Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Junay]

Казино

 

- Ты в Орлее, - негромкий голос донесся из-под низко надвинутого на глаза капюшона, который открывал лишь губы и подбородок с козлиной черной бородкой. - Здесь всегда идет настоящая игра. Или у вас в Антиве все по-другому?

 

Рико усмехнулся - тертый калач. Игра? Ну, играть умеют не только в Орлее!

- Отдаю должное вашей внимательности! Меня, должно быть,  выдал мой акцент? - проворковал Сова слегка восхищенно.  - Да, я родом из Антивы. Федерико Альварес - к вашим услугам. Разжился деньгами, да и рискнул зайти. Но, признаюсь, как на духу, я не силен в орлейских играх. Мне кажется (и возможно, не безосновательно), что здесь способны ободрать, как липку. - понизив голос, сказал он. - А спустить все золото, заработанное честным трудом... весьма болезненно. А вы, должно быть, завсегдатай казино и опытный игрок?

[Лакич]

Комната

Алейра жадно вздохнула свежий весенний воздух, развеивающий комнатную духоту, и немного сонно посмотрела на голубя, чем-то напоминающего ей одного магистра, который вел себя тоже немного похоже, правда, несколько скромней, но такое сравнение, казалось, могло обидеть птицу.
- Ну посмотрим, - обреченно сказала Алейра, осматривая почтовую птицу, - тубуса?.. Нет, ожидаемо. Что тогда? - следующая фраза удивила даже саму тевинтерку. - Прогуляемся? - хотя сначала еще раз осмотрела птицу. Может что-то не заметила? После инцидента - ожидаемо

[Kykuy]

Возле здания штаба стражи

 

Тот караульный, которого недавно Освальд достал расспросами, сегодня тоже стоял на своём месте, и, кажется, был готов к продолжению и смиренно ожидал новых страданий. Храмовник косо взглянул на улицу, и, поманив за собой Анри, подошёл к стражу порядка.

- Доброе утро. Капитан Фиарк на месте? Можем ли мы с ним поговорить?, - обратился он ровным голосом к нему, радуясь, что маска, что была у него на лице, скрывала так и рвущуюся на губы улыбку.

Изменено 10 марта, 2015 пользователем Kykuy

[Фели]

Комната

 

Голубь зажмурился, когда тевинтерка взяла его в руку и начала осматривать лапки на предмет тубуса. Птица была слишком пушистой для того, чтобы разглядеть со стороны. Ха... забавно. Ей кажется, или это был другой голубь? У предыдущего не было пушистых перьев на лапках. У этого перья были необычайно мягкими, почти пуховыми.

Однако что есть то есть - тубус на его лапке был.

[Perfect Stranger]

Казино

 

А вы, должно быть, завсегдатай казино и опытный игрок?

 

- На самом деле... нет. - Человек пожал плечами и одним быстрым, отточенным движением убрал монетку со стола и спрятал где-то в одежде. - Я страшно невезуч в азартных играх. Зато другие игры... мне по душе. Впрочем, есть одна игра родом не отсюда, которая мне нравится больше остальных. Вы когда-нибудь играли в шахматы? - улыбка на его губах стала чуть шире, обнажая поблескивающий во рту стальной зуб.

[Фели]

Возле здания штаба

 

Храмовник прямо услышал скрип зубов, прозвучавший со стороны стражника - но заговорил тот абсолютно, кристально спокойным тоном.

- Да.

[Junay]

Казино

 

Я страшно невезуч в азартных играх. Зато другие игры... мне по душе. Впрочем, есть одна игра родом не отсюда, которая мне нравится больше остальных. Вы когда-нибудь играли в шахматы? - улыбка на его губах стала чуть шире, обнажая поблескивающий во рту стальной зуб.

 

На лице Рико не дрогнул ни один мускул, хотя внутренне он здорово удивился. Неужели ему настолько повезло, что он встретил самого Шахматиста? Да нет, скорее это простое совпадение.

- Как я вас понимаю! Мое первое знакомство с рулеткой закончилось полным проигрышем... О шахматах я много слышал, и хотя мой опыт в эту игру крайне ничтожен, я был бы не против более глубоко изучить эту игру... Кстати, мне до сих пор не известно ваше имя. С кем я имею честь говорить?

[Лакич]

Комната

Флавия нахмурилась, обнаружив некоторые изменения в голубе, однако как тогда он мог быть таким же наглым и упертым? Хотя Лютер утвержал, что птицы в его распоряжении специально обучены, но Алейра никогда не спрашивала, что такого особенного в этих птицах. Ей всегда казалось, что обучение состоит в том, чтобы птицы быстрее запоминали маршрут. Впрочем, а с чего она вообще взяла, что этот голубь другой? Хотя... какого черта ей вообще есть дело до этих птиц?
Именно за такими мыслями поймала себя тевиртерка, открывая тубус.
"Вообще - сначала стояло бы проверить послание на наличие печатей..."

[Kykuy]

Возле здания штаба стражи->Кабинет Фиарка

 

- Да.

" Что именно - да? ", - хотел было спросить Освальд, однако смолчал. Времени на это, несомненно, весёлое и занимательное, но крайне бесполезное занятие - бесить стражников  не было.

- Очень хорошо, спасибо, - ответил храмовник таким же спокойным голосом и кивнул стражнику, - Пойдём, Анри. 

Храмовник прошёл через парадный вход к левому крылу, спустился в подвальное помещение и остановился лишь у двери в кабинет капитана, удостоверившись, что Страж всё же пошёл за ним.

Тук-тук-тук! - раздалось спустя несколько секунд - храмовник постучал в дверь три раза. Ваш К.О

- Разрешите войти?

Изменено 10 марта, 2015 пользователем Kykuy

[Perfect Stranger]

Казино

 

Кстати, мне до сих пор не известно ваше имя. С кем я имею честь говорить?

 

- Бертран, - словно бы с неохотой проронил человек и подозвал знаком одного из служащих игорного дома. Тот, словно бы уже зная, что попросит клиент, принес шахматную доску и расставил фигуры. - На что сыграем? Я всегда играю на деньги. И всегда только одну партию, - краем губ улыбнулся человек со шрамом. - Если готовы рискнуть, то и я готов.

[Фели]

Комната

 

Алейра знала Лютера слишком хорошо. Пальцы обожгло сразу же, как только она попыталась снять крышку тубуса. Ну что же... снова-здорово.

 

Алейра: снятие печатей. Действует бонус к магии. Бросок 1d10.

 

Кабинет Фиарка

 

- Да-да, входите, - утомленный голосом произнес некто с другой стороны двери. От этого голоса у Освальда отчего-то зачесалось горло.

[Junay]

Казино

 

- На что сыграем? Я всегда играю на деньги. И всегда только одну партию, - краем губ улыбнулся человек со шрамом. - Если готовы рискнуть, то и я готов.

 

- Приятно познакомиться с вами, сеньор Бертран. - добродушно улыбнулся Рико. - Почему бы и не сыграть на деньги? Хотя, учитывая, мой уровень подготовки, это будет не слишком... честно, не находите? Я играю второй раз в жизни,  и у меня нет шансов против такого профессионала, как вы. Будь у меня больше времени, я был бы счастлив поучиться у вас играть в шахматы. Хотя, учитывая, что дорога на Долы перекрыта, и не известно, когда откроется, то все шансы встретиться за шахматной доской у нас есть... Вы ведь местный, или тоже застряли здесь проездом?

 

Рико расставил фигуры так, как помнил, на доске, стараясь не ошибиться, затем повернулся к Кае:

- Милочка, дай-ка мне один из твоих золотых.

Взяв у Каи фальшивый золотой, Сова положил его на стол.

- Ставлю один золотой. 

[Perfect Stranger]

Казино

 

- Ставлю один золотой.

 

Улыбка стала еще шире, и теперь было видно, что стальных зуба у Бертрана два. Похоже, его не только пытались повесить, но и избивали. Возможно, даже пытали - выбивание зубов было довольно распространенным способом пыток, особенно в Орлее. Но Рико, который был весьма наблюдательным благодаря своему происхождению, показалось, будто улыбка Бертрана была какой-то натянутой.

- Один золотой? Бросьте. Это несерьезно. Предлагаю... пять, как минимальную ставку. Или даже десять, если не боитесь проиграться.

[Shunt]

Лавка "Кобра"

 

- Спасибо, - сдавленным голосом отозвалась Мэйрис и глянула на алхимика, широко распахнув глаза. - А этот камень с насекомым? Надеюсь у него не такая грустная история...

 

- Этот камушек... С ним тоже связана достаточно интересная история. Это янтарь. Сам по себе янтарь почти ничего не стоит, но этот - другой. Видишь, в нем насекомое сидит? Это очень древнее насекомое. Возможно, этот жучок помнил времена, когда в Тедасе властвовали драконы. Такие камушки очень редки и очень ценны. Этот - особенно ценен, так как жучок в нем сохранился в первозданном виде. - Винченто улыбнулся и запыхтел трубкой, разжигая ее. - Самое смешное, что я нашел его на берегу моря. Прогуливался по берегу, пинал дохлых чаек и вот - лежит он. Как я думаю - он приносит удачу. Все таки какая странная штука - живое в неживом. С другой стороны, янтарь сам когда-то был живым. Может, маги и нашли бы объяснения этому, но я просто вижу чудо. И не хочу ему находить никаких объяснений. Просто солнечный камушек хранящий в себе след истории более древний, чем история Тевинтера или южных племен.

[Junay]

Казино

 

- Один золотой? Бросьте. Это несерьезно. Предлагаю... пять, как минимальную ставку. Или даже десять, если не боитесь проиграться.

 

- Помилуйте, десять с моим уровнем мастерства? Я же вынужден буду последние штаны снять, что бы оплатить вам выигрыш. Я был бы счастлив первую партию вообще сыграть на... интересную историю, например. Мне намедни торговец редкостями продал одну забавную шкатулку, и такую историю о ней рассказал... Жуткую, надо признать. Как один аристократ нанял убийцу для своей семьи, а потом зажал его проценты... Ужасно, не правда ли? И между нами... - Рико сделал паузу. - Весьма... кустарное выполнение заказа.

 

Сова повернулся к Кае. - Подбрось еще четыре монеты. 

Он взял монеты, сложил стопкой и поставил на стол:

- Пять золотых. Но может, все таки - интересная история? Деньги - это так банально...

[Perfect Stranger]

Казино

 

- Пять золотых. Но может, все таки - интересная история? Деньги - это так банально...

 

- Хорошо. Начнем. Играете белыми или черными? - приподнял бровь Бертран, медленно поворачивая доску с расставленными на ней фигурами. Белые были вырезаны из слоновой кости, черные - из обсидиана. Очень дорогой набор. Рядом со стопкой монет Рико выросла такая же стопочка монет от Бертрана. Сердце Рико пропустило один удар, когда он увидел, что монеты абсолютно идентичны - его внимательный взгляд сумел различить это даже в полумраке борделя. - Или бросим... монетку? - человек вынул указанный предмет и подбросил его вверх.

 

(инициатива)

 

[Ettra]

Лавка "Кобра" - Трактир

- Разве может быть, что насекомое в камне такое старое? - немного недоверчиво спросила Мэйрис, но взгляд ривейни ответил на ее вопрос. - Удивительно... - Девушка поднесла камень к окну и мошка засияла еще ярче на золотистом фоне янтаря. Она всматривалась в неведомое насекомое, словно пытаясь уловить что-то, говорящее о его древности, но не обнаружила ничего необычного. Казалось существо только что застыло в камне, что можно освободить мошку от желтого плена и она полетит. Вздохнув, Мэйрис убрала камень в карман и улыбнулась алхимику. - Спасибо вам за истории!
Мэйрис вернулась в таверну в смешанных чувствах. Странно, что всего лишь истории, возможно слова о тех вещах, которые даже не происходили, могут оставить сильный отпечаток. Девушка не могла перестать думать об уничтоженном эльфийском клане, о долийке, которая потеряла любимого. Жестокость жизни и людей по отношению к тем, кто на них не похож пугала ее. В голову пришли мысли о том, что она могла бы оказаться на месте долийки. Хекс тоже не похож на обычных людей. Его боятся, не понимают и кто знает, не случится ли так, что захотят растерзать.
Мэйрис поднялась в комнату, надеясь увидеть там потрошителя. Сейчас казалось очень важным узнать, что с ним все в порядке. Глупо, они виделись всего час назад и с потрошителем точно не могло ничего случиться, но Мэйрис нервно кусала губы, открывая дверь.

[Junay]

Казино

 

"А-ха-ха, это смешно! Да у него же такие же монеты! Встретились два одиночества-шулера!" - расхохотался Тот, который.

"А может, еще и два бывших  Ворона, учитывая его историю". - с какой-то грустью подумал Рико и подбросил монетку.

- Белые - ваши. Начинайте. Надеюсь, после партии, мы с вами еще выпьем по рюмочке, и поговорим по душам. - подмигнул он.

 

(инициатива)

Изменено 10 марта, 2015 пользователем Junay

[Лакич]

Комната

- Этот человек н-не меняется, - сказала она голубю, не заметив, как снова заулыбалась. Опять печати, опять огненная ловушка - только впрошлый раз руки у нее не тряслись... Или тряслись, учитывая любовь Алейры к выпивке.
- И б-бумагу ты все еще не используешь, да? П-псих.

[Perfect Stranger]

Казино

 

- Белые - ваши. Начинайте. Надеюсь, после партии, мы с вами еще выпьем по рюмочке, и поговорим по душам. - подмигнул он.

 

- Посмотрим. Сначала - игра. Не отвлекайтесь, а то я съем все ваши фигуры, - хохотнул Бертран и сделал первый ход.

 

Механика игры:

У каждого персонажа по 50 очков. Каждый успешный ход отнимает по 10 очков у противника. Выигрышем считается тот, кто сохранит очки до того, как противник потеряет все. Критический удар (10) считает поставленным матом.

Порядок ходов: белые, черные.

 

Ход белых:

 

[Junay]

Казино

 

- Посмотрим. Сначала - игра. Не отвлекайтесь, а то я съем все ваши фигуры, - хохотнул Бертран и сделал первый ход.

 

- А я хожу конем! - заявил Рико и пошел конем.

 

ход черных

 

[Perfect Stranger]

Трактир "Золотой лев"

 

Глупо, они виделись всего час назад и с потрошителем точно не могло ничего случиться, но Мэйрис нервно кусала губы, открывая дверь.

 

Потрошитель валялся на кровати и читал книгу. Похоже, именно "Драконологию", которую купила Мэй. Когда девушка вошла, он поднял глаза и посмотрел на нее с некоторым облегчением.

- Что, не влезла в неприятности? Я уже говорил, что удивление - одна из моих постоянных эмоций в последнее время? - он отложил толстый том и поднялся, подойдя к ней. - Хорошо, что ты осталась со мной, - его голос странно изменился. Похоже, бастард уже не питал никаких иллюзий насчет его отношений с отрядом, что безвозвратно испортились после той ночи в трущобах. Девушке казалось, что лишь она одна и держит его здесь... хорошо это или плохо, было неизвестно. Но если б ее не было, кто знает, что Хекс мог сделать. Просто уйти... или что-то более страшное.

 

Казино

 

- А я хожу конем! - заявил Рико и пошел конем.

 

- Умный ход. - Проворчал Бертран и передвинул еще одну пешку. - Но белые всегда выигрывают, потому что просчитывают на шаг вперед. А вы можете сказать такое о себе, Федерико?

 

БЕЛЫЕ: 50

ЧЕРНЫЕ: 50

 

[Карт(он)]

Лавка "Кобра"

-"Хм, будет интересно найти разгромленный лагерь, может эти уроды до сих пор там. Интересно, захочет ли Хекс размяться, а Мейрис прочитать им нотации." - Выслушав истории маг был доволен, хоть и история доллийцев оставила небольшую горечь.
- Здравствуйте, Винченто. Я хотел бы купить травы или аптечку, но цены немного кусачи. - Маг начал постукивать пальцами по стойке в раздумьях стоит ли говорить ривейни о его друге и как лучше это преподнести, если да.

На аптечку и травы(Арборское благословение)  (хитрость +2)
Покупает аптечку за 60 серебра

Изменено 10 марта, 2015 пользователем Карт(он)

[Junay]

Казино

 

- Но белые всегда выигрывают, потому что просчитывают на шаг вперед. А вы можете сказать такое о себе, Федерико?

 

- Увы... Я слишком рассеян и не способен на многоходовки... - вздохнул Рико, двигая пешку. - Вот, например, моя возлюбленная. - он кивнул на Каю. - Просто мечтает попасть на знаменитый бал, который маркиз устраивает на днях. Ради нее я даже победил шевалье на арене... Ну, на заднем дворе таверны, слышали же о ней, однако добыть приглашение на бал мне не удалось... Видит Создатель, я сам его готов написать... Или заплатить тому, кто напишет.

 

ход черных

 

[Perfect Stranger]

Казино

 

Или заплатить тому, кто напишет.

 

- Что ж, удачи в этом деле. Будь я аристократом, то не пожалел бы поручительства для столь умелого игрока, как вы, - кивнул Бертран, передвинув ладью и сделав интересный, но неожиданный ход.

 

БЕЛЫЕ: 50
ЧЕРНЫЕ: 50