Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Perfect Stranger]

Харчевня

 

Воин некоторое время молчал, и эльфийке уже показалось, будто он заснул - привалившись спиной к стене таверны и низко опустив голову, тяжело дыша, будто загнанный жеребец. Дело было явно не только в змеином яде, который уже начинал постепенно выветриваться из организма благодаря противоядию. Он дернулся, будто от удара, и едва слышно застонал.

- Фел... - снова выдохнул он, разговаривая с кем-то, кого здесь не было. - Я не хочу... умирать... - он снова сделал паузу. Длинную паузу. - В одиночестве... - наконец добавил он и поднял глаза, вглядываясь в расплывающуюся темную фигуру, стоявшую неподалеку. - Я хочу... тебя... Фел... крови... дай... - прохрипел он сквозь зубы, капая красной слюной на мерзлую траву. Голоду было все равно, был ли он ранен или отравлен. Голод был сильнее всего.

[Leo-ranger]

Харчевня

Лиин вздохнула, извлекла нож (которого нет в инвентаре, но это мелочи). Потрошитель хочет жрать - нужно обеспечить его жрачкой. Волк жалобно заскулил, но Лиин, обернувшись, покачала головой. Он понимал, что так нужно для её безопасности и для спокойствия других, но ему все равно не хотелось, чтобы эльфийка это делала.
Лиин снова разжала Хексу рот, а после резко рубанула по руке, оставив глубокий, но неопасный порез. После она стала методично выжимать кровь из ладони в рот. Набралось достаточно много, наверное, с две трети для вина. Лиин заметно побледнела, глотнула зелья лечения из остатков того, что использовала на Хексе, капнула на чистый бинт и обмотала руку, отошла от него к прежнему месту.

[Perfect Stranger]

Харчевня

 

Он пил жадно, так, как пьют после долгого пути по пустыне. Этого было мало, но ненадолго голод снова был успокоен. Капля в море, но лучше, чем ничего. Лучше, чем напасть на кого-то из деревенских и быть сожженным за убийство, а то и взять с собой всех чужаков, пришедших в негостеприимный Грейвен. Оставалось лишь удивляться, как Хекс продержался целых две недели, пока они шли через горы и леса от Нордботтена до этой долины, но Лиин припомнила, что когда группа проходила мимо лагерей и селений, потрошитель, бывало, исчезал ненадолго. Он быстро возвращался и всегда отдавал команду двигаться дальше, не задерживаясь. Теперь она поняла причину такой спешки. Не хотелось, чтобы местные погнались за ними с вилами и факелами.

- Сестра... - ей пришлось напрячь весь свой эльфийский слух, чтобы разобрать невнятный шепот. Потрошитель облизнулся и закрыл глаза, успокоившись и ложась на бок. - Я... тебя... - шепот стал совсем неразличим, и через несколько секунд Хексарион погрузился в глубокий сон.

[Leo-ranger]

Харчевня

- Я тебя тоже, Хекс, я тебя тоже,- вздохнула Лиин и отошла назад, к волку, села на землю, постелив плащ. Тот негромко заскулил и лег на землю, положив голову ей на колени. Лиин не чувствовала себя сколько нибудь уставшей после бессонной ночи, но все же прикрыла глаза, позволяя себе задремать.

[Perfect Stranger]

Харчевня - Лес

 

Хекс проснулся, когда солнце уже давно взошло - и сразу же почувствовал, как раскалывается голова. Противоядие подействовало, но оставило после себя мерзкое ощущение, похожее на похмелье. К тому же горло горело от невыносимой жажды. Поднявшись, он побрел к лохани с водой, из которой пили лошади, и окунул в нее голову, пытаясь придти в себя. Выпив, наверное, целый литр воды, он посмотрел на открытое окно над головой. Мэйрис, наверное, еще спала.

Потрошитель помнил, что вроде бы он видел в бреду Фелкин... и как только ему могло в голову придти, что эта девчушка сможет заменить ему сестру? Что это ходячее недоразумение, это наивное дитя когда-нибудь сможет стать драконом? Бред. Бред и сказки для детей.

"Я должен найти ее", - подумал он рассеянно, шагая к воротам и заворачивая к югу, где темнела лесная чаща. "В конце концов, может быть, она сумеет объяснить, почему ушла..."

 

(заработок)

 

[Leo-ranger]

Харчевня =>

Лиинда уже не спала, когда Хекс вдруг вскочил, и, похоже, не замечая эльфийку пошел куда-то, покачиваясь на ходу, будто пьяный. Она громко зевнула, потянувшись всем телом. Волк дернул ухом и проснулся, бодро подскочил и стал облизывать ей лицо своим шершавым языком:
- Фу, уйди!- звонко рассмеялась долийка, шутливо отталкивая Хагрена от себя.

Вдволь наигравшись с ним, Лиин встала и направилась к выходу из города, раздумывая о том, что неплохо бы поохотиться. В конце концов, её собственная броня за время их приключений уже была достаточно сильно потрепана, и, если получится найти нужные материалы, то как и в случае с луком, она сможет сделать себе замену получше.

Поиск кожи
 

Лиинда получает: собачья кожа (1)!

[Perfect Stranger]

Лес

 

Не повезло потрошителю и на этот раз - угодив в расставленные кем-то силки, он потратил почти час, пытаясь выбраться из них, и едва не сломал колено. Утро явно не задалось. Выругавшись довольно громко, он направился дальше, прихрамывая и кое-как перевязав многострадальную ногу. Через некоторое время пройдет, но пока что боль была адская. Отступать он не намеревался - охотники наверняка уже ушли из лесов, но может быть, удастся отыскать хоть следы их лагеря.

Так, размышляя об этом, он двигался все дальше и дальше в сторону Блуждающих Холмов, за которыми уже начиналась территория Орлея. О том, что будет думать Мэй, когда проснется и не найдет его, Хексарион вообще не вспоминал. Или старался не вспоминать. Все это уже зашло слишком далеко, а Зверь всегда предупреждал его не играть с едой.

 

Хекс получает 25 пунктов урона!

[Leo-ranger]

Лес

Лиин даже не успела схватиться за лук - волк оказался намного быстрее. Он бросился дикому псу наперерез, напрыгнув и сбивая с ног. Какое-то время два зверя катались по траве, но уже немолодой, но более опытный и сильный, матерый волк вскоре одержал победу. Лиин наблюдала за борьбой со смесью страха и восторга. Когда все кончилось, она вытащила нож, подошла поближе и окончила страдания раненного пса, срезала с него шкуру и уложила в рюкзак и вытащила сухпаёк, чтобы перекусить. Они почти закончила трапезу, когда, неожиданно, треск в кустах привлек её внимание…

Лиин находит 48 серебряных монет!

Ценности

Голод утолен, -сухпаёк

[Ettra]

Комната Мэйрис - Лес

Наконец то Мэйс удалось выспаться. Первый раз за последние несколько недель. После блуждания по болотам и сумасшедшего вчерашнего дня, поваляться в теплой кровати - настоящий подарок. Ни кто не будит, едва встает солнце, говоря, что пора идти. Нет никаких причин для волнения, которые грузом весят на плечах. Идеальное утро.
Хекса в комнате уже небыло, но Мэйрис не сильно волновалась. Наверняка потрошитель просто встал раньше и ушел по своим делам. Это она - настоящая соня, любила валяться в кровати до упора. 
Мэйс выбралась из под одеяла и потянулась, вздрогнув от промозглого ветра. Открытое нараспашку окно впускало в комнату зимний холод. Странно, может быть Хекс открыл перед уходом, а может и сами распахнулись. Девушка пожала плечами, не придав этому особого значения, захлопнула ставни и опустила щеколду.
В зале пока было пусто. Ни одного наемника, только Ивор стоял у стойки. Компании она пока не искала, потому расплатилась за комнату и еду, быстро проглотила завтрак и вышла на улицу. Можно и в лес сходить, поохотиться.

 

Мэйрис получает: кожа галлы (1)!

- 50 серебра (Комната, еда)
Кожа (-ловушка)

[Mad Ness]

Ночь. Подвал под Большим Залом.

 

Рико сидел, привалившись к стене, противоположной той, на которой располагалось маленькое выходящее на улицу оконце, едва-едва приподнятое над землей, чтобы слякоть и грязь не затекали в подпол. Без особого энтузиазма съев принесенную какой-то девкой крупяную кашу с кусочком сала и запив ее горячим травяным отваром, он хотел лишь одного - провалиться в сон и забыться, хотя бы на пару часов. Тщетные попытки уснуть не принесли никаких видимых результатов, чему поспособствовали сразу несколько пренеприятнейших факторов: дикий холод, влезший тысячей когтистых лап в помещение, едва только на деревню опустилась темнота; отсутствие информации - монах понятия не имел, когда его выпустят из этой дыры и выпустят ли вообще, как и совершенно не представлял себе, займется ли кто-нибудь из недавних "товарищей" его поисками, если они, конечно, уже вовсе не покинули деревню, бросив его на произвол судьбы - дамы довольно стервозной и безразличной к чужим проблемам; наконец, последним фактором мешавшим заснуть, пожалуй, больше остальных, был оглушительный стук зубов самого Рико.

На мокром месиве из снега и грязи, располагавшимся за оконцем, появилось неспешно приближающееся пятно света. Достигнув, по видимому, внешней стены Зала, оно остановилось. Свет затекал в подвал, немного разгоняя царивший здесь мрак. В центре светлого пятна виднелись два черных сапога, забрызганных каплями слякоти. Помявшись какое-то время у оконца, сапоги соизволили подать голос.
- Не спишь? - Чуть хриплым баритоном произнес Голос, - Знаю, что не спишь. А раз так, слушай сюда, времени у меня не так много, как бы хотелось. Отправляйся к Савелию, да прихвати с собой кого-нибудь, кто в le medicine соображает. Скажешь ему, что по велению сердца явился. Попросишь в крипту проводить, да тела показать... Вот это же письмецо, - что-то заслонило падающий в оконце свет факела, а через мгновение внутрь провалился конверт из плотной бумаги. - Отдашь храмовнику. Пускай покажет его Преподобной Матери в любой из уцелевших Церквей Орлея. - Голос затих на мгновение, а затем, удаляясь, вместе с пятном света, произнес. - Двери открыты. С местными дикарями проблем не будет, если не нарываться. Au revoir, Птенец.

Под налетевшим порывом ветра, тяжелые двери подпола, чуть скрипнув, приоткрылись. Путь был свободен.

[Kykuy]

Харчевня->Ярмарка->Озеро Серебряк

 

Когда Освальд заметил Хекса, обессиленно привалившегося к стене таверны внизу, он хотел уже было выпрыгнуть и посмотреть, в чём дело, но Лиин опередила его. Храмовник едва не задохнулся от удивления, когда она стала поить потрошителя собственной же кровью. Он напряжённо вслушивался в их разговор, но ему удалось услышать лишь едва понятные обрывки...

" Фел? Кто такой Фел? Или кто такая? ", - проносилось у него в голове, - " И да, если он сейчас очнётся и бросится на неё... ", - но ничего такого не произошло. Хексарион наоборот, успокоился и наоборот, мирно заснул. " Ничего не понимаю... ", - думал он, тихонько прикрывая ставни и садясь на кровать.

Из таверны Освальд вышел с рассветом, едва только солнце начало очередной свой оборот. Путь он держал сейчас на ярмарку, где он собирался купить удочку, а затем попробовать немного порыбачить на озере.

Наконец выбрав и купив удочку(на самом деле ей оказалась обычная плохо обработанная палка с леской), храмовник забросил её на плечо и вышел из деревни, пройдя мимо ещё немного сонных дружинников.

 

На своём пути он встретил несколько селян, которые отправлялись за водой, али на рыбалку, как и он. На чужака они смотрели, мягко скажем, не очень приветливо, и поэтому Освальд заговорить с кем-то не решился, а просто подошёл к краю кромки льда в отдалении от людей, и, наживив приманку, лёгким движением забросил удочку в воды Серебряка.

" Терпение... Терпение. ", - пронеслось у него в голове, когда над водой начали расходится круги...

 

Освальд - покупает удочку. Минус 20 серебра.

Бросок на рыбалку. Хочу сома!

Изменено 31 января, 2015 пользователем Kykuy

[Junay]

Подвал - Грейвен

 

- Двери открыты. С местными дикарями проблем не будет, если не нарываться. Au revoir, Птенец.

 

- Э... - начал было Рико, но говорившего уже и след простыл. Решив не испытывать зря судьбу и не ломать голову над происшедшим, мужчина взял грубый конверт и внимательно его осмотрел. Но увы - конверт ему ничего не сказал. Спрятав его под плащ, Рико осторожно двинулся к дверям.

Как ни странно, но они действительно были открыты, да и стражи за ними не было. Зато лежала его дорожная сумка, которой он обрадовался, ка родному дитю.

- Что за чертовщина здесь происходит?  - покачал головой мужчина, выбираясь из подвала. На улице уже было утро и к его счастью, ни стражи, ни слуг в поле зрения не наблюдалось. Закутавшись в плащ, он двинулся к таверне - сначала нужно отдать письмо и посмотреть, не покинула ли их группа город... Да, и кто там разбирается в медицине? наверное, только этот вечно спящий зубастый дух, называющий себя Атаназом... 

[Perfect Stranger]

Лес - Харчевня

 

"Похоже, охотники уже ушли. Вряд ли получится их догнать... Кузнец говорил, что они направлялись в Орлей. Что ж, значит, там мы их и нагоним", - размышлял Хексарион, возвращаясь из пустого леса обратно в Грейвен, который уже почти ненавидел. Деревушка, сначала казавшаяся такой привлекательной, на поверку оказалась той еще дырой, а жители - параноидальными идиотами. Нужно было как можно скорее заканчивать тут свои дела и уходить, пока кого-нибудь не скормили Зверю. А что, ведь чужаков им в любом случае будет не жалко. Вот только если б удалось приобрести какое-нибудь оружие получше вместо двух кусков железа, которые сейчас он таскал в ножнах...

Войдя в трактир, он заказал у Ивора жаркое и спокойно пообедал, сидя в отдалении от остальных столиков и наслаждаясь вкусом непрожаренного мяса, именно такого, как он любил. Мэйрис не было видно, но потрошитель вообще запретил себе об этом думать. У него были дела поважнее, чем бегать за ней повсюду, будто сторожевой пес. Если девка сама ищет неприятностей, кто он такой, чтобы ее удерживать?..

 

-10 серебряков

[Kykuy]

Озеро Серебряк

 

Но либо Освальд был откровенно хреновым рыбаком, либо ему просто не повезло(храмовник отчаянно надеялся на второе), поймать ему что-либо стоящее не удалось. Что бы ни проглотило наживку, оно оказалось хитрее его, и когда Освальд наконец вытащил удочку, он не нашёл там ничего, кроме голого крючка...

" Ну и хреновый же здесь клюв... ", - подумал он, и вздохнув, пошёл по направлению к холмам, надеясь что при свете дня ему удастся найти что-нибудь стоящее, например, какую-нибудь рудную жилу, выходящую на поверхность...

" Интересно, а здесь где-нибудь рядом есть заброшенная пещера или карьер какой-нибудь там? ", - рассеянно подумал он, обшаривая глазами местность.

 

Освальд - бросок на поиск руды.

 

Освальд находит: оникс (1)!

[Leo-ranger]

Лес => Харчевня

Запихнув очередную порцию монет в карман, она направилась назад, в харчевню, удобно расположилась за одним из столом, осматривая помещение.

[Драккон де Морей]

Озеро Серебряк - Харчевня "Сытое Брюхо"

 

Когда Страж проснулся, уже давно наступило утро. Кажется, что заснул он прямо на снегу. Благо, что не замерз. 

 

Проверив свои вещи, и отряхнувшись от снега, Анри тихим шагом поплелся в таверну, надеясь сплавить кому-нибудь шкуру галлы. Поесть было важнее. 

[Junay]

Харчевня - пригород
 
Однако, храмовника в таверне не оказалось, похоже, он пошел прогуляться.
"Что ж, прогуляться и мне не помешает". - с некоторой злостью подумал Сова: "Все равно, нет смысла сидеть в таверне с пустым кошельком".
Покинув таверну, рико направился загород, высматривая храмовника, и не только.
 
(заработок)

Изменено 31 января, 2015 пользователем Junay

[Kykuy]

Озеро Серебряк

 

" О. Кажется, оникс. Говноникс... ", - последнее слово заставило храмовника покачать головой и усмехнуться, и Освальд, наконец заметил свою цель и достал кирку. Положив удочку рядом с собой, он принялся разрабатывать жилу, которая, впрочем, оказалась не очень богатой. Но всё-таки лучше, чем ничего...

Закончив с разработкой жилы, он вновь поднялся на холм, где был вчера, и присел возле того же самого дерева, где был вчера. Через десять минут он привстал, и собрался было уходить, но вдруг присвистнул, заметив довольно большое дупло в стволе.

" Как я вчера его не заметил? Остаётся только надеяться, что там что-нибудь стоящее, а не белка-берсерк... ", - не теряя ни секунды и не испытывая ни малейших угрызений совести, он засунул руку внутрь

 

Освальд - бросок на заработок.

Изменено 31 января, 2015 пользователем Kykuy

[Perfect Stranger]

Пригород

 

Не стоило Рико идти одному - давешний пес, видимо, почуяв опасность, набросился на него что было силы. А с учетом того, что цепь и ошейник с него сняли вчера, ничто не смогло удержать его от попытки покусать монаха за мягкие места. Едва отбившись от голодной собаки, Рико спешно пришлось вернуться назад. Пес бежал за ним некоторое время, но вскоре отстал, решив, что тратить силы и время на оборванца - значит себя не уважать, и вернулся к своему боевому посту у домика какой-то пожилой дамы.

 

Рико получает 32 пункта урона, покусан.

[Leo-ranger]

Харчевня

- Дня доброго, Страж,- лёгким кивком поприветствовала Лиинда вошедшего Анри.

[Perfect Stranger]

Озеро Серебряк

 

В дупле белок не было, зато был спрятанный кем-то острый обломок ножа - видимо, как раз для таких случаев, когда всякие недотепы суют руки в незнакомые дыры. Вскрикнув, Освальд выдернул руку обратно. Порез был не слишком серьезным, но жутко болезненным - обломок был покрыт слоем ржавчины и был прилично зазубрен.

 

Освальд получает 25 пунктов урона!

[Ettra]

Лес

Галла, судя по всему, была больна. Она с трудом поднимала голову, увенчанную рогами. Тонкие ноги, подрагивающие каждый раз, когда галла пыталась сделать шаг едва держали вес тела. В конце-концов она упала на заснеженную землю. Так ее и застиг болт. Если бы галла была здорова - Мэйс бы ушла. Но милосерднее убить ее быстро, чем оставить волкам легкую добычу.
К деревне девушка возвращалась чувствуя легкую печаль. Галла оказалась слишком слаба для враждебного мира. Жаль, когда погибает нечто столь чистое. Мэйс усмехнулась. Она тоже слаба.
У кромки леса, где старые деревья редели, давая место поросли, Мэйрис присела на пенек, что бы немного отдохнуть и поудобнее перехватить тяжелую шкуру. Под ногой что-то то ли звякнуло, то ли хрустнуло и  девушка, не сомневаясь ни секунды, принялась разгребать снег.

 

Мэйрис получает 64 серебряка!

заработок

[Junay]

Лес

 

- Чертова тварь, что б ты издохла в мучениях! - мужчина остановился, что бы  вытащить из сумки  бинты и бегло перевязать раны. - Прирежу дрянь, если еще раз попадется на пути. 

Возвращаться в город он не собирался, он хотел поискать какую-то руду и сковать пару кинжалов, что бы заработать денег хоть на еду.

Взяв в руки кирку, и намереваясь ею убить проклятого пса, если он еще появится, Рико отправился к каменномй утесу, где, похоже, была рудная жила.

 

Добыто оникс 1 шт

 

(добыча металла)

Изменено 31 января, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Драккон де Морей]

Харчевня "Сытое Брюхо"

 

- Дня доброго, Страж,- лёгким кивком поприветствовала Лиинда вошедшего Анри.

 

- И тебе привет, Лиин. - на последнее слово он выделил сильнее. Она не нравилась Стражу, совсем не нравилась. Казаться милой, по его мнению, у нее выходило плохо. А, может быть, он плохо разбирался в людях? Кто знает? - Не хочешь ли купить шкуры галл? - с нескрываемым интересом спросил Анри. 

[Leo-ranger]

Харчевня

- Шкур галл, гришь?- эльфийка призадумалась. Надолго так, основательно.- Давай. Плачу… золотой. Идёт?