Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Junay]

Трактир "Под брюхом кита"

 

- Не знаю. Я... должна была. - Шен вздрогнула, подняв руку и осторожно потрогав обрезанные неровные пряди. Как объяснить это чувство, которое пришло к ней в комнате? И то, как страх отступил на второй план, как разум стал очищен пламенем?

 

- Понимаю. Иногда хочется перемен. - сказал мужчина, доставая трубку. - Когда там уже Лорус соизволит задание выдать? Чувствую я, что выполнять его придется только нам, орлейцы и гном с Региной увлеклись игрой в  Черного лиса. Знаете, что я думаю? А то, что хрен чего мы вообще добъемся с такой, прости Создатель, "командой". Если каждый будет, как последнее отребье, бегать по заданиям отбросов, на Алых Драконах можно ставить жирный крест. 

[Leo-ranger]

Трактир

- Вопросов больше нет,- кивнул Франциск, встал со стула.- Пойду отнесу лютню в комнату. Буду готов через минуту.
Поднявшись в свои "просторные хоромы", он бережно положил инструмент на кровать, прикрыл его одеялом и вышел из комнаты, запер её на ключ, выданный трактирщиком. Мало кто знал, но порой Атталь играл всю ночь напролет и засыпал с лютней в обнимку уже под утро.
Спустившись вниз, бард вернулся на то же место, всем своим видом показывая, что он готов отправляться хоть сейчас.

[Perfect Stranger]

Трактир "Под брюхом кита"

 

Шен молчаливо наблюдала за приготовлениями тех, других. В том, что они теперь были именно другими, не оставалось сомнений. А ведь все начиналось так хорошо... И ей было так радостно думать, что ее странствия по миру будут в компании этих людей. Феликса, и Бодарта, и Регины, и Феанора... и Тавилы с Дэйганом. А теперь косситка ничего не могла поделать, чтобы остановить стремительно растущую трещину, отделявшую одних от других. Эта беспомощность убивала ее. Если бы Феликс подошел к ней... сказал что-нибудь... хотя бы просто посмотрел в глаза - все стало бы на свои места. Если б он позвал магессу с собой, она пошла бы. Куда угодно.

Но этого не произошло. Вздохнув, косситка достала лютню из сумки. Вчерашнее пение орлесианского менестреля заставило посетителей закрывать уши, и Шен полагала, что она уж точно хуже профессионального менестреля, но стихи сами сложились в голове. И она хотела, чтобы их услышали...

 

Послушать

[Ettra]

Трактир "Под брюхом кита"

 

- Грустно. Не грусти, Шен. Все еще наладится, - сказала Тавила. Она сама не очень верила в правдивость слов, но не хотела терять надежду. Когда "Драконы" окажутся в море им придется работать вместе. Без вариантов и недовольства. Либо все работают вместе, либо отправляются за борт. Еще был Квинт, может в море он наконец возьмет руководство в свои руки и поставит всех на место. Тавила устала пихать всех в нужном направлении, тем более это все равно не работает. 

[Фели]

Трактир "Под брюхом кита"

 

- Знаешь, ты же не обязан идти, пестрый.

Вздрогнув и мотнув головой, орлеец бросил на Бодарта недоуменный взгляд.

- О чем ты? Я тебя не брошу.

- Ты свою рожу сейчас видел? - фыркнул гном, кивком указывая на Шен, только-только закончившую петь, - А жаль, зрелище было то еще.

- Мы никого не принуждаем, и ни от кого не отдаляемся, - Феликс опустил глаза на столешницу и поправил свой шарф, - Они сами записали нас во враги народа, лишь за желание пойти на эту работу. Сам слышал слова Дэйгана...

- Я сейчас не об антиванце, пестрый, я о нашей косситке. Она то причем?

"Ей больно. Может... мы можем помочь? Перед тем как..."

- Не причем. Я ей ничего не говорил, - пробормотал воин духа, стиснув зубы, - И никого не отталкивал.

- А вот тут ты уже брешешь, и в наглую, - фыркнул Краснобородый, откинувшись на спинку стула и отвернувшись - оставляя Борео кривить невнятные физиономии.

[Shunt]

Трактир "Под брюхом кита"

 

- Ну что, все на месте? - Лорус отлип от стойки и, аккуратно помешивая какую-то странную кроваво-красную смесь в стакане, подошел к Шен. - Можем идти заняться работой? Или у вас есть еще какие-нибудь дела, которые непременно надо решить до нашего небольшого марш-броска?

Изменено 6 июня, 2015 пользователем Гервальд из Рыбнии

[Perfect Stranger]

Трактир "Под брюхом кита"

 

Отложив лютню обратно в сумку, Шен кивнула Тавиле. Конечно же, она права - но одновременно и ошибается. Грусть - это не то слово, каким можно было описать состояние магессы. Грусть похожа на легкий моросящий дождик, ненадолго затемнивший небо. Ей же сейчас казалось, что ее мир погрузился в лед и снег. Как гроб, в котором она проснулась, замороженный и стоявший там, быть может, годами. Поежившись, Шен отпила из кружки и откинулась на спинку стула, глядя куда-то в потолок. Как раз в этот момент подошел неведомо откуда взявшийся Лорус.

 

Или у вас есть еще какие-нибудь дела, которые непременно надо решить до нашего небольшого марш-броска?

 

- Нет, мы... думаю, готовы, - она вздохнула, бросив последний взгляд на других, которые сидели достаточно далеко, чтобы не слышать тихие голоса Дэйгана, Тавилы и Нокса. Смотреть издалека становилось все более невыносимо, и Шен была бы благодарна возможности хоть ненадолго сосредоточиться на чем-то ином, кроме этого.

[Элесар]

Трактир "Под брюхом кита"

 

Где всё это время был Феанор остаётся загадкой загадок - ведь лавки были закрыты и доставать торговца своей компанией эльф никак не мог, разве что горланил бы песни у него под окном. Неплохая идея, но петь он не умел - разве что по пьяни, но в таком состоянии, все кто не певцы, танцоры. Вернувшись в трактир, Мерилин краем острого и очень чуткого уха расслышал переговоры остальных наймитов и этого хватило, чтобы немного разобраться в ситуации... Только дуэлянт до сих пор не мог понять, почему Шен, Дэйган и Тави смотрят на Феликса и Бодарта так, как будто они пришли и нагадили им в углу комнаты?

- Дерррьмовая погодка, кэп, - на этот раз попугай почти не кричал, можно было даже решить, что он шепчет ему на ухо. Феанор кивнул и подошёл к гному и орлесианцу, с которыми, по-видимому, собирались отправиться и Регина с Бардом. Команда-мечта... для воровства, само-собой.

- Вам сказать честно, как всегда? Идея хреноватая, - усмехнулся эльф, присаживаясь за тот же стол, что и его сотоварищи. - Но вы твёрдо уверены в своём решении, а я вам верю. Тави не даст в "обиду" Шен и Дэйгана при сопровождении той телеги, а вот вам прикрытие не помешает, на случай, если всё пойдёт хуже, чем планируется. Овации и благодарности можем устроить по дороге.

[Leo-ranger]

Трактир "Под брюхом кита"

Франциск посмотрел сначала на Феликса, потом на косситку, хмыкнул:
"Не знаю, что произошло или происходит между этими двумя, но что-то мне кажется, что гном прав,"- вслух же менестрель ничего говорить не стал - они пока что не были друзьями, чтобы Лиса лез со своими советами.

[Shunt]

Трактир "Под брюхом кита"

 

- Нет, мы... думаю, готовы, - она вздохнула, бросив последний взгляд на других

 

- Тогда пошли. Я вас сто лет ждать не буду. - Нокс залпом опустошил стакан и со стуком опустил его на стол. Резко выдохнув, он рассмеялся: - Хорошо! На дело трезвым идти все равно что учить гномов плавать - безперспективно-с.

[Ettra]

Трактир "Под брюхом кита"

 

- Можем идти заняться работой? Или у вас есть еще какие-нибудь дела, которые непременно надо решить до нашего небольшого марш-броска?

 

- Можем, - согласилась Тавила, глянув на Феанора. И он туда же... Ситуация становилась смешнее и нелепее с каждой минутой. Ни у одного нет опыта, но их это вообще не волнует. Тавила просто не могла понять, какие мысли движут Феликсом с компанией. 

- Тогда пошли. Я вас сто лет ждать не буду.

 

- Иду, иду. Может то, что нас меньше - к лучшему. Больше шансов проскочить незаметно. Только если вдруг начнутся проблемы... Ладно, нет смысла гадать.
Тавила встала и потерла слипающиеся глаза. Надо терпеть и оставаться в сознании. Если не выйти сейчас, то потом будет поздно. Пусть Лоруса она и не очень любила, но сейчас он думал о нужном деле, а не сомнительных развлечениях. А на подколки она внимания не обращала.

[Фели]

Трактир "Под брюхом кита"

 

- Ты с нами? Отлично! - благодарно кивнул Феликс, бросив мимолетный взгляд на Лоруса и остальных. Они вот-вот соберутся в путь... наверно, им стоит поступить так же. Теперь, когда Феанор пошел с ними, - Наверно, уже пора двигаться. Ночь не бесконечна.

Он поднялся со стула, и, поворачиваясь, наткнулся на подавленный взгляд Шен. Выдавив из себя слабую улыбку, воин пожал плечами и пошел в сторону выхода. Бодарт, хмыкнув и похлопав Феанора по... руке, закинул молот на плечо и потопал следом. Регина, в своем обычном сонном трансе, некоторое время рассеянно оглядывалась по сторонам, не понимая, что происходит, и молча последовала за усмехающимся Феанором.

 

Включаем Хатико-мод и ждем.

Изменено 6 июня, 2015 пользователем Нито

[Junay]

Трактир "Под брюхом кита"

 

- Тогда пошли. Я вас сто лет ждать не буду. - Нокс залпом опустошил стакан и со стуком опустил его на стол.

 

- Если тебе хватит для сопровождения троих человек. - пожал плечами Ашкаари. - Другие, как я вижу,  предпочли работать на Крыс, видимо, крысятничество и помойная жизнь их интересует больше, чем работа на пользу кораблю и команде. 

Мужчина поднялся из-за стола. 

[Shunt]

Трактир "Под брюхом кита" - Предместья

 

Большую часть пути до точки встречи Лорус шел молча. Он даже не обратил внимания, пошел кто за ним или нет, справедливо полагая, что в случае чего может справиться и один. Выйдя из города и пройдя пару поворотов, их остановил полноватый мужчина с близко посаженными глазами. Пожав руку потрошителю, он спросил:

- Это кто такие? Я думал, ты один придешь. - кивнул он на остальных.

- Они так меня любят, что не пустили меня одного. - усмехнулся Нокс, - К демонам нежности, где груз?

- А вот, - он тихо свистнул и из кустов выехала телега. На первый взгляд в ней ничего не было, кроме сена, но опытный взгляд мог определить, что под сеном что-то есть. Лорус быстро подошел к телеге, приподнял одну связку и рассмеялся:

- Ну ты старый контрабандист... Куда везти? - обернулся он к толстяку.

- Да тут недалеко, часа три пути. Только это, осторожнее... Стража бдит.

- Плевать. Ладно, загружайтесь. А я поиграю в кучера, - он забрался вперед и взял вожжи в руки. - Ты другим путем пойдешь?

- Скучно с тобой, генерал, все-то ты заранее знаешь...

- Да, я такой. - дождавшись, когда все заберутся в телегу, он легонько дернул вожжи и две лошадки-тяжеловоза медленно повезли телегу по раздолбанной дороге. 

[Perfect Stranger]

Предместья

 

Шен ничего не сказала, лишь послушно забралась в телегу и устроилась на сене. Когда Лорус тронул поводья, и телега покатилась по дороге, она почему-то почувствовала, будто не вернется туда, в трактир. Странно было осознавать, что их всего четверо. Из отряда в девять человек. Но если по дороге попадутся какие-то проблемы, магесса была готова использовать все свои умения. Допустить, чтобы Тавиле или Дэйгану причинили вред, она не собиралась, а Лорус... Лорус был сильнее их всех, вместе взятых. Ему не нужна была защита.

Ночь все еще была в самом разгаре. Косситка поежилась и достала из сумки плед, обернув его вокруг плеч, и на секунду задержав взгляд на рисунке вышитого на черной ткани серебристого дракона. Задумчиво перебирая край пледа в руках, девушка осторожно прижала его к губам и закрыла глаза. Ветер трепал ее коротко остриженные волосы, превращая их в подобие вороньего гнезда. Свою бриллиантовую тиару она предусмотрительно спрятала на дне сумки, и теперь походила на самую обычную замерзшую девушку, если забыть о серой коже и рогах.

[Ettra]

Предместья

 

- Мы слишком выделяемся, - вздохнула Тавила. - Если наткнемся на стражу, выкрутиться будет сложно. 
Она прислонилась к стенке телеги и вытянула ноги, чуть отодвинув солому. Выделялась она сама, но больше всего - Шен. На простых крестьян они похожи не были точно. И еще крестьяне не возят солому из города в окрестности, больше шансов, что будет наоборот. Надо было прятать в бочках с рыбой, это имеет смысл. Четыре утра - самое время, чтобы прибрежные рыбаки везли свой улов в удаленные от моря поселения, как раз к утру. Но солома... Контрабандист понадеялся на авось, а еще они не успели обсудить план, потому что половину ночи Лорус отсутствовал. Придется работать с тем, что есть. От части Тавила корила себя за то, что не продумала все варианты раньше.

- Шен, накинь плащ на голову и завернись получше. Будет меньше вопросов, - попросила Тавила, заметив, что косситка вытащила плащ. Если она сама может зайти за представителя торговой гильдии, то косситы тут бывают только рабами.

[Junay]

Предместья

 

"А Лорус здесь, как рыба в воде." - подумал про себя Дэйган, заметив как легко потрошитель находит общий язык с местными. 

Он забрался в телегу, прикидывая, какие у них шансы  незаметно провезти груз мимо охраны. Быть может и не плохие. А вот если их засекут, отбиться от стражников будет проблематично - слишком их мало. То, что большая половина группы предпочла опуститься до уровня канализационных воров и выполнять их работу, не мало изумило мужчину. 

"Вот и понадейся на таких "товарищей". - мысленно фыркнул он. Впрочем, надеяться на кого-то либо он давно перестал. 

[Shunt]

Предместья

 

Спокойно они ехали наверно с час. Из-за темноты приходилось ехать медленно и осторожно, но лошади животные не только вкусные, но и умные, так что поездка обошлась без происшествий. Однако когда они уже подъезжали к точке встречи до потрошителя донесся стук копыт, а через минуту его услышали и остальные. Скрипнув зубами, Лорус затормозил - убегать от конников на телеге груженой сверхвзрывоопасной смесью - самоубийство. Из-за поворота выехало несколько стражников, мгновенно окруживших телегу. 

- Что везете? - без приветствий спросил начальник отряда.

- Сено. Солому. Водку. - улыбнулся Лорус, поднимая руки.

- Угу. Слезайте с телеги. 

- Начальник, может, договоримся?.. - с надеждой спросил потрошитель.

- Это как? - с интересом спросил начальник, давая сигнал остальным не приближаться. - Расскажите мне подробности.

 

Можно использовать соц. абилки, можно использовать абилки, имеющие мирное действие. Возможен подкуп.

[Junay]

Предместья

 

- Это как? - с интересом спросил начальник, давая сигнал остальным не приближаться. - Расскажите мне подробности.

 

- Э... Тут такое дело, весьма личное, начальник. Видите ли, один из высоко поставленных магистров пожелал себе на ночь вот эту рабыню. - Дэйган кивнул на Шен. - Вот только доставить ее надо так, что бы ни его теща, ни ее рабы-проныры ничего не заподозрили... Вот и изощряемся в таком виде. Попросили этого доброго человека провести нас, под видом соломы в поместье магистра. Будем крайне благодарны, если вы забудете об этом случае.

 

(убеждение, +1)

 

[Ettra]

Предместья

 

- Расскажите мне подробности.

 

Тавила усмехнулась. Очевидно, какие подробности хочет получить стражник. Золото решает почти все проблемы, как и говорила Тавила Феликсу. Давать монеты на лапу она не хотела, но возможно придется, если не подействуют слова. К такому повороту Тавила не была готова, она предпочитала не попадаться, а не выпутываться из петли, которая затягивается на шее.

- Вам нужны такие подробности? - гномка вынула из кошелька несколько золотых монет и покрутила в пальцах, с удовольствием отметив, как изменилось выражение лица стражника. - Эти незаконные подробности могут стоить вам службы. Как по мне - лучше постоянное жалование, чем один вечер в "Гиацинте". 
Гномка подбросила монетку, и улыбнулась, поймав взгляд стражника. Но Дэйган, похоже, справился лучше.

 

Запугивание

Изменено 6 июня, 2015 пользователем Aloija

[Shunt]

Предместья

 

- Э... Тут такое дело, весьма личное, начальник. Видите ли, один из высоко поставленных магистров пожелал себе на ночь вот эту рабыню. - Дэйган кивнул на Шен. - Вот только доставить ее надо так, что бы ни его теща, ни ее рабы-проныры ничего не заподозрили... Вот и изощряемся в таком виде. Попросили этого доброго человека провести нас, под видом соломы в поместье магистра. Будем крайне благодарны, если вы забудете об этом случае.

 

- Хм... Значит, нас ввели в заблуждение по поводу груза. Бывает. - стражник криво улыбнулся. - Извините за беспокойство. 

Стражники с похвальной скоростью исчезли, а Лорус явственно перевел дух. Дернув за вожжи, он, дождавшись, когда стук копыт исчезнет, рассмеялся:

- Ну ты и мастак врать. Одобряю. Ладно, ехать еще немного... - лошадки вновь покатили телегу дальше по дороге.

 

+1 к репутации

[Junay]

Предместья

 

- Ну ты и мастак врать. Одобряю. Ладно, ехать еще немного... - лошадки вновь покатили телегу дальше по дороге.

 

- Единственное, что мог придумать. К счастью они поверили. - сказал Дэйган. - Однако, похоже, им уже донесли на счет груза, и если еще один патруль встретится, не факт, что простая ложь нас спасет. Они могут захотеть осмотреть телегу. Тогда, наверное, придется только драться...

Он вздохнул. Шансов в бою у них было не так уж и много против организованной охраны. 

[Perfect Stranger]

Предместья

 

- Ну ты и мастак врать. Одобряю. Ладно, ехать еще немного...

 

- Рабыня на ночь?.. - Шен произнесла это наполовину растерянно, наполовину смущенно. - Дэйган!..

Она протянула руку и ткнула кулаком в плечо антиванца, впрочем, несильно, и тут же улыбнулась. Неважно, что именно он сказал, главное, что это подействовало и не пришлось ввязываться в драку или тратить кровью заработанные деньги на взятку. А поскольку их было слишком мало, косситка боялась, что в драке они бы уступили противнику. Если бы остальные были здесь... но они выбрали свой путь, и явственно показали ей, Шен, что им с нею не по пути. Послушавшись совета Тави, косситка накрыла голову плащом, попытавшись спрятать рога и лицо. В темноте сойдет, хотя при свете дня такая "маскировка" и выеденного яйца не стоит. Немного задремав, она прилегла на мягкое сено и вслушивалась в мерное поскрипывание колес телеги...

[Ettra]

Предместья

 

- Ну ты даешь, Дэй, - засмеялась Тавила, покосившись на хитрого северянина. Хорошо, что не пришлось давать взятку. В итоге они бы все равно получили больше, но деньги было жалко. Интересно, что конкретно в телеге? Уж не пытаются ли тевинтерцы придумать замену кунарийскому пороху? Тогда странно, что груз проходит контрабандно. 
Поудобнее улегшись на соломе, Тавила позволила себе немного подремать. Ехать далеко, не пропадать же свободному времени в пустую.

[Junay]

Предместья

 

- Рабыня на ночь?.. - Шен произнесла это наполовину растерянно, наполовину смущенно. - Дэйган!..

 

- Извини, но это оказалось очень хорошим прикрытием. - засмеялся мужчина. - Думаю, стражники опешили от такого и не рискнули рыться в чужом белье. Тем более, магистерском. Но кто-то их уже уведомил о грузе, который будет перевозиться. Видимо, крысы есть везде.  - пожал плечами Ашкаари и удобнее улегся на соломе.