Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Ettra]

"До смерти" СВ2

[Элесар]

Феанор начинает нарезать Старого волка № 2 

Авто

[Фели]

Феликс. Хочет. Попасть. ХОТЬ ОДИН РАЗ. Клеймо! (если не попадет, то Клеймо заменит на Взрыв и будет калечить ВСЕХ).

 

[FromDarkTime]

Раскол по СВ2

[Junay]

Авто на В4

[Leo-ranger]

АА+АА СВ2

Изменено 19 мая, 2015 пользователем Leo-ranger

[Ettra]

Пещера - Таверна "Золотой Графин"

 

- Всего-то, - буркнула Тавила, опуская щит и сплевывая кровь. Волк все же неплохо цапнул ее, но в целом бой был коротким. 
Гномка пнула тушку волка и обернулась на группу, криво улыбнувшись. Казалось, что может улыбаеться даже когда видит нечто очень отвратительное. Или на грани смерти. Учитывая, что смерти Тавила не боялась - это было вполне правдоподобно. Квинт тоже был относительно доволен, хотя по его непроницаемому лицу сказать точнее было трудно. Бой получился несколько сумбурным, но маги и лучница не пострадали, а защищать их - главная задача Тавилы. 

- Возвращаемся! Вознаграждение за это дело пойдет вам на ночлежку. - Квинт махнул рукой и вышел из пещеры, вытирая оружие от крови. 
- Фео, жив? - Тавила хлопнула эльфа по плечу и сморщилась, почувствовав на ладони кровь. - А ты Шен? Тебя разве задели?
Гномка подошла поближе к кунари и взглянула на ее руки, из-за разницы роста оказавшиеся почти перед лицом. Прежде, чем Шен одернулась, Тавила успела разглядеть странные ровные порезы, будто она сама их сделала. В подробности вдаваться она не стала и принялась шариться по сумкам в поисках тряпки.
- Неа, ничего нет, - развела руками гномка, покосившись на магессу и Феанора. - Дотерпите до таверны? Пойдем.

[Perfect Stranger]

Таверна "Золотой графин"

 

- Нет, я... в полном порядке, - криво улыбнулась Шен, спрятав руки за спину, словно нашкодивший мальчуган. Один раз Тавила краем глаза заметила, как волк, на которого было направлено заклинание, дернулся и взвыл от боли, а из его носа и рта хлынула кровь, словно его сдавили изнутри. Выглядело это... отвратительно. Словно так не должно было быть. Честный бой был совсем другим, но это... Косситка отвернулась и зашагала к таверне, благо отошли в лес они недалеко, ссутулившись и не глядя ни на кого. Хорошо, что Лорус завалился спать и не пошел с ними, он хотя бы не видел происходящего. Рукава слегка испачкались в крови, но до Шен не добрался ни один волк, так что можно было легко понять, что к чему.

И ведь она даже не использовала контроль разума... пока что. Силы, которые давала магия крови, были невообразимы, и так же ужасны.

В трактире она плюхнулась на ближайший стул, понимая, что должна хоть что-нибудь поесть. За волков их обязаны были хотя бы накормить хорошим ужином. Вкусная еда - вот то, что могло отвлечь от горьких мыслей. Закрыв глаза и потянув носом воздух, магесса облизнулась - пахло яблоками и чем-то... чем-то еще, сладким, едва заметным. Откуда ж ей было знать, как пахнут свежие яблочные пироги?

[Элесар]

Пещера - > Таверна

 

Это было даже забавно - оказаться снова в реальном бою, пусть и с таким непривычным противником. Когда волки "позвали" подмогу мужчина лишь усмехнулся - прямо как в кабацкой драке, ей-ей. Эльф старался уходить от их клыков но получалось не всегда, пара атак задела его и он почувствовал как из рваных ран начинает струиться кровь. Уже в конце боя магический огонёк как будто пронёсся над полем боя и Феанор благодарно посмотрел на Регину которая не хотела его хилить >_<. Ну и как теперь её не подкармливать?

 

- Фео, жив? - Тавила хлопнула эльфа по плечу и сморщилась, почувствовав на ладони кровь. - А ты Шен? Тебя разве задели?

- Неа, ничего нет, - развела руками гномка, покосившись на магессу и Феанора. - Дотерпите до таверны? Пойдем.

 

- Смеёшься? Меня едва достали, Тавила. Не собираешься же ты нянькаться со мной, когда я порежу пальчик? - рассмеялся Мерилин и хлопнул девушку по плечу в ответ. А вот сказанное про косситку заметно расстроило его. - Шен достали? Плохо. Извини, в следующий раз постараюсь танцевать перед противником более вызывающе, - чуть склонив голову сказал мужчина и пошёл вслед за остальными в таверну.

[Junay]

Пещера - Таверна "Золотой грифон"

 

- Не слишком-то и сложно было. - сказал мужчина, очищая клинки и вкладывая их в ножны. Впрочем, он не был доволен собой. Мог бы и получше, если б постарался. А особенно, если б у него был в руках лириумный клинок. 

Дэйган отправился в таверну вслед за остальными, раздумывая о том, что бойцы попались весьма хорошие и действовали слаженно. А это - залог успеха в боях. Особенно отличилась Офелия, которая, несмотря на свой слабый внешний вид, сумела придать бойцам столько сил, что они порвали волков в клочья. 

"Бесплатное проживание в таверне после такого мы точно заслужили!" - решил он про себя. 

[Лакич]

Пещера

 

Регина смотрела вслед уходящим наймитам, взгляд ее на секунду задержался на Шен. Ривейни все видела, она все чувствовала - магия крови, запрещенная магия. Она ее не винила, однако во взгляде читалось... что-то. Быть может: обида? Разочарование? Нет, скорее - жалость. К этому темному искусству прибегают только самые отчаявшиеся или фанатичные люди.

- Вы идите, - неуверенно заговорила девушка, облокотившись на посох, - я побуду здесь, нужно провести ритуал упокоения. Волки - тоже живые существа из крови и плоти, у них тоже есть душа, - такие слова нехило так шли вразрез комментариев остальных наймитов, но что поделаешь?

- И да, - добавила она вслед, - простите меня, что не смогла полностью излечить раны...

[Фели]

Таверна "Золотой графин"

 

"Ну и как это называется?"

"Безалаберный воин духа пытается дотянуться до яблока."

"Дотянуться до яблока? Ты о чем?"

"Разве такого выражения нет?"

"И в помине нет!"

"Хм. Наверно, оно вышло из употребления."

Вот так вот, тихонько переругиваясь со своим товарищем, Феликс и дошел до таверны, в растерянности следуя за своими товарищами. Признаться честно - он недоумевал, почему он смог использовать свою способность лишь в самом конце сражения. Неужели растерял навыки? Нужно больше тренироваться.

- О. Быстро приперся, - весело хмыкнул светловолосый, когда Борео зашел в таверну и без обиняков уселся рядом с ним, - Что, партейку?

Неопределенно хмыкнув, орлесианец кивнул и достал карты из сумки.

- Ну еще бы.

[Perfect Stranger]

Таверна "Золотой грифон"

 

- Шен достали? Плохо. Извини, в следующий раз постараюсь танцевать перед противником более вызывающе,

 

Последние слова эльфа в спину донеслись до ушей косситки, и она чуть не ударилась в панику. Благо, сумела справиться с собой. Если они поняли... Регина, как магесса, точно должна была почувствовать. Почувствовать, как дрогнула Завеса, когда темная магия крови ударила по ней, пусть и несильно. В одиночку Шен было не под силу прорвать Завесу. И все же она прекрасно ощущала, как заинтересовались демоны по ту сторону, которые шли на запах темной магии, как акулы на кровь. Она хотела было сказать эльфу, что он зря тревожится, что это не из-за него, и Шен вполне может себя контролировать... но тот уже отсел подальше. Вздохнув, она поболтала в кружке остатками воды. Пить алкоголь после гномьего эля категорически не хотелось, а в животе скорбно заурчало.

[Junay]

Таверна "Золотой грифон"

 

Дэйган сел за свой столик  и вытащил трубку и кисет с табаком. В таверне и так было накурено, еще немного дыма никому не повредит. 

Итак, что мы имеем в боевом плане? Офелия (или Регина, хотя - Офелия ему больше нравится) целитель. Эльф - быстрый и ловкий, хорошо разит врагов. Воины - и в Ривейне воины. Лиин все так же блестяще стреляет.  Этот парень с духом внутри, ну... Как-то не блеснул. Косситка... А кто такая косситка? 

На минуту, Ашкаари задумался, вспоминая бой. Она магесса? Похоже на то. Вот только она не исцеляла, и не метала огненные шары. А ее врагов  так знакомо плющило... 

Мужчина усмехнулся, внезапно вспомнив рыжую тевинтерскую магессу. Ее врагов плющило так же. 

- Хех. - крякнул он себе под нос и стал раздумывать о том, какие ошибки допустил в бою уже он сам, и что следует учесть на будущее. 

[Ettra]

Таверна "Золотой грифон"

 

- И да, - добавила она вслед, - простите меня, что не смогла полностью излечить раны...

 

- Ой, да ну тебя, девочка. Ты отлично постаралась, - серьезно сказала Тавила, ободряюще хлопнув магичку по спине. Да так, что та аж пошатнулась и, кажется, побледнела еще больше. 
Пусть до таверны, казалось, занял куда меньше времени, чем в лес. Даже ветки кустов, хлеставшие по лицу не так раздражали, как обычно и пряный воздух прелой листвы казался приятным. После боя всегда чувствуется какая-то странная легкость, хотя мышцы болят, словно их скрутили. 
- Ну вот опять, - прошипела себе под нос Тавила, оглядев наемников, рассыпавшихся по таверне, словно пуганные мыши. - Так, господа наемники, играем в кости или как?

[Perfect Stranger]

Таверна "Золотой графин"

 

- Так, господа наемники, играем в кости или как?

 

Шен подняла голову, держа в руке стащенный откуда-то с ближайшего стола здоровенный кусок яблочного пирога. Похоже, она зря времени не теряла... а трактирщик закрывал на это глаза. Благодаря делу с волками, к ним стали относиться чуть более благосклонно - все-таки никому не известная банда избавила деревушку от потери ценного рогатого скота. Если они и дальше будут помогать местным, особенно в городе, скоро об отряде пойдет молва, и кто знает, быть может, их даже будут приглашать на серьезную работу.

- А почему они называются "кости", ведь это обычные кубики? - спросила косситка, вытирая крошки с губ. После похмелья она смогла проглотить еду впервые за этот день. Организм, похоже, был достаточно крепким, что неудивительно для этой расы. Магесса хотела было сказать, что им, раз уж они взялись быть наемниками, нужно название, но пока что в голову ничего не приходило. Почему-то хотелось, чтобы эльф по имени Феанор и Лорус тоже присоединились к игре, а еще Ашкаари. Его что-то тревожило, это было видно по его лицу и взгляду, направленному куда-то в окно.

[Shunt]

Таверна "Золотой грифон"

 

- Как здорово, что все мы здесь сегодня набрались! - пьяный голос Лоруса можно было узнать из тысячи. Почти все время, которое он был в отряде - он пил. Впрочем, если во время переходов он был просто слегка "навеселе", то в деревушке он дорвался до самого сладкого и отрывался на всю катушку. Вид ввалившегося в таверну потрошителя, висящего между двумя не менее пьяными местными, был поистине грозен. - Остановите... я здесь лягу...

Ему успели подставить стул под задницу, иначе он бы уселся прямо на полу. задвинув его в самый угол таверны подальше от нормальных людей, двое пьянчуг быстренько смылись. Запах алкоголя едва не сбивал с ног. "Хор-рошее я впечатление произведу", - в подумал Нокс и закрыл глаза, нежно обнимая топор. Оружие он умудрился не потерять. 

[Элесар]

"Золотой графин" 

 

- Ну вот опять, - прошипела себе под нос Тавила, оглядев наемников, рассыпавшихся по таверне, словно пуганные мыши. - Так, господа наемники, играем в кости или как?

 

- Тут просто столько еды, что я не успеваю дойти до вас вовремя, уж простите. В прошлый раз меня остановило наше дельце с волками, - рассмеялся Феанор, подходя к гномке и помахивая куриной ногой. Небольшой, но и то была неплохая награда за их "подвиг", особенно после травяной похлёбки. Мужчина порылся в сумке и положил перед Тавилой и Шен игральный набор. - Я в деле. На что играем-то? Денег нет. 

 

- А почему они называются "кости", ведь это обычные кубики? - спросила косситка, вытирая крошки с губ.

 

- Да делают их из костей, вот и называют. Хотя я слышал, что давным-давно ривейнийские шаманки использовали кости животных, чтобы узнать своё будущее, а потом постепенно начали им придавать такую форму. Игра же появилась позже, - улыбнулся магессе Феанор. Хорошо, что та стала меньше сторониться остальных. - Хотя, я думаю, что странно считать бросок такого "кубика" влияющим на твою жизнь. Лучше уж верить в то, что всё в твоих руках.

Эльф тряхнул головой и посмотрел на остальных наёмников.

- Ну так что, кто ещё поиграть хочет?

[Ettra]

Таверна "Золотой графин"

 

- А почему они называются "кости", ведь это обычные кубики?

 

- Так их из кости и делают, - ответила Тавила, пристально смотря на пирог в руках Шен. Повертев головой в поисках своей порции, гномка обнаглела и стащила тарелку с желанным десертом с подноса служанки. Девчонка уже хотела зайтись в праведном возмущении, но трактирщик взмахом руки осадил ее. Теперь единственное, что она могла - метать молнии взглядом, которые гномку ни капли не заботили. Хорошо делать полезные дела - много перспектив открывается.
 

- Я в деле. На что играем-то? Денег нет.

 

- О-о, вот это спасибо! На желание, а? - Тавила бодро хлопнула в ладоши и схватила кусок пирога, незамедлительно отправив в рот.

Изменено 19 мая, 2015 пользователем Aloija

[Perfect Stranger]

Таверна "Золотой графин"

 

- Хотя, я думаю, что странно считать бросок такого "кубика" влияющим на твою жизнь. Лучше уж верить в то, что всё в твоих руках.

 

- Ну, - Шен слегка склонила голову, с загадочной улыбкой посмотрев на эльфа. - Если ты проиграл в этой игре все свои деньги, то можно считать, бросок повлиял на твою жизнь...

Она и раньше прислушивалась к играющим за соседним столом людям, к которым присоединился Феликс, и немного поняла правила игры. Те люди играли на деньги - кто выигрывал, тот забирал себе деньги остальных. Но у наемников денег не было ни гроша, а потому нужно было придумать другой способ воплотить свою удачу во что-то материальное. Ведь главным здесь было именно это. Удача. Одернув рукава еще раз, она удостоверилась, что затянувшихся порезов не видно, и облокотилась на стол.

"И ты не виноват в этом", - добавила она мысленно, снова посмотрев на эльфа, но уже с долей извинения. Не хотелось бы, чтобы с ней носились, как с писаной торбой.

 

- О-о, вот это спасибо! На желание, а?

 

- На желание? То есть, если я выиграю, я могу загадать любое желание, и вы его выполните? - взгляд скользнул на Лоруса. Вид у него был жалкий, а пахло так, что косситка поморщилась. Ей доводилось и спать в канавах, где запах стоял еще более мерзкий, но это не делало его приятным.

[Ettra]

Таверна "Золотой графин"

 

- На желание? То есть, если я выиграю, я могу загадать любое желание, и вы его выполните?

 

- Точно так! Кто еще играет? Последний раз спрашиваю, - позвала Тавила, бросая взгляд на приползшего, по другому и сказать нельзя было, Лоруса. И умудрился где-то нахвататься. Хотя для каждого понятия об отдыхе свои, особенные. Дэйган тоже не горел желанием вливаться в компанию, отстраненно сидя в стороне. Будто в отряд его кто-то силком затащил и удовольствия от общения с остальными он не испытывает. 
Прикончив пирог в сухомятку, Тавила стала обстоятельно объяснять Шен правила игры. Может еще кто-то подтянется.

[Элесар]

Таверна "Золотой графин"

 

- Ну, - Шен слегка склонила голову, с загадочной улыбкой посмотрев на эльфа. - Если ты проиграл в этой игре все свои деньги, то можно считать, бросок повлиял на твою жизнь...

 

- А ведь и не поспоришь, - рассмеялся эльф, услышав ответ Шен. С этой стороны он смотреть на кости и не смотрел никогда. Пожалуй, магов не зря считают такими умными. - Только не забывай, что играть или нет это сознательный выбор. Так что и полагаться ли на удачу - тоже.

 

- На желание? То есть, если я выиграю, я могу загадать любое желание, и вы его выполните? -

- О-о, вот это спасибо! На желание, а? - Тавила бодро хлопнула в ладоши и схватила кусок пирога, незамедлительно отправив в рот.

 

- А что? Дело. Заодно посмотрим у кого какие желания. И фантазия, - хмыкнул Феанор, присаживаясь за стол. Пока Тави объясняла правила он посматривал по сторонам, но больше желающих присоединяться не находилось. Нокс и вовсе выразил свой протест однозначно и определённо. Интересно, кто из них с гномом кого перепьёт?

[Perfect Stranger]

Таверна "Золотой графин"

 

Внимательно выслушав правила, Шен потрясла пять костей в руках и бросила их на стол. Видно, ей одной хватало духу походить первой. О своем желании она пока что даже не думала, к тому же, вряд ли ее желание могли исполнить присутствующие. Она просто хотела отвлечься и немного поиграть. Жаль, что Лорус был не в состоянии, чтобы присоединиться к ним. Его поведение оставляло желать лучшего, поэтому косситка отвернулась, не глядя на потрошителя.

 

[Элесар]

Таверна "Золотой графин"

 

- Две пары? Неплохой старт, - одобрительно хмыкнул мужчина и бросил в свою очередь кости. Как он заметил за время наёмничества, в подобных играх и не скажешь что проще - придумывать желание или исполнять. Но и то и другое было довольно забавно.

 

[Ettra]

Таверна "Золотой графин"

- О, делаешь успехи! - Тавила глянула на бросок Шен, перегнувшись над столом, и потянулась за костями. Плохо быть гномом наверху - вся мебель под людской размер. Сидеть за столом, что высотой почти по грудь - удобного мало. Зато можно ногами болтать.
Гномка потрясла кубики в ладони и резко кинула на стол. Один едва не свалился вниз, но удержался на самом краю. Пришлось вставать, чтобы посмотреть результат.
 

Изменено 19 мая, 2015 пользователем Aloija