Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Элесар]

Часовня

 

- Но, эээ... - видимо некий Создатель всё-таки существовал и решил покарать Каю за её сверхнаглое поведение возле домика местной старушки. Островитянка, которая неслышно увязалась за остальной процессией, которая собиралась полюбоваться на местную выставку мёртвых тел, теперь стояла в часовне, переминалась с ноги на ногу и неуверенно посмотрела на Анри. Молиться он, по её скромному мнению, был намерен ещё меньше, чем она. - И что нам делать теперь?

[Драккон де Морей]

Часовня

 

- И сердце чуткое ответит... - Прошептал он, после чего неуверенно продолжил, - Дерзну заметить, что я не могу пустить в крипту всех. Только одного... ну, максимум, двоих.

 

- Вы не подскажете, где обитает Мария, святой отец? - Страж сделал задумчивый вид. 

 

- И что нам делать теперь?

 

- Скажи ему что-нибудь насчет той тетки. Я не красноречив. А информация нам нужна, так? - прошептал Анри островитянке. 

[Mad Ness]

Дом Рубайло

 

- Гостей, говорите, полон дом? Так мы мешать не будем. Всего лишь хотим поговорить, - сказал потрошитель. - А кто гостит, не скажешь? - войдя внутрь, Хекс осмотрелся.

 

Мэйрис, поначалу восхитившаяся убранством дома, разглядев его получше, испытала некоторый шок. Резьба покрывавшая буквально все поверхности, была выполнена крайне искусно. Настолько искусно, что казалось, еще миг и все изображенное на ней оживет. Вот только характер этой резьбы, многочисленных живописных полотен, ростовых статуй и прочих произведений высокого искусства, был в крайней степени фривольным.

Поняв, что дерево, гладкостью которого она только что восхищалась, является довольно интимной деталью одного из участников запечатленной на резьбе сцены, Мэйрис отдернула руку и спрятала ее за спиной, стараясь более ни к чему не прикасаться и ничего не задевать.
Хексу же, в свою очередь, обладавшему несколько большим жизненным опытом, помещение напомнило довольно необычную смесь из орлейского будуара, неварранского классического кабинета, тевинтерского лекториума и самого, что ни на есть дорогого, антиванского борделя. Отчего-то ему вспомнилось, как он и его товарищи, завалившись в баню...

- Господин-магистр Эоваций Терцио из Тевинтера. - С игривой улыбкой и легкой хрипотцой в голосе, объявила женщина, вернувшись к новым гостям и прервав размышления потрошителя. - Прошу любить и жаловать. - С томным придыханием добавила она, когда на лестнице, ведущей со второго этажа, показался облаченный в махровый халат мужчина, чьи волосы только-только тронула седина.
- Господин-муж Карл дю Монд, по прозванию Рубайло... - Попыталась она объявить все с той же помпезностью, но уже растянувшаяся до предела улыбка не позволяла этого сделать. Спустившийся следом за Магистром крепкий мужчина хлопнул жену чуть ниже талии, заставив ее взвизгнуть и, рассмеявшись, скрыться в одном из коридорчиков.

- Ух, курва, - Довольно протянул он, почесывая небритую щеку. - А вот и те самые гости, хэ? Ну, представьтесь, что ли, для начала. - Продолжая улыбаться, он бухнулся в огромное хозяйское кресло, кивком приглашая сесть остальных в кресла чуть поменьше.

[Perfect Stranger]

Дом Рубайло

 

- А вот и те самые гости, хэ? Ну, представьтесь, что ли, для начала.

 

"Неплохо обустроились в такой дыре, как Грейвен. Да и жируют, как погляжу, тоже неплохо", - подумал потрошитель, садясь в предложенное кресло. "Кажется, их Зверь и убийства совершенно не беспокоят..."

- Хекс... наемник, - буркнул он, решив, что знать его фамилию и происхождение благородным господам не стоит. - Так уж случилось, что моя банда как раз остановилась в вашей... хм... деревне. И краем уха услышала о том, что здесь у вас творится. Думаю, вы сможете просветить нас получше деревенских торговок и священников... особенно с учетом того, что у меня сложилось впечатление, будто никто в Грейвене вовсе не заинтересован в том, чтобы избавиться от нависшего над ними проклятия. Странно, да? - он сверкнул острозубой улыбкой, остановив взгляд на магистре в халате. Когда нужно было, Вольфер вполне мог общаться с аристократами на равных, несмотря на то, что на дух не переносил этих плясок вокруг да около и реверансов. - А еще знаете, что странно? Что дочка местного старосты Алиенна, похоже, знает куда больше, чем говорит, про этого Зверя. Но вот никто до сего момента даже не почесался, чтобы собрать дружину и поймать его, а вместо этого прикармливает преступниками и жертвами человеческими. Иногда мне кажется, что кому-то в Грейвене это на руку, иначе... - он неопределенно пожал плечами, закинув ногу на ногу. - Есть закурить? - спросил он вдруг довольно грубо.

[Ettra]

Дом Рубайло

- Ух, курва, - Довольно протянул он, почесывая небритую щеку. - А вот и те самые гости, хэ? Ну, представьтесь, что ли, для начала. - Продолжая улыбаться, он бухнулся в огромное хозяйское кресло, кивком приглашая сесть остальных в кресла чуть поменьше.

- Мэйрис. Э... Мэйрис Ренн, - робко улыбнулась девушка, присаживаясь на самый край кресла. Сейчас она чувствовала себя жутко, не на своем месте. По сторонам Мэйс тоже больше не смотрела - боялась зацепиться взглядом за очередную картинку непристойного содержания. Атмосфера фривольности казалась девушке наигранной, показной. Все вокруг так и кричало о легких нравах хозяев. Разве это принято выставлять напоказ? Может для богатых это и нормально. К сожалению, сравнивать было не с чем, кроме дома в Нордботтене. Тут хотя бы нет жутких следящих картин, и то хорошо.
Говорить она предоставила Хексу. Хорошо, что он рядом. Самостоятельно она бы так и ушла, как пришла, не выдавив из себя ни слова.

[Mad Ness]

Крипта

 

Священник лишь указал магессе и монаху на небольшую дверцу, в скрытом тенями алькове, которая, как выяснилось, вела в тесные катакомбы под Часовней, в которых и располагалась крипта. В крипте стоял холод. Не простой мороз, а самый настоящий могильный холод, который сдавливает нутро, мешая дышать и замораживает самую душу, оставляя в голове лишь мысли о конечности бытия и недолгом веке, отпущенной жизни земной.

Но, если монах чувствовал себя здесь крайне неуютно, чему способствовали и воспоминания о недавнем заточении в подвале под Большим Залом, пусть и не таком мрачном, но тоже малоприятном, Алейра, напротив, испытывала некоторое болезненное возбуждение и даже, пожалуй, предвкушение.

Спустившись в крипту, странная пара в первом же закутке обнаружила три каменных саркофага, в каждом из которых, среди ледяного крошева, лежали тела. Два побольше - мужчина и женщина, одно поменьше - ребенок. Даже сквозь намерзшую наледь, было видно, что тела довольно серьезно изуродованы. Впрочем, осмотреть их придется, так или иначе. Не зря же сюда пришли.

 

Осмотр

Бросок 1d10, с учетом бонуса от хитрости. Сложность для получения минимальных сведений - 8.
Один из персонажей имеет дополнительные бонусы.

 

Часовня

 

Заметно было, что Савелий вовсе не горит желанием продолжать общение, но услышав вопрос про Марию, он удивленно воззрился на оставшихся наверху чужаков.
- Вы... вы подозреваете, что это совершила она? - Спросил он с искренним ужасом и недоумением в голосе. - Это невозможно! Она... она другая! Я хорошо ее знаю, и могу вас заверить, что Мария никогда бы не пошла на такое!

[Junay]

Крипта

 

"Ясно, что ничего не ясно. " - печально вздохнул Рико. Ему не нравилось  это место, возможно, из-за заключения в подвале, а возможно - просто из-за дурного предчувствия. 

Почему эти трупы хранят? Если местные не занимаются расследованием и вообще, не горят желанием разобраться во всем происходящем? Такое ощущение, что эти трупы специально ждут... их.

- Ладно, посмотрим, что с вами не так. - вздохнул Рико и принялся осматривать трупы.

 

(осмотр)

[Лакич]

Крипта

 

Алейра, сегодня не очень разговорчивая, после прихода в крипту вообще молчала, даже на Рико не обратила никакого внимания, словно его вообще здесь не было. "Неделя значит?", - магистресса достала из кармана небольшой ножик,  конечно, он здесь не потребуется, но кто знает? 

- Сильно, - тихо, одними губами сказала магистресса, прищурившись. - Но недостаточно, - магесса поправила свои перчатки. Это незамысловатое действие и означало начало осмотра.

[Элесар]

Часовня

 

Заметно было, что Савелий вовсе не горит желанием продолжать общение, но услышав вопрос про Марию, он удивленно воззрился на оставшихся наверху чужаков.
- Вы... вы подозреваете, что это совершила она? - Спросил он с искренним ужасом и недоумением в голосе. - Это невозможно! Она... она другая! Я хорошо ее знаю, и могу вас заверить, что Мария никогда бы не пошла на такое!

 

- Мы не сомневаемся, что вы прекрасно знаете своих прихожан, в том числе и Марию... - Кая, казалось, сделала всего-лишь лёгкое и неуловимое движение, но тут же оказалась между Савелием и Анри, который попросил её о помощи. Глаза хищно сузились, когда она только задумалась о том, что ей снова предстоит расспрашивать людей, но длилось это не долго - на святого брата девушка смотрела вполне нормально.

"Особенно Марию..." - пронеслось в голове у островитянки. Она даже не задумывалась почему, но возникла вполне определённая уверенность - эта дама священнику небезразлична. Лицо сегеронки разительно преобразилось - обычная хмурость уступила своё место понимающему выражению лица, а голос звучал мягко, будто старался подтолкнуть собеседника в нужном направлении, незримо, но настойчиво.

- Мы просто хотим с ней поговорить, святой брат. Думаю, Создатель, оценит желание помочь, правда ведь? У Марии пропала коза, мы просто хотим уберечь остальную деревню от хищника, который этим промышляет.

[Mad Ness]

Дом Рубайло

 

- Есть закурить? - спросил он вдруг довольно грубо.

 

Выслушав ответное представление гостей, Рубайло удовлетворенно кивнул и произнес традиционную фразу гостеприимного хозяина, - Мой дом - ваш дом. - Приоткрыв стоявшую на маленьком трехногом столике деревянную шкатулку, он извлек оттуда толстую сигару - крупно порубленные и высушенные листья душистого табака, завернутые в широкий лист какого-то островного дерева, чьего названия Хексу вспомнить так и не удалось. Протянув одну сигару потрошителю, он закурил другую. Магистр коротким жестом отказался от протянутой шкатулки, а Мэйрис и без того выглядела довольно потерянной, и радушный хозяин, по доброму улыбнувшись ей, не стал смущать предложением закурить.

В комнате вновь появилась жена Карла, принеся на расписном подносе три запотевших пинты с черным, словно деготь, элем, слегка отдававшим зелеными еловыми шишками, и высоким бокалом легкого игристого вина. Наклонившись над столом, так, что в какой-то момент все присутствующие услышали протестующее потрескивание натянувшейся на груди ткани, она поставила поднос и вновь удалилась, пожелав приятно провести время и подмигнув гостю.

- Такс. - Объявил Рубайло, осушив половину пинты, словно не замечая того, что от холодного напитка сводило скулы. - Ты, - без особых расшаркиваний и питета, перешел на "ты" хозяин, - со своей бандой, хочешь Зверя изловить? Что же... Одобряю. Не всем здесь нравится то, как Якуб скармливает людей незнамо-чему. - Вдохнув ароматный дым, он откинулся в кресле, - Я и сам пытался снарядить народ, но после пары вылазок, так ничего не найдя, мы сдались. Собаки в чаще, точно под хвост ударенные, носы воротят да скулят, а толку ноль. Да и раньше, ребята хоть и попавшись на горячем, могли порой откупиться, коли дело не мокрым выходило, а теперь, почитай, за любую провинность метут. И дай то Создатель, чтобы поймали уже после очередной кормежки, тогда, глядишь, да отпустят... В общем, так-то. А коли чего про Зверя у меня узнать хотите, так я и не ведаю, чего вам ответить.

Магистр, до той поры молчавший, подался вперед. - А каков ваш интерес в этом деле? - Спросил он, голосом тихим, как шорох бархата о шелк.

[Perfect Stranger]

Дом Рубайло

 

- А каков ваш интерес в этом деле?

 

- Деньги, - сухо ответил Хексарион, чиркнув огнивом и затянувшись крепким дымом сигары. Не шло ни в какое сравнение с его самокрутками. - Я наемник, или вы забыли? Есть одно дело, которое нужно нам завершить как можно скорее. А чтоб это сделать, нужны деньги. За хорошую сумму мы выследим и убьем вашего Зверя. Ну и еще... - он усмехнулся магистру. - Считайте это праздным любопытством. Вся эта ситуация меня заинтересовала, да еще и если никто до сих пор не смог его найти... Есть у меня интерес к подобного рода чудовищам. Хочу узнать, что оно такое.

Он сделал глоток эля, и едва заметно поморщился, отставив кружку и сняв с пояса флягу. Подвинув к себе чистую посуду, плеснул туда самогона и приподнял:

- Ваше здоровье.

[Ettra]

Дом Рубайло

- А каков ваш интерес в этом деле? - Спросил он, голосом тихим, как шорох бархата о шелк.

Мэйрис чихнула и закашлялась от сигаретного дыма. Пришлось отсесть от Хеса и хозяина еще дальше, вжавшись в подлокотник кресла. От табака у нее всегда слезились глаза и першило горло, потому как только отец брал в руки сигарету, Мэйс убегала подальше.
- Я просто помочь хочу. Тут людей столько, а с бедой справиться не могут ни как... - покачала головой Мэйс и сделала маленький глоток эля. Просто что бы не обижать хозяина. - А сколько уже людей пропало? И когда... - Мэйрис кашлянула и опустила глаза. Такие вопросы задавать неприятно, но иначе не обойтись. Любая информация полезна. - Когда следующая кормежка?

[Mad Ness]

Крипта

 

Все что удалось обнаружить Федерико, это то, что следы от многочисленных укусов принадлежат чему-то не очень большому, размером, от силы, с крупную собаку, но, что странно, раны, на момент нанесения, не кровоточили, либо их успели промыть уже после нахождения тел. Больше, среди месива из лоскутов кожи и замороженной крови, ему разобрать не удалось. Стоявшая рядом Алейра, поняв, что монах окончил свой краткий осмотр, раздраженно фыркнув, оттолкнула его в сторону и занялась телами сама, начав с того, что велела мужчине извлечь их из саркофагов и очистить от наледи.

Потратив куда больше времени, чем Федерико, Флавий подробнейшим образом исследовала буквально каждый миллиметр тел, скользя тонкими пальцами по поверхности разодранной кожи, ничуть не кривилась от отвращения, прощупывая раны, для определения их глубины и формы краев, особенностей нанесения и прочего-прочего-прочего... Когда Рико уже едва сдерживал ругательства, совершенно не понимая, чего рыжая так долго милуется с трупами, Алейра, тряхнув огненной гривой, постоянно спадавшей на глаза, оповестила об окончании изысканий. Помимо того, что выяснил ее напарник, магесса смогла-таки установить истинную причину смерти несчастных. Мужчину и женщину убили меткие выстрелы из арбалетов, что следовало из узких глубоких ранений в области сердца, почти незаметных, так-как кожа в этих местах была полу-ободрана клыками таинственного животного, кое тевинтерка окрестила как Canis lupus familiaris. Еще одним доказательством ее правоты послужил обломок головки болта, раздробившего край грудины женщины и обломившегося, по видимому, когда болт в спешке извлекали из тела, чтобы сокрыть истинную причину. Ребенок же умер от перелома шейных позвонков, что Алейре удалось установить, пропальпировав шею мальчика, после того, как ей не удалось обнаружить иных повреждений, кроме многочисленных укусов, случившихся, как и в первых двух случаях, уже после смерти.

Уже отойдя от тела, ребенка, Алейра вдруг ощутила, что в его изувеченном теле теплится... некое подобие жизни. Так она всегда могла ощутить присутствие живых существ, обладающих кровью. Та самая искра жизни, судя по ощущениям магистра, теплилась в самом сердце мальчонки. Сердце, все еще трепещущем, вопреки всем законам жизни и смерти.

[Junay]

Крипта

 

- Похоже, их погрызла какая-то тварь, не особо большая. Может, собака, или мелкий волк, или крупный фенек. - пожал плечами Рико. - Но никак не растерзал  тот таинственный Зверь, о котором все говорят. Скорее всего, это было убийство. Бытовуха?
"Надеюсь, я выполнил все, что должен был". - размышлял мужчина. "Мы пришли и обследовали трупы. А дальше что?"
Ответа на этот вопрос он не знал, впрочем, не знал он ничего и об этой семье.
У Совы возникло ощущение, что он в данном случае - марионетка, которую кто-то дергает за ниточки.

Изменено 31 января, 2015 пользователем Junay

[Лакич]

Крипта

 

Магистресса приподняла бровь, фыркнула, отчего локон огненно-рырижих волос снова сполз на глаза. Сунув найденный осколок болта во внутренний карман, предварительно завернув его в платочек, чародейка какой-то время смотрела на труп мальчика неподвижно, как статуя, продолжая не обращать на Рико и его догадок практически никакого внимания. Через некоторое время (минут пять? Десять?) магесса, словно пьяная, вдруг резко сжала рукоять своего кинжала, и поднесла лезвие к груди парнишки. Алейра, похоже, собиралась проверить, что же не так с сердцем мальчика. И спаси Создатель того человека, что вздумает помешать ей. Ведь как известно, некроманты любили обманывать смерть, но чтобы сохранить частичку жизни в мертвом уже неделю теле? 

[Junay]

Крипта

 

- Ты что творишь ?! - Рико перехватил ее кинжал. - Вскрытие тут проводить надумала? На кой черт - мы и так узнали все, что нам нужно! Теперь убираемся отсюда, если местные увидят, что ты трупы потрошишь - нам голову снесут!  Я не желаю ввязываться во все это безумие, и так все деньги потерял из-за простого любопытства! 

[Mad Ness]

Дом Рубайло

 

Магистр хмыкнул, явно удовлетворившись ответом Хексариона. - А как вы смотрите на то, чтобы... не убивать Зверя? А, вместо этого, предположим, изловить и мне на исследование доставить? Я, скажем, весьма заинтересован в изучении различных бестий, коими ныне мир полнится в избытке. Мое предложение простое: вы ловите тварь и доставляете ее ко мне живой и, насколько возможно, невредимой, я же, в свою очередь, обязуюсь обеспечить всем здешним жителям избавление от напасти, а вам отплатить должной ценой и, более того, предоставить некоторые рекомендации. Мое имя имеет вес... в определенных кругах. - Магистр самодовольно ухмыльнулся и сделал глоток, ожидая ответа, но его ожидание прервал внезапный вопрос Мэйрис, заставивший Рубайло болезненно поморщиться.

- Ох, девочка, не знаю, к чему тебе лезть в это дело, а в одну лишь доброту душевную я, прости уж, поверить не могу. Но, коль тебя так интересует, завтра-после завтра. В крайнем случае, через два дня. Вот только проблема есть... Скармливать некого. Были тут трое гастролеров, как говорится, да с месяц назад они сбежали. Не знаю уж, куда их понесло, но навряд им удалось в лесу протянуть. Теперича и не знаю, чего староста измыслит на этот раз. С его указа о новом наказании, преступности в Грейвене и не стало, поди, почти подчистую. Может дочуру свою полоумную к столбу подвесит. Раз выжила, а там, глядишь, и второй подфартит.

[Perfect Stranger]

Дом Рубайло

 

Мое предложение простое: вы ловите тварь и доставляете ее ко мне живой и, насколько возможно, невредимой, я же, в свою очередь, обязуюсь обеспечить всем здешним жителям избавление от напасти, а вам отплатить должной ценой и, более того, предоставить некоторые рекомендации.

 

- Годится, - кивнул Хекс, но тут же продолжил: - Конечно же, чтобы поймать такую тварь, нужно много времени и сил. И, естественно, сведений. Пока что у нас имеются лишь обрывки и сплетни, но вы как человек деловой, явно можете нам подсобить. К тому же, это в ваших интересах. Если знаете, что может нам помочь в выслеживании этого Зверя - гарантирую, что мы его не убьем, а доставим вам в целости и сохранности. Для опытов.

Он покосился на Мэйрис, недовольно нахмурившись. Эта девчонка сейчас всю сделку ему сорвет своими наивными вопросами. Помогать и спасать деревню она собралась, как же.. да пусть они тут хоть все подохнут, потрошителю от этого было ни горячо ни холодно. После того, что Мэй выкинула в пещере в лесу, он вообще не собирался здесь задерживаться дольше необходимого.

- Да, и еще, - добавил Хекс вдруг. - Сколько вы готовы заплатить за живого монстра?

[Лакич]

Крипта

 

- Вскрытие тут проводить надумала? На кой черт - мы и так узнали все, что нам нужно! Теперь убираемся отсюда, если местные увидят, что ты трупы потрошишь - нам голову снесут!  Я не желаю ввязываться во все это безумие, и так все деньги потерял из-за простого любопытства!

 

- Уйди, - тихо зашипела тевинтерка, не переводя взгляда с мальчика. - Что-то не нравится - уходи, уходи и не мешай, - магесса прикусила губу до крови. Ей нужно было проверить, иначе какой в этом смысл? Иначе каким исследователем она будет?

[Ettra]

Дом Рубайло

- Может дочуру свою полоумную к столбу подвесит. Раз выжила, а там, глядишь, и второй подфартит.

Мэйрис охнула и дернулась. Чашка в руках накренилась, грозя выплеснуть темный эль прямо на штаны. Девушка чудом удержала ее в руках. Родную дочь к столбу? Как же так? Не человек этот староста, раз на такое способен.  Всего два дня, а там... Лучше не думать, что будет. Лучше зверя убить за это время. 

- Да, и еще, - добавил Хекс вдруг. - Сколько вы готовы заплатить за живого монстра?

- Этот Зверь, он же опасен. А если он вырвется? В деревне окажется, так сразу всех перебьет. Нет, нельзя его живым оставить. - Мэйрис посмотрела на Хекса, пытаясь понять на сколько он серьезен. Его лицо было решительным, что девушке не нравилось.

Изменено 31 января, 2015 пользователем Алойя

[Junay]

Крипта

 

- Уйди, - тихо зашипела тевинтерка, не переводя взгляда с мальчика. - Что-то не нравится - уходи, уходи и не мешай, - магесса прикусила губу до крови. Ей нужно было проверить, иначе какой в этом смысл? Иначе каким исследователем она будет?

 

- Если я выйду один, а ты останешься, это вызовет подозрения. Во имя Создателя, на кой тебе сдался этот труп?! Или ты думаешь, что пацан перед смертью проглотил горсть бриллиантов? - фыркнул Рико, отходя к двери и подпирая ее спиной так, что бы никто не вошел. - Только быстро. Нельзя здесь задерживаться. И если найдешь бриллианты - половина мне. А я потом отпою тела. 

[Perfect Stranger]

Дом Рубайло

 

- Этот Зверь, он же опасен. А если он вырвется? В деревне окажется, так сразу всех перебьет. Нет, нельзя его живым оставить. - Мэйрис посмотрела на Хекса, пытаясь понять на сколько он серьезен. Его лицо было решительным, что девушке не нравилось.

 

Вздрогнув, потрошитель впервые за все время разговора посмотрел Мэйрис прямо в глаза. В них что-то промелькнуло... но девушка так и не поняла, что именно. Сжав губы в тонкую линию, Хекс хмыкнул.

- Серьезно? Ты говоришь, как тот монах, - отвернувшись, он уставился на магистра, решительно и несколько злобно. - Мы справимся. Поймаем его, если скажете, где искать. Хоть какие-нибудь наводки нам не помешают, потому что бродить по бескрайним лесам - дело хорошее, но уж очень долгое. А коль этот Зверь прячется, так можем и вовсе его не найти.

[Лакич]

Крипта

 

- Только быстро. Нельзя здесь задерживаться. И если найдешь бриллианты - половина мне. А я потом отпою тела.

 

- Ненавижу моралистов, - тихонько зашипела магистресса. Снова подводя лезвия кинжала к грудной клетке парня. Видимо, такова его, мальчонка, судьба. 

[Ettra]

Дом Рубайло

- Серьезно? Ты говоришь, как тот монах, - отвернувшись, он уставился на магистра, решительно и несколько злобно. - Мы справимся. Поймаем его, если скажете, где искать. Хоть какие-нибудь наводки нам не помешают, потому что бродить по бескрайним лесам - дело хорошее, но уж очень долгое. А коль этот Зверь прячется, так можем и вовсе его не найти.

- Прости, - одними губами прошептала поникшая Мэйс. Сравнение с монахом не нужно было объяснять. Рико говорил точно те же слова про Хекса. Стало безумно стыдно, ведь она не то имела в виду. Да и разве опыты лучше, чем быстрая смерть? Спрашивать Мэйрис не решилась. Слишком неприятным был такой вот взгляд потрошителя. Может, если бы бастарда небыло рядом, то она бы не робела и настояла на своем.
- Поймаем, - эхом отозвалась Мэйс и пристыженно уставилась в пол.

Изменено 31 января, 2015 пользователем Алойя

[Kykuy]

Часовня

 

- Мы просто хотим с ней поговорить, святой брат. Думаю, Создатель, оценит желание помочь, правда ведь? У Марии пропала коза, мы просто хотим уберечь остальную деревню от хищника, который этим промышляет.

- Да. Мы лишь хотим получше разобраться во всём происходящем, а Мария может нам помочь в этом, - подтвердил Освальд. - Какие-то они долгие..., - пробормотал храмовник, пока священник раздумывал, - Как бы не случилось чего. Ещё десять минут - и я пойду внутрь. А пока - помолюсь.

Так как он находился в обществе гордых и верующих в себя атеистов, молился перед статуей Андрасте храмовник один.

 

....Благословенны праведные, свет во тьме.
В их крови начертана воля Создателя.

 

- Да направит нас Создатель, Отец понимания и Андрасте, невеста его..., - храмовник закончил краткую молитву и поднялся с колен, и вновь встал на своё место возле одной из колонн.

Изменено 31 января, 2015 пользователем Kykuy