Фрэнки

Как легко. И одновременно сложно. Будто волны соприкасаются с острыми скалами. Не вмешиваешься в естественный ритм природы, но ждёшь и надеешься обнаружить на поверхности чёрного камня что-то ценное.   Что несущественным сочла для себя вода.   Друг с другом столкнулись две противоположности. Мир в их ладонях умещался разный. Для одного он велик, но преисполнен серыми красками. Для одного он мал и насыщен бледной бирюзой затаившейся меланхолии.     - Или, может, вы считаете меня и своего брата неразумными зверьми, бегающими под луной?     Это всего лишь слова.   Слова, задевающие что-то хрупкое в чёрной душе носферату. Обесценивают его старания. Его попытки.   От фигуры Каминского Холланд переводит глаза к спине Джека. Он не видит его лица. Не может прочесть эмоции в линиях морщин.   Но он чувствует.       - Мой ответ сильно зависит от того, кто спрашивает. Есть знание, которое я вижу разумным делить только с соратниками. Мисс Думитру не пожелала оставаться на моей стороне, а вы, мистер Кроу, уличены вместе с ней в злостном нарушении Маскарада. Есть причины, по которым мы используем курьеров и не обсуждаем  действия лидеров Камарильи в чатах. Поэтому сначала спрошу я: так это правда, что мы соратники?     Джек прикрыл веки и опустил голову. Плечи его задёргались, а из губ вырвался хрипловатый смешок. Жуткая ухмылка исказила его губы, когда он поднял голову.   - Ну, знаешь, князь, - он выделил последнее слово с нотой издёвки, - мой ответ тоже сильно зависит от того, кто спрашивает. И если бы не эта чёртова переписка, то сколько бы ещё ты с моим сиром продолжал пудрить мозги о том, что на самом деле случилось с Модианом. В каком проклятом неведении мы находились, если бы Эсмеральда не уведомила нас о том, что вы согласны раскрыть за грёбаную плату в виде слепого послушания, - спокойный тембр голоса перешёл на раздражённый рык, а лицо исказила озлобленная маска обиды и разочарования. - Модиан был моим наставником. И начиная с той самой ночи, как вновь его встретил, я жалею о том, что не остался. Я всего лишь неонат, но я бы мог помочь ему. Сдох как крыса, но не позволил бы вам с Голубкой навредить ему, - голову чуть откинул назад, вновь рассмеявшись. - Но, конечно. Что какие-то словечки неоната по сравнению со сладострастной речью князя.   Ладонь Холланда едва коснулась плеча Джека, но он отдёрнул его.   - У меня нет желания оставаться рядом с тем, кто при всей своей белизне - внутри же является одной из самых тёмных шахматных фигур. Я не доверяю вам. Так что, - Джек поклонился в реверансе, - соизволите покинуть ваши покои, князь?   Холланд молчал.   Светло-зелёные глаза теперь смотрели на Мориса.   Что он решит?

Сказанное как кратковременный град. Узнать не успеешь, что случилось, протирая ушибленную макушку, пока не увидишь под ногами несколько льдинок. Растерянность, недоумение и даже… обида? На Каминского? На Эсмеральду? За то, что она ушла. За то, что он позволил ей уйти.   За то, что он не договаривает. Как тогда за Лампаго. Его сира. Существа некогда единственно близкого, но столь далёкого от него.       - Я не сомневаюсь, что Баламут примет мою помощь. Вот только где теперь мои рычаги, которые убедят его помочь мне? - князь выразительно приподнял брови. - А с сетитами я бы хотел пообщаться. Интересно, какие у них планы и получится ли заручиться их поддержкой. Что-нибудь известно о том, чьи именно гули были в госпитале?       Холланд опустил глаза.   На слова о переписке Джек сжал пальцы в кулаки и спрятал их за спину.   - Известно, что гули принадлежали Последователю Сета по имени Эдуардо, - ответил на заданный вопрос носферату, загородив собой гангрела. - Вот и всё. Но, знаете, последнее дело заручаться поддержкой змей, а затем вдруг неожиданно для себя заметить отпечатки клыков на шее и ощутить отвратное чувство апатии от постепенно проникающего в жилы яда, - осмелился сказать Джек.   Он дёрнул плечами.   Хотя, может, вы настолько отчаялись в том, чтобы удержаться за статус князя.   Через миг краткого молчания, он спросил следующее:   - Так это правда… Голубка оставила тот кинжал в теле Модиана? - хриплый голос Джека теперь едва дрожал. - Зачем? Это была какая-то шутка? Постановка?

- То есть, - Холланд в недоумении нахмурил брови. - Ожоги на вашем теле - их рук дело? - гангрел зажмурил глаза. - Что, - но он не договорил, поскольку Джек опустил на его плечо ладонь и несильно сжал.   На серьёзном лице носферату не было и тени озорства. Настороженность. Определённо.   Страх?   Совсем немного.   - Сетиты поставляли какой-то наркотик вместо обезболивающих лекарств, - говорил Джек, не собираясь темнить. - Как полагаем - основным составом являлась кровь сородича. В убежище пропадали неонаты, да и сосуды под воздействием наркотика возвращались не в лучшем виде. Змеи по всей видимости хотели таким образом свергнуть бывшего примогена, устроить чистку в убежище с помощью инквизиции и в итоге взять контроль над госпиталем в свои руки. Нынешняя ситуация в госпитале сейчас вошла в более стабильное русло. Гулей сетитов прогонят, а в убежище будет установлен новый порядок.   - Баламут не отказывался от вас, - тихо подал голос Холланд. - Бруха могут быть категоричны и не признавать власть Камарильи, но он примет вашу помощь, если вы захотите поддержать Финикс.

Джек хмыкнул, скрестив руки на груди и облокотившись плечом к стене.   Создалось впечатление, что князь только сейчас вспомнил о существовании второй группы, которая отправилась в Финикс.   - Я бы наоборот сказал, что компромат залить как раз удалось, - решил добавить Джек. - Но не на потенциального агента инквизиции. Убежище было пропитано змеиным ядом. Оно угрожало существованию как смертных, так и сородичей. В приоритете было обеспечить их дальнейшей безопасностью.   - Что с вами произошло? - следом спросил Холланд, разглядывая руку Каминского.

- Ну что, идем на "ковер" к Князю? - флегматично поинтересовался некромант, коснувшись взглядом сперва Холли, потом Джека.     Холланд сжал в ладони дырявую монетку, которая висела у него на шее на тонком шнурке. Он нахмурил брови и опустил голову. Ему было не по себе.   - Идём, - коротко сказал Джек, спрятав ладони в карманы пальто.

Баламут убрал один из клинков в невидимые ножны на спине, а второй продолжал держать в руке.     Так вот значит, что это за штука была на его теле!   Глаза Джека сияли от восторга. Он чувствовал себя ребёнком на детском утреннике, который через несколько минут погрузился в хаос. Пить кровь примогена он не собирался (о, нет уж спасибо!) и не видел смысла, поскольку их способности являлись почти идентичными. А вот клинок носферату решил прибрать себе.   Холланд кивнул в знак прощания Баламуту. Пусть гангрел глуп и наивен, как считает его таковым каждый сородич, но искренне он был рад тому, что бруха наконец-то сможет взять контроль в свои руки.     ◈ ◈ ◈     По дороге в Тусон место водителя занял Джек. Оставался неразрешённым один вопрос, прямо на который не могла повлиять группа, возвращавшаяся из Финикса - как обстоят дела у Эсмеральды с Фёдором, и стоит ли Джеку, Холланду да Морису попадаться на глаза князю.   Не говоря уже о шерифе.   - Мы можем остановиться на какое-то время у Лу, - предложил Джек. - Мало ли.   Холланд отрицательно мотнул головой.   - Не стоит. Мы были в Финиксе и никак со второй группой не связывались. Ну, - он скосил глаза в сторону носферату. - Почти не связывались.   Джек хмыкнул. От телефона он избавился, когда они покидали госпиталь.   Форд мустанг припарковался недалеко от Элизиума. Первым из машины вышел Холланд. Когда приблизился мотоцикл Мориса, следом вышел и Джек.   Шива устроилась из фонарных столбов, белой тенью наблюдая за сородичами.

Когда братья покинули место сходки в сторону палаты, в которой пережидали день, Джек подхватил Холланда на руки и закружил вокруг оси.   - Холли, ты монстр! - весело прорычал Джек, опуская брата на землю. - Я правда думал, что ситуация тупиковая. Или делаем, как просят старейшины, или покидаем к чёртовой матери госпиталь от греха подальше. Холли! - когтистые ладони носферату коснулись щёк гангрела, бледно-голубые глаза сияли от восторга.   Холланд пребывал в растерянности от слов и действий Джека. И, тем не менее, его губ коснулась лёгкая улыбка.   - Вот таким мне нравится тебя видеть, - хрипло рассмеялся Джек, выпрямившись и опустив ладони на пояс. - Белым, пушистым... и способным надрать задницу кому угодно. Кстати, - он вынул из кармана дешёвый телефон, который изначально был передан Холланду от Рауля. - Держи. Компромат на Змей у нас есть. Если нужно, то вполне можем указать и на гулей Сетитов. Вдобавок местные детишки тоже утихомирились. Если что-то нужно ещё сделать, то уверен, теперь мы с этим справимся.   Холланд кивнул.   Прежде чем набрать номер охотника, гангрел и носферату подождали возвращение Мориса.

  Дважды просить не пришлось.   - Show time.   ♬   В воздухе витала будоражащая смесь спирта, крови и сигаретного дыма, сбиваемого двумя первыми запахами. Маской обмана. Взглядом, выражающим лживое сочувствие. Мерзкой дежурной улыбкой, которая казалось особенно неуместной при делах жизни сроков коротких.   Тени на светлых стенах подобны отблескам лучей солнца. Их откидывают мигающие лампочки в просторном, но отчасти вызывающим клаустрофобию коридоре, где отзывается слабым эхом стук женских туфелек на низком каблучке. Искажённые подражатели преисполнены завистью к тем, кто получает больше любви и внимания от смертного люда. Кто от одного их вида не испытывает страха, отчаяния и грусти.   Блаженное неведение. Одним оно приносит облегчение. А другие остаются рады тому, что сорваны покровы, сковывающие их дикий дух.   Впервые в бытие собственном испытали настоящее удовлетворение.   Он идёт не спеша, вальяжно, но ту, которая ему нужна, из вида не упускает, едва ловит её фигуру в поле зрения. Возвращаясь в ту часть больницы, где в бесконечном волнении колотятся ещё живые сердца.       Здесь творятся чудеса. Во многом благодаря препаратам около-наркотического содержания. Ввести дозу умеренную - пациент даже не поймёт, что с ним происходило в ближайшие несколько минут или часов. Но ввести дозу больше, чем необходимо - разум начнёт гнить.   Циклично.   Вампиры упиваются кровью смертных. Смертные упиваются кровью вампиров. Если в убежище нет контроля, то это больше не убежище. Тени блекнут. Невидимые алые пульсирующие нити обвивают стены.   Какая выгода от этого места, если оно превратится в руины?   - Клэр! - раздаётся женский голос с соседней комнаты. - Нужна твоя помощь.   - Сейчас.     Она уходит в тот самый момент, когда заканчивает с обработкой обезболивающего. Высокая тень ловко подхватывает пузырёк микстуры - краеугольный камень госпиталя Василия Блаженного.   Ненадолго.   Когда смертная возвращается, она удивлённо смотрит в сторону приоткрывшейся двери. Но что в кабинете, что вне его - ничего, кроме гробовой тишины, которая изредка сбивалась приглушённой музыкой из наушников уборщика.     ◈ ◈ ◈       В подземном городе тем временем началась суматоха. Любопытные сородичи собирались возле одного оживлённого места в лабиринте убежища, походившего на регестратуру. Джек удивлённо округлил глаза, а затем скорчил недовольную гримасу, заметив, как в центре стоит Холланд и что-то говорит бездомным сородичам.   Видно слова Мориса о том, что для этого места они ничего не смогут сделать, он воспринял как вызов.   - Если держать убежище в том же порядке, - говорил Холланд, оглядываясь по сторонам, - в котором оно находится сейчас, то в скором времени на него нападут охотники. Нужно что-то менять, чтобы избежать этого.   - Парень, мы тебя так-то впервые видим, - откликнулся кто-то из бруха. - С чего нам тебя слушать? Тем более никаких охотников я здесь не вижу. Находимся мы вообще под землёй. Как они нас достанут?   - Он сам такой как вы, - Джек пропихнулся через толпу и окинул окружающих взглядом. - Мальчишку обратили против его воли. Как, полагаю, и большинство из вас. Жил в дерьме ещё более цветастом, нежели вашем, но от охотников его стаю это не уберегло, - Джек поморщился.   Он поднял указательный палец вверх. Вынул из кармана пальто зажигалку с пачкой сигарет.   Кажется, это ночь будет для него слишком насыщенной.   - Не знаю, сколько из вас знают о Шабаше, но позвольте в таком случае всё равно поведать, - он выдохнул клубок дыма и прикрыл веки, собираясь с мыслями. - До того, как охотники зажгли пламя инквизиции - до них это пламя сеял Шабаш, иначе который также называли Чёрной Рукой. Шабаш принимал свою звериную суть, он не придерживался человеческой морали. Его вампирам неведомо было ни милосердие, ни сострадание. Всё то, что связывает нас с людьми. Куда они не пошли, где не остановились - они оставляли за собой выжженные земли и реки крови. Они были подобны саранче, которая сжирала всё на своём пути... до той поры, пока не нагрянула Вторая Инквизиция. С тех пор всё реже мы стали слышать о каинитах Шабаша. Будто они действительно были не более чем сказкой, которую придумали старшее поколение вампиров, чтобы пугать молодняк.   Чьи-то губы тронула злорадная ухмылка. Кто-то опустил глаза, скрывая чувства горькие.   - Вы не каиниты Шабаша. Но и людьми больше не станете. Я чувствую, как некоторые из вас напуганы. Проживу ли я ещё одну ночь. Не умру ли я сегодня. Не пропаду ли я. Почему это случилось именно со мной. Мы все говорили себе эти слова. Все спрашивали, даже если мы уже знали, что дальнейшая наша судьба предрешена. Одно слово, которое до сих пор преследует нас перед тем, как мы канем в сон.     Почему?     Нависла тишина.   - Вы теперь часть нового. Вас приняли в этом убежище, не смотрели на то кто вы и откуда. И на дальнейшую безопасность этого места вы можете повлиять. Это не наставление. Это рекомендация. Совет как поступить правильно, чтобы обезопасить своё собственное существование и тех, кто находится рядом с вами. Кто успел стать вам друзьями. Уверен, вы поступите мудро. Холли, - обратился к гангрелу Джек и кивнул в сторону.   Дальнейшее оставалось разве что за Морисом, чтобы забить гвоздь в крышку гроба недоверчивой толпы, а также за самим Баламутом.   И следовало признать… всё сложилось удивительно благополучно.

- Может, мексиканец, когда мы сдадим ему лавочку сетитов, согласится приглядеть за питанием деток.       Джек тихо, но неодобрительно рыкнул. Последнее дело доверять охотнику, чтобы тот присматривал за пропитанием птенцов.   Сам Холланд хоть не испытывал какой-либо неприязни к смертному, но также считал, что это пока последние о чём стоит думать касаемо организации в убежище.   Джек скрестил руки на груди и вторым канул в объятья мёртвого сна.     ◈ ◈ ◈       ♬   Что делать, если в шкафу поселился монстр?   Досчитать до пяти. Так говорила мать. Так говорил отец. И так говорил брат, но вопросов не задавал старшим.   Доверчиво белокурый мальчик закрыл ладошками глаза. Синева комнаты залита кроваво-красными лучами, выглядывающими из окна. Звёзды на стенах померкли, диск тьмы загородил собой солнце и в распад ушли кольца Сатурна. Лишь ветки шепчут, прорваться пытаются сквозь пелену тишины.   - Раз, два, три, - считает он не до конца, убирая руки, когда его начинает разъедать любопытство.   На ветках сидел белый ворон - белое пятно на полотне густой крови. Он смотрел в сторону реки, где плескалась одинокая чёрная фигура.   Что делать, если в шкафу поселился монстр?   Досчитать до пяти.   Но что если мой монстр не был выдумкой моего хрупкого сознания?       ◈ ◈ ◈     Первое время пробуждение всегда кажется… странным. Сердце не бьётся, а лёгкие не впитывают воздух. Оболочка ослабевает, едва за горизонтом маячат лучи солнца, немилосердно указывая на то, что больше не являешься живым созданием. Вместилищем, вероятно, поистине чистой души, пока тёмный родитель не решает передать проклятье своему будущему птенцу.   Затем принимаешь как данность. Что-то неотъемлемое.   Устрашающе вечное.   Холланд тайком вынул из кармана пальто Джека одну сигарету и зажигалку, когда проснулся. Он вышел из палаты, облокотился спиной к стене и сполз вниз, присев.   Джек очнулся, когда раздался глухой щелчок зажигалки.

- Завтра наведаемся в фармакологическое крыло, узнаем, кто занимается этим "лекарством", - джованни заложил левую руку за голову, небрежно выдыхая к потолку дымное облачко, - и сдадим всю компанию затейников мексиканцу. Ну, если у вас нет других мыслей на этот счет.     Джек на слова Мориса только цокнул языком. Возражений у него пока никаких не было. Он плюхнулся в кресло и закинул ноги на край кровати. Проверил телефон на наличие сообщений от Эсмеральды. В ответ на ластик отправил только два смайлика: молоток и мобильник.   Джек почесал указательным пальцем лоб, нахмурившись.   Почистить сообщения будет мало. По мнению носферату это также привлекает лишнее внимание. Едва любой текст отправлен в сеть - он уже попал в круговорот веб-паутины. Как и его исчезновение, которое просто попадёт в видимый для хакеров кэш. Или поменять сим-карточку, или избавиться от самого телефона как по опыту обычно делал Джек.   Обидно.   Собственно в ближайшее время этим он и займётся кроме дел насущных.   - Ну, вроде остаются ещё местные, - через некоторое время сказал Джек, стирая свои сообщения в мессенджере, которые отправил равнос, а затем вовсе отключив питание гаджета. - Информацию, Каин благослови, найдём. Получим. Подслушаем кого надо. Передадим в относительно надёжные руки. И кулинарную лавочку Сетитов прикроют. А вот голодные дети всё равно останутся. Благослови Каин, если Баламут их потом строго в ряд построит.   Холланд сел в другое свободное кресло, согнув ноги крест на крест.

- И кто же? - с лёгким недоумением спросил Джек, переводя взгляд от Мориса к Холланду.   - С Баламутом связался Последователь Сета, - начал говорить гангрел. - Как он сказал, у последнего были свои виды на госпиталь Василия Блаженного и он начал… так сказать оказывать кое-какую поддержку примогену. Здесь должны находиться гули Сетита, которые заменяли обезболивающие на наркотик. Эффект подталкивал сосуды возвращаться за новой дозой. Но Баламут не зарёкся словом об исчезновении сородичей…   Джек хмыкнул.   - А они исчезали. Со слов местных. Мышки нашептали, что некоторые из сородичей пропадали после разговора со старшими медсёстрами. Может быть, главный состав упомянутого наркотика в таком случае является кровь вампира, - Джек нарисовал в воздухе указательным пальцем символ бесконечности.   Всё циклично.   Птенцы иссушают кровь сосудов, а сосуды иссушают тела птенцов.   Холланд нахмурил брови от оной догадки.   - Ну ладно, - дёрнул плечами носферату. - Чувствую, как скоро взойдёт солнце. Предпочту к этому времени заснуть в кресле, а не где-то рядом с горой трупов.   - Ага, - меланхолично отозвался Холланд.   Пожалуй, самое главное достоинство бытия вампиром - никакие тревожные мысли не нарушат блаженное забытье мёртвого сна.

Холланд   - Последователи Сета, - Холланд на время о чём-то задумался, прикусив кончик безымянного пальца. - Если Сетиты приложили руку к вспышке массовых заболеваний среди сосудов, то мы могли бы столкнуть их с инквизицией, попутно обойдя благополучно стороной убежище с сородичами, - светло-зелёные глаза гангрела приобрели более яркий насыщенный оттенок, когда он посмотрел на Джованни. - Можно тогда связаться с нашим приятелем, чтобы он подкинул эту информацию охотникам, - Холланд специально не стал указывать при Баламуте имя их общего приятеля и что тот сам состоял в рядах инквизиции. - Наверняка, Джек ещё что-то узнал от носферату или слабокровок.       Джексон     Действительно. Как Джек уверенно и предполагал, соклановцы вместе со слабокровками оказались весьма разговорчивыми по поводу прошедших в убежище событий. Носферату зажглись азартом ведомой только им игры, когда как на лицах бесклановых сородичей читалось беспокойство, неизменный страх, сиявший ярче, нежели с момента их несчастного становления.   Более конкретно, то некоторые из слабокровок общались со старшими медсёстрами, прежде чем они пропали без вести.   Вкусно.   Джек возвращался в сторону кабинета Баламута, чтобы поделиться информацией с Холли и Морисом.   Мозаика должна, наконец, сложиться воедино.

- Заражённая кровь ведь негативно сказывается на самочувствии сородичей, - начал Холланд. - В подземелье не предусматривается гигиена питания, тамошние птенцы могут разносить вирусы по госпиталю, что удваивает количество больных сосудов. Это неблагополучно сказывается как для смертных, так и для самих птенцов. Ко всему прочему слух о вспышках массовых заболеваний через кровь как раз и спровоцировал внимание со стороны инквизиции. Если не предпринять хоть какие-то действия, то подземный город канет в огне.   Холланд опустил ладонь на грудь.   - Я понимаю, что вам сложно. Понимаю, что вы хотите хоть как-нибудь улучшить нынешнее положение дел в убежище. Во мне лично вы не вызываете отторжения. Вы прямолинейны и достаточно искренни. Но одно наше присутствие всю проблему не решит. За птенцами необходимо присматривать и обучать, а не просто усадить в один угол. Для всех сородичей в убежище должна соблюдаться общая организация, иначе хаос примет куда большие масштабы. Сир в ответе за своё дитя, за его рождение и дальнейшее существование, пока он рядом с ним. Но они их бросили. Самые стойкие выживут, приспособятся в новом для них мире, но остальные будут дальше потакать природе своего Зверя. Вы делаете для них благое дело, давая крышу над головой. Мы готовы помочь, оказать поддержку, если и вы предпримите твёрдые действия касаемо дальнейшей безопасности сородичей, которых не приняли в полноценном обществе. Доказать остальным, что вы достойны права называться незаменимым лидером своего домена.

Холланд перевёл несколько удивлённый взгляд от Мориса к Джеку. Последний взъерошил светлые волосы гангрела, а затем подмигнул Джованни, прежде чем отправится назад в здание госпиталя, надев очки и накинув капюшон.   - Идём? - обратился Холланд к Морису, когда с поля зрения в тенях исчезла фигура носферату.

Джек протёр ладонью подбородок.   - Вообще, да. Хм, - он перевёл взгляд к брату. - Холли. Ты же у нас фиалка эмпатичная.   - Ну, спасибо за комплимент, - хмуро сказал гангрел.   Джек хрипло рассмеялся.   - Ты вроде как симпатизируешь Баламуту. Можешь войти в его нынешнее положение, если начнёт вести себя как бука. Думаю, громилу весьма растрогает капелька сопереживания.   Холланд на время задумался, почесав указательным пальцем щеку. Затем вынул из кармана пальто телефон, который ему передал Рауль.   - Вот, - протянул он Джеку. - На случай, если решишь вернуться в подземелье. Может, Рауль даст какую-нибудь наводку насчёт своего знакомого.   Подхватив телефон, Джек вернул взгляд Морису.   - Ты со мной в подземку или пойдёшь налаживать дипломатический союз с бруха?

- Кроме слабокровок я также видел в подземке бруха, гангрелов и носферату. Вот у последних уши большие, я бы их расспросил, - Джек скорчил забавную гримасу, поджав губы и закатив глаза. - Вдобавок сами слабокровки могли что-то видеть или слышать. Полезно, думаю, будет самим расспросить знакомого Рауля, если его ещё не свинтили или он сам вовремя сбежать не решил. Может, подземелья посещал кто-то из персонала Баламута.   Краткий миг молчания.   Джек нахмурился, глядя на Мориса.   - Есть также ещё один вариант. Повторить неудавшуюся авантюру с Элин. А именно проскочить в кабинет Баламута на время его отсутствия.

- И какие будут идеи? - алые глаза прошлись внимательным взглядом по напарникам, - Есть предложение вернуться в Тусон и рассказать все Каминскому. По итогу, сообщение мы передали. В кабинет Хелены идти нет смысла. По пропажам... Баламут, скорее всего, в курсе происходящего и, раз ничего не предпринимает, такое положение дел его устраивает. - пауза, дымное облачко, рассеянное ветром, - Я не вижу, что еще мы может тут сделать. Напасть на примогена? А как потом это объяснять? Разве что тоже в бега удариться. Да и нас только трое, не факт, что справимся. Поэтому вернуться и доложить, на мой взгляд - самое правильное сейчас.     Джек неопределённо пожал плечами.   - Звучит как план, - сказал он. - С другой стороны я бы расспросил ещё о пропажах, которые происходят в госпитале. Особенно среди слабокровок. Чёрт его знает. Может Баламут действительно в одной братии вместе с Элен с Инвидией, поставляет живые ресурсы для каких-нибудь извращённых экспериментов. Хорошо убедиться бы в этом и заиметь какой-нибудь компромат против примогена. А ты что думаешь, Холли? - поинтересовался он следом у гангрела.   Тот скрестил руки на груди, глядя в пустую точку перед собой.   - Как вы посчитаете верным.   Настрой гангрела не сильно обрадовал носферату.   Джек вопросительно посмотрел на Мориса, ожидая, что он скажет на его предложение.

Холланд поморщился от клубка дыма, который был направлен ему в лицо. Махнул ладонью, отгоняя серую вуаль.   Джек улыбнулся, заметив брата, но радость улыбки стало более блеклой. Гангрел, судя виду, пребывал не в лучшем распоряжении духа после поездки с охотником.   - В госпитале пропадали не только люди, - тихо начал Холланд. - Сигнал тревоги забил кто-то из слабокровных. Куда-то и они начали исчезать.   Он как можно подробнее пересказал всё то, с чем поделился с ним Рауль во время поездки. Включая то, что если сородичи отправятся к кабинету Хелены, то последствия их ждут не самые приятные.   - Ну что же, - заключил Джек. - Даже теперь не представляю кому сейчас лучше. Или нам, или Эсмеральде с Фёдором.   - Как они?   - Ну, надеюсь, что они пока успешно наяривают круги от гнева моего сира. А Каминский сидит на троне ровно.   - Им не нужна помощь?   - Думаю, что нет. У Фёдора язык хорошо подвешен, а Эсмеральда хитрая, что лисица. Думаю, она отправит сообщение, если положение окажется чересчур затруднительным.

Холланд     Наверно, он действительно настолько глуп и наивен.   Значит, я ничего не смогу сделать.   Горькая мысль. Но правдивая. Ему здесь не место. В пучине, где решаются судьбы многих. Место в отречении - да. Или в объятьях окончательной смерти.   Но не здесь.   Не такому как он.   Холланд какое-то время смотрел себе под ноги, спрятав ладони в карманы пальто. Затем поднял глаза. Осмотрелся по сторонам и пошёл на поиски Джека с Морисом.

Холланд     - В общем, я не дипломат, но реальное положение дел описал. Если надумаете поступить правильно, то сообщите мне о своём плане, - парень залез рукой в карман и вытащил дешёвый телефон с приклеенным к нему номером на бумажке. - Звоните только с этого телефона, иначе не отвечу. Даю вам этот и следующий вечер, чтобы решить проблему, потом передам все записи Второй инквизиции. Ну и если я увижу вас у кабинета Хелены, то сделаю вывод, что мы не сработались. И Ждать уже не буду.   Чёрная Импала подъехала к больнице и остановилась.     Холланд принял дешёвый телефон. Ладонь его легла на ручку дверцы пассажирского сиденья, но из машины он пока не выходил.   Он опустил голову. Взгляд вернул Раулю.   - Поступить правильно… в твоём понимании как это выглядит? Хелена остаётся на своём месте, её не трогает та информация, которая опорочит её репутацию. Вампиров разгоняют по всему Финиксу и за его пределы, а от самого убежища остаются лишь камни. За сутки точно не получится полностью исправить текущий уклад подземного города, а у правящих ячеек свои взгляды на то, как дальше руководить госпиталем.   Холланд мотнул головой, нахмурив брови.   - Я не уверен, что Джек с Морисом согласятся. Не знаю, если честно. Они в той или иной мере, но верны воли князя. А ему нужен контроль над этим местом. С другой стороны… есть кое-кто, кто хочет, чтобы Хелена осталась на своём посту. Но ею, скорее всего, будут манипулировать из-за связи с инквизицией, если что-то будет идти не так. А я боюсь столкнуться с осознанием, что мог сделать что-то во благо большинства, но не единиц. Слова такого, как я имеют мало веса в тех реалиях, в которых мы живём, - уже тише говорил он. - Да и к тому же такие как я долго не живут, - Холланд улыбнулся. И улыбка эта вышла горькой.   Гангрел вышел из машины.   - Спасибо за наводку, - искренне сказал. -  Уже второй раз.       Джексон   - Мда. - качнув головой, Морис вытряхнул из пачки новую сигарету, щелкнул зажигалкой, глубоко затягиваясь через мгновение. - Ситуация. Хотелось бы мне знать, в курсе ли Князь. То есть... они бегут, потому что он знает, и хочет их на солнышко, или потому, что его настроила твоя мамка?     Джек легонько постучал себя острыми ногтями по подбородку.   - Ну, он-то наверняка в курсе, что Эсмеральда с Фёдором вдруг сбежали сломя голову, будто им скипидар в бельё залили. Птицы не дремлют. Голубка наверняка в ярости, а вот за Каминского не знаю. Но меня, если честно, другое беспокоит, - он посмотрел на Мориса.   Нахмурился и помахал ладонью из стороны в сторону.   - Впрочем, неважно. Меня несколько сбивает с толку, что мой сир причастна к тому, что случилось на той записи с Модианом и Джаспером. Я ещё боюсь думать также о том, что Голубка, - он зажмурил веки.   Нет… нет!   Только не рубить с плеча. Не делать поспешных выводов. Речь о его предках, о которых он попросту не хотел ничего дурного думать. Случались ли между ними серьёзные перепалки или нет.   - А, дерьмо, - Джек вынул из помятой белой пачки сигарету с зажигалкой.   Никотинового дыма в воздухе стало вдвое больше.

Джексон     - Ничего с ним не случится, не переживай, - негромко, не оборачиваясь, - Это всего лишь человек, а твой волчонок  вполне может за себя постоять. Просто он, мм... идеалист.     Джек тихо рыкнул.   Дурак он, который до сих пор воспринимает реальность лучше, чем она есть на самом деле. Видя чуть ли не в каждом хорошего сородича или человека. Веря, что он может быть таким.   Джек начал расхаживать из стороны в сторону, теребя в пальцах пачку с сигаретами.   На самом деле он завидовал такому мировоззрению. Наивному. Да. Детскому. И всё же светлому и искреннему. Как много сородичей спустя не один десяток лет умудряются сохранять человечность? Не утрачивать хоть какую-нибудь надежду. Не ломаться под обстоятельствами правдивого бытия.   Он посмотрел в ту сторону, где находилась парковка, а затем устроился рядом с Морисом.   - Ему было шестнадцать, когда я ушёл, - тихо начал Джек. - Когда получил становление от своего сира. Что само собой означало - любые попытки ещё раз встретить свою семью сходят на нет. Голубка, мой сир, тогда работала курьером, а я ей помогал, будучи гулем. В одной из последних поездок с ней меня тяжело ранили, - Джек облизал губы и цокнул языком, не договорив. Не нужно было. Тогдашние события - блеклые детали. Последствия - их воплощение находилось рядом с Джованни. - Я думал, с ним всё хорошо будет, - продолжал Джек. - Что пора ему взрослеть. Строить свою собственную семью. Но вот проходит время и получаю весть о том, что какая-то образина обратила моего младшего брата. Он шныряет из города в город, как бездомный щенок.   Где-то над головой раздался глухой крик ворона.   Шива устроилась на фонарном столбе и красными бусинками смотрела на двух сородичей.   - Кроу, - улыбнулся Джек. - Чудная фамилия, доставшаяся от нашего покойного батеньки. Только мы с Холли и остались. Может, не так уж ценны семейные узы некогда смертных сородичей. Особенно, когда разница между вами на лицо - один принадлежит к клану носферату, а другой к гангрел. И всё равно я переживаю за него, будто ему до сих пор шестнадцать, - хмыкнул. - Что не так уж далеко от истины.   Тогда в лагере Шеффлер он действительно боялся, что потерял Холли.   В следующую минуту Джек вспомнил, что ему пришло сообщение на телефон. Вынув гаджет, носферату разблокировал экран и нажал на значок мессенджера.   Сообщение он причёл раз пять, а весёлый настрой на лице быстро сменился недоумением.   - Какого… кхм!   Большой палец принялся быстро набирать ответное сообщение.     От: CrowJ   Чо за херь?      Это же значит, мамке не пожалуешься. Мамка сама шкуру спустит, скажи ей, что она не права и что это уже не возраст такой.   PS. Да, кстати. Отвоевали соседский район с качелями, но пришлось одолжить горшок с ростком падуба одному фрилансеру.   Надеемся, он его не зальёт. Другого такого падуба у меня нет!     Тихо как мышки. Что-нибудь придумаем.   PPS. Джакузи нет. Отвратительный сервис.   XOXO     Спрятав телефон, Джек поморщил лицо.   - Хорошая новость, - начал он говорить Морису. - Эсмеральда и Фёдор узнали, кто грохнул Джаспера. Увы. Это моя носферская мамка. Плохая новость. Они сейчас в бегах от князя.

Выслушав Рауля, Холланд откинулся на спинку пассажирского сиденья, глядя теперь вперёд и кусая кончик безымянного пальца.   Баламут наверняка знает, что именно творится в госпитале. К разочарованию посещает мысль о том, что бруха мог изначально так всё организовать или в какой-то момент просто прекратил следить за дисциплиной убежища.   Лето… пусть Холланд испытывал некоторую наивную симпатию к бруха, но он всё равно мог рассказать об убежище Лето Каминскому, который мог взять под контроль в свои руки подземный город и его дальнейший уклад.   Или с ним, наоборот, ничего не поменяется?   Я хочу ему верить.   Ты слишком хорошего мнения об окружающих, дитя.   - Мы можем сообщить о происходящем нашему, э, князю, - тихо сказал Холланд. - Но на место Хелены он поставит своего доверенного человека. За госпиталем впредь будет присматривать он через эту особу, - он дёрнул плечами. - А если он примет как данность то, что там сейчас происходит, - взгляд он вернул Раулю. - Они не все монстры. Вампиры, что сейчас там обитают. Некоторые просто потеряны. Можно пустить какой-нибудь слух, чтобы большая часть вампиров покинула в ближайшее время убежище, а его само… распустить, - вновь он дёрнул плечами.   С подушечки безымянного пальца вдоль фаланги потекла маленькая капля крови, едва её коснулся клык.

Не боятся. Забавное сейчас, но неприятное тогда воспоминание, когда в младшей школе мальчишки подсыпали ему в рюкзак около двадцати зубчиков пахучего чеснока. Уголок губ тронула мимолётная улыбка.   Холланд молчал, глядя в окно пассажирского сиденья.   - Ммм, - с лёгким подозрением взглянул на потянутую ладонь, а затем всё же пожал её в ответ. - Холланд, - представился в ответ гангрел.   Теперь он смотрел прямо на собеседника.   - Они… ну, неплохие вампиры, - высказался за Мориса и Джека. - Просто выполняют свои обязательства. Мы косвенно часть общества смертных. Мораль формируется иная после смерти, - голос его звучал спокойно и тихо. - Но мне правда хотелось услышать то, что ты хотел сказать, - и наивная надежда.

Холланд поморщил нос от запаха. Нет. Он, конечно, был не в числе тех сородичей, у которых присутствовал страх перед чесноком, однако…   Мне он не нравится. С детства.   Протерев тыльной стороной ладони нос, Холланд без лишних вопросов сел на пассажирское сиденье импалы. Терпеливо ожидая, что скажет и куда повезёт его инквизитор.   К тому времени пока он шёл к парковке, белок раненого глаза перенял здоровый оттенок, но осталось кровавое пятно у виска. Его Холланд тщательно протёр рукавом лёгкого пальто.

Джек угрожающе рыкнул, желая выбить кулаком камеру. Когда двери лифта отворились, он схватил Холланда за локоть, не давая тому выйти.   - Я пойду с тобой, - твёрдо заявил Джек. - Одного тебя на встречу с охотником не пущу.   Холланд мотнул головой, слабо улыбнувшись.   - Зря ты переживаешь. Не стоит.   - Ну уж нет. Я накину маскировку. Дурень даже не заметит…   Светлые ладони коснулись широких плеч носферату. Джек замолчал. Выражение его лица стало скорбным.   - Глупый.   Холланд привстал на цыпочки. Лбом коснулся лба Джека, зажмурив глаза. Улыбка его стала шире, ощутив приятное эфемерное тепло, которое испытывал ещё тогда, когда братья были смертными. Отстранившись, Холланд затем направился к назначенному месту встречи.   Джек последовал за Морисом. Вынул из кармана пальто пачку с сигаретами, но курить на этот раз желания не было.