Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Mad Ness]

Таверна--->Лавка

 

- Случилось то, что я скоро всю выручку буду у него оставлять, если продолжу травы искать, - девушка благодарно кивнула. - Спасибо. Как договоритесь, скажите мне, я вам отдам её стоимость. - Кая вспомнила что-то ещё и вдруг улыбнулась. - И про дань уважения профессии не забуду.

 

Тетушка покачала головой, чуть улыбаясь, - Ты уж поосторожнее с травками-то, здешние андерские ух как суровы! Что же до профессии... Так то пустое! Уж у старого стервеца для маленьких своих дружек чего сторговать - это я завсегда пожалуйста!

 

-Я могу тоже сходить? - Мэйрис подошла к столику Ядвиги, около которого уже стояла сегеронка.

- Раз уж так, то пойду и я,- подскочила Лиин.

 

Ведунья заливисто расхохоталась, собирая карты в шаль, - Может мы еще небольшой шабаш у Цереры закатим, чтобы городок-то на уши поставить? Пригласить пару мальчиков... как биш его звали-то, - Попыталась припомнить тетушка, - Тимбольд? Да, верно! Озорник Тимми... - Она мечтательно закатила глаза и причмокнула от удовольствия. - Ладно, идемте к Огюсту, а там и  Церере дорожку выспросим.

[Лакич]

Таверна

 

- О! - Всплеснула руками тетушка, - Садись-садись, чего там случилось? Старый засранец не хочет уступать? Что ж... Разберемся с ним.

 

- Хм, вы про Огюста, да? - тевинтерка закатила глаза, подошла к столику Ядвиги. - Старик не захотел скидывать цену на аптечки, а ведь не найти приключений на пятую точку в такой замечательной стране - грех, поэтому... - Алейра немного замялась, но через пару минут гордо нахохлилась и продолжила. - Если ты сможешь его уговорить продать немного дешевле, то я возмещу затраты, честное тевинтерское, - последняя часть фразы звучала ну совсем не внушающее доверие, но она же тевинтерка, а что с них взять?

 

 

- Ещё кто-то желает отправиться в очередной поход? На этот раз нужно отнести посылку.

 

- А я думала, что это будет небольшая совместная прогулка по горам, но мечты-мечты, - Алейра улыбнулась, махнула рукой. - Как я говорила до этого, я пойду.

[Perfect Stranger]

Таверна "Серый Крест"

 

- Опять делегация? На этот раз - идем граб... в смысле, выполнять поручение для еще одной старушенции, - усмехнулся бастард, оглядывая слегка поредевший отряд. Некоторых было не видать, но собирать весь набор головорезов каждый раз, когда нужно всего лишь отнести посылку, было бы глупо. Он бы, на месте Каи, все же заглянул в коробочку - а ну как там контрабанда, и после доставки на них повесят всех собак? Но в последнее время с психикой потрошителя творилось что-то неладное. Беспричинная тоска, одиночество, паранойя и сильные приступы гнева. Не говоря уже о непроходящей раздражительности, как у маразматика. Нужно было срочно уходить из города. Он никогда не любил подолгу сидеть на одном месте, а уж тем более - дома.

[Junay]

Таверна
 
Что в коробке? Неужели никому, кроме меня, неинтересно? - сказал подошедший Хекс, предусмотрительно встав подальше от Мэйс и скривившись, словно от нее воняло.
 
- Да какое нам дело. Сказано - отнести, значит, надо нести. За открытую шкатулку нам денег не дадут. - буркнул Рико. Его секреты шкатулки вовсе не интересовали, может, там рецепты бабушкиных пирогов или сопливая любовная переписка двух местных  доходяг? Мысль о том, что в шкатулке могут находиться драгоценности, он отбросил - такую бы ценность вшивым наемникам не доверили.

[Элесар]

Таверна

 

Девушка оглядела остальных, потом посмотрела на Ядвигу и кивнула.

- Тогда идём. Сначала к Огюсту, потом - искать дом вашей подруги.

[Mad Ness]

Лавка

 

Когда отряд "курьеров" ввалился в лавку, Огюст как раз был занят тем, что пересчитывал монеты, складывая их высокими, угрожающе кренящимися столбиками. Появление толпы потенциальных клиентов посреди столь интимного процесса его отнюдь не радовало, но Ядвига, уже поняв, откуда появились деньжата, поспешила прищучить торгаша, твердо намереваясь выбить скидку.

- Так-так... Гляжу ты уже сбыл игрушку? А говорил, что с этим будут проблемы... много времени уйдет на поиск скупщика... Дай-ка угадаю. Это Бассо? Верно? - Под пристальным взглядом ведуньи трактирщик недовольно поморщился, буркнув что-то неразборчивое. - Так я и думала. Ну да ладно, меня это дело уже не касается... Я бы только прикупить кое-чего хотела. И те, кто со мной. Ты же не откажешь, по старой-то дружбе... - Тетушка взглядом указала на лежавшую рядом аптечку. - Подумай, Огюст.

 

Хорошо подумав и поняв, чем чревато знакомство этой проклятой ривенийки со скупщиком, Огюст согласился сбросить половину цены и отдать необходимое по себестоимости.

Изменено 21 января, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Элесар]

Лавка

 

Кая благодарно улыбнулась Ядвиге и протянула Огюсту 50 монет за 2 аптечки, потому что назойливый гаденький голосок автора не умолкая говорил о том, что в следующий сбор травы она обязательно опять огребёт, а огребать девушка не любила. Островитянка отошла ближе к выходу, дожидаясь, пока остальные, кто хотел, тоже закупятся.

[Ettra]

Лавка

Мэйс тоже решила купить пару аптечек, раз подвернулась возможность сделать то со скидкой. Скоро ночь, а значит ранений во время очередной вылазки не миновать. На прилавок легли монеты, а аптечки отправились прямиком в сумку. 

-50 монет (2 аптечки)

[Leo-ranger]

Лавка

Лиинда выложила на стол 50 серебряных за 2 аптечки. Пожалуй, это все, что ей нужно было на данный момент в этой лавке. Лиинда отошла в сторонку, не мешая другим закупаться целебными зельями.

[Лакич]

Лавка

 

- Я даже не хочу влезать в ваши разборки, - фыркнула магесса, кидая на прилавок монеты. - Отказать нуждающемуся в исцелении из-за пары монет - какой позор! - причитала тевинтерка. 

 

Аля - 25 серебряных, + 1 аптечка.

Изменено 21 января, 2015 пользователем Лакич

[Kykuy]

Лавка

 

Освальд вывернул карманы и обречённо вздохнул. Денег у него не было чуть более чем полностью, и он просто стоял у входа в лавку, ожидая остальных.

" Надо было продать меч гномке... и кинжалы тоже! А ведь какие хорошие... Ониксовые! ", - мысленно сокрушался храмовник.

[Perfect Stranger]

Лавка Огюста

 

- Закончили? - сухо осведомился Хекс, плюнув и выйдя из лавки. Так они и до самого вечера тут проторчат, закупаясь, как бешеные. Вот что деньги животворящие делают-то. На улице стоял унылый красный, у которого был дырявый карман, и довольная жизнью ривейни. - Слышал, ты знаешь ее... эту отшельницу. Ей можно доверять?

[Mad Ness]

Лавка

 

Хмыкнув, Ядвига тоже отправила ползолотого на прилавок и взяла пару свертков. Взгляд Огюста, что преследовал каждое движение Ядвиги, был полон горечи и страдания. Убрав свертки в сумку, она осмотрелась, проверяя все ли закупились.

 

- Слышал, ты знаешь ее... эту отшельницу. Ей можно доверять?

 

Тетушка обернулась на голос потрошителя. - Сложно сказать. Она всегда помогала мне, если возникала необходимость, но Церера... она всегда ведет свою игру. Остается только надеяться, что в ее игре ты не на стороне противника. И не стоит вмешиваться в идущую партию. Иначе разом окажешься за бортом.

[Элесар]

Возле Лавки

 

Когда остальные вышли, девушка в общих черта рассказала куда надо идти, по словам Огюста.

- Для начала, доберёмся до гор, - заключила островитянка, кутаясь в плащ. Для неё и тут было достаточно холодно.

 

х на час-два

[Junay]

Возле лавки
 
Рико стоял возле входа в лавку - закупаться ему было не нужно, не смотря на то, что старик Огюст, похоже, занялся распродажей аптечек.
Неподалеку так же стоял храмовник, но разговаривать с ним сейчас  о нанимателе, Рико посчитал глупым - Хексарион стоял неподалеку и мог все слышать. Выловит храмовника в другой раз. Да и стоит ли вообще кому-то говорить о своих подозрениях? Кто может поклясться, что тот же храмовник через минуту не донесет нанимателю все, что Рико планирует?

 

- Для начала, доберёмся до гор, - заключила островитянка, кутаясь в плащ. Для неё и тут было достаточно холодно.

 

- В горы, так в горы. - вздохнул святой брат и потеплее закутался в плащ.

[Shunt]

Возле лавки

 

- Для начала, доберёмся до гор,

 

- Горы. Это хорошо. - Атаназ подпирал спиной стену лавки, наблюдая за остальными. Ему казалось, что задание будет не таким простым, так что посох он прикупил вовремя.  

[Leo-ranger]

Возле лавки

Лиин молчала - она взгрызалась в сухое, как старый сапог, вяленое мясо, раздумывая о том, что ежедневный приём пищи очень важен для здоровья и вообще, кушать нада многа, кушать нада часто. Правда, есть надо нормальную еду, но это уже не столь важные бытовые мелочи, о которых наемники часто забывают

-1 сухпай, голод утолен.

[Perfect Stranger]

Лавка Огюста - Гора Бергсфор

 

Компания наемников, закупившись всем необходимым, медленно, тихо о чем-то переговариваясь, направилась к городским воротам. День клонился к вечеру, до штурма поместья оставалось все меньше и меньше времени, а Хекс нервничал все больше. Словно Зверь внутри него шептал тихо на ухо, но слов было не разобрать. Шестое чувство подсказывало, что нужно делать ноги из города, пока есть возможность. Но потрошитель был еще более упрям, чем думал. Несмотря на все свои инстинкты, он намеревался остаться здесь.

"Ты действительно хочешь, чтобы славная девчушка умерла из-за тебя?"

"Мне плевать, умрет она или нет. Она согласилась на это дело и знала, на что идет".

"Нет. Мы должны убить ее. Никак иначе. Не Эрих. Не матушка. МЫ".

Игнорируя голос в голове, с которым он в последнее время начал спорить уж слишком часто, потрошитель сжал зубы и ускорил шаг. Вот минули и ворота, и молчаливые стражники возле них, и отряд вышел на извилистый широкий тракт, ведущий на восток, к столице Андерфелса. Но не туда сейчас лежал их путь. Незаметная проселочная дорога, можно сказать, даже тропа вела к горам на юге. Далеко впереди, покрытые шапками снега и стыдливо пряча вершины в тумане и облаках, лежал горный хребет Охотничьего Рога, одна их самых внушительных природных картин Андерфелса, не считая пустошей и Блуждающих Холмов на севере. Как говорил Огюст, им нужно было найти гору, похожую на голову барана... но их там было столько! Добравшись до предгорий, уставшие и выбившиеся из сил наемники сделали остановку. Как раз поднялся жуткий ветер, несущий колючий снег и швыряющий его прямо в лицо.

- Все тут? - спросил Хекс, перекрикивая вой метели. Ему не было холодно, а вот остальные посинели, снег и лед налипли на ресницы. И ведь они еще даже не поднялись в горы. - До Бергсфора уже недалеко, тут рядом перевал, идемте.

Развернувшись, он направился как ни в чем не бывало вперед, по сугробам, проваливаясь едва ли не по колено.

[Shunt]

Гора Бергсфор

 

- Красиво! - Маг с восхищением наблюдал за буйством стихии. Холода он не чувствовал, было наоборот, хорошо и тепло. Атаназ совершенно по-детски раскрыл рот, стараясь вдохнуть побольше морозного воздуха. Казалось, что у него даже прибавилось сил. К его сожалению, снег был сухой, так что его попытка скатать снежок потерпела крах. - Духи! Как красиво! 

Он шел вслед за Хексом, придерживая плащ рукой, чтоб его не сорвало с плеч. 

" - Вот это сила, да? - Дух тоже с интересом осматривал окрестности.

- Да... Красота, верно?

- Согласен, в Тени такого нет."

[Драккон де Морей]

Гора Бергсфор

Следуя за Хексом, Анри чуть не тонул в снегу, поражаясь, как ловко потрошитель преодолевает сугробы.

[Junay]

Гора Бергсфор

 

"До чего ж мерзкое место... Вызвался топать в эту глушь на свою голову!" - мысленно ворчал брат Рико, отчаянно кутаясь в плащ и натфнув шарф до самых глаз. Но ледяной ветер все равно пробирал до костей. Казалось, даже броня примерзла к его телу, хотя под ней была теплая одежды. 

"Как бы нам тут не отдать концы... Самая идиотская смерть - замерзнуть в горах, доставляя какую-то шкатулку... Интересно, как эта бабенция выживает в таких условиях отшельницей?"

Рико упрямо шел вперед, проваливаясь в снег. Он ненавидел зиму всеми фибрами своей души.

[Лакич]

Гора Бергсфор

 

Чародейка постукивала зубами, изредка жалуясь и бормоча что-то себе под нос на аркануме, но когда температура стала слишком низкой для человека, прожившего всю жизнь в Тевинтере, Алейра не сдержалась.

- О Тот! - вскрикнула магистресса. - Неужели есть места на этой земле, о которых ты забыл? П-почему все отшельники живут в таких местах, к которым даже подойти н-нормально нельзя, - магистресса замолчала, продолжая подрагивать от холода.

[Ettra]

Гора Бергсфор

Ветер дул на столько сильно, что девушка едва держалась на ногах и только посох помогал устоять. От холода, конечно, не спасал, но благодаря нему Мэйс избежала нескольких неприятных падений в снег. Да и большинству из компании наемников тоже было не очень весело. Только маг поражался красотой этого места, да Хекс выглядел бодрее остальных. Может это драконья кровь помогает не замерзнуть? Полезно. Сама она едва чувствовала пальцы, которыми отчаянно сжимала посох. Плащ то и дело поддувало ветром, как бы Мэйсрис не пыталась закутаться.
-Н-надеюсь нас пус-стят в д-дом.

[Perfect Stranger]

Гора Бергсфор

 

Сквозь слепящую метель было трудно рассмотреть не то что форму горы, но и даже идущего впереди в пяти метрах от тебя человека. Оставалось только гадать, как бастард вообще ориентируется здесь, но он чувствовал себя как дома. Наконец-то ветер принес ему облегчение и ощущение свободы. Можно было смотреть только вперед, забыв об отбросах человеческой расы, плетущихся вслед за ним; можно было снова представить, что в этом мире он остался совсем один.

"Ты и так один", - тихо шепнул голос Зверя, но его унесло ветром вместе со всеми остальными мыслями. Давящее беспокойство рассеялось горстью снежинок, и Хексарион, словно радующийся прогулке щенок, высунул язык и поймал парочку из них на язык. Он почти забыл, зачем вообще они пришли в горы - хотелось бежать вперед, проваливаясь в сугробы, и знать, что у него есть крылья, поднимающие надо всем миром, забраться на вершину, самую высокую, и просто остаться там. Навсегда.

Но вот перевал преодолен, и перед замерзшими и заснеженными путниками открылась небольшая, но глубокая долина. Меж двух "бараньих рогов", в точности как говорил Огюст. Пойди они сюда без Хекса, то заблудились бы и замерзли насмерть, но теперь никто не посмел бы отрицать красоты открывшейся картины. На нетронутой белизне снежных дюн не было ни следа человека, а их собственные следы через несколько секунд заметало так, что они исчезали, будто их и не было никогда. Снег покрывал все улики. Что бы здесь ни происходило, оно было навсегда похоронено под белым бесконечным одеялом безвременья.

- Вон! Глядите! - крикнул кто-то, но наемники уже и так видели: внизу, у склона, защищенная от ветра надежно высокой скалистой стеной-обрывом, прижалась к камням низко сбитая избушка. Из печной трубы валил дым, смешиваясь с туманом, и в оконце горел тусклый свет лампы. Воспряв духом и надеждой наконец согреться, люди поспешили спуститься вниз. Склон был крутым и обрывистым, но к счастью, никто не пострадал. Приблизившись к домику, клацающие зубами и кутающиеся в куртки наемники наконец постучались в толстую дубовую дверь.

- Есть кто живой?! - гаркнул бастард, и уже приготовился выбить дверь к демонам ударом ноги, как из-за нее послышался голос:

- Иду-иду!

С трудом, натужно скрипнули петли, давно не смазываемые, отодвигая сугроб, наметенный у порога, и перед наемниками предстала до странности легко одетая для таких мест дама. Выглядела она вовсе не старухой, а скорее молодящейся женщиной преклонных лет, и чем-то напоминала Ядвигу. Разве что кожа не была такой темной, да украшений не было совсем.

- Гости! - по-детски обрадовалась она, хлопнув в ладоши и совершенно не удивившись появлению такого отряда. - Заходите, миленькие, заходите. Совсем замерзли, поди. Я вам горяченького сделаю.

Развернувшись, она удалилась в полумрак домика, насвистывая какую-то легкомысленную мелодию. До носа Хекса донесся острый запах трав, и он поморщился, но не сказав больше ни слова, стряхнул налипший на ноги по колено снег и вошел внутрь.

[Kykuy]

Гора Бергсфор

 

Освальд вполне спокойно шёл вслед за Хексом. Холодно не было, и единственное, о чём храмовник сейчас жалел, было то, что его сапоги не были предназначены для таких переходов и он то и дело скользил или застревал в сугробе.

Особо храмовник не оглядывался, просто потому, что видел он лишь спины остальных наёмников среди сплошной метели.

- Вот и пришли..., - сказал он, когда они подошли к избушке отшельницы. " Ну и окопалась она, однако. Наверняка за этим скрывается какая-нибудь история... ", - Интересно... интересно..., - пробормотал он, входя внутрь.

Изменено 21 января, 2015 пользователем Kykuy