Thinvesil

Лес   Антиванец, не долго ожидая, пошёл помогать. — Ты в порядке там? — подходя ближе спросил он.   Проклятье! Вот надо было ему так подкрасться.    — Кажется, да, — Эльса болезненно поморщилась и сделала вид, что растирает щиколотку. — Угодила в яму. Так глупо. Но вроде ничего не сломала. Даже растяжения нет, просто небольшой вывих.   С явным облегчением на лице девушка поднялась и для пробы пошевелила ногой, чуть скривившись.    — Ерунда, сейчас пройдет, — успокоила она Альваро. Нога была совершенно здоровой, но пусть ее полминутки "поболит". Она махнула в сторону лапника. — Я нашла еще веток для шалашика. Поможешь?     Лагерь   За работой с бумагами Руфус просидел недолго. Когда Дамиан вернулся в палатку, маг уже возился у своей алхимической установки, разбирая ее.   — Настойка готова, — с улыбкой оповестил соседа он и похлопал по пузатой бутылке, где раньше был спирт, а теперь булькало что-то слегка фиолетового цвета. — Не соблазнишься? Немного, сейчас только пробу снять, а завтра, если ребята возвратятся, уже можно будет устроить достойное распитие. 

Лес   Аккуратно отступив подальше от места привязки душ, трое наёмников отошли к лесу, принимаясь выискивать место для ночлега и, по возможности, сразу материалы для костра и шалаша. Тьма медленно наползала.   Они отыскали подходящее место для ночлега неподалеку от лесного ручейка. Не река, но умыться и набрать воды было откуда. Эльсе пока не приходилось сооружать шалаши, однако сильно сложного в этом не было, поэтому девушка вызвалась помочь. Первые подходящие ветки из елового и соснового лапника отыскались быстро. Вот только шалашик, который должен вместить четверых, получился с прорехами, и пришлось отойти поглубже в лес в поисках новых веток. Разглядев характерный разлапистый силуэт, девушка бодро направилась к поваленной ветке и внезапно земля ухнула куда-то вниз. Не слишком глубоко, она провалилась только по колено в какую-то яму, но вышло так неудачно, что ногу насквозь прошило болью, так что даже заболели зубы и затошнило.   — Каффас! — шипя, выругалась магесса, едва здерживая брызнувшие в уголках глаз непрошеные слезы.    Присев, она ощупала щиколотку. Растяжение связок. Вот ведь невовремя! Она воровато огляделась, проверяя, нет ли рядом кого-то из ребят, и быстро, не поднимаясь, наложила на щиколотку заклинание исцеления. Вот так лучше.

Сторожевые башни   — Нам не нужен клан, — сказал Альваро. — Если предатель не чужачка, а что-то мне подсказывает, что так и есть и она не виновата, то мы узнаем всю её версию событий. Зачем она уходила из лагеря, что узнала, почему вернулась бледной. Она явно что-то видела, но не смогла об этом рассказать. Вероятно, это и выведет нас к предателю.   — Уговорить еще надо будет, — задумчиво протянула Эльса и покосилась на Доленгала. — Хотя вон можно его пустить. Он симпатичный, такой же расы, и тоже городской. Может послушает охотнее, чем людей. — девушка улыбнулась и хлопнула рукой об руку, покачнувшись на носках. — Но на ночь глядя чего переть. Давайте устраиваться на ночлег, что ли? Утром раненько потопаем.

Сторожевые башни   - Братья, услышьте меня! Я как никто другой понимаю ваш гнев и желаю покарать грешника, предавшего свой народ, не меньше вашего. Но другие ни в чëм не виноваты, никто не должен пострадать кроме предателя. Позвольте мне привести клан. Вместе мы узнаем правду.   Эльса опасливо переводила взгляд с эльфа и обратно на призраков. Затем подошла к нему и осторожно потянула за рукав на локте.   — А может не надо, а? А то если мы на весь клан скажем, что задумали, да будем их вести, то предатель (а он или она знает, что сделал) сможет по-тихому ноги сделать, и тогда возмездие не получится. Им же надо, чтобы возмездие свершилось, а не предатель сбежал. Как бы не налажать, э?

Сторожевые башни   Сейчас им наверняка потребуются все умы, которые можно найти. — Мне кажется, что нам стоит переговорить с ней. Чужачкой. Она могла бы сама пролить свет на происходящее, дать свою версию. Если бы у нас ещё была возможность прочесть её воспоминания за это время, то мы точно могли бы понять, враг ли она клану или нет.   — Ну нифига ж себе! — восхитилась Эльса, хлопнув себя по ляжкам. — Я б в жизни не догадалась, что можно просто так взять и у шнырей этих спросить. — показав поднятый вверх большой палец Альваро, девушка улыбнулась. — Поговорить-то, конечно, надо. Но осторожно, чтобы не спугнуть. В смысле, спугнуть предателя, кто бы он ни был. — целительница задумалась и бессознательно распушила волосы надо лбом. — Хм. И все же предположения шныря — только предположения. Точно он не видел и не знал. Мы знаем только, что та девка в чем-то была замечена, но не знаем в чем. Надо бы с нее начать, но ток сперва выяснить, предательница она или просто видела что-то не очень хорошее.   Совещание было внезапно прервано довольным лаем. Кунсей примчался по следам, неся в зубах довольно жирного нага. Обрадованная Эльса присела и обняла пса.   — Ах ты умница! На охоту ходил, да? — рука ласково потрепала мохнатую башку, а вторая взяла добычу из пасти. — Понятно теперь, чего он так долго. Здесь-то поблизости ни зверья, ни птиц не слышно. У, какой молодец! — снова потрепав пса за ушами, девушка огляделась на спутников. — В любом случае что так что эдак надо к эльфам идти, ток поздновато что-то. Предлагаю озаботиться ночлегом, пока не стало слишком поздно, а с утра нормально заявиться на свежую голову. Ну и заодно будет время обсудить, какие у нас есть варианты, и какой план. Как вы на это смотрите? Жрачка на ужин есть. Надо только шалашик построить и костер сделать.   Эльса охотится и получает 1 и 1 кусок мясо.

Лагерь   Вернувшись с Адалин с рыбалки, Руфус первым делом выпотрошил всю рыбу и пожарил ее на костре. Поужинал сам, угостил Дамиана, с которым они делили палатку, а остальное оставил у костра в котелке, чтобы брали все желающие. Рыбы хватало с достатком, но ближе к ночи нужно будет проверить донки, чтобы было чем завтракать.    Разобравшись со срочными делами, целитель проверил алхимическую установку, ополоснулся в ручье и сделал небольшой круг по лесу, чтобы прогуляться. Размяться после сидения с удочкой явно было не лишним. Впрочем, прогулка получилась и так не зряшная — случайно наткнувшись на гнездо какой-то лесной птицы в кустах, он обнаружил баночку с неплохим целительным зельем. Решив, что птичкам оно точно ни к чему, Руфус без зазрения совести прибрал его к рукам и вернулся в лагерь. Ринн жарила мясо, кто-то уже приготовил чай. Целитель кивнул присутствующим, попросил позволения налить чаю себе в заварник, и получив его, вернулся к себе в палатку с теплым напитком, чтобы заняться записями. У открытого огня заниматься бумажной работой было не очень удобно, а чай не даст замерзнуть в одной рубашке и брюках.   Руфус находит Зелье великого лечения (+50% здоровья)   Сторожевые башни   Ответа от статуи дождаться не удалось, но всё же кое-чего Доленгал добился. Отозвавшаяся статуя дала ему нечто, способное помочь в распутывании всего произошедшего, и уже после этого точно можно было выдвигаться к призракам. Аккуратно спустившись вниз, все трое выдвинулись обратно к побоищу. Мабари пока куда-то убежал, видимо, по своим важным псовым делам, но ждать его не стали. Догонит. Теперь уже держаться вдали от духов было не резонно, но и порываться оказаться как можно ближе группа не спешила. Учитывая, что раньше они нападали на проходящих поблизости, стоило быть крайне аккуратным.   Песель куда-то запропал, но девушка не волновалась. Консул был верным и умным, и если он куда-то ушел, то значит, так надо было. Скрасть же клыкастую и полную мышц почти двухсотфунтовую тушу без единого звука борьбы было весьма проблематично. Эльса успокоила ребят, сообщив, что мабари прекрасно нагонит их по следам, и вместе с остальными направилась обратно к призракам. Теперь предстояло аккуратно провести переговоры, и это был самый сложный момент. В том числе, и по личным причинам. Поэтому девушка старалась держаться чуть позади и не проявляла никакой заинтересованности происходящим.    Эльса находит Эликсир внимательности (следующая проверка Внимательности получит бонус +3)

Сторожевые башни   — Есть мысль, что внутри может быть заточён... кто-то. Дух. Тот же Гнев, например. Но это пока лишь догадка. Я думаю, что нам стоит попробовать поговорить с беспокойными душами. Аккуратно и без спешки. Может быть они смогут добавить ещё деталей в картину. Пока что от меня ускользают как само произошедшее, так и мотивы злодеев. Не похоже, чтобы призраки приносили какую-то ощутимую пользу кому-либо.   Алисия покосилась исподлобья на мага, затем перевела взгляд на статую. Ну хотя бы насчет возможностей с духом сообразил, уже хорошо. Но вот дальнейшие выводы звучали странно.   — А какую пользу может принести мщение? — хмыкнула целительница. Теперь она вовсю рассматривала каменного воина, скрестив на груди руки. — Оно не для пользы делается, а чтобы отомстить и воздать кому нужно. Если здесь было предательство, то значит, надо помочь ему покарать предателя или на чистую воду вывести — тогда он и успокоится.    Оставив бесплодное занятие, девушка подошла к краю платформы и сбросила снова веревку вниз, чтобы помочь ребятам спуститься.   — И тогда хоть обцелуйтесь с ним, если он тебе так нравится. Спасибочки за снисходительность, но я хоть и сопорати или как вы там, магики, нас называете, а все ж понимаю, что нет никакой поцелуйной магии.

Сторожевые башни   — Всё больше склоняюсь к тому, что здесь имело место предательство, — сказал он уже после. — Простое нападение и убийство охотников не похоже на вещь, способную породить такой эффект и удержать от покоя столько душ.   — Думаешь, та городская эльфийка продала клан потрошителям? — сверкая глазами зловеще прошептала Эльса. — Только при чем тут тогда статуя? Кто ее здесь поставил? — девушка задумчиво похлопала эльфийского каменного воина по бедру. И слегка нахмурилась, озадаченная тем, что ощутила. Кажется, ему это... не понравилось? — Можно ее как-то расколдовать? Или лучше сначала поговорим с призраками?

Сторожевые башни   Прислоненная к одной из стен башни, предназначением которых было прикрытие солдат от вражеских стрел, она чуть покосилась, но почему-то до сих пор внушала странный трепет, как будто троица заглянула туда, куда заглядывать не следовало. Пустые белые глаза эльфа следили за горизонтом, и казалось, что его нахмуренные брови отражают презрение и отвращение к тому, что они видели. К тому, что произошло внизу, у подножия башни.   Эльса молчаливо рассматривала статую. Эльфийский бог? Часовой? Сфера казалась здесь совершенно неуместной, хотя если он был рыцарем-чародеем, то мог пользоваться и клинком, и магией. Об этих ребятах она слушала повнимательнее, чем остальную дребедень, поскольку сама интересовалась, как можно использовать и магию, и оружие, умело сочетая между собой навыки. Целительница погладила клинок в руке.   — Странно, что те орлейские бандитские банды не разобрали его по камешку, — поделилась мыслями вслух Эльса. — Или не вырядили в женщину. Хорошо сохранилась. А эта штука, — она ткнула на шар в его руке, — она похожа на... — нет, нельзя говорить другим о старых эльфийских артефактах, хранившихся в реликвариях Минратоса. Конечно же, как и многие арлатанские вещи, они считались строго тевинтерскими, но некоторые знали, что это не совсем так. Целительница нахмурилась, словно пытаясь припомнить сложное слово. — Сонносбории? Не помню точно, но академский чародей как-то рассказывал про то, что эльфы хранили в таких штукенциях сны. Как вообще можно хранить сны? — с недоумением обратилась она к Альваро.

Сторожевые башни   — Ага, удачи, — отсаживаясь к другой стороне стены, пожелал девушке антиванец. Пока заберётся наверх, как раз успеет окончательно отойти и убрать последствия падения.   Потрепав пса, девушка подошла к отвесной стене. Так, вон там можно было зацепиться за чуть выпирающую кладку, здесь будет удобный приступок для ног, а тут лучше не надеяться на обваливающуюся плитку. Почти как домашняя гимнастическая стенка, только в другом антураже. Обтерев руки об штаны, магесса начала осторожный подъем. Три минуты спустя она была уже наверху, на площадке.    — Погоди, сейчас я кое-что подкину, — крикнула она Альваро. — У меня была веревка тут. Ща.   Скинув с плеч сумку, Эльса достала моток крепкой веревки и, обвязав себя как следует, бросила свободный конец вниз.   — Обвяжись покрепче, попробуем тебя поднять. 

Сторожевые башни   Глядя вслед забирающемуся наверх эльфу, Альваро сам убрал посох за плечо, готовясь пройти следом. Эльса осталась сторожить внизу и ловить, если вдруг сорвётся. И не зря: скалолаз из антиванца выдался скверный, и, едва осилив с четверть башни, он попытался зацепиться за очередной мелкий выступ, но резко сорвался. Посох слетел с руки, маг тщетно попытался ухватиться за воздух и полетел вниз, мысленно ругаясь далеко не самыми благими словами.   — Ах ты... ёкарный бабай! — выругалась Эльса, уворачиваясь от посоха, едва не угодившего ей прямо в глаз.    Хотелось выругаться иными словами, но наемница вовремя прикусила язык и вспомнила, что тевинтерский здесь не очень уместен. От дурацкого посоха увернуться успела, а вот сориентироваться и поймать летящего следом мага — уже нет. Пальцы лишь ухватили край мантии, когда пиромант был уже почти у земли. Толку-то!    — Вот ведь беда. Хрен бы с этой палкой, оставил бы внизу — мимо меня не пролетел, — неловко извинилась девушка за свои рефлексы. Надо было не уворачиваться, а просто подставить вместо глаза плечо. Она подняла вверх взгляд, оценивая кладку. — Давай я попробую. Только отойдите подальше, ребята. Не хочу вам ничего сломать, — улыбнулась целительница Альваро и псу.

Лес   — Погоди, — остановила Адалин Руфуса и сошла с тропинки. Возле одного из камней, из под кучи прелой листвы, торчал кусок кожи. Смахнув листву мыском ноги, она увидела сумку и заглянула внутрь. — Зелье. Кажется лириум. — Адалин потрясла небольшим флакончиком с голубой жидкостью, показывая его Руфусу. — Надо?   — Не помешает. — Руфус улыбнулся и взял пузырек. — Благодарю. Лириум, конечно, лучше не употреблять, но кто знает, какие у нас еще возникнут обстоятельства.    Спрятав зелье в сумку, он продолжил путь в лагерь.   Руфус находит зелье лириума.

Лес   — Стоп. Ты что... ты сам ушел? — опешила Адалин. Она поднимала рюкзак с земли и так и застыла полусогнутой. — Почему?   Руфус задумчиво почесал нос. Он не был уверен, что Адалин поймет его мотивацию. Простой народ не особенно то заморачивался над продолжением рода, дети были скорее вопросом практического выживания сейчас, чем каким-то заделом на будущие поколения.    — Скажем так, я не видел там для себя применения в будущем. И решил, что смогу принести больше пользы как просто Руфус, если буду исследовать и сохранять историю для потомков, а не прожигать напрасно праздную жизнь как наследник рода. Собственно, по прошествии этих лет, я только убедился в правильности своего решения. — маг улыбнулся. — Не говоря уже о том, что не уйдя, я так и остался бы глупым мальчишкой.

Лес   — Но за что-то ведь тебя выгнали? Из семьи, — спросила Адалин, без особого интереса наблюдая, как Руфус закидывает веревки с наживкой в воду.   — Выгнали? — чуть рассеянно поинтересовался целитель, раскручивая вторую донку. — Ну можно и так сказать. Батюшка вычеркнул меня из рода, когда я сообщил, что отправляюсь в вольное плавание и не хочу иметь ничего общего со всем этим высоким обществом. — закинув снасть, Руфус проверил, ничего ли не забыл, и закинул на плечо сумку. — Не сказать, чтобы я сильно расстроился. Я и так не собирался возвращаться обратно. Ну что, пойдем?   Снасти спокойно простоят хоть до утра, а в лагере у него было еще одно дело, которым следовало заняться.

Лес   — А у тебя... Было что-то в жизни, о чем ты хотел бы не вспоминать? И не говорить.   Руфус уже спрятал удочку и достал донки. На миг он застыл, обдумывая вопрос. Усмехнулся и покачал головой.   — Боюсь, что нет, — с сожалением ответил маг, разматывая упругий тонкий шнур из связанных жил с множеством прицепленных по длине крючков на таких же шнурах покороче. Окуная пальцы в коробочку с наживкой, он один за другим нанизывал опарыши на крючки. — Я прожил обычную спокойную жизнь сначала городского мальчика, а затем путешественника. Случались, конечно, разные истории, однако ничего такого, чтобы было совсем уж тяжело вспоминать. Так, неприятности.    Он отыскал увесистый камень и крепко привязал его к краю шнура. Затем воткнул крепкую ветку в землю и привязал к ней другой конец. Как следует раскрутив камень на шнуре, маг закинул подальше в реку. Шнур с крючками и наживками растянулся от самого берега и оказался погруженным в реку, поджидая неосторожную рыбку. Со второй донкой предстояло проделать то же самое.   — С одной стороны, мне повезло родиться и расти в комфортных и благоприятных условиях, где самой большой проблемой было, как отстоять свою честь на дуэли и не попасться. — Руфус усмехнулся. — С другой, картина мира в таких обстоятельствах получается довольно однобокой. 

Лес   — Я попробую то, что ты сказал., — уже мягче сказала Адалин.  — Может быть... есть кое что, о чем я могла бы думать. В замен.   Руфус кивнул. Он и не думал, что Адалин согласится. Если она до такого варианта созреет, то только тогда и сможет решиться. А до тех пор, пока не созрела, принять такую мысль было бы трудно. Собственно, именно от принятия мысли все и зависело. Маг подергал удочку и с сомнением уставился на поплавок.   — Ну что, может, вернемся в лагерь? Я поставлю донки, чтобы можно было просто наведываться время от времени и не сидеть тут, как дурак, ожидая клева. Что скажешь?

Лес   — Когда... я осталась одна, стало хуже, — добавила Адалин.   Руфус немного подождал, не продолжит ли, но убедившись, что девушка больше ничего не добавит, задумался над тем, что уже было сказано.   — Что же, в таких обстоятельствах повышенная тревожность часто вытекает как следствие. И потом продолжает преследовать, даже когда к тому нет объективных причин, — пояснил он. — Тут лучше всего помогло бы постепенное отступление от такой парадигмы, но как и с любой привычкой, избавление требует больших сил и длительного времени. Сложно, — признал он, — но возможно. Значит, будем работать.    Он задумчиво потер нос, перебирая в памяти различные методики.    — Давай пока попробуем еще один способ, который я называю замещением. Вместо того, чтобы думать о плохих вещах или заставлять себя не думать о них, попробуй думать, целенаправленно думать о чем-то хорошем. Возможно, какие-то приятные воспоминания, мечтания или, может быть, у тебя есть любимое место, где ты чувствовала покой и удовлетворение? Можно представлять себе что-то подобное перед сном. — Маг сделал паузу, чтобы Адалин успела осознать сказанное. — Или второй вариант замещения — это попробовать мысленно называть разные случайные слова. Просто что придет в голову, но не связанное между собой. Например, печка, погода, благодарность, коричневый, музыка, и так далее. Суть такого метода заключается в том, что разум не зацикливается на чем-то конкретном и тревожные мысли отпускают.    Поплавок нырнул, и Руфус быстро отреагировал, подсекая рыбу. Он поймал еще одного окуня и присоединил его к товаркам.    — Можешь выбрать тот вариант, который тебе больше по душе. Или попробовать две недели один, а потом второй способ. Но это все снятие симптоматики, — небрежно заметил он. — Если захочешь более основательно проработать истоки тревожности... — Руфус на миг умолк, обдумывая. Вздохнул. — Это не самый легкий путь, и здесь потребуется много решимости, чтобы все проговаривать и копаться в болезненном прошлом. Я не жду ничего от тебя, Адалин, но если все же решишься, я постараюсь помочь.   Руфус поймал 2 рыбы

Лес   — Да, — согласилась Адалин с легким кивком. — Но у меня нет лака. Оно может смазаться.   — Благодарю.    Руфус аккуратно свернул листок и положил в сумку. И едва успел вернуться к воткнутой в землю удочке — клевало. Немного побившись с рыбой, он вытащил трепыхающуюся серебристую тушку и присоединил ее к другим в садке.   — Значит, проблемы с мрачными мыслями, — маг вернулся к теме разговора, закидывая удочку снова. — Эти мрачные мысли появились до или после проблем с засыпанием? Попытайся вспомнить времена, когда все это только начиналось, если затрудняешься дать ответ. А я пока подумаю, чем можно попробовать нивелировать их влияние. Хотя бы в качестве временной меры.

Лес   — Я тут... подумала тебе будет интересно, —  сказала она. Может быть, это сойдет и как благодарность за то, что Руфус помогает ей с бессонницей. — Это Тирошан.   Руфус протянул руку и бережно взял листок. Внимательно рассмотрел его и не смог сдержать грустной улыбки.   — Милый мальчик, — он снова провел взглядом по чертам лица юноши, по линиям его валласлина. — Значит, вот как он выглядел в воспоминаниях Кириэ. Я могу оставить это себе? — осторожно поинтересовался маг. — На память.     Сторожевые башни   — Возможно и она, других эльфов под такое описание не напрашивается. Можем расспросить о ней позже у самого охотника. Или духи подскажут что-то, — высказался маг. — Предлагаю пока, раз уж все вещи мы собрали, осмотреть башни, может в них что-то отыщем наводящее, а потом уже с духами связаться. Они мне пока кажутся самым проблемным звеном, поэтому отложим до выполнения более простых пунктов. Бросив взгляд на снующих на расстоянии духов, антиванец аккуратно поднялся и, поманив соратников, отправился к ближайшей башне.   Эльса с Кунсеем отправились вслед за юношей к другим башням. Лишь пару раз девушка огляделась в сторону мелькающих призраков. Оставалось надеяться, что те не будут возражать, если они все исследуют и снова вернутся. По дороге магесса размышляла о тексте записки, и чем больше размышляла, тем больше беспокоилась. Ребята не особенно спешили делиться соображениями, а ей это следовало делать крайне осторожно, чтобы не вызывать подозрения.   — Чето мне кажется, что здесь не обошлось без магии, — небрежно заметила Эльса. — Но разве та девушка может быть маг? Вроде долийцы таких специально обучают, а не гоняют загоны чистить. И еще этот обгорелый жмурик, — девушка нахмурилась, словно усиленно что-то обдумывала. — А кто кроме магиков еще умеет огнем пуляться? Демоны так могут? У Дамиана и Виктории вроде не пылкали.

Лес   — Если это повторится... ладно, — согласилась Адалин. Кроме Руфуса и Холта она мало общалась с членами отряда. И говорить с ними было куда труднее. Странные вопросы про странные сны скорее отпугнут, чем помогут наладить контакт. — Ты говорил, что если отвар и медитации не помогут, у тебя есть другие идеи.   — А что, не помогли? — поинтересовался Руфус, бросив на Адалин короткий косой взгляд. — Как у тебя продвигается дело? Медитации выполняешь? Если что-то не получается, тоже говори, в этом нет ничего плохого или неправильного. Я хотел бы знать, как сейчас обстоят дела, прежде чем предлагать, куда двигаться дальше.   Руфус не давил на девушку, но попытался дать понять, почему может быть важно проговаривать такие вещи, а не держать в себе.

Сторожевые башни   — Интересно, — зачитав текст записки, негромко произнёс чародей. — Есть мысли?   Эльса придвинулась к Альваро вплотную и перечитала записку, заглядывая через плечо и беззвучно шевеля губами.    — Долийцы, не знакомые с лесом? — с сомнением протянула она. — А такие бывают? Хотя... — она вспомнила девушку без валласлина, на которую прикрикнул Ивеор, когда они с Руфусом зависали у прилавка. — Есть там одна, загоны для галл чистит. Ходила, прислушивалась, что Руфус говорил. Думаешь, это как-то с ней связано? Что-то занюхала, а потом решила этого эльфа пришить и наслала проклятие? — девушка пожала плечами, на ее взгляд, версия была так себе. — Может быть просто совпадение. Надо попробовать с этими шнырями поговорить. Ну, которые тут шныряют, — пояснила она, кивнув в сторону духов. — Или поискать еще какие-то зацепки. Даже если та остроухая виновата, она отпираться будет. Мало ли зачем бегала. Соврет что-нибудь. Лес   — Нет, никуда. Холт был рядом, когда я проснулась, — ответила Адалин настороженно. Обеспокоенность Руфуса заставила ее немного похолодеть. Она уже поняла, что видеть сны не совсем нормально, но теперь стало ясно, что ее кошмар нечто неестественное. Пугающее не только содержанием, но и происхождением. — Он сказал, это всего лишь воспоминания.   — Воспоминания, — согласно кивнул Руфус, снова возвращая внимание к поплавку. — Которые кто-то или что-то должно воспроизвести. Вот в чем закавыка. Можно поспрашивать остальных, не снилось ли им нечто подобное, — предложил он. — Без подробностей, сны сейчас сами по себе достаточно редки.

Лес   — Я видела кое-что. В ночь перед заданием. — Адалин помедлила и присела подле дерева, на один из корней. — Кошмар. Он был таким же реальным, как видение. Я помню каждый момент. И я чувствовала все. Это было как будто реальным. И оно было... В смысле, события, которые я видела, происходили в самом деле. Только я оказалась не на своем месте в кошмаре, а на... — Она посмотрела на Руфуса. Пришлось напомнить себе, что маг, скорее всего, не будет ее осуждать. — Я была на месте людей, которых когда-то убила. Это... всегда так? Сны.   — Не всегда. — рассказанное Адалин показалось магу настолько из ряда и важным, что он даже обернулся к ней, оставив без внимания поплавок. — Этого вообще не должно быть. — он нахмурился, обдумывая. Выходила весьма настораживающая картина. — Обычно да, духи подхватывают переживания и воспоминания человека. Бывает и так, что переиначивают на свой лад так, как они это понимают. Но во-первых, четкие и запоминающиеся сны снятся магам, ты же не наделена даром, насколько я понимаю. А во-вторых, с тех времен, как Тень опустила, даже мы лишились такого удовольствия как яркие и осознанные сны. Единственное, что приходит на ум, это искусственное происхождение твоего кошмара, как в случае с заклятием Хаэсланы. Или такое возможно в близком присутствии достаточно сильного духа или демона. Ты провела ночь в палатке? Никуда не ходила поспать? Может быть, прикорнула в руинах?

Лес   — Ну да, точно, — кивнула Адалин, прислонившись к дереву. Пожалуй, можно было задержаться тут ненадолго. Тем более у нее была пара вопросов к Руфусу. Не самых приятных, но Адалин чувствовала, что сейчас сможет контролировать свои эмоции. — То видение... Ты говорил, что можешь объяснить его природу. Это что-то вроде сна? Кошмара?   — Хм. — целитель задумчиво потер нос, прикидывая, как лучше объяснить это все не знакомому с магией человеку. — Это что-то вроде сна, да. Но проблема в том, что сами сны по своей природе... — Руфус качнул головой. Хотелось бы объяснить без углубления в азы знаний о Тени, но без этого Адалин будет сложно понять. — Если кратко, то люди видят сны, когда по ночам их разум отправляется в Тень, а духи воспроизводят им разные события, пережитое, воспоминания. Иногда при этом тебе может сниться, что ты совсем другой человек, такое тоже случалось. Так вот, в нормальной ситуации разум человека должен войти в Тень для того, чтобы видеть сны. У нас же произошло проникновение наоборот, скажем так. Проклятие само вторглось в наши разумы и стало воспроизводить пережитый эльфами опыт. И оно не закончилось, а продолжило морок, смешав по сути сон с явью и ощущение собственной личности с личностью постороннего.

Лес   До бревна Адалин не дошла. За одним из поворотов она увидела Руфуса, сидящего на вчерашнем месте, с удочкой в руках. Очень скучное занятие, судя по всему.   — Привет, — поздоровалась она, подойдя поближе.   — Привет, Адалин, — Руфус улыбнулся. — Виделись ведь уже.    Впрочем, времени с ухода его из лагеря прошло немало. Целитель снова продолжил наблюдать за поплавком, явно надеясь поймать что-то еще. У его ног в садке виднелись уже три пойманных рыбины и рядом девушка заметила олений рог, который маг нашел по дороге к своему месту.   Руфус рыбачит и получает 3 рыбы. Руфус ищет сокровища и находит Олений рог (ценный предмет, можно продать за 50 серебра).

Сторожевые башни   — Предлагаю следующий план, — обернувшись к союзникам, тихо сказал Альваро. Эльфу от присутствия призраков явно было нехорошо, но толпиться, когда Эльса уже поспешила на помощь, маг не хотел, — мы аккуратно пробираемся к трупам и достаём вещи мёртвых охотников, таким образом выполняем просьбу Альреана. Если сталкиваемся с духом, то стараемся не злить, медленно отступаем и, если возможно, пытаемся поговорить, узнать что именно их тревожит. По хорошему, нам бы действительно хоть на какой-то контакт выйти, чтобы не гадать в чём точная причина их привязки, но этим можно заняться и после снятия вещей.   Девушка прищурилась и пригляделась в ту сторону, куда показывали ребята.    — Призраки — это вон те сполохи? — с сомнением уточнила она. — Вроде вижу. А они захотят с нами поговорить? Или только с магами будут?    Задумчиво ковырнув носком землю, она снова бросила взгляд в сторону призраков. Настороженный, напряженный. Как у человека, явно не привыкшего к таким явлениям, а главное, не совсем понимающего, что с этим делать.