Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Junay]

Бриг "Победа"

 

- При новой Верховной Жрице Орден Храмовников будет всеми силами восстановить свою честь, хотя большая часть, как я, служат в Инквизиции, которая все же победила Красных Храмовников, - серьезно ответила мужчина, однако скоро сменил свое выражение лица на более мягкое и... добродушное, что ли?

 

- Надеюсь, Инквизиция поставила жирную точку на красных храмовниках и красном лириуме. - сказал Дэйган. - Если этот орден серьезно занимается угрозой красного лириума, ему следует знать о тейге Браннворт. Наверняка, массовые поставки этой дряни идут именно оттуда. 

Не представляю, как красным храмовникам удалось туда проникнуть... Но там этого красного лириума - как грязи в болоте. 

 

- Что же до Лилиан... Эльф? Этот Асмодеус? С чего вы взяли, я не заметил между ними хоть какого-то взаимоотношения. Хотя... этот эльф с кем-нибудь общается?

 

- Общается?  Только если считать тонны пустопорожнего пафоса и раздутое до маразма самомнение, общением. А так - нет. Никогда не слышал , что бы он разговаривал с кем-то по человечески. Но Лилиан он строил глазки, в своей непередаваемой манере. Возможно такая "экзотика", прости Создатель, пришлась ей по вкусу? - пожал плечами Дэйган. 

[Perfect Stranger]

Таверна "Хвост акулы"

 

-Ее научить надо бы сначала а уж потом экспектировать,-сказал он отпив из бокала

 

- Экспе... что? - не поняла Шен. А потом, услышав финальное пожелание Лилиан, напряглась, но кивнула. - Хорошо. Я попробую.

Решительно поднявшись, она направилась к указанному пареньку. Кажется, он попросту дремал после выпитого накануне эля, поэтому сначала даже не заметил приближения рогатой. Но Шен не могла допустить, чтобы ее сочли ну совершенно ни на что не годной трусихой, поэтому она не придумала ничего лучше, как ткнуть несчастного в бок. Дернувшись, парень проснулся и кажется спросонья подумал, что он все еще на Сегероне.

- Ай! Тревога! Рогатые атакуют! - закричал он, подскочив на месте и ища на поясе меч, которого там, естественно, не было.

- Кунари-маги, - напомнила ему косситка и улыбнулась. - Хочешь увидеть, на что способны саирабаазы?

- Э... я... нет, пожалуй, не сегодня! - выпалил тот и, с минуту поколебавшись, все же решил покинуть таверну от греха подальше.

[Spectre]

Таверна

Глядя на великолепную сцену запугивания дремавшего пьяницы, Лилиан удивлялась как же он быстро свалил от Шен. Вот до чего доводит людей эль, они готовы убегать от первого встречного. Когда парень убегал, Лилиан ему вслед добавила:

- Приходи вечером, у нас не один маг-кунари, а целых два, трус несчастный! 

"Да, чтобы такого придумать для Римата и того безумца...ну для Римата будет достаточно легко, а вот Паззо..." - проговорила про себя лилиан.

[Kykuy]

Минратос -> Рынок -> Серебряный Шпиль

 

Наступала ночь, и Баратас решил направиться на рынок, пока лавки не закрылись. То, что ночью все торговцы, кроме не самых законопослушных, сматывались домой, почему-то казалось ему странным и даже дурацким? Ну кто упустит возможную выгоду? Вдруг ночью кому-то срочно понадобится лечебное зелье, а ахлмическая лавка - оп, закрыта-то!

Но ему повезло - когда он дошёл до лотков и лавок с товарами, с них ещё слышались зазывающие крики торговцев и гомон покупателей. Далеко не такой сильный, как днём - некоторые барыги уже свинтили домой, но всё же.

- Только сегодня, специальное предложение по сниженной цене! Экзотические товары Сирио! Изделия из кожи крокодила, шкуры тигра! Украшения из золота и слоновой кости! Успей сэкономить!, - услышал коссит неподалёку от себя. Кожа крокодила? Шкура тигра? Он бы не отказался от плаща из любого из этих материалов. Свой старый из пумы он потерял уже давно, ещё до того, как пришёл в Минратос, и нужна была замена.

- Прочь, рогатый! Вы все воры или разбойники. Отодвинь свою морду, покупателей распугиваешь!, - приветливое выражение на лице торговца вмиг сменилось недовольным.

- У меня есть деньги, - с нажимом произнёс Баратас, доставая кошёлёк, - Дай мне вот это нечто, похожее на плащ. Да, из кожи крокодила, - продолжил он, стараясь сохранять спокойствие в голосе.

Выражение лица торговца изменилось несколько раз за пять секунд, от недоумения до и наконец он произнёс сквозь зубы, махнув рукой: - 2 золотые.

- Вот и отлично, - маг выложил требуемую сумму и забрал товар. Он был несколько пришиблен таким отношением от торговца. "Воры и разбойники". В общем-то, на его счёт торгаш был прав, но чтобы прямо все... Ведь, например, Шен не была ни тем, ни другим. Ну, по-крайней мере за ней он такого не замечал.

" Она - маг крови. А это - ещё хуже. ", - вдруг подумал Баратас, и сжал губы. Магистры Тевинтера применяли магию крови, и для них это было естественной частью жизни, как, например, пить или дышать. Но вот чтобы кто-то из его собственного народа мог применять эту грязную, противную природе магию... Осознание этого давило на молодого коссита. 

Отмахнувшись от этих мыслей, он двинулся дальше. Ему ещё пригляделся барабан бонго - у него самого был такой, правда, играл он совсем неважно. Второй торговец, продавший барабан, не стал никак комментировать принадлежность Баратаса к рогатой расе, и он немного успокоился, выходя с рынка.

Ноги сами привели его к Серебряному Шпилю. Именно здесь "Драконы" искали и нашли данные о последнем наследнике Дариниуса. Тогда, в свете дня и увлечённый заданием Селестия, почти не заметил здания - ну, башня, как башня. Сейчас же его взгляд почти не отрывался от величественной фигуры резиденции Чёрного Жреца и тевинтерской Церкви. В свете дня Шпиль великолепно сверкал, слепя в глаза, ночью же это был просто тёмный силуэт - лунный свет далеко не так силён, как солнечный. И тем не менее, великолепие здания нельзя было не признать. Смотря на огоньки в некоторых окнах, Баратас почему-то вспомнил спор с Асмодеусом, когда отряд встретил Дориана и Арлетт.

" Интересно, а сколько рабов строило вот эту штуку? И сколько умерло во время её постройки? ", - подумал он, сжав кулаки. " Всё достаётся заслужившим это ". Лицемерие этого утверждения, особенно в устах эльфа сейчас почти взбесило коссита. Как раб может чего-то заслужить, когда он носит тяжеленный ошейник на шее, а за провинности его могут избить, и даже убить? Как может эльф или коссит подняться здесь, в мире, где на них в лучшем случае смотрят свысока? Да их скорее убьют, чем дадут возможность возвыситься.

 

+ плащ из крокодиловой кожи

+ барабан бонго

- 2.5 золотых.

[Supreme Overlord Malekith]

Таверна

Асмодеус оставил все вещи и деньги в таверне с Артой уведомив ее что решил налегке прогуляться по ночному Минратосу в компании бутыли аква магуса и там он вскоре в одном из темных переулков застал пьяного чужеземного купца что хвастался своей зделкой и Асмодеус не выдержав его акцент, допив бутыль, сзади решил его вырубить и забрать содержимое вернув в Империум-себе

грабеж

 

Асмодеус попадает в тюрьму!

[Supreme Overlord Malekith]

тюрьма
Асмодеус проснулся с запоя в тюрьме и поскольку тут оставаться он не хотел посему вскоре он взяв отмычки попытался ублажить замок камеры

Попытки Взлома

Тюрьма

 

Асмодеус кажись взломал замок судя по челчкам а значит оставалось только одно....

[Junay]

Бриг "Победа"

 

Распрощавшись с храмовником, Дэйган прошелся по палубе.  Над морем горел яркий закат, а на темнеющем небе уже высыпали звезды. Мокрый нос ткнулся ему в руку – Тэнгу отыскал его на корабле. Спрашивать было не о чем, дух очень хорошо чувствовал состояние своего товарища.
- Надеюсь, мы скоро отплывем на Сегерон. Нужно еще только с Летучим Тевинтерцем разобраться. Куда там Лорус запропастился? – пробормотал он себе под нос,  вытаскивая из-за пазухи трубку и кисет.

 

Рядом с «Победой» был пришвартован толстобокий торговый антиванский корабль, возле борта которого прохлаждался богато одетый антиванец, видимо, купец. Странно, что купец торчит на корабле в такое позднее время, а не развлекается в казино или борделе Минратоса.
- Buenas noches, señor! – окликнул его Дэйган, и поклонился. - Una maravillosa puesta de sol de hoy, ¿no?
Купец вздрогнул и обернулся, спрашивая себя, кто к нему обращается.
- Buenas noches. – холодно ответил мужчина, цепко разглядывая Дэйгана.
А у того при виде незнакомца, едва челюсть не отвисла.
«Это – не антиванец! Помнишь, я говорил, что видел его, а ты «показалось, показалось…» - мысленно воскликнул мужчина.
Купец действительно был не антиванцем, хотя тщательно косил под него. И возможно, для местных такая маскировка могла прокатить, где любой смуглый брюнет с антивским акцентом априори является антиванцем. Но вот Дэйган не мог не узнать человека своей родной расы. Высокие скулы, прямые брови, с загнутыми вверх концами, удлиненные глаза, черные, со стальным отливом, волосы…
«Арашиец!» - бухнуло у него в голове. «Что он здесь забыл, да еще в виде антивского торговца? Они же убрались с материка после моей смерти? Убрались же?»
А торговец тем временем с любопытством разглядывал. Но не его – Тэнгу.
- Приятно увидеть соотечественника в таких отдаленных местах. – снова сказал Дэйган. – Федерико Альварес, наемник капитана Квинта, к вашим услугам. С кем имею честь говорить, сеньор?
- Роберто Ривера, представитель Торгового Дома «Северный Ветер», a su servicio– сообщил арашиец безразличным тоном, не сводя любопытного  взгляда с Тэнгу.
«Вот и познакомились, соотечественники». – саркастично подумал Дэйган.

Впрочем, арашиец, видимо, решил, что уделил слишком много внимания наемнику, и холодно кивнув, направился в каюты.

 

- Ты это слышал? Торговый дом? Какого черта? – пробормотал себе под нос Ашкаари. – Мы же и спокон веков торгуем только на нейтральных территориях, через посредников. Но Торговый Дом в Антиве?

«Как ты понимаешь,  целью Шинджи было не только гоняться за тобой по Антиве. Клан не посылает своих людей на подобные… кхм… задания без очень веских оснований. Интерес был в другом.» - сказал Тэнгу. «Ходили слухи, что  в Антиве некоторые сеньоры уже после Золотого дракона,  имели дело с контрабандой красного лириума, и вместе с красными храмовниками занимались богомерзкими экспериментами над людьми, пытаясь создать из них непобедимых лириумных воинов… К сожалению, из-за криворукости экспериментаторов, получались только лириумные монстры. Инквизиция однажды добралась до них и прикрыла лавочку. Настолько хорошо прикрыла, что те, кто успел унести ноги, залегли на дно и превратились в белых и пушистых. Например, в торговцев.»
- Красный лириум… Как же я не догадался! Вот, что им было нужно.  – покачал головой Дэхйган. – Вот почему они за мной бегали…
«Именно. Ты бывал в Браннворте, ты подвергся влиянию красного лириума. Ты был нужен, как подопытный кролик. Лириум можно правильно обработать – пример тому твой лириумный клинок, и амулет твоего брата. Но эта технология утеряна.» - вздохнул Тэнгу. «Когда они узнали, что ты побывал в Браннворте и привез оттуда какой-то артефакт… Они думали, в тебе секрет правильной  обработки этой дряни.  И только  когда Гэйден погиб, их надежды рухнули. Они связались с красными храмовниками,  вместе с ними исследовали лириум, пытаясь создать жизнеспособный гибрид, но… Все было напрасно. Теперь они ищут другие пути. Говорят, в Инквизиции есть какой-то ученый, который занимается красным лириумом. Не удивлюсь, если «горячие северные парни» ему уже ассистируют в экспериментах.»
- И ты… Ты все знал, и молчал?! Почему?! – в отчаянье спросил мужчина.
«Что бы ты нормально жил, а не угробил свою жизнь, сводя новые счеты с кланом! Хватит уже! Ты и так навоевался. С красным лириумом разберутся без тебя – например, та же Инквизиция.» - отрезал Тэнгу и зевнул. «А у тебя есть и другие дела, верно?»
- Хм, верно. Слушай, а эта Инквизиция… Она же всех желающих принимает? – потер подбородок Дэйган.
Тэнгу взглянул на него крайне укоризненным  взглядом и молча покачал головой.

Изменено 24 июля, 2015 пользователем Junay

[Supreme Overlord Malekith]

тюрьма

Асмодеус после замка попытался скрыться и поспешно выбраться из тюрьмы дабы вернутся в таверну

 

Неудача!

Грабеж: -3 к репутации!

[Элесар]

Таверна

 

- Цирк на выезде какой-то, - покачав головой пробурчал гном, возвращаясь к починке своего арбалета. Не то, чтобы починке, просто Эд предпочитал перепроверять оружие до того, как оно откажет, только и всего. Мабари едва слышно тявкнул и отошёл от хозяина. Пёс прилёг неподалёку от стола, за которым играли в кости, и с интересом уставился на игроков, похоже ему, в отличие от следопыта, было в компании неодушевлённых вещей куда как скучнее.

[Supreme Overlord Malekith]

DEL Изменено 24 июля, 2015 пользователем Drazhar

[Spectre]

Таверна

После неожиданного успеха в кости (дома в это никогда не поверят) Лилиан сидела на стуле, откинувшись на его кресло и придумывала, что же загадать юному магу и тому безумцу. "Ну ладно, Римату будет легко, а вот Паззо, что же ему нужно сказать?" - задумывалась над этим вопросом она. "Ну ладно, позже придумаю, по ходу дела" - добавила она мысленно. Интересно, когда начнется новое задание, а то уже становится немного скучно сидеть в четырех комнатах без дела, а денег не так много, чтобы разгуляться по базару.

- Кхкм, не хочу отвлекать всех присутствующих, но никто ничего не слышал о новом задании? Ну там еще до Тени наш потрошитель предлагал всем уничтожить какой-то тевинтерский корабль, - обратилась с вопросом ко всем присутствующим наемникам Лилиан, - никто не в курсе, нет?

Изменено 24 июля, 2015 пользователем Spectre

[Kykuy]

Серебряный Шпиль -> Таверна

 

Прошёл уже не один час, а Баратас так и стоял перед громадой Шпиля, словно статуя. Была ночь, и на улицах никого не было. Стражников же одиноко стоящий коссит нисколько не волновал, пока не создавал проблем. Маг лишь поёжился от порыва ветра и поплотнее закутался в новый плащ, пряча свои слегка озябшие кисти.

" Кожа твёрдая ", - отрешенно подумал он, проводя рукой в перчатке по внутренней стороне плаща. Пожалуй, даже настолько твёрдая, что если обмотать ей руку, можно защититься от выпада короткой шпаги или кинжала. Из раздумий Баратаса вырвал звук стучащих по мостовой копыт и катящихся колёс, а также далёкий окрик возницы:

- Посторонись! Зашибу!, - звуки быстро приближались. Наездник гикнул и хлестнул кнутом, и тройка лошадей ещё быстрее рванула вперёд, таща за собой экипаж. Маг едва успел посторониться, и перед его глазами словно молния пролетел экипаж. Через несколько секунд о нём напоминал только всё отдаляющийся стук копыт. Как следует разглядеть карету Баратас не успел, но, кажется, она была сделана из красного дерева и украшена золотом. Наверное, какой-нибудь магистр или богач.

" Они ничем не лучше нас. Так же рождаются, так же умирают, как и дышат, едят, и так далее. ", - подумал он, глядя туда, где минуту назад ехал экипаж. - " Магией они владеют не лучше нас, даже наоборот. Даже в кандалах, на поводке, без посоха, саирабаз может на равных противостоять людскому магу. Но никогда ни один магистр не возьмёт в ученики коссита. Но ведь даже кунари обращают в свою веру людей, эльфов, может быть, даже гномов, и обращаются к ним почти на равных. Почти. ", - Баратас глубоков вздохнул. Ему хотелось отогнать эти мысли - что от них толку? Но он всё равно почему-то продолжал стоять на месте, стиснув пальцы на посохе под плащом, - " Это и погубит Тевинтер. Даже если они смогут отбросить кунари с Сегерона, это лишь отсрочит неизбежное. Когда-то Империя, наверное, была великой, но сейчас уже нет. Она пожирает себя изнутри, словно могильные черви труп. Когда внешние враги закончатся, она должна развалиться. " - Баратас поднял взгляд на громаду Шпиля, и внезапная мысль одним большим штрихом перечеркнула всё, о чём он раздумывал до этого.

Ненавидит тот, кто бессилен. Возможно, он действительно прав, и Империя развалится, когда-нибудь? Но только вот что с того? Самому-то ему, Баратасу, от этого не легче. Он ничего не может сделать. Единственный выход - сосуществовать с людьми, найти своё место. Единственный выход, если он не хочет оказаться трупом в ближайшей канаве или саирабазом на поводке и с зашитым ртом.

Покачав головой, маг наконец сдвинулся с места. Надо было возвращаться в таверну. Возможно, они наконец-то поплывут на Сегерон. 

 

- Кхкм, не хочу отвлекать всех присутствующих, но никто ничего не слышал о новом задании? Ну там еще до Тени наш потрошитель предлагал всем уничтожить какой-то тевинтерский корабль, - обратилась с вопросом ко всем присутствующим наемникам Лилиан, - никто не в курсе, нет?

- Не слышал. Можно поискать Лоруса. Предлагаю начать с заднего двора таверны, а потом взглянуть в канавах. Наверное, он опять напился, - ответил Баратас, входя в таверну и усаживаясь за стул возле камина. - А что, тоже не терпится?

[Shunt]

Таверна

 

- Не слышал. Можно поискать Лоруса. Предлагаю начать с заднего двора таверны, а потом взглянуть в канавах. Наверное, он опять напился, - ответил Баратас, входя в таверну и усаживаясь за стул возле камина. 

 

- Не опять, а снова! - громко, с неестественной улыбкой на лице произнес потрошитель, выбираясь из-под стола. Он честно прохрапел под столом в обнимку с бочонком рома (правда, уже без рома) почти все самое интересное. Благо, теперь наемников никто не должен был отвлечь от задания. - Готовы покрыть себя неувядаемой славой, господа и дамы? 

[Spectre]

Таверна

- А что, тоже не терпится?

- Да, зачем попусту сидеть без дела, верно ведь, мой рогатый друг, - улыбнувшись, подмигнула Лилиан, - кстати, я вот всегда хотела спросить, вот косситы, вы вообще кого предпочитаете? Ну то есть только своих и никаких исключений? Или вам без разницы? Ты это не подумай ничего такого дурного, просто дружеский вопрос.

[Perfect Stranger]

Таверна "Хвост акулы"

 

Ну то есть только своих и никаких исключений? Или вам без разницы?

 

"Это очень... очень неприличный вопрос", - подумала Шен, но не сказала этого вслух, потому что была воспитанной косситкой. Относительно. Зато, увидев Лоруса, немного отлегло от сердца - слава всем богам, он не погиб и не покинул отряд, и не загремел в тюрьму. А то с него ведь станется.

- Да, готовы. Нам только надо сходить на "Победу" и захватить Дэйгана. А еще Тавилу разбудить, - сказала магесса, сонно потягиваясь и зевая. Похоже, слова "покрыть себя славой" ее не очень убедили в том, что задание предстоит действительно опасное. - А что Квинт? Он нам уже давно заданий не давал...

[Kykuy]

Таверна

 

- Не опять, а снова! - громко, с неестественной улыбкой на лице произнес потрошитель, выбираясь из-под стола. Он честно прохрапел под столом в обнимку с бочонком рома (правда, уже без рома) почти все самое интересное. Благо, теперь наемников никто не должен был отвлечь от задания. - Готовы покрыть себя неувядаемой славой, господа и дамы?

- Снова - что? Пьян? Не говори, я и так знаю ответ, - махнул рукой Баратас, - Мы тут уже заржавели и илом зарастаем, не видишь? Конечно готовы. Как всегда.

 

- Кстати, я вот всегда хотела спросить, вот косситы, вы вообще кого предпочитаете? Ну то есть только своих и никаких исключений? Или вам без разницы? Ты это не подумай ничего такого дурного, просто дружеский вопрос.

- Предпочитаем кого - в каком смысле?, - ответил коссит. Он знал, что Лилиан имеет ввиду - в конце концов, что ещё можно было ожидать от орлесианки? - Например, если я очень сильно буду голодать, то съем я с одинаковым аппетитом и лошадь, и, скажем, упитанную орлесианку. Так что в этом смысле тебе повезло. Ты не упитанная, - улыбнулся он, нащупав под одеянием амулет из человеческих клыков. Однажды он уже съел человека голодной зимой в лесу, после недельного голодания. Главным образом именно из-за этого коссит не усмотрел в трапезе Лоруса торговцем ничего плохого.

[Spectre]

Таверна

- Например, если я очень сильно буду голодать, то съем я с одинаковым аппетитом и лошадь, и, скажем, упитанную орлесианку. Так что в этом смысле тебе повезло. Ты не упитанная, - улыбнулся он, нащупав под одеянием амулет из человеческих клыков.

- В общем умеешь о себе заботится и в одиночку не пропадешь, - улыбнувшись сказала Лилиан, - и да, спасибо за комплимент. Но насчет упитанных орлесианок, то тебе чтобы наесться придется съесть немало их, все орлесианки удивительно худые и костлявые. Вот ферелденцы это другое дело, там уж видно, что едят вдоволь и набираются веса...Создатель, это я или Лорус только что сказала?

[Shunt]

Таверна

 

- Мы тут уже заржавели и илом зарастаем, не видишь? Конечно готовы. Как всегда.

 

- Ага. Например обсуждаете, что вкуснее - люди или косситы. По своему опыту скажу - человечина легкоусвояемое, практически диетическое мясо. - Нокс усмехнулся и плюхнулся на ближайший стул. - Шутки в сторону, девочки, дело обещает быть серьезным. Кстати, где эта подземная карлица? Она обычно народ созывает. В любом случае, мне нужны все. - про новобранцев он еще не знал. 

 

- Создатель, это я или Лорус только что сказала?

 

- Ты мне нравишься все больше и больше. 

Изменено 24 июля, 2015 пользователем Гервальд из Рыбнии

[Ettra]

Таверна

 

- Кстати, где эта подземная карлица?

 

- Что за дело? - вяло спросила Тавила, спускаясь со второго этажа. Заснуть она так и не смогла, мысли не давали. И хоть чувства вины за решение отдать кольцо магу она не испытывала, был привкус чего-то неправильного. Хорошим лидером Тавила никогда не была и быть не хотела. А Квинт навесил на нее эту обязанность и ответственность, а сам пропал неизвестно куда. От Лоруса тоже никакой помощи она не ожидала, он тоже пропадал на неопределенное время. Тем сильнее Тавила удивилась, когда услышала, что потрошитель нашел какую-то работу. 

[Junay]

Бриг "Победа"

 

Идти в душный трюм не хотелось. Да и следовало  понаблюдать за антиванским торговым корытом не мешало бы. "Купец" явно изумился наличию Тэнгу у антиванца - таких собак на материке просто не бывает. И теперь, скорее всего, ломает голову, что это значит. Какой-то знак от  союзников? Какой-то знак от врагов? Ну-ну, поскрепи мозгами, "соотечественник".

Дэйган раскурил трубку, и опершись о борт, стал рассматривать пристань, которая быстро пустела с наступлением ночи.

[Leo-ranger]

Таверна

 

В любом случае, мне нужны все.

 

- Возможно все - это даже больше, чем вы не можете себе представить. Или можете, но не хотите. Я предпочитаю лезть в чужую не жизнь. Или что-то вроде того,- подал голос Паззо.- Паззо "Безумец" Бариле, новенький.

[Perfect Stranger]

Таверна "Хвост акулы" - Бриг "Победа"

 

В любом случае, мне нужны все.

 

- Тогда я пойду... схожу за Дэйганом, - тихо проговорила Шен, вдруг почувствовав себя здесь лишней. О том разговоре на базаре Неромениана потрошитель, похоже, совершенно забыл. Или делал вид, что забыл. Поднявшись из-за стола, косситка покачала головой Римату, когда он потянулся было последовать за ней. Ей хотелось пройтись в одиночку.

До корабля она добралась даже слишком быстро - потому что на улице накрапывал дождь, и потому что Шен практически бежала рысцой. Взлетев по трапу и даже не ответив на приветствие Кая (он, как оказалось, все это время жил на корабле и прилежно выполнял свою работу), она зашла в кубрик и огляделась в поисках антиванца.

- Дэйган?

[Shunt]

Таверна

 

- Что за дело? - вяло спросила Тавила, спускаясь со второго этажа.

 

- Важное. Такое, что нам очень поможет в будущем. - улыбнулся потрошитель. Настроение с каждой минутой улучшалось. - "Черная Смерть". - он покосился на наемников и уточнил. - Тот корабль, который всем мешает. Мы можем его... обезвредить, скажем так. Но дело будет сложным и опасным. Вполне возможно, что даже опаснее Тени. Если хотите, могу рассказать подробности. Или не интересует?

 

- Паззо "Безумец" Бариле, новенький.

 

- Добро пожаловать. - кивнул Нокс. 

Изменено 24 июля, 2015 пользователем Гервальд из Рыбнии

[Junay]

Бриг "Победа"

 

Не кстати начавшийся дождь вынудил его прервать блаженное ничегонеделанье и бормоча под нос ругательства, отправиться в кубрик. Однако, едва он вошел в него, как сзади раздался голос косситки.

 

- Дэйган?

 

Мужчина обернулся.

- Я здесь. Что-то случилось? Ты запыхалась. Там - он кивнул в сторону таверны - какие-то неприятности?

[Spectre]

Таверна

- "Черная Смерть". - он покосился на наемников и уточнил. - Тот корабль, который всем мешает. Мы можем его... обезвредить, скажем так. Но дело будет сложным и опасным. Вполне возможно, что даже опаснее Тени. Если хотите, могу рассказать подробности. Или не интересует?

- Проклятье, конечно интересует, это точно получше, чем выдумывать занятия для Паззо с его ножами и безумными планами растерзать кого-нибудь, - усмехнувшись ответила Лилиан и кивнула головой, - но выдержит ли корабль, а то мало ли, может его укрепить как-нибудь?