Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Карт(он)]

Трактир - Окрестности

Верес сейчас был просто переполнен энергией и пока Кая пыталась разузнать больше, он решил быстро сбегать в поисках трав. После последнего боя, юный алхимик хотел создать что-то, что помогло бы им, а не вредило противникам. -" Вот бы только кальцинатор с кубом приобрести, я знаю, что созрел для них. Я просто это чувствую всем своим нутром." Сорвав что-то, маг пошёл обратно наслаждаясь закатом и прохладным ветром напоминавшем о доме.

Черный лотос (4)
Поиск трав

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Карт(он)

[Ettra]

Таверна - Монтсиммар: окрестности

Как бы Мэйрис не боялась одиночества, именно сейчас ей не хотелось никого видеть. Да и толку от общения, если нечего говорить? Она решила, что лучше будет сходить на охоту, освободить голову от лишних мыслей. Так, как было в Нордботтене. Она скрывала ото всех проблем, прячась в лесу и находя лекарство в азарте. 
Ее не испугала, все больше сгущающаяся темнота. Ей часто говорили не гулять ночью, но сейчас был особый случай. Ночь ее не пугала, наоборот ей хотелось раствориться в темноте и хотя бы на мгновение перестать существовать и думать.
Окрестности города встретили ее приятной тишиной, разрываемой лишь редкими гудящими порывами ветра. Жаль, что арбалет остался у Хекса, если тут есть добыча, то он бы пригодился. А так придется рассчитывать только на ловушку.

+ 1 баранья кожа

Кожа (-ловушка)

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Алойя

[Ettra]

Монтсиммар: окрестности - Таверна

Как Мэйрис и ожидала - охота помогла немного отвлечься и девушка чувствовала себя куда более расслабленной. Теперь можно было вернуться в таверну и, все таки, отвлечь Освальда.
Прежде чем подойти к храмовнику, Мэйрис решила подняться в комнату а материалами, что бы не ходить лишний раз. Она надеялась, что Освальд не откажется помочь.
- Привет, ты не очень занят? Сможешь сделать арбалет, пожалуйста? У меня есть материалы и чертеж, - улыбнулась Мэйрис храмовнику. Она протянула ему сверток с деревом и одну из чешую варгеста, а также показала чертеж.

- 3 железной коры, -1 чешуя варгеста ---- Освальд

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Алойя

[Kykuy]

Таверна->Кузня

 

- Привет, ты не очень занят? Сможешь сделать арбалет, пожалуйста? У меня есть материалы и чертеж, - улыбнулась Мэйрис храмовнику.

" Хмм... думаю, Кая и сама справится "

Храмовник перевёл взгляд с трактирщицы на девушку и пару секунд помолчал, а затем ответил.

- Хорошо, сделаю, тем более, раз есть материалы и чертёж, - Освальд улыбнулся краем губ в ответ и встал со стула, - Ну, пойдём в кузню

Ночь стремительно приближалась, но пока что лавки, в том числе и кузня, были открыты, и через несколько минут храмовник и арбалетчица вошли внутрь.

- Здраствуйте... вот, хотелось бы вашим горном попользоваться, размяться. Нужна плата?, - поинтересовался он у кузнеца

- 5 серебра. А вообще - ночь уже на дворе... Ну ладно, ладно, - согласился тот, и приняв серебро проводил их к инструментам. - Пользуйся, только побыстрее... Мы уже закрываемся!

Освальд хмуро кивнул в ответ, и повернулся к девушке, - Ну, давай чертежи и материал. Сейчас сообразим..., - приняв у Мэйрис чертёж и материалы, храмовник принялся обрабатывать их, чтобы начать изготовление арбалета. Чертёж был не то чтобы очень сложным, но храмовник всё равно сомневался, что всё получится тут же и сразу.

 

Освальд - забирает у Мэйс 1 чешую варгеста и 3 железных коры и пытается из них создать арбалет 2-го уровня. +1 к броску. Платит 5 с. за пользование горном.

3+1=4. Успех!

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Kykuy

[Ettra]

Кузня

- Ну, давай чертежи и материал. Сейчас сообразим...

- Спасибо, ты настоящий мастер! - улыбнулась Мэйрис и с благодарностью обняла храмовника. А потом протянула другой чертеж. - Вот, бери. Мне все равно он не нужен.
Полюбовавшись на идеальный темно-серый арбалет, полностью соответствующий своему названию, Мэйрис подошла к прилавку. Пока кузня не закрылась, девушка хотела продать остатки старых материалов.

чертеж 2-го уровня для двуручного меча "Вдоводел" ----> Освальд

Увеличение цены на: 
Ель, Ясень, Волчью шкуру
Скидка на: 
Руна Убийцы
_________________
- 1 Ель + 75с
- 1 Ясень + 12с
- 2 Волчьи шкуры + 30с
+ Руна Убийцы - 6 золотых
Итог:
- 4 золотых 78 серебра

(хитрость - 3)

 

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Алойя

[Карт(он)]

Окрестности

И всё же в Орлее было до ужаса тепло, по сравнению с Андерфелсом. Хорошо, что сейчас ночь, ведь иногда жар солнца даже мешал думать, а искать тень для отдыха в такое время года было для парня странным. -"Эх, не та трава, но всё же лучше чем ничего."- Уже у самого входа он приметил ещё куст, но чего именно было сложно разглядеть. -"Окажись эльфийским корнем, пожалуйста. Я ведь не многого прошу."

Веретенка (2)
Поиск трав
 

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Карт(он)

[Ettra]

Кузня

- Освальд... А можешь сделать еще услугу? Руну вставить нужно. Если не сложно... - Мэйрис протянула храмовнику арбалет вместе с руной и улыбнулась, как всегда.

[Junay]

Монтсиммар

 

Вылечив свои раны, Рико решил вернуться на пустырь и посмотреть, где там валяется его ловушка. 

Он страстно желал добыть кожи для того, что бы опробовать чертеж брони, который дал ему Хекс.

И счастье улыбнулось ему - оказалось, дерево привалило не только его, но и маленького медвежонка.

(добыто шкура медведя, 1 шт)

 

(добыча кож) _{Врагу не сдается наш смелый Варяг!}

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Junay

[Kykuy]

Кузня->Таверна " Золотой Лев "

 

- Освальд... А можешь сделать еще услугу? Руну вставить нужно. Если не сложно... - Мэйрис протянула храмовнику арбалет вместе с руной и улыбнулась, как всегда.

- Могу... да, это не так уж и сложно, - Освальд кивнул девушке и положил переданный ей арбалет на верстаке за неимением лучшего места и принялся за дело.

Руна Мэйрис(и где она только деньги на такое взяла?!) оказалась несколько сложнее, чем те руны, которые он вставлял в луки Лиин. Потребовалась несколько минут напряжённого раздумия, чтобы наконец правильно понять и прочитать кодовую фразу, но храмовник справился. Вскоре руна была интегрирована в оружие, и на рукояти, рядом со спусковым крючком появился небольшой рунический знак.

- Эй вы, там! Шевелитесь, иначе закроем вас вместе с кузницей нахрен!, - донёсся до них голос кузнеца.

- Вот, готово, - он протянул Мэйрис арбалет, - Постарайся не применять его... без особой надобности. Знаешь ли... Этот агрегат, скорее всего, пробьёт насквозь полные рыцарские доспехи шагов... с пятидесяти-семидесяти. Ну, пошли обратно в таверну, пока кузнец не исполнил свою страшную угрозу в жизнь.

" Ты сам себе роешь могилу... ", - раздалась Песнь в его голове, и его глаза едва заметно покраснели. Не полностью, а лишь зрачки, в отличие от Хекса. Освальд покачал головой, прогоняя и Песнь, и собственные неутешительный мысли, и пошёл на выход.

Ночь вступила в свои права, и на обратном пути в трактир ему попадались множество уходящих домой горожан, ремесленников и торговцев, а также идущих в злачные места всяческих пройдох, шулеров и просто тёмных личностей.

 

Вернувшись в таверну он занял свое место рядом с Каей. Кажется, они с трактирщицей ещё не договорили, и Освальд принялся внимательно дослушивать их разговор.

 

Освальд - вставляет Руну Убийцы в арбалет Мэйрис. Передаёт этот арбалет ей.

Х - буду завтра часов с 14-30. Если не сложно, пожалуйста возьмите Освика на квест, а я подтянусь уже.

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Kykuy

[Ettra]

Кузня - Монтсиммар: окрестности

Мэйрис оставила храмовника на пол пути. Ей не терпелось опробовать новое оружие прямо сейчас, а значит - снова охота. Может быть стоит отойти чуть дальше от города, что бы найти добычу получше. Прогулка не только отвлекла от тревожных мыслей. Свежий прохладный воздух здорово помог от головокружения и тошноты, так что физически Мэйрис чувствовала себя на удивление хорошо. 
Казалось, что стало еще темнее с предыдущей охоты. В городе этого небыло заметно - в некоторых окнах, где люди еще не легли спать, горел тусклый свет, не давая улицам погрузиться в полный мрак. За пределами города темноте ничего не мешало и Мэйрис едва видела собственные руки. Может быть стоило вернуться в таверну, но девушка отошла слишком далеко от города, что бы поворачивать назад.

Кожа (-ловушка)

[Карт(он)]

Окрестности - Монтсиммар

Судьба же упорно подсказывала магу через травы, что у него получается хорошо вредить, нежели помогать. -"Как будто бы я и сам не знаю, спасибо."- Высказался парень в мыслях  и продолжил путь до таверны. Посматривая по дороге на кольцо, он заметил как уже привык к нему за это время. Вот только зря Верес делал это ночью. Отвлёкшись и попав в очередной переулок, его ждали уже не обычные бедняки, как днём, а пара людей в банданах и с ножами. Гадюка оказалась в руке привычно и быстро, будто криомант ждал их, а не они его. - Знаете, а ведь ночью никто не спасёт вас от здешнего холода, хахах. - Но маска на лице не изображала эмоций, только добавляя жуткости этой картине

персонаж получает 1 золотой и 80 серебряков
Разбой, который самозащита

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Карт(он)

[Leo-ranger]

Таверна => Монтсиммар

Когда Лиин решила, что отлежалась уже достаточно, она решила приняться за работу, а именно - вновь войти в близкий контакт с местной преступностью и выйти с деньгами. Как в старые добрые сегодня утром.

Воровство

[Карт(он)]

Монтсиммар - Таверна
 

В этот раз Верес перестарался, вот только кого это удивит? Разбойники лежали и прижимали свои руки к животу. Убежать не могли, ноги были скованы льдом, но при близком осмотре маг выдохнул. - Руки-ноги не отвалятся, так что жить будете... но если продолжите гулять ночью, то недолго. - Сорвав мешочек монет с пояса одного, парень зевнул и продолжил путь в таверну. 
Похоже ещё чуть-чуть и Кая закончит свой разговор с Мари, поэтому криомант тихо подсел к Освальду, поприветствовав одной лишь рукой и продолжил беззвучно зевать, заражая этим всех остальных. 

Изменено 5 марта, 2015 пользователем Карт(он)

[Драккон де Морей]

Поместье леди Деноваль

 

Страж понемногу отходил от произошедшего наверху. Деноваль оказалась не только красивой, но и искусной... в любовных делах. Такого наслаждения Анри еще не испытывал. Так что, все к лучшему. И не пришлось отдавать деньги. Солнце уже село за горизонт и разгорелись сумерки. Вид с балкона был потрясающий. 

[Perfect Stranger]

Поместье леди Деноваль - Монтсиммар

 

Когда наконец Алейра закончила свой "обмен" с аристократкой и за окном наступила уже настоящая ночь, Анри, Хекс и магистресса были мягко выпровождены вон. Мэйрис ушла, и потрошителю не хотелось ее искать. Хоть он и догадывался, что она вполне вероятно найдет еще кучу неприятностей на свою голову, но он не мог защищать ее вечно. Вместо того, чтобы направиться в трактир и завалиться спать, потрошитель свернул с улицы в сторону Темного павильона. Не за деньгами он шел - а за хорошей дракой. И найти ее оказалось не так трудно, как можно было ожидать.

Двое бродяг сразу приметили в Вольфере "богача" и набросились на него сзади, подкравшись, как они думали, незаметно. После нескольких минут быстрых движений мечами бродяги были мертвы. Один успел воткнуть нож в бок Хексариона, но рана была не такой, чтобы обращать на нее внимание. Глядя на трупы перед собой, он прокручивал в голове сегодняшний разговор с Мэйрис. И теперь, когда его жажда убийства была утолена, Хекс понимал, что скучает по ней.

"И без нее плохо, и с ней ты недоволен. Так чего тебе не хватает?"

"Фелкин. Она могла понимать меня. Она знала..."

"А ты уверен, что сестра хоть когда-нибудь любила тебя?"

На этот вопрос у него ответа не было. Денег в карманах у бродяг - тоже. Наспех перебинтовав рану, бастард побрел в трактир. Туман в голове уплыл, челюсть больше не зудела так отчаянно, да и его рассудок пришел в относительный порядок. Он гадал, вернется ли единственное существо в Тедасе, которое его любит, или он сам все сломал? Даже если и так, жалеть Хекс не привык. Особенно - жалеть себя. И все же... он будет скучать по ней.

 

Алейра: -серебряный череп, +книга "Драконология: Второе издание"

[Perfect Stranger]

Монтсиммар - Оружейная "Валенсия и сыновья"

 

По дороге к трактиру Хексарион думал, как вообще будет смотреть в глаза Мэйрис после того, что сказал. Если вообще будет. Почему-то казалось, что он причинил ей боль, сам того не зная, сказав всего лишь правду. Однако, даже ему было понятно, что девушка либо поймет правила игры в этом мире, либо закончит так же, как многие его жертвы. Жить, глядя на мир через розовые очки, обычно удается совсем недолго. Его детство кончилось тогда, в подвале, у человека, имени которого он так и не узнал, но который стал первой жертвой гнева потрошителя.

Кроме Мелиссы... ее убил Зверь. Наверное, она тоже была в чем-то виновна. Каждый должен был умереть, от его ли руки или от чьей-то еще. И кто заслужил смерти больше, чем он сам?

Свернув по улице к кузне, Хекс не понял, как ноги сами принесли его к порогу оружейной. Старая тропинка, ведущая мимо пустой собачьей будки, уже была знакома ему почти до боли. Бастард понимал, что Валенсия вряд ли все еще там. Женщина наверняка ушла спать, а он просто ищет кого-то, с кем было бы проще. Проще и понятней, чем с Мэйрис. Арбалетчица делала его слабым, ее присутствие смягчало его сердце так, что он начинал думать, будто может быть действительно... нормальным. Пусть и в своей манере. А чудовище по определению не может быть нормальным.

[Shunt]

Оружейная "Валенсия и сыновья"

 

В окнах все же горел свет. Может, срочная работа? Кто знает. Дверь открылась и на пороге появилась сама Валенсия. Глянув на Хекса, она покачала головой и махнула рукой, приглашая внутрь. 

- Что, проблемы? Заходи, посидим, поговорим. - Не дожидаясь ответа она повернулась и зашла обратно в дом, оставив дверь открытый. На сонный голос "Мама, кто там?" последовал неразборчивый ответ и снова все затихло. Осталось только войти в дом и закрыть дверь.  

[Perfect Stranger]

Оружейная

 

- Что, проблемы? Заходи, посидим, поговорим.

 

Хексарион ничего не ответил, поднявшись к черному ходу в дом. Похоже, в пристройке к мастерской находилось, собственно, жилище Валенсии - не слишком вычурное, скромное убранство, маленькие комнаты, углы завалены оружием и доспехами, металлическими заготовками и какими-то ящиками, видимо, с материалами. Потрошитель молча закрыл за собой дверь, все еще не зная, зачем он пришел посреди ночи.

- Что, бессонница? - тихо спросил он, понимая, что он тут явно лишний. И все же ему было спокойно. Валенсия не знала... ничего. А если и догадывалась, то не говорила об этом.

[Shunt]

Оружейная

 

- Что, бессонница? - тихо спросил он, понимая, что он тут явно лишний.

 

- Я как Империя. Никогда не сплю. - Усмехнулась она, не оборачиваясь. Женщина гремела посудой, с кухни пахло свежезажаренным мясом. - Да не стой столбом, заходи. 

Пройдя на кухню, Хекс был усажен за стол и перед ним появилась тарелка с мясом и стакан с вином. Сама Валенсия села напротив и стала мелко резать овощи на доске. 

- Раз уж гость зашел - надо покормить. 

[Perfect Stranger]

Оружейная

 

- Раз уж гость зашел - надо покормить.

 

- Интересно... - хмыкнул Хексарион, проигнорировав предложенные приборы и принявшись есть мясо руками. Он не понимал, почему к нему относятся так хорошо. Сначала Мэй, теперь вот Валенсия. Красивая женщина, хороший воин, мастер своего дела, и, как оказалось, неплохая повариха. По крайней мере, немного недожаренное мясо привело потрошителя в более благодушное настроение. - Кстати, об Империи... мне всегда было интересно, почему ты живешь в Орлее? Такого кузнеца, как ты, в Тевинтере бы с руками оторвали. Или это... личное? - усмехнулся бастард, в полумраке, освещаемом лишь несколькими свечами на столе, разглядывая Валенсию. Без меча и доспехов она смотрелась странно. Как человек без кожи.

[Shunt]

Оружейная

 

- Кстати, об Империи... мне всегда было интересно, почему ты живешь в Орлее? Такого кузнеца, как ты, в Тевинтере бы с руками оторвали. Или это... личное? - усмехнулся бастард, в полумраке, освещаемом лишь несколькими свечами на столе, разглядывая Валенсию. Без меча и доспехов она смотрелась странно. Как человек без кожи.

 

Валенсия покачала головой, ссыпала нарезанные овощи в миску и быстро перемешала их. Добавила масла и подвинула всю эту, несомненно вкусную, картину к Хексу. 

- Все личное решается довольно быстро - отрезанием головы тупым ножом. - Женщина говорила с улыбкой, но было понятно, что говорит со знанием дела. - Я отслужила в армии почти пятнадцать лет и получила возможность поехать куда угодно. Ну, почти куда угодно - на Сегероне мне не были бы рады. Так что я бросила монетку и решила поселиться тут. Жители хорошие, платежеспособные, но искусство кузнеца совершенно не ценят.

[Perfect Stranger]

Оружейная

 

- Все личное решается довольно быстро - отрезанием головы тупым ножом.

 

- Не могу не согласиться, - буркнул потрошитель, наливая себе вина из бутылки почти до самых краев. - Да не вертись. Сядь. Выпей.

Он подвинул кружку к Валенсии и приложился к горлышку бутылки, видимо, решив, что оставшееся - его доля. - И почему тебя не пустили на Сегерон? Орлей - последнее место, где я мог бы представить себе тевинтерца. Здесь... их не слишком-то любят. Я удивлен, что они вообще позволили тебе открыть мастерскую в Монтсиммаре.

"Забавно. Может быть, она была права, и после всего этого податься на острова... там всегда нужны хорошие воины. Каждый день битвы. Все как надо", - с какой-то странной тоской подумал Хексарион. Его могли бы даже взять в Легион, знаменитую элитную армию Архонта. И никаких тебе трудных для понимания вопросов с беременными от тебя девушками. Только смерть и кровь. Все как он любил... Вздрогнув, потрошитель сделал еще один глоток. Уже после Браннворта надо было понять, что возвращение к прежней жизни невозможно. Он слишком очеловечился. Убить эту часть себя будет так же трудно, как убить Фиркрааг.

[Shunt]

Оружейная

 

- И почему тебя не пустили на Сегерон? Орлей - последнее место, где я мог бы представить себе тевинтерца. Здесь... их не слишком-то любят. Я удивлен, что они вообще позволили тебе открыть мастерскую в Монтсиммаре.

 

Валенсия отпила вина и поглядела на Хекса. Потрошитель, сам того не зная, подходил к довольно щекотливой теме. Впрочем, подумав, она ответила, справедливо полагая, что этот человек не болтун. А если и болтун, то кто ему поверит?

- На Сегероне три силы: тевинтерские крепости расположены по всей западной оконечности острова, большая часть, впрочем, давно заброшена. Но... В общем, тевинтерцы. Вторая сила: рогатые твари. Их там много, они сильны и постоянно прощупывают силы Империи. И третья: так называемые "воины тумана". Они не любят ни нас ни рогатых, как и мы их. Но с ними приходится считаться. И как ты думаешь, смогла бы я провести славный отпуск на Сегероне после службы в Легионе?.. - Поняв, что сболтнула лишнего, женщина нахмурилась и осушила стакан. Потом поднялась и подошла к буфету, вытащив еще одну бутыль.

[Perfect Stranger]

Оружейная

 

И как ты думаешь, смогла бы я провести славный отпуск на Сегероне после службы в Легионе?..

 

- Значит, я догадался верно. Ты не похожа на тех, кто не понимает, что создает инструменты для убийства, и не умеет ими пользоваться. И как... хватает тебе достойных противников, умеющих управляться с мечом? - он усмехнулся, прекрасно понимая, насколько двусмысленно прозвучал этот вопрос. Вряд ли Валенсии было интересно избивать манекенов во дворе, а пафосные орлесианские дуэли, большую часть которых занимает словесная пикировка и раскланивания, не могла заинтересовать бывшего легионера. О Легионе Хекс не знал почти ничего, кроме того, что туда брали самых лучших. А для Империи это значило - действительно лучших, тех, кто мог бы сражаться и защищать их драгоценных магов.

[Shunt]

Оружейная

 

- Значит, я догадался верно. Ты не похожа на тех, кто не понимает, что создает инструменты для убийства, и не умеет ими пользоваться. И как... хватает тебе достойных противников, умеющих управляться с мечом?

 

- Догадливый ты. - Пробурчала женщина, наливая себе вина. - Нет тут противников. Орлесианцы считают, что дуэль это "поклониться и потыкать друг-друга иголкой". Это было интересно первые два раза. - Голос Валенсии потеплел, понимая, что терять уже нечего. - А у тебя достойных противников достаточно?