Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Элесар]

Логово Кобр

 

Нел радостно гавкнул и высунул язык в ответ на похвалу Дэйгана, однако мабари принюхался к кровавым пятнам и заскулил. Видимо, он привык находить более-менее живых существ, а не их... части.

- Охренеть. Ладно, похоже не зря мы решили за рогатой снарядиться. Что-то не нравится мне это... Она, конечно, гребанутый маг крови, но не стала б она просто так вены резать. Или стала бы? Ай. Давай дальше, Нел. Тут нам делать уже нечего...

 

За собачку

[Perfect Stranger]

Логово "Кобр"

 

К сожалению, от комнаты дальше мабари шел неуверенно, постоянно останавливаясь и оглядываясь, как будто его что-то отвлекало. В конце концов он привел их в грот, где Шен купалась в источнике. Веселое журчание прохладной воды на этот раз не принесло никакой радости, потому что здесь запах терялся. Возможно, из-за того, что Шен перешла через воду, и течение его попросту смыло. Вдалеке, на другой стороне грота, виднелись несколько темнеющих провалов - новые тоннели, как понял Дэйган. Шен ушла по одному из них, если чутье его не подводит. Оставалось только угадать, по какому. От собаки больше не было никакого толку, пес бегал вдоль берега источника, немного попил, наклонив голову к воде, и фыркнул. Он устал, как и все они.

Интересно, неужели Шен ушла босиком?.. Если так, то, наверное, несладко ей приходится сейчас, в каменных коридорах с острыми обломками скалы, повсюду выступающими из пола.

 

(можно бросить кубик на поиск следов)

[Junay]

Логово "Кобр"

 

- Кажется, мы потеряли след. - проговорил Дэйган, смотря на поведение мабари. - Не удивительно, если она пошла по воде. 

Он вымыл лицо холодной водой, что немного привело Ашкаари в чувство.  - Нужно посмотреть следы там. - он указал на темные провалы. ее явно повели в один из них. Но в какой?

Ко всему, Дэйган опасался напороться на похитителей Шен,  они явно будут вооружены, и придется с ними сразиться.

Перебравшись через поток, он направился к проходам и стал осматривать землю, в надежде обнаружить следы.

 

(поиск следов)

 

[Kykuy]

Логово "Кобр"

 

- Мда уж... чёртова вода, - дальше последовало странное слово, и скорее всего ругательное, видимо, на кунарийском, обрывки которого Баратас всё же знал. Но - делать нечего, придётся теперь полагаться не только на Нела(а ведь как удобно было!), а на самих себя. Набрав в руки воды из источника, коссит попил воды и повернулся к остальным, - Хорошая, чистая вода. Рекомендую, - и направился к развилке. Теперь вся надежда была на то, что Шен шла босая и где-нибудь поранилась. Кровь была бы неплохим ориентиром.

Ничего необычного, что чувствовали Лилиан или Дэйган, Баратас не чувствовал. Но на всякий случай он решил быть настороже. Висп давал весьма неплохое освещение, так что если следы и были, то он их найдёт.

 

Поиск следов(+1)

[Spectre]

Логово "Кобр"

- Надо найти Шен, если Кас и в этом замешан, я лично его глаз выколю, - с некой яростью в голосе сказала Лилиан, когда выговаривала имя Каса, - правда трудно будет здесь найти следы, темновато. Но я постараюсь ее найти, отчасти ведь я виновна в этом...

(поиск +1)

[Ettra]

Логово "Кобр"

 

- Не понимаю, почему она убежала, - выдохнул Римат. Он склонился над водой и смотрел на свое отражение, будто надеясь найти ответ на свой вопрос. 
- Она слишком резко реагирует на... всякое, - ответила Тавила, вспомнив, как Шен вела себя после ухода Феликса. В конце-концов это ее погубит и Тавила чувствовала, что не в силах повлиять на это. Кажется, она сейчас не в силах влиять даже на свое будущее, иначе давно была бы за пределами Минратоса.
Тавила зачерпнула ледяной воды и плеснула на лицо. Надо собраться и искать дальше. В подземельях она чувствовала себя уверенно, как и любой гном. Камень говорит с теми, кто умеет слышать и чувствовать. Закрыв глаза, Тавила прикоснулась ладонью к холодной шершавой стене и попыталась сосредоточиться. 

Рим (+1) и Тави

 

Успех!

[Perfect Stranger]

Логово "Кобр"

 

Тавилу чувство Камня не подвело. Она уже сомневалась в том, что все еще может ориентироваться подземельях, но здесь, как и на Тропах, внезапно ощутила прилив сил и уверенности. И пусть гномка ничего не знала о причинах внезапного побега Шен, догадаться она могла. Римат вел себя странно с того самого момента, казалось, что он чувствует себя в чем-то виноватым. Может быть, он сказал или сделал нечто, что заставило косситку бежать, словно за пятки ее кусала целая орда демонов.

Следы крови она нашла в одном из тоннелей почти сразу же, ясные, четкие следы в форме ног. Все-таки магесса пошла босиком. Ужасная авантюра, если спросить Тавилу. Отсутствие хорошей обуви на Тропах могло стать бедой почище Порождений Тьмы, а Шен, похоже, этого не знала или не думала об этом. Следы блуждали из тоннеля в тоннель, то и дело проходя кругами, и похоже, косситка совершенно не понимала, куда идет. После часа с небольшим поисков, когда наемники уже выбились из сил, а маги устали поддерживать освещение в полной, непроглядной темноте, они кое-что нашли. Это был окровавленный камень, лежавший возле стены коридора. На камне Дэйган различил несколько налипших белых волосков. Впереди, пройдя чуть подальше, Лилиан увидела следы крови - уже гораздо больше, чем прежние, они тянулись из разлившейся по полу темно-красной лужи. Свежая, кровь только-только начала засыхать - они опоздали буквально на полчаса, не больше. Следы тянулись вперед, в темноту.

[Spectre]

Логово "Кобр"

- Кровь...свежая совсем, и часа наверное не прошло, - сказала Лилиан, заметив на полу чью-то кровь, - она ведет куда-то туда, видимо несли по земле тело. Проклятье, надеюсь не опоздали еще.

[Junay]

Логово "Кобр"

 

- Демоны... Ее что, по голове камнем огрели? - прошептал Дэйган. - Надеюсь, она еще жива, иначе бы не тащили за собой...

Теперь следы были хорошо видны - кровавые следы, уводящие в туннель. 

Мужчина неслышно потянул клинки из ножен:

- Доставайте оружие. Кажется, кому-то придется разъяснить, что с девушек бить по голове камнями, чревато.

Тихо он двинулся по кровавым следам, пытаясь держаться теней и прислушиваясь. 

[Ettra]

Логово "Кобр"

 

- Демоны! - рыкнула Тавила, с горечью пнув стену, чтобы выместить злобу. На Шен, в первую очередь и на себя за то, что не может отступить. И никогда не сможет. Шен стала дороже, чем любой из гномов Легиона из за слабости Тавилы. Из-за желания найти семью, тех, кто не будет обречен на скорую смерть в конце-концов. 
Она вытащила из ножен меч и уверенно пошла вперед, стараясь не думать о том, что может найти дальше. 

[Perfect Stranger]

Логово "Кобр"

 

Темные тоннели, казалось, не кончатся никогда. Наемники уже и сами потерялись, сомневаясь в том, что смогут отыскать дорогу назад к "Кобрам" - да и, странное дело, мало кто уже хотел возвращаться. Но выбора у них не было. Смерть ждала их либо в катакомбах, от голода и жажды, мучительная, безумная смерть - либо наверху, где их наверняка схватят гвардейцы Архонта и показательно казнят за сотрудничество с преступниками и за сопротивление правосудию. Тавиле они теперь напоминали этот самый Легион Мертвых - просто потому, что для всех в этом городе они уже были заранее мертвы. Их похоронили в тот момент, когда пришли арестовывать Филиппа. И, возможно поэтому, "Драконы" наконец-то сплотились. Перед лицом общей угрозы не оставалось делать ничего другого.

Впереди послышались тяжелые шаги и чье-то напряженное дыхание.

- Скорее, туда! - прошептал кто-то из них, и они ускорили шаг. За поворотом, отправив осветительный шарик Баратаса вперед, наемники увидели какого-то мужчину, тащившего бессознательное тело Шен по камням, словно мешок картошки. Ее халат превратился в лохмотья, волосы, когда-то белые, а теперь грязные и окровавленные, слиплись, обрамляя лицо. Человек, к сожалению, тоже увидел их, потому что сразу же бросил тело косситки на землю, схватил ее за волосы и притянул к себе. В руках у него был острый обломок камня, похожий на кинжал. Судя по всему, другого оружия у него не было.

- Стойте! Бросьте оружие, или я...! - крикнул он хрипло и тут же разразился оглушительным кашлем. Капли крови он уже не пытался стереть с лица. Выглядел человек худо, если не сказать ужасно - бледный, истощенный, измученный. На шее, руках и лице видны были следы пыток. Свет выхватил старый ожог на бледной, провалившейся щеке. Кто-то затушил о нее сигарету. - Я знал, что рано или поздно вы найдете меня, - прошептал он, подавив кашель, но Шен не отпустил. Как и не опустил внимательного, с затаенным безумием, взгляда загнанной в угол лисицы. - Не думал, что так... скоро. Это он вас послал, да? Конечно же. Этого следовало ожидать. Послать головорезов за Халлисом, дав ему насладиться иллюзией свободы, вдоволь помучить его разум и тело, а потом хладнокровно убить.

Глаза его блеснули из-под упавших на них спутанных волос. Этого человека довели до предела, и похоже, он всерьез думал, что "Драконов" послали именно за ним.

[Junay]

Логово "Кобр"

 

Дэйган, увидев, что Шен тащит вовсе не группа "Кобр", а какой-то замученный (в прямом смысле) хмырь, не мало изумился.

Он ожидал совсем другого, но эта картина сбила его с толку. Что же это получается? Как Шен связалась с этим хмырем и вообще - зачем?

 

Это он вас послал, да? Конечно же. Этого следовало ожидать. Послать головорезов за Халлисом, дав ему насладиться иллюзией свободы, вдоволь помучить его разум и тело, а потом хладнокровно убить.

 

- Стой! Спокойно! Нас никто не посылал. - Дэйган спрятал клинки, показывая, что драться не собирается. Укокошить этого человека он мог и метательным ножом. - Мы ищем свою подругу, боялись, что с ней что-то случится... И как видно, боялись не зря. 

Мужчина указал на Шен:

- Отпусти ее, и мы не причиним тебе вреда. Клянусь. Нам нужна только она - и все.

Изменено 7 августа, 2015 пользователем Junay

[Spectre]

Логово "Кобр"

- Не думал, что так... скоро. Это он вас послал, да? Конечно же. Этого следовало ожидать. Послать головорезов за Халлисом, дав ему насладиться иллюзией свободы, вдоволь помучить его разум и тело, а потом хладнокровно убить.

- Он сломлен...его пытали слишком долго, - сказала Лилиан, глядя на измученного человека, - щека, у него на щеке ожог от сигареты...Кас! Это ведь Кас с ним такое сделал. Только он мог так поступить. Слушай, друг, мы не от него, та девушка, что ты держишь, вообще была настроена против него. Так что отпусти ее, не совершай ошибки.

Изменено 7 августа, 2015 пользователем Spectre

[Ettra]

Логово "Кобр"

 

- Стойте! Бросьте оружие, или я...! 

 

При взгляде на мужчину, который посмел угрожать, внутри Тавилы заклокотала ярость. Забилась в груди, стучала в висках и застилала глаза алой пеленой. Нервы в последние дни были настолько взвинчены, что когда-то должно было кончиться терпение. Тавила с трудом удерживала себя от того, чтобы не броситься вперед, подобно зверю, которому разум заменяют инстинкты. Инстинкты защищать свою стаю, семью.
- Заткнись, - выдавила Тавила, глядя на мужчину. Устал, еле стоит на ногах, а руки держат камень хоть и крепко, но неуверенно. Нужный момент - человек отвлекся на разговор, - и Тавила рванула вперед. Хватит пустых разговоров, когда на кону жизнь Шен. 

Оглушение (+1)

[Лакич]

Логово

- Твою мать, Тавила!
Поспешность действий гномки он понимал - это сложно, занимаясь войной всю жизнь, сохранить спокойствие. Очень.

Оглушает, +1

[Junay]

Логово "Кобр"

 

Увидев, как  гномка попыталась напасть на незнакомца, Дэйган пожал плечами - тоже вариант. А потом разберутся.

- Ладно, придется разобраться по другому. Ну извини. - Дэйган подскочил к хмырю и попытался его оглушить ударом по голове. 

 

(оглушение)

 

[Perfect Stranger]

Логово "Кобр"

 

Человек открыл было рот, чтобы ответит на слова Дэйгана и Лилиан, но как раз в этот момент гномка рванулась вперед. Все произошло слишком быстро. Она подняла "Шеелом", намереваясь ударить точно по голове, может быть, даже слишком сильно - может быть, такого удара хватило бы, чтобы убить. В ту секунду, когда она сорвалась с места, Тавила увидела, как глаза Халлиса (или как себя называл этот человек) сверкнули отчаянной яростью. Он понял, что в своих догадках оказался прав. Этих головорезов действительно послали убить его, что бы они там ни пытались наврать. И пригнулся, уходя из-под удара. Щит просвистел над его головой, задев острым железным краем лишь висок, и срезал часть волос и кожи. Но Халлис этого не заметил. Его рука действовала сама собой. Филипп попытался было зайти с другой стороны, но тоже промахнулся. Похоже, пребывание у "Кобр" на всех подействовало удручающе, потому что храмовник не смог попасть по ослабленному безоружному человеку.

Впрочем, "безоружный" - это было еще под вопросом. Потому что камень дернулся, крепко зажатый в руках Халлиса, и Римат с ужасом наблюдал, не в силах ничего предотвратить, как острие вонзилось под кожу. Глубоко вонзилось. Все будто остановилось на несколько мгновений, а потом человек медленно вытащил острый камень, и на пол хлынула кровь - яркая, пузырящаяся, артериальная кровь.

- Я... я не... не хотел, чтобы все так... - казалось, Халлис сам был потрясен тем, что только что случилось. - Это все Кас! Это он сделал, не я! - крикнул мужчина, с ненавистью глядя на наемников и отступая назад, в темноту. - Это все ТЕМНЫЙ ЧЕЛОВЕК!

 

Варианты действий:

- позволить Халлису сбежать
- преследовать Халлиса

[Spectre]

Логово "Кобр"

"Они все сговорились избить полудохлика?" - спросила сама себя Лилиан и достала откуда-то камень и решила прибить ненормального, чтобы остудить его намерения, раз все так решили сделать.

(оглушение)

- Это все Кас! Это он сделал, не я! - крикнул мужчина, с ненавистью глядя на наемников и отступая назад, в темноту. - Это все ТЕМНЫЙ ЧЕЛОВЕК!

- Создатель, Что же Кас с ним сделал... - посмотрев в сторону мученика, вымолвила Лилиан, - он должен заплатить...он не уйдет от меня, я сотру его ухмылку с его лица, выжгу ему глаз его собственной самокруткой, а потом вставлю кинжал ему прямо в глотку и лишь потом он...и лишь только потом он умрет.

[Junay]

Логово "Кобр"

 

- Я... я не... не хотел, чтобы все так... - казалось, Халлис сам был потрясен тем, что только что случилось. - Это все Кас! Это он сделал, не я! - крикнул мужчина, с ненавистью глядя на наемников и отступая назад, в темноту. - Это все ТЕМНЫЙ ЧЕЛОВЕК!

 

- Ах ты ж кусок...сму! Окажите ей помощь!  А ну стой, скотина! - свирепо рявкнул Дэйган, бросаясь  вслед за Халлисом, и на ходу выхватывая метательные ножи. - Черта с два ты теперь уйдешь!

Прицелившись, Дэйган метнул пару ножей по ногам беглеца, надеясь на то, что попадет. Судя по всему, он не промазал, и когда Халлис со вскриком упал на землю, мужчина навалился на него сверху, выворачивая руку за спину.

- Если она умрет, сволочь, твоя смерть войдет в историю Тедаса, как самая жестокая и мучительная, понял?!

Изменено 7 августа, 2015 пользователем Junay

[Spectre]

Логово "Кобр"

- Черта с два ты теперь уйдешь!

- Остановись, оставь лучше клинки для Каса, этого темного ублюдка, - попыталась остановить Дейгана Лилиан от убийства мученика, - это Кас с ним сделал такое, он случайно это сделал, по инерции. Твои кинжалы в ногах заслужил Кас, а не этот бедолага.

[Лакич]

- Филипп, придержите ее! - буквально скомандовала целительница, подходя к Шен. Забавно, косситка раньше считала ее больной, а теперь эта больная спасает ей жизнь второй раз.
- Принимай, - опережая саму ривейни, сказал рыцарь, передавая ей склянку с целебным зелье
- Спасибо.

Регина пытается лечить Шен с помощью УЛИЧНОЙ МАГИИ

[Ettra]

Логово "Кобр"

 

- Это все ТЕМНЫЙ ЧЕЛОВЕК!

 

- Это все ТЫ! - не своим голосом, закричала Тавила.
Рука болит - так сильно сжимает щит, в ушах несмолкаемый гул, а воздух словно раскалился и обжигал легкие. Тавила с трудом понимала, что происходит, откуда кровь, почему где-то позади она слышит крик. Единственное, что осталось ясным - силуэт Халлиса. Его Тавила была упускать не намерена.

- Шен, Шен! - отчаянно выкрикивал Римат, сидя возле косситки и пытаясь зажать рану. Кровь толчкам выплескивалась, горячая, липкая, и ни как не хотела останавливаться. Римат давил все сильнее, но кровь просачивалась сквозь пальцы, делала руки скользкими. - Ну же... Ну помогите же! Ну...

[Perfect Stranger]

Логово "Кобр"

 

Халлис взвизгнул, словно свинья на бойне, и неистово забился под весом Дэйгана. Столько сил в этом замученном человеке - удивительно, но он сражался за свою жизнь, понимая, что каждая секунда может стать последней, вырываясь, царапаясь и кусаясь, рыча, как дикий зверь. Если раньше он казался Шен более-менее нормальным, то теперь совершенно обезумел, как человек, балансирующий на краю обрыва, с которого его только столкнули. И если подумать, то этого можно было бы избежать, если бы Тавила и остальные не кинулись вперед, когда косситка была в таком уязвимом положении.

Руки Регины вспыхнули белым свечением, пытаясь магией затянуть рану, остановить кровь. И это ей удалось, в конце концов кровь действительно остановилась, а вместо рваной раны на шее темнел багровый, уродливый шрам. Но те драгоценные секунды, которые они потеряли, грозили стать последними. Шен потеряла много крови, и теперь ее кожа сделалась светлой и прозрачной, сухой, как пергамент. Она дышала еле-еле, заметить, как ее грудь поднимается и опускается, можно было лишь с большим трудом. Вряд ли она сможет ходить, не говоря уже о том, чтобы сесть на корабль, в ближайшее время. Конечно, можно было винить в этом Каса, но... цепочка событий, которая привела к такому исходу, началась с "Драконов".

Если бы тогда Римат и Тавила не повели себя так, как повели, Шен не убежала бы. Если бы Шен не убежала, она не нашла бы Халлиса, а если б не нашла Халлиса - тот так и умер бы в тоннелях. Наемники навлекли на себя эту беду, и винить Каса можно было лишь отчасти. В конце концов, их никто не просил лезть в личные дела "Кобр". Желание магессы помочь несчастному замученному человеку обернулось кровавой катастрофой.

- Это все он! Это все он! - кричал Халлис, пока не выдохся. Все-таки силы оставили его, и он затих, лишь скуля и кашляя, уже не пытаясь оказать отпор. Видимо, он смирился со своей судьбой.

[Ettra]

Логово "Кобр"

 

- Это все он! Это все он!

 

- Достал. 
Тавила холодно, уже без эмоций, которые просто выгорели также внезапно, как нахлынули, опустила меч. Лезвие вошло в грудную клетку человека легко, словно нож в масло и легко скользнуло назад. Тавила стряхнула кровь будничным движением и убрала оружие. Да, она не должна была нападать, должна была сдержаться, дать поговорить, но в итоге разговор бы мало что изменил. Человек был бы мертв в любом случае. 
- Не стоит возвращаться. Я найду выход, - сказала Тавила, смотря в темноту. Встречаться взглядами с остальными не хотелось. Она обернулась лишь на мгновение, чтобы убедиться, что жизни Шен ничего не угрожает. И вместе с уколом вины почувствовала опять подступающую злость в которой была и бессильная горечь. Ни один из этих людей ей не доверяет. Даже Шен. Иначе бы не убежала сломя голову.
- Шен, ты слышишь? - осторожно спросил Римат, стирая каплю крови с подбородка косситки. Он из последних сил старался не расплакаться как девчонка то ли от счастья, что все обошлось, то ли от страха. 
 

[Junay]

Логово "Кобр"

 

Дэйган взглянул на Тавилу с плохо сдерживаемой яростью.

- Кто тебе позволил? - тихо, но достаточно угрожающе прорычал он. - Кто тебе позволил поднять на него руку?! Ты, безмозглая дура, сама виновата в том, что произошло, а теперь убила того, кто нам мог хоть что-то прояснить?! Да проклянут тебя боги, тупорылая  баба!

 

- Не стоит возвращаться. Я найду выход, - сказала Тавила, смотря в темноту

 

Дэйган в отчаянье сплюнул на пол.

- Пошла к черту! Наш единственный шанс выжить теперь - вернуться к Касу, как ни в чем ни бывало и свалить на Сегерон, если нас он отпустит! Этот человек мог дать нам информацию против него, но ты все угробила! Будь проклят тот день, когда я связался с такой беспросветной дурой!

Возвращаемся! Нужно просто из ума выжить, что бы сейчас бежать от "Кобр" и стать их врагами!