- Сказать легко...

- Не только сказать, но и сделать. Прямо сейчас кое-кому нужна твоя помощь, так что, на твоём месте я бы просыпалась.

- Кому?

- Увидишь. Ты же не думала, что от мельницы... того, что от неё осталось... ты добралась сама, верно?

 

Кая приоткрыла глаза и сморщилась от боли во всем теле. Хотя, стоило признать, надеялась она на худшее, после такого-то взрыва. Как будто кто-то обработал её раны и уложил её... на кровать? Руки девушки ощупали одеяло, на котором она лежала и она резко села на кровати. Интересно, кто же ей помог? Ответ на вопрос пришёл достаточно быстро - на полу неподалёку лежал беловолосый юноша, хоть от крови цвет его волос и поменялся на совсем другой.

- Верес... - выдохнула Кая, спрыгивая с кровати и подбежала к магу, наклонившись, чтобы осмотреть. Состояние его было далеко от идеального, хоть ночь с необработанными ранами и могла ему принести куда больше неприятностей.

- Ну что вы за люди с Мэй... - едва слышно проворчала сегеронка, быстро вернулась обратно и вытащила из сумки ещё одну аптечку. - Скажешь не заметил?

Быстро и сноровисто (а что ещё ждать, при таком количестве травм, даже если вспомнить только её саму?) чародейка достала целебное зелье, бинты и мази и принялась обрабатывать раны. Влить эликсир в рот магу особого труда не представило, как и обработать и перебинтовать голову. Теперь оставалось самое трудное - снять броню, от которой оставалось почти одно название, и проверить, насколько она уберегла парня от взрыва. Кажется, тяжелая работа ещё только впереди. Кая отцепила наплечник и с трудом уволокла его поближе к кровати. Тяжелые доспехи. На мага. Прелестно... Девушка вернулась обратно и, отцепив следующую часть брони, просто отставила её чуть в сторону... Соберет потом. Теперь нужно было осмотреть остальные раны.

 

- аптечка, Верес здоров

[Junay]

Таверна - озеро

 

Выспавшись, помятый и побитый, Рико спустился в зал и заказал себе рататуй.

Затем уселся за отдаленный столик, достал  помятый листок и начал делать на нем какие-то пометки.  В голове все еще шумело, казалось. что он оглох на одно ухо, да и вообще, самочувствие было хреновое. Но к счастью, и Тот, который, угрюмо молчал.

Закончив с едой, Рико взял свои вещи и потащился, по обыкновению,  на  озеро, выкупаться и привести себя в порядок. Заодно, поглядывая по сторонам, не встретит ли по пути что-то интересное.

 

Он снова наткнулся на ту же самую сумку, в которой что-то блеснуло. Как оказалось, в прошлый раз, он забрал не все деньги!

Мужчина вытряхнул из сумки 80 монет, и только убедившись, что в ней ничего не осталось, выбросил в кусты

 

(-10 монет, не голоден)

 

(заработок)

Изменено 14 февраля, 2015 пользователем Junay

[Perfect Stranger]

Окрестности - Таверна "Серебряная подкова"

 

Побродив немного по городу, Хекс направился в пещеру Якоба. Тот мирно дрых в гнезде феникса, так что пришлось его разбудить. После непродолжительных пререканий (которые в основном состояли из рычания, поскуливания и нескольких тумаков), Звереныша удалось убедить в том, что оставаться здесь опасно, и обрядить в какое-то подобие одежды. Угрюмый и раздосадованный, потрошитель повел его обратно на заброшенную ферму. Малец был голоден, как и сам Хексарион, но бастард знал, что тот и сам умеет охотиться. А потому, убедившись, что Якоб понял его, отправился назад в город - а по пути заодно поискал глазами что-нибудь полезное.

 

(заработок)

 

Полезного ничего не оказалось - в который раз Хексариону не везло на нахождение волшебных кошельков. Зато он нашел крысу, которую незамедлительно сожрал, но перед тем она умудрилась цапнуть его за палец. Крыса пискнула и сдохла, но ее крови было так мало, что она почти ничего не изменила. Вздохнув, он вернулся в таверну и заплатил за постой, а еще взял себе и Якобу по курице. Надо будет потом накормить мальчишку, пока он не сожрал кого-нибудь из окрестных ферм.

 

-70 серебряков

голод утолен

комната продлена

[Ettra]

Таверна - Лечебница

Мэйрис смогла нормально заснуть только ближе к утру. К сожалению, наглые лучи солнца и гам проснувшегося города за окном, так и не дал девушке поспать подольше. Она поднялась с кровати, пошатываясь от недосыпа, который только усиливал боль в голове, и спустилась в зал.
Позавтракала девушка без удовольствия и аппетита, но все таки заставила себя съесть блины до конца. В таком состоянии отказываться от еды как минимум глупо. Конечно раны завтра к не залечит, потому пришлось идти в лечебницу.
- Здравствуйте, мне очень аптечка нужна, пожалуйста, - жалобно попросила Мэйрис.

Скидка (аптечка) (+3 хитрость)

 

Цена на аптечку: 21 серебряк

-10 серебряков

голод утолен

Изменено 14 февраля, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Junay]

Озеро

 

Вода в озере была прохладной,  но она не плохо взбодрила с утра, прогнав гул в голове. Вымывшись, некоторое время просто лежал на траве, обсыхая и наслаждаясь начинающимся днем. Давно ему не приходилось так отдыхать...Да со времен Антивы!

Вся дорога до Андерфелса была сплошным испытанием, а уж, тому, что началось после Андерфелса, даже названия не было. 

"Думал, что Создатель посылает паломничеством в Андерфелс? Черта с два! Самое интересное началось, когда ты туда прибыл!" - Рико вздохнул и принялся одеваться. 

Нужно было зайти к кузнецу, починить броню и оружие. Взгляд Рико упал на жилу металла, сверкающую в утреннем свете. Материалы-то для починки поди понадобятся...

Он взял в руки кирку и принялся за работу...

И выдолбал 1шт. змеевика.

 

(добыча металла)

Изменено 14 февраля, 2015 пользователем Junay

[Ettra]

Лечебница - Окрестности

Мэйрис не поскупилась и взяла сразу шесть аптечек. Она чувствовала на себе ответственность за вчерашнее, потому решила искупить вину таким вот способом. Исправить глупость уже нельзя, но можно хотя бы исправить часть последствий. 
Сгрузив в сумку наборы, девушка вышла из города. Пожалуй прежде чем бинтоваться, лучше смыть с себя всю гарь и пыль в холодной воде озера. Открытых ран девушка на себе почти не обнаружила, больше синяки и неприятные ожоги, боль от которых пройдет, едва девушка ступит в воду.
Мэйрис приветливо махнула Рико, который, судя по мокрой шевелюре, успел искупаться и кинула ему только что купленную аптечку.

 

Мэйрис находит 60 серебряных монет!

- 1 золотой 26 серебра
+ 6 аптечек
- 1 аптечка --> Рико
Заработок

[Junay]

Озеро

 

Рико изумленно взглянул на аптечку и покачал головой - доброта Мэйрис когда-то ее добьет. 

Нагнав девушку, он вернул Мэйрис аптечку:

- Ну что ты делаешь? У меня же есть все необходимое для лечения, да и не так уж я в нем нуждаюсь. А тебе - больше пригодится. 

 

Затем размотал удочку и устроился немного порыбачить.

Но ничего на сей раз не поймал. 

 

(рыбалка)

Изменено 14 февраля, 2015 пользователем Junay

[Ettra]

Озеро

Под тенью давно приглянувшегося дерева, Мэйрис дождалась, пока ничего не поймавший Рико уйдет к городу. Сама она рыбалку жутко не любила, хотя и знала как это делается. Но сидеть на месте несколько часов, неотрывно глядя на поплавок было выше ее сил. Девушка едва могла удержать себя на одном месте больше получаса.
Едва монах ушел, Мэйрис скинула с себя прорванную где только можно броню и резко прыгнула в воду. Такая холодная, что свело ноги, хоть девушка и была привычна к такой температуре. Там, где она жила, даже в разгар лета, вода в реке была не намного теплее. 
Надо сказать, после купания стало на много легче, сонливость сняло как рукой и Мэйрис чувствовала себя почти отлично. Жалела только, что пришлось отстричь волосы. После взрыва они были неравномерно опалены и торчали во все стороны. Увидев свое отражение в водной глади, Мэй ужаснулась и взялась за нож. Получилось не намного лучше, чем было раньше, и теперь девушка щеголяла лохматой мальчишеской прической.
Чуть просохнув, Мэйрис надела широкую рубаху и штаны, а затем присмотрелась к дереву.

Дерево

Изменено 14 февраля, 2015 пользователем Алойя

[Junay]

Озеро – лечебница Марии Каро

Закончив с неудачной рыбалкой, Рико направился в город, в лечебницу, что бы пополнить припасы.  Время шло, а еще ни одно из запланированных дел, выполнено не было.
- Две аптечки, пожалуйста. Со скидкой, если можно. – обратился  он к стоящему за прилавком продавцу.

Заплатив деньги и забрав товар, Сова отправился в таверну. Быть может, там уже начал собираться народ.  На починку доспехов и оружия Освальду определенно нужны будут деньги. Не плохо бы сброситься всем пострадавшим.

 

(скидка)

 

Цена на аптечку: 46 серебряков