Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Лакич]

Харчевня

 

Алейра молчала, слушала, изредка хмурилась, когда Кая заговорила про Алиенну и некую персону из Тевинтера, якобы магистра. Дело, Думат помилуй, за считанные секунды стало еще хуже чем было. В любом случае, когда сегеронка стала уплетать пирожки, добытые Атаназом, а остальные наемники разбежались кто-куда, чародейка, казалось, заснула.

- Понятно, - коротко опрокинула магистресса, замолчав еще на пару минут, оставляя соседку наедине с пирожками. - Завтра ночью нужно попасть в местную красильню. Хочется узнать, взаправду ли магия приворота способна такое? Красный цвет, красная луна, все такое. Если Басилио кинет свою невесту ради прачки, то... То вдруг наш убийца действительно возлюбленный, обреченный скитаться по лесу в облике зверя? Именно поэтому он, наверное, ее не убил, а история с зеркалами - пустышка. Что же касается трупов, которые забрал этот святой отец, и почему он считает, что Зверя нет и быть не может, то это понятно. Семью Ивора убил не проклятый, а кто-то другой. И последнее - магистр. Я с ним поговорю, да, - Алейра открыла глаза, обнаружив, что ее, кажется, никто не слушает. Впрочем, как всегда. - В шахматы поиграю.

[Ettra]

Комната Мэйрис

- Там, в комнате Анри... - медленно произнес он, будто взвешивая каждое слово. - Взломщик хотел убить меня. Он был прав. А ты - не права. И все же, после всего, что ты увидела... ты не отвернулась. Должна была, обязана была - но не сделала этого. Ты осталась со мной. Не боишься. Не презираешь. Не ненавидишь.

Потрошитель был прав. Она увидела и услышала много. Тонкая бледная ручка девочки, свисавшая с носилок, хищные бордовые глаза, кровь, стекающая по подбородку, рука клещом сомкнувшаяся на шее, медленно убивающая. Однако она все еще тут, лежит рядом с Хексом, не испытывая ни капли страха. Всегда лезет в пасть дракону в неконтролируемом стремлении помочь, напрочь забывая о себе. Как и сейчас. 
- Потому что есть ты, а есть зверь. Может вы и в одном теле, но не одно целое. И я вижу тебя, вижу что ты можешь быть хорошим человеком. Как я могу отвернуться, презирать? А Зверя... - Мэйрис вздрогнула, вздохнула и честно продолжила. - Я... Я боюсь. После леса особенно. Но... ты ведь сможешь его удержать, да? - Мэйс посмотрела в глаза потрошителя, сама не понимая, что хочет там увидеть. Единственное знало точно - что угодно, кроме красного отблеска.

[Драккон де Морей]

Озеро Серебряк

 

Поскольку в кошельке Стража повесилась мышь, то он решил, что смысла идти в трактир - нет. Так что еще до того, как закрылись городские ворота, Анри, сбивчивым шагом - сейчас Зов был не выносим, направился к озеру. На небе показалась полная луна, освещая водную гладь в центре озера, отчего та казалась серебристой, и оставляя слабое отражение по ледяной кромке возле берега водоема. В голову к Стражу лез ком несвязных мыслей, среди которых был маленький укор разума, напомнившего ему, что отвар не выпит, а значит - он на шаг ближе к смерти.

Хотя, после случившегося в поместье баронессы, все перевернулось вверх дном. Теперь опасаться стоило не скверну - даже без приема настоя Анри мог протянуть еще как минимум лет семь. А гибель его назначена не далече, чем через полгода. От проклятия. Ощущать себя проклятым первые несколько дней было... странно? Да, именно так. Это необъяснимо - будто тебя непрерывно пожирают, а ты ничего не можешь с этим сделать. Лишь наблюдать, как жизнь в твоем теле угасает.

 

Мысль о том, что Демон захватит тело и душу, для Стража была противна. Он полжизни боролся с Порождениями Тьмы, и даже не предполагал, что такое возможно. 

"Никто не знал, что ждет нас в поместье. Даже Хекс. Но, все же, мы сглупили, вот так вот придя всей толпой. Чтобы я еще раз подался в наемники?!" - по серебристой воде полетел плоский черный камень, оставивший круговые колыхания воды. 

Изменено 30 января, 2015 пользователем Драккон де Морей

[Perfect Stranger]

Комната Мэйрис

 

Но... ты ведь сможешь его удержать, да?

 

- Не знаю, Мэй. Я никогда раньше не делал этого... слишком долго. Ты думаешь, что мы не единое целое, но ты ошибаешься. Это... трудно объяснить. Ты видишь сны, которые показывает тебе твой разум, ты видишь воспоминания и картины, искаженные и странные. Но это все равно - ты. Зверь похож на такие сны. Только он не приходит лишь тогда, когда ты спишь. Он всегда внутри, и он всегда будет частью меня. Если ты боишься, это всего лишь значит, что ты не безумна. А если ты захочешь разделить одно от другого, дракона от человека - то ты потерпишь неудачу. Некоторые потрошители обретают силу через ритуалы, другие - получают ее от демонов. Я же... - он медленно взял ее за руку и положил туда, где под тонкой тканью рубашки слышалось биение его сердца. - ...был рожден драконокровным. Ритуал лишь пробудил то, что изначально было создано. Раньше я просто не понимал, кто я, не знал, откуда этот странный голод, который невозможно заглушить ничем, кроме крови. Я был похож на слепого, пытающегося отыскать дорогу через бурелом. Тогда я думал, что это безумие. Как и многие другие, как и моя семья... мать, считающая меня монстром. Священницы и храмовники, искавшие одержимость. Они не нашли ничего. Они не догадывались... - мерный и хрипловатый голос Хексариона почти убаюкивал ее. Передвинув ее руку выше, потрошитель медленно поцеловал запястье девушки. Он почти слышал бьющийся под кожей пульс.

"Она наша."

"Она наша", - эхом прозвучали два голоса, слившись в один.

"Проклятый трижды - проклят навеки. Ей не под силу спасти нас".

"Я и не хочу этого".

"Тогда чего ты хочешь, дракон?"

"Того же, чего хотел всегда. Сестру".

- Мэй, - выдохнул потрошитель, поняв, что молчал, замерев, слишком долго и слишком пугающе. Он проклинал свою неспособность выражать эмоции. Мысли были просты, а чувства и инстинкты Зверя не поддавались логике. Они просто были. И смеялись над любой попыткой разума подчинить их. Перевернувшись и выдохнув, потрошитель обжег горячим дыханием шею девушки. Подняв голову, он некоторое время смотрел в ее лицо, понимая, что желание убить ее исчезает, как растворяется туман с лучами рассвета. Теперь он знал, что она никогда не была его добычей. Она была... как кокон, из которого когда-нибудь появится прекрасная бабочка. Или дракон. У нее будут крылья, столь сильные, что ветер будет подчиняться им; а сверкание ее чешуи будет переливаться всеми известными цветами. Он даже сейчас почти что видел ее такой - гордой, непобедимой, великолепной в своей истинной природе.

[Ettra]

Комната Мэйрис

- Мэй, - выдохнул потрошитель, поняв, что молчал, замерев, слишком долго и слишком пугающе.

- Часть тебя все равно осталась человеческой. Этого достаточно, - пробормотала девушка, прикрыла глаза и осторожно прикоснулась губами к колючей щеке Хекса. Движение такое простое и казавшееся таким правильным в этот момент. Мэйс примет его таким, как есть, не уйдет и не сделает больно. Просто будет рядом. Ему это нужно, она чувствовала.
Мэйрис улыбнулась и устроила голову поудобнее. Волнистые волосы ткнулись потрошителю в подбородок, а рука крепко вцепилась в ткань рубашки. Девушка словно боялась, что все это ей чудится, что этот момент растает, оставив ее одну, в замешательстве. Но потрошитель ни куда не пропадал. Когда она успела к нему так привязаться, что боится отпустить? Ведь едва прошло три недели с тех пор, как они встретились. Может быть все из за того, что над головой мечом весит проклятие, неумолимо отмеряющее оставшиеся дни? Она пыталась об этом не думать, как и о любых других плохих вещах, но в глубине души боялась. Наверное даже больше, чем нежить в склепе, чем высоты и больше, чем Зверя. Такой затаенный окутывающий страх перед неизвестностью, едкие, точащие изнутри сомнения и груз обреченности. Все это было скрыто, пока Мэйс не оставалась наедине со своими мыслями.
- Я не хочу умирать, Хекс, - взволнованный шепот Мэйрис разрезал тишину ночи. - Не от какого-то проклятия.

[Perfect Stranger]

Комната Мэйрис

 

- Я не хочу умирать, Хекс, - взволнованный шепот Мэйрис разрезал тишину ночи. - Не от какого-то проклятия.

 

- Ты не умрешь, - жестко ответил бастард, но эта жесткость (даже жестокость) не была направлена на девушку. - Ты станешь прекраснее и сильнее. Они думают, что ты глупа и слаба, что уж... я и сам так думал. Но Зверя не обманешь. Он знает. А я позабочусь о том, чтобы так и было, - воин крепче прижал девушку к себе, погладив ее по непослушным растрепанным волосам. - Мы позаботимся.

"И как ты намереваешься это сделать?"

"Пока не знаю. Но я буду искать. Должны быть хоть какие-то следы".

"А Фелкин... ты же хотел найти ее".

"Я хочу узнать, почему она так поступила. Я должен это знать".

"Почему ты думаешь, что Мэй - другая?"

Он задумался. Гарантировать это не мог никто, даже он сам. Кто знает, как отреагирует девушка, когда поймет, с кем именно связалась. Сейчас она была столь решительна, что это было даже мило. Но сможет ли она жить с осознанием того, что он есть и будет беспощадным убийцей? Что она будет такой же?..

"Это небольшая цена за то, чтобы стать чем-то большим, чем-то... великим. Она поймет".

[Ettra]

Комната Мэйрис

- Ты не умрешь, - жестко ответил бастард, но эта жесткость (даже жестокость) не была направлена на девушку. - Ты станешь прекраснее и сильнее. Они думают, что ты глупа и слаба, что уж... я и сам так думал. Но Зверя не обманешь. Он знает. А я позабочусь о том, чтобы так и было, - воин крепче прижал девушку к себе, погладив ее по непослушным растрепанным волосам. - Мы позаботимся.

Мэйс едва не заурчала, когда потрошитель провел ладонью по ее волосам, и довольно улыбнулась.
- Я и правда слабая. Не могу постоять за себя. Только из арбалета стреляю, но какой от него толк, если смерть стоит в шаге от тебя, готовая проткнуть мечом? - Девушка приподнялась на локте и заглянула Хексу в глаза. Неуверенный и печальный взгляд медленно сменился решительным и суровым, в какой мере на это была способна Мэйрис. - Ты прав. Я стану сильнее, я научусь! Не только для себя, а потому что так я смогу сделать куда больше хороших вещей, - с жаром произнесла Мэйс. Наверняка потрошитель скажет, что нужно прежде всего заботиться о себе, но она просто не умела, отдавая все ради других. 

[Leo-ranger]

Комната Лиин и Атаназа

"Нет, не могу так больше. Надо выпить,"- она встала с постели и направилась к ввходу, попутно едва не споткнувшись не то об Атаназа, не то о Хагрена - кто именно лежал на полу, а кто - в кровати, в темноте установить не удалось, но, хотелось надеятся, что маг прекратил строить из себя недотрогу, ибо полы тут были достаточно холодные.
Спустившись вниз, она невесело посмотрела на едва не засыпающего на стойке Ивора, подошла и протянула пять монет:
- Пива,- получив желаемое, Лиинда уселась за один из столов, закинув на него ноги, стала медленно потягивать напиток, задумчиво уставившись в окно.

! можно поговорить ¡

-5 серебра Изменено 30 января, 2015 пользователем Leo-ranger

[Perfect Stranger]

Комната Мэйрис

 

- Ты прав. Я стану сильнее, я научусь! Не только для себя, а потому что так я смогу сделать куда больше хороших вещей

 

- Еще бы, - усмехнулся воин, посчитав, что ей еще рано знать о том, что ее ждет после "обращения". Такие сведения лучше доносить понемногу. Девушка и так с трудом смогла принять тот факт, что бастард - чудовище и с этим ничего нельзя сделать. - Но если ты снова сбежишь одна в опасное место, я клянусь, что найду тебя и... думаю, хороший подзатыльник еще никому не вредил. А теперь спи.

[Элесар]

Харчевня

 

Атаназ с Лиин уже ушли, когда Кая расправилась с бедным-несчастным пирожком и задумчиво оглядывала большой зал, в поисках чего-нибудь интересного. К сожалению, посетители разошлись, а остальная группа не спешила развлекать её своими выступлениями, так что девушка откровенно скучала, пока не зашевелилась Алейра.

 

- Понятно, - коротко опрокинула магистресса, замолчав еще на пару минут, оставляя соседку наедине с пирожками. - Завтра ночью нужно попасть в местную красильню. Хочется узнать, взаправду ли магия приворота способна такое? Красный цвет, красная луна, все такое. Если Басилио кинет свою невесту ради прачки, то... То вдруг наш убийца действительно возлюбленный, обреченный скитаться по лесу в облике зверя? Именно поэтому он, наверное, ее не убил, а история с зеркалами - пустышка. Что же касается трупов, которые забрал этот святой отец, и почему он считает, что Зверя нет и быть не может, то это понятно. Семью Ивора убил не проклятый, а кто-то другой. И последнее - магистр. Я с ним поговорю, да, - Алейра открыла глаза, обнаружив, что ее, кажется, никто не слушает. Впрочем, как всегда. - В шахматы поиграю.

 

Островитянка покивала, соглашаясь с большинством сказанным рыжей, но решила уточнить:

- Не факт, что история с зеркалами пустышка. Возможно собственный новый вид остановил монстра от убийства... Во что ты решила поиграть с магистром?

[Ettra]

Комната Мэйрис

- Еще бы, - усмехнулся воин, посчитав, что ей еще рано знать о том, что ее ждет после "обращения". Такие сведения лучше доносить понемногу. Девушка и так с трудом смогла принять тот факт, что бастард - чудовище и с этим ничего нельзя сделать. - Но если ты снова сбежишь одна в опасное место, я клянусь, что найду тебя и... думаю, хороший подзатыльник еще никому не вредил. А теперь спи.

- Не сбегу, я же обещала, - сказала Мэйс и немного поерзала, отталкивая от себя врезавшееся в бок одеяло. От Хекса шло такое тепло, что ни оно, ни камин были не нужны. Улегшись как можно удобнее, девушка зевнула и прикрыла глаза. Засыпать в теплых объятиях, слушая дыхание  потрошителя, было легко. 

[Лакич]

Харчевня

 

- Не факт, что история с зеркалами пустышка. Возможно собственный новый вид остановил монстра от убийства... Во что ты решила поиграть с магистром?

 

Алейра приятно удивилась, что ее все таки слушают. Но и захлопнувшейся перед ее носом двери тоже не забыла. Вообще магесса была очень злопамятным созданием, например Освальд до сих пор не отдал ей долю за работу годичной давности.

- В шахматы, - спокойно ответила магистресса, закатив глаза, но, что удивительно, быстро сменила гнев на милость. - Это некое подобие Порочной добродетели, но с фигурами. В любом случае, а что ты думаешь по поводу зеркал? И, - Алейра скрестила руки на груди. - Думаешь, Зверя можно убить? А что если снять проклятие через какой-нибудь ритуал? Теоретически, должно сработать.

[Kykuy]

Харчевня

 

- В шахматы, - спокойно ответила магистресса, закатив глаза, но, что удивительно, быстро сменила гнев на милость. - Это некое подобие Порочной добродетели, но с фигурами. В любом случае, а что ты думаешь по поводу зеркал? И, - Алейра скрестила руки на груди. - Думаешь, Зверя можно убить? А что если снять проклятие через какой-нибудь ритуал? Теоретически, должно сработать.

- Смотри не проиграй... С нашим-то умом, - Освальд усмехнулся. У него возникали серьёзные опасения, вспоминая ту церковь в Антива-сити, что Алейра будет играть шахматы, пить чай, сплетничать, но только не узнавать что-нибудь стоящее - Зверя можно убить, думаю. Также как и абсолютно любое живое существо. А то, что он - живой, у меня сомнений не вызывает, раз он регулярно питается. Насчёт проклятия - рано гадать. Мы ещё даже не выяснили, правда ли это, или просто бред селян... Хм. Вообще, херня это всё стрёмная, как по мне, - храмовник почесал переносицу.

[Perfect Stranger]

Комната Мэйрис

 

За несколько часов до рассвета Хексариона разбудил голод.

Нет, не тот, что заставляет живот урчать, а тот, что сжимает сердце холодными когтями, заставляя его биться в бешеном ритме. Открыв глаза, он понял, что крови монаха хватило едва ли на день. Если б удалось убить кого-нибудь и полноценно восстановить Зверю силы, этого могло бы хватить на неделю, если не больше... но рядом никого не было. Никого, кроме мирно сопящей ему в шею Мэйрис.

"Нет, только не ее. Она еще нужна нам..."

"Крови..."

"Иду".

Осторожно высвободившись из крепких объятий девушки, потрошитель встревоженно посмотрел в окно. Темно, хоть глаз выколи, даже фонари не горят. Мэй не проснулась, и это уже было хорошо, потому что будить ее не входило в планы бастарда. Он и сам не знал, что хотел найти и на что рассчитывал, но голод гнал вперед, не принимая никаких отговорок. Медленно он открыл окно, впуская в комнату порыв холодного ветра, и обернулся, поколебавшись. Перед тем, как бесшумно влезть на подоконник и спрыгнуть вниз, он поплотнее набросил на Мэй одеяло. А потом исчез в ночной темноте.

 

Хекс рыскал по улицам добрых полчаса, но как назло, именно сейчас на улице не было ни души. Далеко у ворот дремали несколько дружинников, но потрошитель не пошел туда. Затевать драку сейчас было опасно, а обычных селян как ветром сдуло с улиц. Хоть бы одна крестьянка, не поспевшая вернуться до темноты домой, хоть бы какой попрошайка... хоть кто-нибудь. Он отходил все дальше и дальше от трактира, стремясь потерять запах теплой плоти, который находился так близко, что ему едва хватало сил, чтобы держать себя в руках.

"Рыскаю по темным улицам ночью, ища, кого бы сожрать. Не ровен час, селяне решат, что я и есть их страшный зверь".

"А разве это не так?"

"Так. Но не тот, который им нужен. Хотя не думаю, что им не все равно".

[Лакич]

Харчевня

 

Алейра нахмурилась, услышав Освальда, которого последние несколько дней не было видно среди остальной оравы наемников.

- Я думала, что тебя сожрал Зверь, а нет, вот ты где, - фыркнула магистресса в ответ на замечание храмовника. -  А жаль. Где ты, кстати, был?

[Kykuy]

Харчевня

 

- Где ты, кстати, был?

- Чай со Зверем пили. Обсуждали, кто же из нашей группы окажется лучшим на вкус. Остановились пока на трёх главных кандитатах. Точнее, кандидатках - Мэйрис, Лиин и Кая. Ты, кстати, тоже могла попасть в список, но, оказалось, что Зверь на дух не переносит рыжих..., - с совершенно серьёзным видом сказал Освальд, поправляя свои длинные перчатки и перекладывая свёрток с мечами на один из освободившихся стульев, - Если серьёзно - заплутал я немного в этом вашем Грейвене. Пока разобрался, где что, уже и день прошёл, - красный храмовник, хмыкнув, допил последнюю каплю наливки, что ещё покоилась на дне стакана.

[Элесар]

Харчевня

 

- А зачем играть в Благодать фигурами, если можно картами? - резонно поинтересовалась у магистрессы Кая, удивлённо посмотрела на Освальда, будто размышляя, насколько он серьёзно о степени её вкусности, тряхнула головой и снова взглянула на Алейру. - Я думаю, что нужно узнать о возможном проклятии. Думаю, что Алиенна могла не сразу понять, что зеркала могут защитить. Зачем ей обманывать? Она же этими зеркалами не питается...

[Perfect Stranger]

Грейвен

 

Когда поиски так и не дали никаких результатов, Хекс уже был порядком разозлен. Да чтоб этого "Грейвенского Зверя" вместе с демоновой Чуждой разорвало! Из-за них людишки стали слишком пугливыми да попрятались по своим норам, как фенеки. Да что там, фенеки и то были похрабрее. Эти же селяне даже не пытались избавиться от нависшего над ними проклятия, более того, они его еще и подкармливали.

"Мне бы так", - уныло подумал потрошитель, пнув лежащую на его пути ветку. К сожалению, ветка оказалась совсем не веткой, а забравшейся в деревню из леса ядовитой змеей. Громко и угрожающе зашипев, она молниеносно кинулась на обидчика и вцепилась в ногу... а бастард как назло не надел брони и шатался по улицам в штанах и рубашке с развязанным воротником, словно на дворе стояло лето, а не середина зимы. Выругавшись, Хексарион отбросил змею, и та поспешно убралась в темные закоулки. Но перед тем, как она уползла, воин заметил на спине две красные полоски. Вот это уже было плохо. Почувствовав, как внезапно закружилась голова, он сделал несколько шагов к ближайшему дому и, привалившись спиной к стене, попытался придти в себя. Не помогло. Туман все заполнял и заполнял голову, пока мир вокруг бастарда не начал расплываться, двоиться и троиться, а вскоре и переворачиваться с ног на голову. Сунув голову в стоящую рядом бочку с ледяной водой, он шумно отфыркался и пошел назад к трактиру. До трактира он кое-как добраться смог, но вот запрыгнуть в окно... После нескольких неудачных попыток он просто свернулся на земле под ставнями и закрыл глаза.

 

-50% здоровья, укус змеи

[Лакич]

Харчевня

 

- Ха-ха-ха, я начинала скучать по твоему юмору, - саркастически подметила магистресса, одаряя храмовника ну очень нехорошим взглядом. - А что это у тебя? - Алейра украдкой кивнула на сверток с мечом... Мечами? 

 

- А зачем играть в Благодать фигурами, если можно картами?

 

Флавий закатила глаза, недовольно поджала губы.

- Наверное затем, чтобы повести человека к какой-нибудь старухе и закрыть перед ним дверь, - недовольно сказала магистресса, поправляя перчатки. 

[Kykuy]

Харчевня

 

- А что это у тебя? - Алейра украдкой кивнула на сверток с мечом... Мечами?

Освальд на секунду отвернул полог ткани, и вновь его свернул, коротко взглянув на магессу своими красноватыми зрачками.

- Хотел кузнеца местного разорить, да не повёлся он. Не до конца, если быть точнее. Первые пять мечей купил, а от остальных - отказался, - пожав плечами, ответил он. - Но ведь не бросать же добро? Если покупатели не найдутся, думаю, переплавить придётся..., - храмовник печально вздохнул, - Кстати, Алейра, а что ты будешь делать, если магистр не окажется так добр к тебе и ничего не расскажет?, - Освальд улыбнулся краями губ. 

[Лакич]

Харчевня

 

- Кстати, Алейра, а что ты будешь делать, если магистр не окажется так добр к тебе и ничего не расскажет?, - Освальд улыбнулся краями губ.

 

- Как всегда: вскрою пару трупов, найду пару магических артефактов, устрою переворот в паре стран, предам парочку-другую идиотов, по глупости мне доверившихся, напьюсь, - тевинтерка фыркнула, мысленно уже сдирая с руки Освальда кожу. - Порядок, как ты знаешь, не принципиален, - поправив свои перчатки, магистресса встала из-за стола, зевнула, прикрывая кулачком рот. - Отложи ка мне один меч, по старой дружбе, - равнодушно сказала Алейра и, кивнув Кае, пошла наверх, в комнату. Там, сложив одежду на ближайший стул, магесса быстро юркнула в кровать и накрылась одеялом. Зверь зверем, но сон по расписанию.

 

Х, чуваки, до завтра.

[Kykuy]

Харчевня "Сытое Брюхо"

 

Ответить Освальду на слова Алейры было нечего. Призадумавшись, он откинулся на спинку стула, который жалобно заскрипел под весом храмовника. Интересно, что сейчас происходит в Антиве, которая здорово пострадала, по сути из-за них? Исходя из последних новостей, вроде бы всё устаканилось, даже король новый вроде как новый появился... Фульгено Второй зовут, кажется. И оправились ли Вороны, которым красные храмовники нанесли сокрушающий удар, а затем вдруг куда-то ушли, куда-то на юг? Стоит ли ещё лириумная сакура с небольшим надгробием возле неё на одном из прибрежных холмов над Антива-сити?

 

Через пару минут красный храмовник вышел из мечтательного состояния и поднялся, вновь укладывая свёрток с мечами под мышку.

- Доброй ночи, - коротко сказал он Кае и побрёл в свою комнату. Спать он не решился, боясь видений.  Просто открыл окно, и подставив к нему стул начал вглядываться в ночной Грейвен и небо над ним.

 

Х

Изменено 30 января, 2015 пользователем Kykuy

[Leo-ranger]

Харчевня

Лиин вдруг вскочила, сорвалась с места и поднялась на второй этаж. Распахнув окно настежь, она и волк спрыгнули вниз, умудрившись не пострадать. Она больше не могла сидеть на месте. Хотелось подышать свежим воздухом, побегать по лесу, поохотиться… и плевать на зверя. Она вооружена и у неё есть защитник.
Впрочем, увидев Хекса, Лиинда вздохнула. Интересно, от чего он тут лежит, похоже, без сознания? Взгляд скользнул по ноге., на которой она разглядела следы от змеиных зубов Волк осторожно зарычал. Лиин приблизилась вместе с ним, вытащила аптечку и занялась ранением, готовясь отпрыгнуть. Хагрен продолжал рычать на Хексариона.

-аптечка, Хекся исцелен. Меня сожрут

[Perfect Stranger]

Харчевня

 

- Фел... - пробормотал потрошитель, когда эльфийка, ножом разжав его зубы (трогать их руками она справедливо побоялась), влила в рот немного противоядия и заживляющего зелья из аптечки. Хекс побледнел, а на лбу выступила испарина. Яд красноспинной гремучки был одним из самых опасных. Но что хуже всего, он вызывал сильные галлюцинации и бред. Он скоро придет в себя, но как минимум до утра его лучше было не пытаться поднять. - Фел... - повторил он странное слово, которое Лиинда никогда не слышала. Или это было имя? - Фел... иди... без меня, - наконец сумел произнести он, полуприкрытыми глазами глядя на эльфийку, но явно не видел, кто перед ним на самом деле. - Дракон... сам себя... не... убьет.

[Leo-ranger]

Харчевня

Лиинда какое-то время с интересом слушала бред Хекса, а по ом вытащила лук, отошла к стене соседнего дома и стала ждать, пока потрошитель придет в себя, готовая, в случае чего, дать отпор. Зачем - она и сама не могла сказать. Может быть ей было интересно, какие еще истории он расскажет. Похоже, это было что-то из его воспоминаний. А может просто фантазия. Глюки - это вам не шутки. Лиин не понаслышке знала.