Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Ettra]

Поместье леди Деноваль

- Да демон с вами, сам схожу. Сидите тут пока и ждите у моря погоды, - вдруг рассердился он, швырнув остатками статуэтки в стену и быстро шагая к двери библиотеки.

Мэйрис не медля побежала за Хексом и схватила его за руку, едва догнав. От части дело было не только в подлости, а в том, что она не хотела проблем для потрошителя. Если что-то пойдет не так, то ему достается.
- Давай подождем, пожалуйста, Хекс. Не стоит так рисковать. Я заплачу за книгу, если она не отдаст ее так. Просто давай немного подождем. - Мэйрис встала перед потрошителем, положив руку на его щеку и умиротворяюще глядя в серые глаза.

[Perfect Stranger]

Поместье леди Деноваль

 

- Давай подождем, пожалуйста, Хекс. Не стоит так рисковать. Я заплачу за книгу, если она не отдаст ее так. Просто давай немного подождем.

 

"Совсем размяк. Стоит этой самочке тебя погладить, как вместо чешуи у тебя пух прет", - насмешливо произнес Зверь, и голос гудением отозвался в голове бастарда. "А вместо шипов - цветочки".

"Я мог бы убить ее тысячу раз".

"Так убей... тебе же хочется это сделать. Даже больше, чем что-либо еще".

Потрошитель помотал головой, и Мэй заметила, что краснота, едва начавшая появляться в глазах, постепенно ушла. Хекс знал, что изменился, что стал гораздо реже отпускать Зверя на свободу с тех пор, как встретил эту девушку. Он только не знал, к добру это или нет. Когда он слишком долго сдерживался, то ничем хорошим это не кончалось. Подумать только, он убил всего одного человека больше, чем за месяц! Старые добрые времена, когда потрошитель убивал по несколько в неделю, пришли на ум и заставили его вздохнуть. Мэйрис, должно быть, подумала, что его вздох относится к чему-то другому. И все же зуд в челюсти постепенно перебирался в его разум, медленно, но верно доводя до точки кипения.

- Подождем, - наконец вынес он вердикт, он дернулся, когда девушка попыталась вновь погладить его по щеке. Она чувствовала, что что-то не так, но никак не могла понять, что именно.

[Ettra]

Поместье леди Деноваль

- Тебе плохо? - Мэйрис убрала руку и обеспокоенно посмотрела в глаза потрошителя. Она ни разу не видела его в таком состоянии и ни как не могла различить эмоции на его лице. Отчего тревожилась еще больше. Она совершенно не представляла чем может помочь, как в тот раз на имперском тракте. Девушка вздрогнула, мотнула головой и сжала руку потрошителя в своей. В его глазах небыло боли, краснота в глазах пропала. Дело в другом, но в чем?... - Ты можешь мне сказать, Хекс. Я правда хочу помочь, если могу.

[Perfect Stranger]

Поместье леди Деноваль

 

- Ты можешь мне сказать, Хекс. Я правда хочу помочь, если могу.

 

"Помощь? Эта помощь в конце концов добьет тебя", - голос стал громче. "Ты дракон. Ты должен прогрызать себе путь сквозь все испытания, а не валяться кверху лапами, наслаждаясь жизнью".

- Нет, я... просто... - он поискал подходящие слова, но все они разбежались, как перепуганные кем-то галлы. Облизнувшись и резко втянув воздух, потрошитель продолжил: - Хочу вернуться в горы Андерфелса. И еще хочу крови. Не твоей, - добавил он, зная, что девушка обязательно предложит. - Мне нужен бой, Мэйрис. И не с демонами или мертвецами. С кем-то, у кого бьется сердце. Кто может ощущать боль. Я хочу слышать их крики, мольбы о пощаде, - кажется, он уплывал куда-то совсем далеко, по крайней мере, его монотонный голос словно описывал пролетающие в разуме картины. - Я хочу быть тем, кто я есть. Ты думаешь, что смогла бы полюбить меня, если б я был тем, кто я есть? - взгляд, которым он одарил девушку, был странным. Вроде бы и холодным, но с другой стороны... в нем было нечто вроде надежды. - Не могу больше притворяться. Сдерживаться. Пытаться скрывать от тебя... что-то. И не хочу.

[Ettra]

Поместье леди Деноваль

- Не могу больше притворяться. Сдерживаться. Пытаться скрывать от тебя... что-то. И не хочу.

Мэйрис только вздохнула, покачала головой и легонько улыбнулась. Он пытался сделать ее жизнь лучше, но почему то не понимал, что больше не сможет испугать ее.
- Хекс... Помнишь Грейвен? Помнишь, что я там видела? Или Нахашин, когда ты... - она помолчала несколько мгновений. Именно это воспоминание было тяжелым. - Я знаю, кто ты такой. Может сначала, как только я тебя встретила, то видела в тебе человека и не видела Зверя. Сейчас я вижу драконокровного. И люблю тебя. - девушка опять замолкла и посмотрела на Хекса еще нежнее, чем раньше. Она не думала, что заставляет его противиться своей натуре, не замечала этого. И тем более не хотела, что бы он внезапно сбросил чешую и стал человеком. - Если тебе нужен бой, то я это пойму, это ведь твоя суть. И я не уйду, Хекс. Просто... это не обязательно должны быть невинные люди, да? 

[Perfect Stranger]

Поместье леди Деноваль

 

Просто... это не обязательно должны быть невинные люди, да?

 

- Нет невинных людей! - вдруг рявкнул Хексарион, да так, что Мэй отпрянула. Чисто инстинктивно. Переведя дыхание и пытаясь успокоить вдруг участившийся пульс, он оперся спиной о стену и опустил голову, тяжело дыша. - Грейвен... то, что там произошло... этого могло не быть. Если бы вы, все вы, просто послушали меня и ушли. И ты виновна в этом ничуть не меньше, чем остальные. Невинные люди... Посмотри на это, - он поднял правую руку и перевернул ее ладонью вверх. Она уже замечала большой круглый застарелый шрам на ней. - Когда меня вышвырнули из дома, один человек подобрал растерянного потрошителя, который не знал о том, что он потрошитель. Запер в подвале и пытал. Несколько дней. Когда же он решил поиграть с огнем и раскалил металлический штырь, потрошитель понял, что другого пути нет. Он кричал от боли, когда я загнал этот чертов штырь ему в глотку. И я был, демон побери, счастлив это сделать. Мне было одиннадцать лет, - холодный взгляд вспыхнул яростью от одного воспоминания об этом. - Он был невинным человеком? Или, может быть, ребенок, который хотел выжить? Нет. Все виновны. Каждый заслуживает смерти. Наши руки уже по локоть в крови, Мэйрис.

Отвернувшись, он сжал зубы и ощутимо вздрогнул. Почему-то перед глазами возник горящий Нордботтен. Головы на пиках. Виселицы. И поместье, наполненное его смехом, похожим на лай.

[Лакич]

Поместье

А Алейра Флавий, которая, оставшись в одиночестве, стала чувствовать себя разочарованной, начинала немного наглеть - взгляд стал еще более гордым и острым, как скальпель, движения более жесткие.
Вообще у магистров это профессиональное - постепенно, медленно захватывать окружающие пространство. Ужасно бесит, кстати.
- Алейру понимает только Алейра, - буркнула под нос магесса.
- Может чаю предложат? - уже громче фыркнула магистресса. Изменено 5 марта, 2015 пользователем Лакич

[Perfect Stranger]

Поместье леди Деноваль

 

Как раз когда Алейра уже начинала скучать, по лестнице вновь спустились Страж и леди Деноваль, причем последняя выглядела так, словно она вышла прогуляться по саду - у нее даже прическа не сбилась. Ну, или она потратила кучу времени, чтобы привести ее в первозданный вид. Для орлесианок это было обычным делом. Взяв Стража под руку, она, улыбаясь, вошла в гостиную и разочарованно осмотрелась.

- А ваши слуги, должно быть, ушли по поручению? Как жаль. Этот мне понравился. Что ж, он сумел убедить меня... немного сбросить цену. Я готова расстаться с единственным и уникальным экземпляром моей книги за четыре золотые монеты, - она очаровательно подмигнула Алейре и уселась в свое кресло. Служанка, что встречала их у порога, материализовалась будто из воздуха. - Жози, принесли новую книгу, - бросила женщина. - Вы согласны?

[Ettra]

Поместье леди Деноваль

- Он был невинным человеком? Или, может быть, ребенок, который хотел выжить? Нет. Все виновны. Каждый заслуживает смерти. Наши руки уже по локоть в крови, Мэйрис.

- Ты все сделал правильно тогда, - прошептала Мэйрис так тихо, что Хекс едва расслышал. Эта история задела в ней что-то, заставила лицо на мгновение сделаться жестким, а взгляд заледенеть. На месте Хекса ей почему-то представился Риден. Светловолосый, со вьющимися волосами и теплыми серыми глазами. Расширенными от страха и полными слез. Тот человек заслуживал смерти. И Мэйрис с холодной и пугающей яростью поняла, что сама могла бы убить того, кто посмел причинить вред ребенку. Без сомнений. 
Мэйрис сделала шаг к Хексу и снова взяла его руку в свою, поцеловав старый шрам. Она видела как ему тяжело и это болью отдавалось и в сердце девушки. Он не должен быть таким поникшим, потерянным.
- Я знаю, что виновата в Грейвене, Хекс. И не оправдываю себя. И да, я заслуживаю смерти, потому что сделала слишком много плохого. И не смогла предотвратить то, что не делала сама. Может ты и прав... Просто... Я порой иду по улице и виду как играют дети, вижу влюбленные пары, вижу как усердно трудятся люди, что бы прокормить семью. Вижу счастливые лица и не могу говорить, что все люди заслуживают смерти. 

[Карт(он)]

Трактир

Когда разговор окончился, парень решил закончить по-быстрому свои дела и вернутся обратно, обсудить это странное дело. - Сейчас подойду, я скоро.
В своей комнате Верес выложил на стол всю купленную за сегодня мелочь. Взяв в руки нож, он принялся вырезать в большой пустой книге отверстие под шкатулочку, в которой уже лежал кулон. Пару первых страниц он оставил для короткой записки, за что и принялся. Первые строки вышли не очень ровными из-за странного волнения.

Записка

Дорогая Кая, хотел поблагодарить тебя за всё, что ты сделала для меня. Я слышал ваш разговор с Алейрой о высшем обществе, платьях, твоём внешнем виде и если тебе интересно моё мнение, то ты красива и без всей этой мишуры. Моя книга о травах, была ужасным подарком, поэтому позволь исправить ошибку. Это платье будет смотреться на тебе идеально, а маска скроет татуировку на лице. Думается, что тебе позавидуют многие местные дамы, хотел бы я видеть лицо Алейры в этот момент. 
Есть ещё одна вещь для тебя за этой страницей, но ценность она представляет, наверное, только для меня, память о деревне, нашей первой встрече... Короче, слушай, я не писака, поэтому просто знай. Ты мне нравишься и если тебе нужна будет помощь, то я буду рядом что бы ни случилось, пока ты этого хочешь.
...Кстати, сок праматери также избавляет от похмелья.

Лицо после этого было красным, как будто это прочитал каждый человек, которого знал маг, то есть вся группа. Пребывая в таком состоянии, он перевязал лентой книгу о Пятом Море и книгу с запиской. Положил их на женский комплект одежды и передал служанке. - Отнесите это в комнату снятую нашими девушками, на тумбочку Каи и без лишних вопросов, пожалуйста. - Протянув пятнадцать серебряных, улыбнулся, но его маска хорошо скрыла это. Глубоко выдохнув, Верес спустился вниз и вернулся на прежнее место уже расслабленным и готовым ко всему.

кулон с бусиной, Книга «Пятый Мор: исторические факты и домыслы», Парадный костюм, Маска, дополнительно украшенная передано в комнату(?) Каи

-15 серебряных монет - Миниатюрная шкатулка, большая книжка для записей, красная подарочная лента (убираем ролевые предметы, дабы не захламлять инвентари)
- средних размеров шкатулка(тоже в утиль, была передана Хексу с монетами и чарами)
 

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Карт(он)

[Perfect Stranger]

Поместье леди Деноваль

 

Я порой иду по улице и виду как играют дети, вижу влюбленные пары, вижу как усердно трудятся люди, что бы прокормить семью. Вижу счастливые лица и не могу говорить, что все люди заслуживают смерти.

 

Хексарион вздохнул. Он не сомневался, что Мэйрис скажет что-то подобное. Типично для существа, которое видит только поверхностное и не замечает сути вещей. Но руки не отнял. Пусть так... пусть она сама, своими глазами убедиться в том, что потрошитель прав.

- Драконы тоже бывают счастливы, - сказал он тихо. - Они тоже умеют любить. У них тоже могут быть детеныши. Но от этого они не становятся невинными. Ты поймешь... когда-нибудь. Несколько поступков не искупают вины. Они вообще никогда и ничего не искупают, и нет смысла пытаться. Чувство вины, сожаление, раскаяние, жалость - это цепи, которые держат тебя на земле, когда ты могла бы парить над ней.

Больше он ничего не сказал, отвернувшись и зашагав в комнату, где Алейра скучала в одиночестве. Ему хотелось верить, что Мэй в конце концов сможет его понять... так, как понимала сестра. Но даже надежда иногда разбивается о камни.

[Ettra]

Поместье леди Деноваль

- Драконы тоже бывают счастливы, - сказал он тихо. - Они тоже умеют любить. У них тоже могут быть детеныши. Но от этого они не становятся невинными. Ты поймешь... когда-нибудь. Несколько поступков не искупают вины. Они вообще никогда и ничего не искупают, и нет смысла пытаться. Чувство вины, сожаление, раскаяние, жалость - это цепи, которые держат тебя на земле, когда ты могла бы парить над ней.

Мэйрис осталась в коридоре на несколько минут, слепо смотря в спину потрошителя. Сейчас она понимала на сколько они разные. Она не чувствовала сожаления или разочарования, только затаенный страх. Больше всего на свете она боялась потерять этого человека, но в тоже время не хотела держать и сковывать. Тем более, если это причиняет ему боль, заставляет отказаться от себя. Это была большая жертва, не та, что она могла просить от него. Но сможет ли она сама принести в жертву те чувства, что делают ее собой? В глубине души она знала ответ на этот вопрос, но слишком тяжело было признать его.
Мэйрис вздохнула, кинув быстрый взгляд в окно, выходящее на улицу, и пошла следом. 

[Лакич]

Поместье

На секунду, мгновение могло показаться, что взгляд " острый, как скальпель" отнюдь не метафора.
- Монна Деноваль, - бархатным голоском говорила магистресса, которая была, мягко говоря, сейчас зла.
- У меня к вам встречное предложение - как известно, время магистров дорого стоит - поэтому я могу прочитать лекцию, скажем, о тевинтерском праве или же, - чародейка жадно облизнула губы, - дождаться моей служанки - у нее мои сбережения. Но... скажите, вы коллекционируете только книги?

[Perfect Stranger]

Поместье леди Деноваль

 

Но... скажите, вы коллекционируете только книги?

 

- Не только, - кивнула женщина, явно довольная тем, какое впечатление произвела на гостей. - Но вряд ли вы предложите мне что-то действительно достойное моей коллекции... И я хочу признаться, что мое время также ограничено, как и ваше. А тем временем скоро придет час отужинать и лечь спать. Завтра столько всего интересного произойдет в городе! - ее глаза загорелись от предвкушения. - О, я так хотела бы попасть на прием к маркизу! Думаю, он не откажет мне, к тому же, мы с ним хорошо знакомы... ах, что-то я совсем заболталась. Так что вы хотели сказать?

Пока Алейра и Деноваль обменивались ничего не значащими репликами, Хекс встал в сторонке на свое место. Ему не было стыдно за то, что он сказал Мэйрис правду. Бастард действительно успел полюбить ее. Хотя и до самого последнего момента подсознательно пытался это отрицать. Он любил и ее, и будущего сына, как только может любить дракон свою стаю. И все же понимал, что девушка в конце концов разочаруется.

Возможно, даже возненавидит его. И это... было хуже всего.

[Лакич]

Поместье Деноваль

- Мне доводилось бывать на орлесианских приемах в посольствах -стоит признаться, что они явно уступают тевинтерским приемам по зрелищности, но барды хороши, - Алейра вдруг встала и, незаметно достав из сумки (а когда вы аморальная игроманка, то учишься этому поневоле) серебряный череп.
- Подойдите ближе, монна, - а вот теперь в голосе появились нотки самой настоящей страсти, - огранка, качество серебра, посмотрите на это произведение искусства! В городе за такое урвать с руками готовы. Моя цена для вас - пятнадцать золотых и книга, - а затем ехидно улыбнулась, - хотя десять золотых, книга и поцелуй? Все зависит от вас. Торопитесь, иначе у меня появится чувство, что я продешевила.

[Perfect Stranger]

Поместье Деноваль

 

Моя цена для вас - пятнадцать золотых и книга, - а затем ехидно улыбнулась, - хотя десять золотых, книга и поцелуй? Все зависит от вас. Торопитесь, иначе у меня появится чувство, что я продешевила.

 

- Что? - притворно возмутилась Деноваль. - Нет, вещь хороша, не спорю... но за нее я отдам книгу и... может быть, поцелуй. Не больше и не меньше. Да только потому, что у меня хорошее настроение, - она пожала плечами. Видимо, не считала череп настолько ценным. Но что-то подсказывало Алейре, что поцелуем она могла не ограничиться... судя по тому, что у Анри, похоже, вообще не осталось способности говорить и теперь он просто стоял с отсутствующим видом. - Скажите... вы, случаем, не играете в казино? У меня такое чувство, будто вы профессиональный шулер, - хихикнула аристократка, поправляя невидимый изъян в прическе.

[Лакич]

Поместье Деноваль

- Вы проницательны монна, проницательны и лестны, - улыбка на и так довольной веснушчатой физиономии стала только шире.
- Согласна, но только потому, что у меня тоже хорошее настроение, - Флавий склонила голову на бок, всматриваясь в Деноваль, - а вы, мадемуазель, часто бываете в казино?

[Junay]

Трактир "Золотой лев"

 

…Черный демон Гордыни уселся ему на грудь, положил на лицо огромную черную лапу  и попытался вывернуть его на изнанку. Рико попытался его оттолкнуть. Потом он сообразил, что демон мешает ему открыть глаза. Ценою невероятного напряжения всех мускулов, ему удалось кое-как приподнять веки.
Свет, который ударил в глаза, взорвался в его голове, словно пресловутая мельница в Шюрно.  Сова слабо застонал. Он смотрел в потолок, и это оказался потолок его номера.
« Я… Как я сюда попал?» - выдавил он мысленно.
«Пить надо меньше!» - огрызнулся Тот, который. «И вообще, нечего гробить свое тело! Она и мое, по совместительству. Вставай!»
Рико попробовал подняться, но закончил тем, что попросту свалился с кровати.
Слабой рукой нашарил свою сумку, и рылся в ней, но увы – спасительных бутылок там не оказалось. Похоже, он все выпил.
«Моя голова»…
Голова его гудела, в ушах звенело, а во рту было сухо, как в пустыне.
«Пить…»
Прилагая невероятные усилия, мужчина поднялся на ноги, и цепляясь за стены, выполз из комнаты. Он заметил, что от брони отлетело несколько заклепок, и левый наплечник болтается. Хотя, это и неудивительно – после такого боя.
«Но я победил! Растудыть твою ж Андрасте! Я победил чемпиона чемпионов! Я побил шевалье!»
«То же мне – великая победа! Некоторые и драконов побеждали…» - презрительно фыркнул Тот, который. «У тебя наплечник оторвался. Ты в состоянии его починить?»
«Я? Да как два пальца! Только пусть трактир вертеться перестанет…» - Рико застонал, и ввалился в купальню. Набрав в кувшин ледяной воды, он жадно напился, а остаток вылил себе на голову, и некоторое время фыркая, умывался. Через пол часа таких процедур, трактир наконец перестал вертеться, зеленая рябь перед глазами, и тошнота прошла, и Альварес  смог, наконец, понять, что он делает.
Придя в себя, мужчина уселся на лавку и сняв броню, достал ремонтный набор. Ее следовало подлатать.

 

(отремонтировал броню)

(ремонт брони, 2лвл, +1 к броску)

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Junay

[Perfect Stranger]

Поместье леди Деноваль

 

- Согласна, но только потому, что у меня тоже хорошее настроение, - Флавий склонила голову на бок, всматриваясь в Деноваль, - а вы, мадемуазель, часто бываете в казино?

 

- В "Аверсе"? Фу! - она сморщила носик так будто ей предложили протухшую рыбу. - Нет, я играю в "Порочную добродетель" только на званых обедах. На тех, что устраиваю сама... или маркиз. - Как раз в этот момент служанка принесла книгу в дорогой кожаной обложке на серебряном подносе и поставила на столик. - Итак, я полагаю, мы договорились? Череп в обмен на книгу, - улыбнулась женщина, жестом отсылая служанку подальше, чтобы не мешалась под ногами.

Хекс все это время стоял без движения и слушал. И чем больше он слушал, тем больше ему хотелось оторвать голову и той, и другой. Эти разговоры утомляли его сильнее, чем битва с демонами в Башне.

[Junay]

Трактир "Золотой лев" - Монтсиммар

 

- Кажется, все в порядке. - пробормотал Рико, проверяя, крепко ли сидит наплечник. Он нацепил броню, и поковылял в зал. Ему явно нужно было лекарство. и нет - не спиртное. Щурясь от света, который все еще отдавал болью в голове, мужчина осмотрел зал, но наемников не увидел. 

"Опять куда-то сбежали..." - вздохнул он печально. Но дальше размышлять было опасно для жизни - менестрели грянули какую-то игривую песенку, и бедняге показалось, что сейчас его голова лопнет, как перезрелый арбуз.

Застонав, Сова поспешно выбежал на свежий воздух, с наслаждением его вдыхая. Солнце уже садилось за  горизонт, и мужчина прищелкнул языком - если он хочет что-то купить, нужно идти сейчас. А купить он хочет ого-го сколько всего! 

Отыскав возле привязи свой незаменимый в болотах посох, мужчина , шатаясь, направился к торговому кварталу. 

[Лакич]

Поместье леди Деноваль

- Жизнь в обмен на знания - этот южный колорит, - Алейра положила на стол череп, кивнув Хексу.
- Моя свита пока отнесет это сокровище в надежное место. Думаю, им надо отдохнуть, - Алейра устало вздохнула, ощущая уже забытое чувство светской бесед - в разы лучше пикировки или научного спора.
- Славная сделка, монна. Безусловно.

[Junay]

Монтсиммар

 

"Надо было спросить у трактирщицы, куда ушли наши". - сказал Тот, который.

"Ага, Хекс так перед трактирщицей и отчитывается в своих делах..." - вздохнул Рико. Идти было трудно. Его постоянно заносило в сторону, да еще, ко всему, он заплутал, и вышел на пустырь, возле самых трущоб. Похоже, когда-то здесь был парк, но потом он одичал и превратился в лес. 

Место достаточно живописное, если не считать опасности, которую оно могло нести. Но сейчас Рико туго соображал. Очень туго. 

Он уселся на пень перекурить, а что бы не терять время, забросил в чащу ловушку, вдруг что-то попадется?

 

Но ловушка ударилась о трухлявое дерево, которое только и ждало этого момента, что бы рухнуть на бедного антивануа. Привалило деревом. 

Травма, -50 ХП.

 

(добыча кожи)

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Junay

[Ettra]

Поместье леди Деноваль - Таверна

Мэйрис коротко кивнула Алейре, осторожно взяла в руки книгу и вышла из поместья, не дожидаясь остальных. Смотреть на Хекса было тяжело и сейчас девушка хотела немного отвлечься от тяжелого разговора. Он был несомненно важен, но Мэйрис хотела хотя бы ненадолго сохранить иллюзию того, что все так же просто, как раньше. Она боялась делать выбор, перед которым себя поставила.

Освальд, Кая и Верес из таверны до сих пор не ушли и тихо переговаривались. Мэйрис хоть и не хотела отвлекать их тихо пошла в в комнату, что бы переодеться из платья в штаны. 
 

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Алойя

[Элесар]

Трактир

 

Мари прищурилась, разглядывая показанную Каей монетку - и тихонько покачала головой.
- Золото Шахматиста... держись от этого дела подальше, ma cherie. Добром это не закончится.

 

Кая это прекрасно понимала, но ничего с собой поделать не могла. Разве можно было просто так отступиться, когда была возможность узнать больше о человеке, кто сделал эти монеты и том, кто этими монетами расплатился с заказчиком убийства? Нет, она не могла так просто отступить. 

- Кто может знать, чем закончится то или иное дело, Мари, - улыбнулась девушка и посмотрела на Вереса, который куда-то убегал на время и Освальда, похоже, приросшего к стойке от обрушившихся на него новостей. Что ж, стоило рассказать больше, если им будет интересно. Сегеронка заговорила тише, чтобы никакие лишние уши, кроме стоящих у стойки, разговор не услышали. - И что же вы знаете об этом человеке? Говорят, Шахматист объявился в городе...

[Junay]

Монтсиммар - алхимическая лавка

 

- Жопа Создателя! - выдохнул Рико, выбираясь из под дерева.  Все его тело было побито, а ребра, похоже сломаны, так как дышать было больно. 

Вот теперь ему точно нужна помощь, и чем скорее, тем лучше. Опираясь на посох, Рико доковылял до алхимической лавки, благо она еще была не закрыта. 

- Добрый вечер... Помогите мне, ради Создателя! - прохрипел он, вваливаясь внутрь и выкладывая деньги на стол. - Три аптечки, будьте любезны!

Забрав товар, он тот час вскрыл одну из них, и жадно выпил лечебное зелье.

 

(-3 золотых, +3 аптечки)

(-аптечка, здоров)