Thinvesil

Комната Эльсы   — Вчера ты так не выглядела... — чуть растерянно сказал маг, задерживая взгляд на открытых плечах. — Тебе необычайно идëт. Побоюсь спросить, это для нашего вечера специально?   Девушка подняла голову к нему, глядя чуть удивленно, но в то же время с теплотой и спокойствием.   — Для нашего вечера? — слегка растерянно спросила она и не удержалась от смущенной улыбки. — Да нет, и для других вечеров тоже. Ну, то есть, не только для сейчас. Просто мне подумалось, что было бы неплохо иметь что-нибудь более достойное твоего утонченного вкуса, чем то, в чем я обычно сплю в холодное время года. Ты наверняка привык ко всяким изысканностям. В наших условиях их так мало! — чуть слышно вздохнув, она опустила глаза.

Комната Эльсы   Эльса с Кунсеем вернулись довольно поздно. После ужина девушке пришла записка от Эмильены — та просила прийти в одиннадцать вечера к задней калитке их особняка. Не то чтобы ей была охота куда-то идти на ночь глядя, но деньги есть деньги. К тому же было любопытно узнать, что затеяла молодая дворянка.    Оказалось, развеселая компания молодых мажоров все так же собиралась по ночам, где глушила вино и предавалась целомудренному разврату. Они держали слово и не устраивали больше пьянок на кладбище, пугая беднягу Румиля, а облюбовали себе местечко в одной из заброшенных беседок на окраине города. Эмильена же решила, что ей не помешает личная охрана, а может, просто хотелось пофорсить собственным телохранителем, но несколько часов Эльса и Кунсей провели, тихо наблюдая за подходами к беседке и готовясь подать компании знак, если кто-то будет приближаться. Или на худой конец, отвлечь.    Иногда они перебрасывались пустяковыми фразами с наемницей, но в основном это были обычные посиделки у дорвавшейся до свободы молодежи. Ничего особенного или предосудительного, да и обошлось в итоге без происшествий. Под конец наемница и пес проводили нанимательницу до дома, получив за это пару драконов и нитку агатовых бус в подарок, и отправились обратно к себе.   Эльса заплатила за постой и хорошую еду за себя и Альваро, продала Кейне бусы и поднялась к себе, выпросив свежий заварник с чаем.   Когда Альваро вернулся к себе, Эльса еще не спала. Но видно было, что уже готовилась ко сну. Она сидела перед зеркалом у столика, одетая в шелковую ночную сорочку с открытыми плечами, которую он не видел раньше, и причесывала костяным гребнем длинные светлые волосы. Рядом на том же столике, но так, чтобы не загораживать обзор, стояла ваза с букетом хризантем. На кровати был небрежно расстелен тонкий кашемировый плед, а на прикроватном столике маг заметил поднос с заварником и тарелкой с плюшками. В воздухе витал легкий пряный аромат корицы и цветов.   Кунсей, завидев Альваро, радостно подбежал поздороваться, но девушка осталась сидеть. Она сидела спиной к двери, но видела, кто вошел, и тепло улыбнулась, поймав его взгляд в отражении. Наверное, стоило бы тоже подойти и поухаживать за юношей, но Эльсе было интересно посмотреть, как он поступит. Подойдет к ней сам? Начнет переодеваться и делать свои дела, оставив ее заканчивать приготовления? Что-нибудь скажет? Целительница аккуратно положила гребень на столик и стала заплетать волосы в одну косу. Наверное, надо было поинтересоваться, как все прошло у них с Феликсом, но магесса решила не интересничать. В конце концов, это ее не касалось.   Заработок: 2 зол + Агатовые бусы (3 зол) Продано Кейне: Агатовые бусы - 3 зол. Потрачено: Комната и хорошая еда за двоих - 80 сер

Приключения барда Ландыш За кулисами сцены было темно и жарко. Управляющий Крулл переминался с ноги на ногу и тяжело дышал — идущее выступление явно не понравилось гостям, и вместо одобрительных выкриков то и дело раздавались недовольные возгласы, а в бархатную портьеру иногда прилетали обгрызенные кости и огрызки из числа тех, что не попали в карликов-акробатов. Это был провал, причем провал лично Крулла, который ему могут не простить. Последняя надежда управляющего стояла рядом, сжимая в руках лютню. Если и эта вертихвостка не сумеет увлечь публику, все пропало. Но перед тем как маркиз вышвырнет Крулла на улицу, тот спустит шкуры со всех этих дармоедов, которые ввели его в заблуждение. Жестокая гримаса перекосила лицо управляющего, а из уголка рта потянулась струйка слюны. Ландыш покосилась на бесноватого и задышала глубже, успокаивая себя. Хуже нет выходить на сцену после провала, публика в ярости и способна сорваться на что угодно. В нормальных местах после фиаско объявляют перерыв, но где нормальные места, а где маркиз из Освика, вздумавший путешествовать по Ферелдену и давать здесь приемы. Прозвучал финальный гонг и по портьере забарабанил настоящий град объедков. Два измученных опозоренных карлика шмыгнули за кулисы и трясясь от ужаса принялись вытирать с лица растекшийся гримм и соус. Бровь одного была рассечена чем-то увесистым, и теперь кровь заливала глаз. — Ыиииииыыыы! — прошипел Крулл и схватил бедолаг пальцами за уши. — Уууууууыыыыаааааа! — сладострастно выдохнул управляющий и потащил жертв в подсобку, выполнявшую роль гримерки. — Ты! — выплюнул он в сторону Ландыш. — На сцену! Быстро! — Да, господин. — кротко поклонилась девушка и, сделав глубокий вдох, шагнула за портьеру. Сцена была завалена объедками, пьяные гости со звоном сдвинули бокалы и предались возлияниям. Какой-то лорд в заляпанном жирными пятнами парчовом колете все не мог успокоиться и громко восклицал размахивая кубком: — Карлики — мужеложцы, мужеложцы! Господа, какие же они мужеложцы! — сосед утешающе похлопал его по плечу и сказал на ухо что-то успокаивающее. Ландыш шагнула вперед, дождалась пока люди допьют и поставят бокалы на столы и подносы, поклонилась публике и взяла несколько вступительных аккордов. Музыка привлекла внимание, и взыскательные господа и дамы решили дать ей шанс — зал потихоньку затих и уставился на бардессу. Ноги в обтягивающих штанишках, короткая юбка сверху, стройная талия и высокая грудь приковывали к себе взгляды ценителей красоты. Музыка услаждала уши и умиротворяла разгорячившихся дворян. Исполнять что-то возвышенное в такой ситуации явно было бы ошибкой, и Ландыш запела куплеты:   — Когда я проездом в Антиве бывал, Я воронов стаю мохнатых видал. Раскрашены перья и выкрашен зад — Врагов впечатлить должен их маскарад. А если враги оказались сильней — Откупятся вороны жопой своей.   Зал громыхнул хохотом: маркиз был в конфликте с антиванцами, и все гости об этом знали. Сам дворянин довольно улыбался и благосклонно кивал, Ландыш продолжила:   — Кунари рогатый дредноут готовил. Тевинтер на западе их беспокоил. Но тут прилетела сама Разикаль — Дредноут взорвался, рогатых не жаль.   Этот куплет публика также встретила благосклонно, выказывать публичное разикалехульство желающих не нашлось. Постепенно девушка завладела аудиторией и исполнила задуманную программу. Несколько раз прошлась между столов, ловко уворачиваясь от протянутых рук, потрепала за ухом слюнявого мабари, который наелся от пуза и пребывал в волнительном настроении, и незаметно засунула в карман одного из дворян камушек. Камушек был драгоценный и совсем недавно пропал у маркиза с рукава. То, что Ландыш перед этим поцеловала руку маркиза, а стража будет точно знать, где искать пропажу — разумеется, совпадение. То, что грядущий скандал сорвет возможный союз двух домов — всего лишь стечение обстоятельств. То, что обстоятельства будут протекать так как надо, а не как придется — работа Ландыш. Девушка поклонилась и под гром аплодисментов скрылась за кулисами: предстояло спасти карликов-мужеложцев и наградить Крулла вином, в котором густо было замешано слабительное пополам со снотворным. Карликов девушка спасала просто потому что могла, а угостить управляющего считала своим долгом перед вселенской гармонией — внешний образ должен был гармонировать с внутренним миром. Автор: Отелло

Яблоневый сад   - Я обычно хожу пешком, даже в плохую погоду - помогает улучшить выносливость. Но я буду крайне благодарен, если кто-нибудь из вас подкинет меня до таверны.   Руфус задумчиво похлопал по сумке, куда упаковал флягу с остатками напитка. Подобный маршрут в его планы не входил, но делать вид, что тебя это не касается, было слишком невежливым.   — Увы, мне в другом направлении, — с сожалением признал маг. — Разве что вы поедете вдвоем на лошади Виктории. — с сомнением посмотрев на магессу, он предложил для рассмотрения еще один вариант. — Или я могу одолжить тебе свою, а сам пойду пешком. 

Яблоневый сад   — Пожалуй, ты прав. Надеюсь, у тебя есть что-то согревающее, потому что у меня совсем замерзли руки, — чуть недовольно произнесла магесса, надевая обратно привычную маску избалованной лаэтанки.   — Я предвидел, что это может понадобиться, — улыбнулся маг, возвращаясь к Джакомо и Виктории с закупоренной флягой и тремя кружками. Вручив товарищам по кружке в руки, он налил, не скупясь, сохранивший под чарами тепло напиток. В воздухе разлился горько-сладкий тягучий запах горячего шоколада. — Лучшего средства после столкновения со страхами еще не придумали, — пошутил Руфус, наливая следом и себе тоже. — Во всяком случае, из таких, которые потом не забирают расплату за исцеление.    Казалось глупо и по-детски после серьезного магического ритуала, который мог бы им стоить жизней или рассудка, пить посреди зимнего сада из грубых кружек шоколад, но Руфуса такие вещи давно не заботили. Он не боялся показаться глупым или смешным. Главное — что это было действенным.

Яблоневый сад   — Все, — выдохнула она наконец, проводя рукой по растрепавшимся волосам. В этой схватке нужна была не сила, физическая или магическая. В этом противостоянии было важно уметь правдоподобно сыграть нужные эмоции. У Виктории это получилось, хоть она и не до конца была уверена в своих способностях. — Все кончено. Все в порядке? — обернувшись, она взглянула на своих спутников.   Морок отступил. Руфус сморгнул, фокусируя взгляд на Виктории, на стоящем рядом Джакомо, на окружающей их темноте деревьев. Когда маг смог осмыслить обстановку, он с облегчением констатировал, что Виктория смогла подчинить своего демона. Именно этим объяснялось его освобождение от морока. Но не от страха. Целитель криво улыбнулся, когда смог по достоинству оценить иронию происходящего. Демон только обнажил и явил то, что всегда было рядом с ученым. Одиночество никуда не делось. Да и не могло никуда деться, ибо не создание Тени было его источником. Демоны только играли на чувствах и эмоциях смертных. Настоящие демоны были внутри них самих. Ирония же была в том, что Руфус сам избрал тот путь, которого в глубине души боялся больше всего. И уже много лет шел с ним рука об руку, как со старым и дорогим товарищем. Таков был его выбор.   — Все в порядке, — целитель чуть склонил голову в успокаивающем жесте. На лбу блестели бисеринки пота, а в душе все еще чувствовалась некоторая пустота, но маг знал, что это вскоре пройдет. Особенно, если использовать верное средство. — Насколько я понимаю, ты успешно провела ритуал? — полуутвердительно спросил он у Виктории. — Предлагаю немного задержаться и восполнить силы. Смею предположить, что у меня есть то, что придется нам всем как нельзя кстати.   С этими словами он направился к лошади, где была его сумка с пузатой баклагой с наложенными согревающими чарами.

Яблоневый сад   Голос Виктории задрожал и смолк, а демон ужаса, чуть шевельнув конечностью, наклонился вниз, приближая свое безглазое, крошечное лицо к ней. Затем перевел взгляд на присутствующих, по телу его прошла крупная дрожь, как будто он то ли страдал от невыносимой боли, то ли предвкушал собственную свободу. Послышался легкий, высокий звук на одной ноте, дребезжащий и ввинчивающийся в рассудок стальной иглой. Он заставлял пульс молотом звучать в ушах, колени — застывать и подгибаться, а разум — наполняться детским, необъяснимым ужасом перед тем, что невозможно было преодолеть.   Демон задержал взгляд на нем лишь на краткий миг, но ровно миг спустя — все вокруг исчезло. Не было ни тьмы, ни света, вокруг была ватная, вязкая пустота. И в этой пустоте был только он. Руфус. Каким-то чувством целитель знал, что это не обман зрения и не морок. Что он и впрямь остался совершенно один. Стоило об этом подумать, как на грани сознания замелькали чьи-то тени. Знакомые, живые голоса, фигуры, имеющие едва уловимое сходство с кем-то, кого он знал. Вот только никак не удавалось уцепить и понять, кого. Они проходили мимо, то ворча, то плача, то счастливо смеясь. Звуки и обрывки неразличимых фраз сливались в настоящую живую какофонию — но какофонию тихую и далекую, словно между ними и Руфусом была незримая стена.    Мимо него протекала сама жизнь с ее разнообразием, горестями и радостями, с беспокойством о будущем, с любовью к близким и своей семье, к друзьям. Это все было не для него. Не было возможности ни ухватиться за эту ускользающую жизнь, ни влиться в ее бурный многоголосый поток. Откуда-то маг точно знал, что все попытки будут тщетными. Все, что у него было — это лишь только страх. Страх коварный, древний. Страх, медленно опутывающий душу липкими щупальцами, и утаскивающими ее на самое дно. Одиночество.

Яблоневый сад   — Vocem meam audi... — голос Виктории сорвался на хриплый шепот, когда она приоткрыла глаза и увидела перед собой демона. Тот подрагивал, словно содрогаясь от холода, хотя она прекрасно знала, что вовсе не холод был этому причиной. — Vocem meam audi.   Руфус немного болезненно поморщился, увидев демона, но не позволил себе сбить внимание, с которым он следил за Викторией. В один момент ему показалось, что девушка утратила сосредоточение, однако она сумела удержаться. В шаге от потери фокуса, в шаге от того, чтобы процесс был прерван. Конечно, у мага наготове были целительные заклинания и барьер, но просто отбиться от возможной атаки демона было неудовлетворительным. Такой исход, вероятно, был ближе к провалу опыта.    А поэтому маг никак не вмешивался, продолжая молчаливо наблюдать, чтобы сразу отметить малейшие отклонения в темпе дыхания, оговорки в формуле заклинаний, если такое все же случится. Но он наделся, что до этого не дойдет. 

Яблоневый сад   Минуты текли медленно, секунды растягивались в вечность, а биение сердца становилось все быстрее, и в конце концов магесса вытянула руку, и над ее ладонью заплясал крошечный, но ярко светящийся шарик. Он медленно поплыл к центру прогалины, отбрасывая причудливые тени качающихся наверху ветвей.   Вскоре до молодых людей донесся тихий перестук копыт по утоптанной твердой земле. Маг ехал не спеша, вглядываясь в черные силуэты деревьев, в тени промеж кустов. Свой магический огонек он зажигать не стал, не желая ослеплять себя на расстоянии дальше освещенного круга, а потому с легкостью заприметил чужой и навелся на него.  Перестук становился все ближе, и вот фигура целителя, идущего верхом на лошади, показалась на границе света. Подъехав, он спешился и привязал лошадь, не забыв проверить узел на прочность. Впрочем, это было на достаточно далеком расстоянии от круга призыва, чтобы та не испугалась происходящего на прогалине.   — Доброй ночи, Виктория. Джакомо. — он слегка поклонился. Ничто в обычном будничном виде не указывало на то, что целитель готовился к серьезному предприятию. Разве что, немного выделялась выпуклая бутыль в сумке. — Каков наш план?

Руссильон, день-вечер   Девушка выскользнула на улицу минуточек пять спустя после ухода Альваро. Песель мирно трусил следом, в пассивном режиме мониторя обстановку вокруг, а в активном ловя на язык редкие падающие снежинки. Эльса искала глазами лавочку сыровара. Где-то, кажется, ей попадалась вывеска. Не то, чтобы у мадам Самир был плохой стол — для такого захолустья вполне даже сносный. Просто хотелось в качестве закуски к пиву и элю что-то более элегантное.    Наконец, искомое обнаружилось. Выпустив наружу облачко пара, магесса с Кунсеем вошли внутрь уютного маленького магазинчика, где на полках красовались сыры разных мастей: твердые желтые, белые, с синими прожилками плесени, зеленоватые, похожие на вилки морской капусты. Здесь витал особый, удивительный запах, который получался от смешивания запаха сливок, затхлости плесневых грибов и специй. За прилавком сидела румяная смешливая девица с выбившимися из чепца рыжыми завитками. Вряд ли она занималась изготовлением сырного разнообразия. Может, дочка?    Девушку, как выяснилось, звали Мари-Мишон. Она перекинулась парой фраз с Эльсой, поумилялась песику и ловко отвесила по полфунта мармезанского сыра и сыра пти. Сама Эльса же воспользовалась случаем, чтобы сделать ненавязчивую рекламу "Скорпионам". Вряд ли молодой орлессианке понадобятся их услуги, но ведь девушки ее возраста, особенно, скучающие день-деньской за прилавком, так любят посплетничать с посетителями!    Довольная собой, Алисия прогуливалась неспешным уверенным шагом обратно к таверне. Времени до назначенной встречи еще оставалось прилично — так зачем спешить. Однако далеко уйти ей не удалось.   — Эй, девка! — услышала она басовитый окрик. По спокойным и уверенным ноткам угадывалась привычка повелевать. Девушка обернулась. — Да-да, ты! Иди сюда.    Голос принадлежал грузному мужчине, стоящему возле закрытого экипажа. Тронутые сединой виски, пролегшие по сторонам рта складки, богатый наряд — все выдавало в нем степенного и уважаемого городского богатея. Явно из местных. Рядом с ним слегка испуганно жалась молодая дворянка со светлыми волосами. Эльса узнала в ней ту самую девушку Андрэ, которую они встречали на кладбище. Как там ее звали? Кажется, Эмильена. Похоже, та тоже узнала Эльсу, но вида старалась не подавать, а легкий испуг мог заметить лишь тот, кто мог его ожидать.   Алисия не слишком медленно, но и с чувством собственного достоинства, приблизилась. Кунсей подошел вслед за ней. Но пока она раздумывала, как к нему обратиться, мужчина успел полностью завладеть инициативой.   — Я, смотрю, ты девица крепкая, при оружии, — он оценивающе прошелся по экипировке наемницы. — И к тому же баба. Это хорошо. Псина твоя как? На своих не кидается?   — Никак нет, господин, — усмехнулась магесса, лениво почесав мабари между ушей. Для этого ей даже не пришлось наклоняться. — Он у меня воспитанный и обученный. Настоящий боевой пес.   Мужик просиял.    — Отлично! — оповестил он, подбоченившись и бросил на Эмильену взгляд гордого отца. — Ты-то мне и нужна.    Эльса спокойно стояла и стоически ждала, когда же наконец он сообщит, что, собственно, он хотел.   — Значит, так. — похоже, руссильонец даже не собирался спрашивать ее согласия, а уже сам все решил. — Пойдешь с моей дочерью. У меня срочные дела возникли, а одну ее оставлять я не могу. Значит, нужна компаньонка. Да не просто какая-нибудь, а такая, которая и защитить сможет, и отогнать всяких. А то шляются тут, понимаешь, ни пройти ни продохнуть. Наемники и прочее отребье всякое, только выпивка и бабы на уме. Понаехали, б.. болваны неотесанные! — экспрессивно выругался он. — Теперь приходится охрану нанимать, в убытки вгоняют!   Эльса терпеливо сносила этот наболевший поток слов. Она уже примерно уловила суть задания, работка получалась не пыльная, так что не помешает.   — В общем, о чем бишь я. — мужик и сам понял, что слишком увлекся и наконец-то перешел к сути. — Пойдешь с Эмильеной, будешь ее охранять, да следи, чтобы никакая шваль к ней не лезла, чтоб ни волоса ни упало. И псина твоя пусть следит в оба, ежели кто руки распускать подумает или язык — пропишите им по первое число, чтоб не смели больше. Сходишь, проводишь по лавкам и куда госпожа Эмильена прикажет, и приведешь домой в целости и сохранности. Задача ясна?   — Да, господин. — за все это время Эльса никак не подала вида, что встречала девушку раньше в весьма пикантных для молодой леди обстоятельствах. Это, кажется, немного успокоило Эмильену. Та слабо улыбнулась. — Все сделаем в лучшем виде, а наглецы, если такие будут, навсегда утратят охоту приставать к невинным девушкам.   — Молодец! — громким басом похвалил он Эльсу и протянул девушке дракона. — Это задаток. Как вернетесь — получишь больше. Если Эмильена будет тобой довольна — выдам премиальные. — и решив, что уже достаточно уделил времени наемнице, он обернулся к дочери. В голосе заиграли теплые и ласковые нотки любящего папочки. Алисия деликатно сделала вид, что поправляет псовый ошейник. — Ну, я поехал. Прости, что не получилось с тобой прогуляться, но сама понимаешь — дела. Может, в другой раз выйдет.   — Ничего, папочка. Со мной все будет хорошо.    Попрощавшись с отцом и проводив взглядом уезжающую карету, дворянка направилась в сторону торгового квартальчика. Эльса с Кунсеем заняли обе стороны чуть позади своего объекта, но Эмильена подала знак, чтобы воительница пошла рядом.   — Спасибо, что не выдали нас, — тихо произнесла она, словно напоминая, что и дальше неплохо бы помолчать. — И что подыграла.   — Да ерунда, право же, — улыбнулась магесса и пожала плечами. — Пока ни одна сторона не нарушает уговора, всем ведь хорошо, да?   Девушка улыбнулась, и дальше они пошли уже в молчании, если не считать редких ничего не значащих обменов фразами.    Прогулка прошла легко и без особых приключений. Единственное, что беспокоило Эльсу, это успеет ли она обернуться до истечения отведенного часа, но похоже, Эмильене и не требовались какие-то обстоятельные покупки. По сути все свелось к короткому визиту в книжную лавку и в салон Лидии Монжо, где Эмильена сделала заказ нескольких платьев. Благо, она тут была постоянным покупателем, поэтому снимать мерки не требовалось.   Пока хозяйка салона ходила за тканями, показывая и относя их обратно, Алисия от нечего делать рассматривала ассортимент магазинчика. Конечно, она уже была тут, но может быть, надумает еще что-то приобрести.    — Нравится? Хочешь, возьму для тебя? — поинтересовалась Эмильена у Эльсы, когда та оценивающе щупала шелковую ткань ночной сорочки. Не самый лучший вариант для зимы, особенно, учитывая оголенные плечи, держащиеся на тонких бретелях, однако намного изящнее, чем та, в которой она спала.   Эльса улыбнулась и покачала головой.   — Спасибо, я сама. Потом. Нам ведь нужно доставить тебя папочке в целости и сохранности, помнишь?    Эмильена засмеялась.    — Папа всегда обо мне так беспокоится. — она покосилась на воительницу. — А ты ничего. Намного лучше, чем госпожа Бомо. Она постоянно читает нотации. Отпугивает злодеев одним своим строгим видом, не без этого, но и мне такое не слишком нравится.    Эльса только сочувственно покачала головой, давая понять, что отлично ее понимает.   — Хочешь, я подброшу папе идею, чтобы тебя и дальше нанимал? Будешь моей компаньонкой на постоянной основе, когда нужно будет пройтись по городу?   Эльса прикинула в уме. Вроде получалось неплохо. Лишний приработок за плевое дельце.    — Это можно, — согласилась она. — Только я не всегда смогу. Если со "Скорпионами" на дело надо будет сходить, то тут на меня не стоит расчитывать. Но так вообще я не против.    — Значит, договорились, — подытожила Эмильена. — Я тогда буду записки присылать заранее, когда у меня планы будут. А ты если не сможешь, то я другие варианты поищу.    — Лады.   Эльса еще успела сообщить, куда слать корреспонденцию, когда вернулась мадам Монжо с пухлым журналом, куда записывала особые заказы. Вскоре они покинули и эту лавку.   Остаток времени заняло возвращение домой, к средней похабности особнячку, где она сдала целую и невредимую Эмильену на руки гувернантке, Эльсе выдали деньги в качестве уплаты за отлично выполненное поручение, и с чувством выполненного долга они с Кунсеем поспешили обратно в таверну. До встречи оставалось всего ничего.    Сыры были лишь частью запланированного угощения, но с остальным проблем не возникло. Запросив у Кейны пива, мясных нарезок и меда, а также фирменный десерт, Эльса нагрузила все это добро на поднос и потащила наверх, к себе. Когда Дамиан пришел, все уже было готово. Посидели довольно неплохо, хоть и не долго. Еще только вечерело, когда кувшины и тарелки опустели, и наемник отправился к себе спать. Эльса немного понаблюдала из окна за сражением на заднем дворе, и решила снова прогуляться. Выпитое пиво чуть шумело в голове, проветриться было не лишним. Заодно девушке пришло в голову сделать кое-какие покупки.    Она и сама не совсем осознавала, почему так решила, но почему-то захотелось привнести какой-то уют в свою комнату. Ей давно не хватало чего-то такого, как дома, да и это было невозможно было полностью воссоздать, но хотя бы отчасти... Переезд Альваро к ней в комнату здесь пришелся как нельзя более кстати. Если кто-то и удивится, что суровая наемница решила украсить интерьер, то всегда можно свалить на привыкшего к излишествам дворянчика.    Довольная собственной хитростью Эльса купила все-таки ту ночнушку, а еще большой кашемировый плед, чтобы в него можно было хорошо завернуться, и заскочила в лавку к цветочнице за букетом хризантем. Вернувшись в таверну и облагородив таким образом свое небольшое убежище, девушка заказала на ужин чай с корицей и плюшками и предалась праздному ничегонеделанию.   Заработок Эльса: 6 зол Потрачено: Шелковая ночнушка - 20 с Плед - 50 с Сыры - 20 с Закуски - 20 с Андерское светлое пиво (х4) - 1 зол Десерт из сливок - 50 с Букет хризантем - 20 с

Руссильон, вечер   Оставив ребят у мастера Торвелира (те вроде собирались потом куда-то уйти), Руфус отправился не в таверну, а сразу к Аннет, неся в сумке собранные и прошитые листы с зашифрованными записями об их путешествиях. Кто знает, вдруг кто-то решит их обыскать? А спрятать в укромном месте пустые листы — казалось более безопасным, чем таскать их с собой. Потом, если останется жив, он приедет и заберет их, чтобы написать целую книгу. А пока приходилось довольствоваться тем, чтобы раскидать ценный материал по разным закуткам.   Заодно сможет немного поспать перед тем, как идти ночью на ритуал с демоном. Аннет отнеслась с пониманием к ситуации и не пыталась будить ученого, даже когда одуряющие запахи свежего пирога поплыли по дому. Никто не стучался, никто не хотел нарушить его сон очередными вопросами и нерешенными проблемами. Нет, целитель, конечно, был рад и общению, и тому, что мог кому-то помочь, но на сегодня его силы уже заканчивались. А значит, отдых был остро необходим, если ночью он хотел быть в строю. Маг проспал до самой ночи, когда все же поужинал и выполнил все приготовления к ритуалу. Вскоре ему предстоит выйти чуть заранее полуночи, чтобы ко времени успеть к назначенному месту встречи.

Руссильон, лавка Торвелира   — Ага, и еще сразу скажу — коль не получиться у меня восстановить посох, я деньги верну. А если выйдет... то думаю, всего пять золотых — довольно скромная цена за такой древний и ценный посох. Кто знает, какие секреты он в себе еще таит? И какую силу может дать своему обладателю? Магистр Кассий славился не только своей любовью к гномам, нашей культуре, нашим тейгам и технологиям, но и тем, что он был одним из самых влиятельных и могущественных магистров своего времени.   Руфус оценил предложение рунного мастера по достоинству. Для такого артефакта цена и впрямь была символической. Но все же было б предпочтительнее, если бы его удалось собрать. Мало утешения в возвращенных деньгах, если они потеряют такой раритет.   — Я, конечно, не сказать, чтобы какой-то знаток, но все же кое-какую смекалку имею. Да и кто знает, какие пограничные знания дисциплин могут пригодиться. Может быть, маэстро не будет возражать против помощника, желающего приобщиться к таинствам гномьего технологического искусства? — предложил он мастеру. — Вторая пара рук и мозгов лишней не будет, если только у вас нет желания работать в одиночестве. А если вам мое предложение по душе, то я бы мог зайти с утра пораньше, и хоть на весь день оставаться в вашем распоряжении, досточтимый мастер. Как вам такое предложение?   Конечно, Торвелир собирался заняться делом прямо сейчас, но ведь это не срочное. Зачем лишать его сна? Да и самому Руфусу лучше бы прийти завтра, поскольку он уже обещал Виктории помочь с демоном.

Комната Руфуса - Лавка рунного мастера   Решено было выдвигаться. Руфус прихватил с собой еще сваренные зелья от похмелья и пока ребята спускались вниз, продал по оптовой цене их Кейне. Как хозяйка уж там накрутит цену — его волновало мало, понятно, что себе в убыток торговать не станет. Видимо, все же дело было прибыльным, поскольку трактирщица не только купила все пузырьки со снадобьем, но также и настойку сухостебля, которая у Руфуса получилась почти случайно. Повезло наткнуться на продавца с хорошим и свежим сырьем, и чтобы не пропало, он сразу же пустил его в ход. И вот всего за три золотых маленькая бутылочка с настойкой перекочевала в хозяйственные карманы хозяйкиного передника. Неплохой получился приработок.    Руфус присоединился к Альваро и Феликсу, и втроем они без приключений добрались к рунной лавке. Целитель поздоровался с хозяином и деликатно отошел в сторонку, чтобы Альваро мог высказаться о своей проблеме с чертежом.   Заработок, Руфус: 2 золотых, Настойка сухостебля - 3 зол. Продано Кейне Самир: настойка сухостебля - 3 зол.

Комната Руфуса   — Ничего страшного. Я думал позвать тебя поучаствовать в деле восстановления посоха, связанного с гномьими технологиями. Того, что мы нашли в шахте. Можно было бы наведаться к рунному мастеру и, возможно, что-нибудь выяснить насчёт чертежей. К тому же, там пригодился бы кто-то, разбирающийся в чужих культурах и языках, — сделал явный намёк Альваро.   Руфус переглянулся с Феликсом. Похоже, Альваро пришел как раз вовремя.   — Что же, в таком случае в твоем распоряжении целых два таких человека, — улыбнулся он. — Если, конечно, Феликс не возражает. Лично я готов отправляться хоть сейчас. Что скажешь, Феликс? У тебя нет никаких запланированных дел?

Комната Руфуса   - Коридор  Меченых служит еще промежуточного ритуала, жертва после медитаций в Комнате Приготовлений, должна пройти к Залу Жертвоприношений, словно душа человека очищалась от смертной плоти, это из области метафизики. Жертва полностью отрекается от своей прошлой жизни, оставляет  все важные  для нее предметы, одежду и даже срезанные волосы  позади. На шее жертвы, да точно вспомнил должен находится костяной медальон, он был как раз на фреске и он должен надеться в комнате Приготовлений. Больше на жертве не должно ничего быть.   — Итак, мы имеем описание трех этапов ритуала Пробуждения, связанного с каким-то "разделенным богом", — подытожил маг, собирая воедино все находки. — Ты спрашивал, мой юный друг, для чего сосуд. Так вот, это всего лишь гипотеза, но из того что мы имеем, можно предположить, что некий человек должен пройти ритуал подготовки, отречься от своего я, и стать сосудом для... — он пощелкал пальцами, пытаясь уложить мысли в более-менее понятные формулировки. — Мы не знаем в точности, что может представлять собой то, что в записях отмечено как разделенный бог. У авваров, например, богами считаются духи Тени. У тевинтерцев — могущественные демоны, у андрастиан — отдельное метафизическое понятие, эдакий эгрегор сущности создателя. Учитывая, что ритуал эльфийский — речь могла идти либо о ком-то из эльфийских богов, либо о понимании магической силы, равнозначной божьей по могуществу. Учитывая, что ни о подобном ритуале, ни о новом неизвестном боге до сих пор упоминаний не попадалось, у нас все еще остается пространство для трактовок, но основной вектор, полагаю, можно принять верным. Это какой-то магический ритуал, позволяющий смертному стать сосудом для чего-то либо потустороннего, либо очень сильного. Как-то так.   Подытожив сказанное, Руфус обработал раствором исписанные листы, подождал, когда чернила исчезнут, и сложил их стопочкой. Целитель обернулся к Альваро.   — Прошу прощения за эту небольшую заминку. С чем пожаловал? — маг тепло улыбался. То ли от удовлетворения проделанной совместно с Феликсом работы, то ли от того, что был просто рад видеть рядом молодые и талантливые лица. Так или иначе, день был прожит не зря.

Комната Эльсы   — Вечером меня Феликс звал время вместе провести, поэтому не знаю точно, когда вернусь, — спокойно перевёл тему маг. К тому же всё равно стоило предупредить девушку, чтобы не переживала. — А пока ещё попробую зазвать Руфуса к мастеру рун местному, может быть поможет с посохом тем из руин.   — Ага. — Эльса постаралась не выдать своего облегчения от этой новости. У нее тоже было что сообщить, но теперь все опасения вогнать его в неловкость отпали. — А мы с Дамианом тут посидим тихонько, пивка попьем. Ему здорово перепало в тех руинах, так что чего-то хорошего явно не будет лишним. Тебе спасибо за то, что помог с волосами. Удачи с Феликсом.   Улыбнувшись, она отошла на шаг и развернулась к шкафу, чтобы достать вещи, но почти сразу же обернулась.    — И, Альваро... Ты удивительный источник приятностей.   Ну все. Теперь можно и собираться на вылазку за закусками холодным элем. Впрочем, до истечения часа было еще нескоро, а благодаря магии появилась возможность немного прогуляться. На том и порешив, магесса стала одеваться в теплое и подала знак Кунсею, что предстоит прогулка.

Комната Руфуса   Там же лежали зарисовки с фрески, там была часть которую проводят уже с подготовленной жертвой. Из нее что - то извлекали, а еще там были ритмичные записи, маг перевел только отдельные слова. Но смысл строк, он не мог понять.   И снова общими стараниями они все-таки одолели сложный текст. Как следует обсудив и придя к окончательным выводам, маги решили записать итоговую выжимку.   — Итак, подготовленная в Комнате Приготовлений жертва укладывается на специальный стол и читает вот эту приведенную мантру. Чтение многократно повторяется в течение всего ритуала. С помощью ритуального ножа из живой жертвы извлекаются внутренности и укладываются в специальный сосуд. Как я понял из твоих рассказов, эти сосуды и стол вы как раз видели в одной из комнат. — дав Феликсу время записать, Руфус задумчиво постучал пальцами по столу. — Занятно. Если я верно понял записи, жертва при этом остается жива даже с извлеченными органами. Вплоть до того момента, как не будет вырезано сердце. Интересно, каким образом такие манипуляции могут кого-либо пробудить? — стал размышлять он вслух. — Подселением? Жертва — суть подготовленный сосуд? Давай посмотрим, что еще удалось отыскать. Возможно, там будут ответы на некоторые вопросы.   Комната Эльсы   Усмехнувшись, Альваро внимательно посмотрел в невинное лицо девушки и аккуратно провёл пальцами по её щеке. Она тут же ощутила начинающий закручиваться вблизи волос горячий воздух, избавляющий от необходимости ждать, пока всё само высохнет. — И как я тебе? Довольна ли ты мной в качестве источника развлечений? — забавляясь, спросил Альваро.   Игра в гляделки, а точнее, игра в "мы оба знаем, что я вру, но раз ты играешь, то кто я такая, чтобы тебе мешать?" быстро закончилась, когда внезапный вопрос выбил девушку из колеи. И еще эта неприкрытая забота. Как на такое вообще реагировать?   — Альваро... — сказать ли ему, что друг — это больше, чем просто источник развлечений? Или он просто подтрунивает над ней, а своей серьезностью она все испортит?    Алисия молчала, глядя в его темные глаза. Теперь уже совсем-совсем близкие. Проклятье! Возможно, она об этом пожалеет, но почему-то вдруг захотелось сделать именно это.   — Ты замечательный друг. — положив ладони ему на плечи, Эльса оставила на губах антиванца легкий целомудренный поцелуй. — Правда.    "А теперь иди, мне нужно переодеться". Нет, она же и так одета. "Но у меня дела". Очень вежливо, а главное, совершенно не похоже на попытку избавиться от него. "Зачем все эти вопросы? Может, просто потрахаемся?"  Все не то! Так и не найдя, что сказать, альтус чуть неловко и мягко улыбнулась.

Комната Руфуса   Фел взял записи сказительницы и начал разбирать, ему удалось не много  понять, что там в ритуале использовалась кровь и эльфийский корень, правда  он начал уточнять у Руфуса, чтобы было точнее понять. Как маг крови он понимал важность ритуалов и что малейшие его искажение могло привести к беде. Все таки магия крови была достаточно ритуальной магией по своей сути, хотя за века им удалось уже использовать заклинания без долгой предварительной подготовки. Кровь и эльфийский корень нужно было поместить в курительницы, вот что мог только разобрать Феликс.   Феликс неплохо справлялся, но местами ему не хватало практического опыта. Не удивительно, учитывая, сколько лет Руфус провел в экспедициях и раскопках, собирая крохи разрозненных знаний. Далеко не все слова, на первый взгляд, понятные, складывались в осмысленные предложения. Кое-где влияние на смысл оказывал контекст, где-то просто были старые, почти не используемые слова в других эльфийских источниках. Записи Сказительницы здесь оказали существенную помощь.   — Здесь не просто используется кровь, — расшифровал, наконец, маг, внося необходимые пометки. — Во-первых, нужна кровь дракона, высушенная и выпаренная в порошок. А во-вторых, смешанная с травами эльфийская. Состав чем-то похож на тот, который долийцы используют для нанесения валласлина. Все это смешивается в пропорциях с особо подготовленным эльфийским корнем и засыпается в курильницы, тут ты все верно перевел.   Руфус стал переводить дальше по тексту, и чем дальше продвигался, тем более глубокая складка залегала у него между бровей. Закончив, маг задумчиво побарабанил пальцами по столешнице.    — Теперь гляди сюда. — он показал Феликсу нужную фразу. — Видишь это словосочетание? В этом контексте оно переводится как подготовка к жертвоприношению. А вот тут...    Руфус слово за словом разбирал текст вместе с молодым магом, и вскоре оставалось только подвести неутешительные итоги.   — Выходит, вся эта затея с курильницами нужна для некоего ритуала, для которого нужна жертва. Жертва должна медитировать три дня и три ночи, вдыхая дым из расставленных вокруг места медитации курильниц. Осмелюсь предположить, что речь идет о том самом таинственном ритуале "Пробуждения", о котором упоминается в записях Хаэсланы. Разумеется, это только одна, подготовительная часть. — вздохнув, он почесал нос.   Можно было, конечно, исказить немного данные, и никто бы не подкопался, но чем и кому поможет, если ритуал проведут неправильно? Лучше всего было бы просто все уничтожить, но тут уже могли бы возникнуть вопросы у Сопротивления. Увы, Руфус хотя и придерживался собственных принципов, не верил в то, что кто-то еще их разделяет. Во всяком случае, не Сопротивление. Если для их целей нужно будет принести в жертву живое существо — они это сделают.    — Думаю, нам стоит записать все как есть, в таком виде, чтобы было понятно и остальным ребятам, — решил целитель. — У меня еще сохранился состав для маскировки чернил, так что можно не опасаться, что их увидит и прочтет кто-то посторонний. Что там у тебя дальше?   Комната Эльсы   — Нет, не только, но я не ожидал такого от... — маг на секунду осёкся, невольно опасаясь задеть девушку, — наёмницы-ферелденки. Обычно у людей твоего сословия знаки внимания даже проще, не в укор лично тебе, конечно же. К тому же, это не просто десерт, это была явная попытка сделать приятно. В этом плане даже самая незначительная безделушка может стать подарком. Но мы отвлеклись, — ухмыльнулся он. — Тебе не слишком понравились такие вопросы?   Алисия переступила с ноги на ногу и стрельнула глазками в сторону, примеряясь. Увы, даже по широкой дуге сейчас нельзя было его обойти, чтобы сбежать — Альваро стоял слишком близко. Так близко, что мысли путались и не получалось особо сосредоточиться.   — Да нет, почему, — собрала она мысли в кулак и напустила на себя серьезно-равнодушный вид. — Нормальные вопросы, я понимаю, что тебя так напрягло. Но нет, ничего такого особенного. — неловко улыбнувшись, она заправила за ухо выбившуюся светлую прядь. — Ты тогда сам жаловался, что устал. А я что, мне не трудно было отнести героя, спасшего многих людей от ужасной кончины, наверх в его комнату. Ну и поесть заодно, потому что не гонять же тебя в общую залу. А десерт просто под руку попался. — она небрежно пожала плечами, мол, ничего стоящего внимания же. — Ну, а насчет песен тогда... Скучно мне было. Да. Скучно.   Целительница умолкла и с самым невиннейшим видом уставилась на Альваро. Один раз все-таки моргнула, но кажется, смогла сохранить лицо.

Комната Руфуса   -  Да отличный план.  Насчет раскопок может мы еще там будем, не зря же мы пытаемся набрать необходимое число пропусков  на раскопки не для того, чтобы сидеть в лагере. Только боюсь эти фрески к тому времени уничтожат, а там мне хотелось бы передать их потомкам, как жаль, что не художник, впервые желая, что не умею рисовать.   Руфус чуть улыбнулся трогательной восторженности молодого ученого. Впрочем, в его возрасте он и сам был похожим, если не еще более энтузиастом, чем андерец.    — Ну, давай сюда свои находки, — предложил он. — Только не все сразу, история спешки не любит. Показывай по одной и отмечай здесь, где это было найдено. У меня тут как раз есть примерный план.   Порывшись в стопке собственных записей, маг отыскал набросок плана помещений, который срисовал по заметкам Сказительницы. Теперь он словно сам мог пройти экскурсию, благодаря помощи Феликса, который там уже побывал.   Комната Эльсы   — Когда ты принесла меня на руках в комнату — это тоже всего лишь эффектный жесть без особых причин? А подаренный тогда же десерт? А песнь на ночь во время болезни? Признаю, это всё было в самом деле эффектно, как и в случае с розой. Полагаю, мне хорошо везёт на подобные вещи с твоей стороны, — приятно улыбнулся Альваро, подходя ещё ближе. — Я был бы рад, если любовь к ним в тебе не угасла.   Алисия не знала, что ее поразило больше: то, что Альваро умудрился заметить и запомнить такие мелочи, или кое-что из сказанного. Щеки девушки чуть порозовели от смущения, но все же она не удержалась от изумленного вопроса:   — Подаренный.. десерт? — как вообще такое можно было принять за подарок? В их столичной компании было обычным делом, что кто первый успел — тот и угощает всех остальных. Кто не успел — занимал очередь на следующий раз. — Тебе что, сладкое только в подарок дарили? А говорил, шо богатый, — задумчиво протянула она, но в глазах предательски танцевали демонята. Ситуация выходила забавная, если не думать о том, что и за другие "прегрешения" тоже придется нести ответ.

Комната Руфуса   - Добрый день Руфус - ответил Фел. - Дам наверное рассказывал, про руины, хотя он большее время так получилось был не с нами. Нам удалось кое что обнаружить - Фел кратко рассказал про библиотеку,залы и коридоры, которые им удалось посетить.   Руфус с живым интересом выслушал рассказ, отмечая про себя самые занятные места. Когда рассказ закончился, маг аккуратно сдвинул в сторону стопку своих черновиков, высвобождая место на столе, и достал из сумки книгу Сказительницы.   — Как жаль, что меня там не было, — заметил он, раскладывая книгу и жестом приглашая Феликса подойти. — Но ты правильно сделал, что все собрал. С этими материалами можно работать. Как ты смотришь на то, чтобы попытаться сопоставить воедино разрозненные сведения, которые удалось вынести из Фамарнаса, и записи Сказительницы о городе? Мне кажется, это тот самый случай, когда итоговый результат может оказаться больше суммы складываемых составляющих. 

Комната Руфуса   Когда раздался стук в дверь, Руфус как раз закупоривал последнюю бутылочку снадобья. Он окончательно смирился с тем, что выспаться не получилось, и нашел спасение в работе. Возможно, потом ближе к вечеру все же нужно будет вздремнуть перед ночной эскападой с демоном, но пока целитель так увлекся делом, что чувствовал себя бодрым.    — Входите, открыто! — крикнул он. Посмотрев пузырек на свет, он остался доволен полученной консистенцией. Несколько зелий от похмелья могли бы пригодиться госпоже Самир, учитывая частые проблемы постояльцев, а самому целителю пригодились бы ее деньги. 

Таверна "Розовый пони"   — Позавтракал, да, — ответил антиванец, почесывая и поглаживая мабари. — Спасибо. И за розу, это очень мило, мне понравился жест. Ты часто так делаешь?   Розу. Эльса бросила быстрый взгляд на прикроватную тумбу, где в пустой бутылке из-под вина в воде стоял ее спонтанный подарок. Ишь ты, о цветке позаботился. И еще постель застелил, не оставил уборку на плебейскую ферелденку. Вот ведь барчук недоделанный!   — Это ничего не значит! — отбила она, чуть вздернув подбородок. Вышло немного резковато, пожалуй. Неубедительно. Решение с цветком пришло ей совершенно спонтанно, по наитию, и ей бы самой не помешало бы знать, почему вдруг так захотелось. Девушка пожала плечами. — Да просто будить тебя не хотела, мы рано ушли. Подумала, что надо бы что-то оставить, чтобы ты не гадал и не ломал голову, приснилось ли тебе все ночью или было на самом деле. Ну по записке и розе сразу стало понятно, да? — на губах Эльсы заиграла легкая полуулыбка. — А может, я просто люблю эффектные жесты. И нет никаких особых причин.

Таверна "Розовый пони"   Дверь в комнату приоткрылась, и антиванец оказался внутри, слегка улыбающийся. — Что-то случилось? — аккуратно спросил он, подходя ближе к девушке.   Все-таки заметил ее. Вот засада. Эльса надеялась спокойно прошмыгнуть, пока он своими делами занят, но не вышло. — Что? Нет, мы в баньке были, — ответила она, проводив взглядом пса, который подошел к Альваро погладиться. — Что там могло случиться-то? Ты позавтракал?   После того, что случилось ночью, Алисия все еще ощущала некоторую неловкость. Она не знала, как антиванец сам все это воспринял, и теперь опасалась... чего? На этот вопрос она и сама не могла ответить. "Великая Тень, дай мне мозгов", мысленно взмолилась она, раскладывая на спинке стула мокрое полотенчико. Сейчас альтус чувствовала себя донельзя глупо.

Комната Руфуса   — Прости, я задумалась, — наконец подала голос девушка, не заметив, как выпила почти весь предложенный чай. Она почувствовала знакомый запах. Корица?.. — Благодарю за то, что согласился помочь с ритуалом. Мне нужно будет, чтобы ты просто меня подстраховал, ритуал я проведу сама. Надеюсь, помощь не пригодится.   — Я уверен, что не пригодится, — все это время Руфус молча смотрел и не мешал девушке предаваться собственным мыслям. Кажется, к его наброскам добавится еще один. — Но я обязательно буду рядом, когда ты начнешь ритуал. На когда запланировано?

Комната Руфуса   — Что?.. Ах, да, конечно. Благодарю, — улыбнулась она, подняв взгляд на мага и сама не заметив, что держит в руках наброски ее самой. В лесу со снежинками. Она выглядела, будто какая-то восторженная девчонка. Такого ведь не могло быть, верно? Просто не могло. Видимо, Руфус добавил в этот рисунок своего художественного видения. А на лошади она выглядела немного грустной. Но грусть была ей совершенно не знакома. К чему грустить, если можно сосредоточиться на том, что можешь изменить? Викториа никогда не грустила. Никогда. — Это... весьма интересные наброски. А почему среди них так много рисунков со мной? Ты считаешь меня красивой достаточно, чтобы запечатлеть на бумаге? — с легким смешком поинтересовалась тевинтерка, откладывая бумаги с видимой паузой.   — Что? — переспросил Руфус, не ожидавший такого вопроса. Он вручил магессе теплую кружку и бросил взгляд на рисунки. — Это, наверное, случайно так вышло. Не в том смысле, что я не считаю тебя красивой, — уточнил с он с мягкой улыбкой и снова переключил внимание на рисунки, задумчиво почесав нос. — Просто это в данном случае совершенно не важно, я полагаю. Эти наброски... Это что-то вроде самых ярких и милых моментов, которые хотелось запечатлеть. Конечно, на них запечатлены люди, — он медленно провел рукой по одному из портретов, — но дело совершенно в другом. Как бы это сказать, чтобы ухватить суть? — маг пощелкал пальцами, подбирая подходящее слово. — Мгновение. Скоротечное, зыбкое, ускользающее навечно с каждой минутой. Но от этого еще более ценное и стоящее, чтобы его сохранить.