Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Shunt]

Хижина ведьмы

 

- Что? Вы о чем? - Мэйрис переводила удивленный взгляд с Хекса на Атаназа, а потом уставилась на Лиин, ожидая от нее объяснения.

 

- О том, что с тобой делал Хекс. Или ты с ним. Ну, я в вашу кровать не лезу. - Он вновь поглядел на эльфийку. - А что, Лиин, хочешь демона? 

[Карт(он)]

Окрестности хижины

Кое-как он встал и побрёл за дом, внутрь он заходить не хотел. Глаза слезились, а горло жгло и всё что мог Верес, так это громко кашлять и опираясь на свой посох, который, похоже, был предназначен  теперь только для этого, а не для битв, идти вперёд. Боль была, но можно было бы только посмеяться над ней, учитывая то, что парень пережил в храме. Похоже маг был слишком дезориентирован и ушёл дальше чем хотел. На него выбежало нечто, но что именно он понять не мог из-за пелены перед глазами, поэтому вскинув руки он выпустил свою силу в попытках остановить это.

Поиск еды, без ловушек

 

+3 порции мяса

[Leo-ranger]

Хижина

Бедная Лиин, которую потрошитель уже мысленно запихнул в одну кровать с демоном… прямо сейчас преспокойно осматривала тело Атаназа, попутно фантазируя как… она будет отрывать болтливому Хексу его язык.
"Тебе же понравилось его обнимать, признайся,"- ехидно заметил внутренний голос.-"Заткнись!"- мысленно одернула она себя долийка хотела было ответить Мэйрис, но вопрос Атаназа-демона поверг её в замешательство. Нет, не так. Он поверг её в сильное замешательство. Красная до кончиков остреньких ушей, она пробормотала что-то невнятное… но и не отрицательное:
- Я… ну… в общем-то… кхм, тут как сказать, конечно…- в голове на секунду, лишь на миг промелькнула соответствующая сцена, как она оказывается в объятиях его рук… но этого было достаточно, чтобы ехидный внутренний голос прошептал:
"Хочешь, да, ещё как хочешшшшь…" Изменено 22 февраля, 2015 пользователем Leo-ranger

[Shunt]

Хижина ведьмы

 

- Я… ну… в общем-то… кхм, тут как сказать, конечно…

 

- Без заиканий, для начала. Так что, хочешь слиться в экстазе с демоном Ненависти, а, Лиин? - Атаназ внутренне ржал, но лицо было серьезным. - Так сказать, познать Тень. 

[Perfect Stranger]

Хижина ведьмы

 

- Что? Вы о чем? - Мэйрис переводила удивленный взгляд с Хекса на Атаназа, а потом уставилась на Лиин, ожидая от нее объяснения.

 

- О том, что бывает, когда оказываешься слишком близко от красивой девушки, - промурлыкал потрошитель, притянув Мэйрис к себе и посадив ее на колено. - Но тебе это, конечно же, известно лучше всех, Мэй.

[Лакич]

Хижинусечка

 

- Кстати, я тут вспомнила, что должна тебе сюрприз... уверена, именно так ты его себе и представляла, - северянка протянула "Ловец снов" рыжей магессе и улыбнулась. - Так нехорошо оставлять тебя без присмотра ночью, а у меня в племени верили, что такие штуки помогают отсеять ночные кошмары. Держи. Может не так круто, как соседка в кровати, но тем не менее.

 

Именно это, похоже, Алейра и ждала, потому что никакой бури эмоций на веснушчатом лице не было, Флавий даже не фыркнула.

- Отлично, как вернусь в Минратос, то сразу же помещу этот амулет в свою личную коллекцию безделушек различных народов и народностей, - чародейка изогнула бровь, изображая легкое удивление.

- Будет отгонять кошмары, говоришь? Бутылка вина на ночь выполняет те же функции, да. Ах... - Алейра ехидно улыбнулась. - Мне же не нужно делать что-нибудь в замен, следуя ваши варварским традициям? Или это брачный амулет? Ах, это, наверное, так легко - подарить кому-нибудь браслетик и забыть о заботах, у нас, тевинтерцев, с браками все гораздо сложней... К чему это я? Да, спасибо, Кая, я признательна, - ага, признательна она.

[Leo-ranger]

Хижина

- Без заиканий, для начала. Так что, хочешь слиться в экстазе с демоном Ненависти, а, Лиин? - Атаназ внутренне ржал, но лицо было серьезным. - Так сказать, познать Тень.

Фантазия продолжала услужливо подкидывать все более и более откровенные сцены, а в комнате, кажется, стало на порядок жарче… или холодней? Тем не менее, мечущуюся между этими двумя состояниями Лиинду сейчас била дрожь, впрочем, совсем не из-за температуры или испуга.
"Он же демон!"- сказала более разумная часть сознания.-"Зато как горяяячиииий!"- пропела другая половина. Нужно было как-то успокоиться, придти в себя. Глотнув ещё прохладной воды, Лиинда машинально поправила волосы, встала и направилась к магу. Положив руку ему на плечо, долийка нагнулась к самому уху Атаназа и быстро прошептала:
- Всей душой и телом этого желаю. Хоть сейчас,- Аларион отстранилась, сделала шаг назад и улыбнулась.

[Ettra]

Хижина ведьмы

- Лиин, но ты же говорила... О... Так... - Мэйрис снова стала переводить взгляд с эльфийки на Атаназа, когда ее подхватил Хекс, заставив тихонько вскрикнуть от неожиданности. 

- О том, что бывает, когда оказываешься слишком близко от красивой девушки, - промурлыкал потрошитель, притянув Мэйрис к себе и посадив ее на колено. - Но тебе это, конечно же, известно лучше всех, Мэй.
- Без заиканий, для начала. Так что, хочешь слиться в экстазе с демоном Ненависти, а, Лиин? - Атаназ внутренне ржал, но лицо было серьезным. - Так сказать, познать Тень.
 

Мэйрис даже не обернулась на потрошителя. Все эти разговоры заставили смутиться девушку не меньше, чем Лиин.
- Хочу провалиться куда нибудь в Тень, что бы не слышать это все. Ой, Тень... - Пискнула Мэйрис, закрыла лицо руками и для верности уткнулась в грудь Хекса, мучительно застонав. Ужасно, просто ужасно.

[Perfect Stranger]

Хижина ведьмы

 

- Закрой уши, милая, - шепнул Хексарион, прикрыв собственными руками ее нежные и пылающие от смущения ушки, а затем громко сказал: - Ну, теперь не отвертишься, старый чертяка. Девушка требует. А когда девушка требует, то лучше выполнять, а то потом хуже будет.

Он едва сдерживался, чтобы не заржать. Похоже, спирт Атаназа каким-то образом повлиял не только на него, но и на всех окружающих. Может быть, это спиртные пары разносились по хижине? Или какая-то древняя магия, влияющая на мозг? В любом случае, лучше так, чем снова слышать, как Мэй рыдает от страха и отчаяния. Потрошителю это категорически не нравилось.

[Junay]

Хижина

 

Когда Рико вполз в хижину, там уже царила достаточно фривольная атмосфера. Кажется, эльфийка дерзко требовала от костоправа страсти, а тот отбивался всеми конечностями.

А может быть наоборот. В любом случае, Сове сейчас было не до того. Рико дополз до бочки, зачерпнул ковшом воды и вылил себе на голову, что бы придти немного в себя. А затем уселся в кресло в углу и стал отстегивать наплечник - укус змеи следовало обработать. 

[Ettra]

Хижина ведьмы

Как бы девушка ни смущалась, но любопытство было куда сильнее. Потому она вывернула голову из рук Хексариона, растрепав волосы, и украдкой поглядывала на Атаназа, ожидая, что он ответит. У девушки даже мелькнула мысль, что из них может получиться интересная пара. Да и наверняка они повеселеют, а то ходят мрачнее тучи. Особенно Лиин, потерявшая питомца.
- Может вам правда стоит встречаться?

[Shunt]

Хижина ведьмы->Опушка леса

 

Демон, казалось, был немного ошарашен ответом эльфки. Во всяком случае, он, задавая этот вопрос, ожидал любой другой реакции, но точно не такой. Тряхнув головой, Атаназ рассмеялся. Поднявшись из-за стола, он подмигнул красной, как рак, Мэйрис и, подойдя к Лиин, резким движением закинул ее на плечо. Не удержавшись, хлопнул ее по пятой точке. От этого обращения ошарашенная эльфка только запищала, как котенок. 

- Ну, заметь, не я это предложил, дитя леса. - Он коротко поклонился всем присутствующим в хижине и, распахнув дверь ногой, вышел из домика злой ведьмы. Он не чувствовал ни желания, ни любви, но отказать в таком пустяке? Что он, зверь что ли? - А раз ты дитя леса, то лес подойдет лучше всего. 

Демон подкинул девушку на плече и отправился в сторону леса, там было одно замечательное сухое местечко, которое он присмотрел для лагеря. Достигнув нужного места, он максимально аккуратно прислонил Лиин к высокой и стройной сосне, растущей ровно посредине полянки. Ну, словно специально ее кто-то вырастил для этого дела. Эльфка, явно сошедшая с ума, крепко сжала Атаназа в объятьях и прижалась губами к его шее, пока он разбирался с застежками на ее броне. Застежки то ли заранее были немного ослаблены, то ли просто сделаны хреново, но едва демон касался их, как они развязывались. Вскоре легкий доспех полетел в сторону, штаны тоже не избежали этой участи  и...

 

ТЕМНЫЙ ЭКРАН

 

я вас ненавидю

[Perfect Stranger]

Хижина ведьмы

 

Проводив взглядом эльфийку в шоке и Атаназа, которого наконец уболтали (хотя он уболтался довольно легко, а значит, и сам этого хотел), Хексарион был не меньше удивлен словами Мэйрис.

- Ты всегда так хочешь, чтобы все вокруг были счастливы. - Он покачал головой, глядя, как Рико пытается стянуть кусок брони. А затем погладил арбалетчицу по голове. - Хорошо, что ты больше не плачешь, - закончил он, странно улыбнувшись девушке.

[Карт(он)]

Окрестности хижины

Опять. Опять он что-то заморозил. - "Смешно, сила мешает остальным, но постоянно спасает меня самого." - С этой мыслью он подошёл к туше, которая при приближении оказалась кабаном. Достав нож, и всё также покашливая, Верес принялся за разделку мяса. Когда он закончил, то в сумке уже покоился небольшой запас провизии, а замороженные останки дикой свинки остались на месте.
"Часть даров земли и леса бери себе, часть верни земле, что была щедра с тобой, а часть отдай лесу и Чуждой, что вела тебя тайными тропами и направляла руку твою на охоте... Стоп, что?" - Всплыло откуда-то из глубины сознания, а ведь может Чуждая до сих пор наблюдает за ними? - "Бусинка всё ещё у Алейры, надо будет её выкупить, наверное." - Так, опять мало чего понимающий ведьмак, вернулся к задней части дома. Внутрь он всё также заходить не стремился, поэтому достав свой тёплый плащ, Верес укутался в него и присел тут же. Достал корону и начал внимательно изучать - отражение своих материализовавшихся  ошибок. Боль исходящая от неё заглушала ядовитый цветок, но вряд ли можно было сказать, что парень от этого чувствовал себя лучше. 

Изменено 22 февраля, 2015 пользователем Карт(он)

[Ettra]

Хижина ведьмы

- Ты всегда так хочешь, чтобы все вокруг были счастливы.
 

- Конечно! А как иначе? - Изумилась Мэйрис, не сводя взгляд с двери, куда только что вышли маг с эльфийкой. Она и сама была счастлива, видя что у других все складывается. - У меня есть ты, а у Лиин теперь Атаназ. Она хорошая и заслуживает хоть каплю внимания и заботы. - Девушка отвела взгляд от двери и серьезно посмотрела на потрошителя. - А я больше плакать не буду. О, Рико! А почему ты один? Это из за того, что ты монах, да? Вы, наверное, даете обеты...

[Junay]

Хижина

 

- Эх. молодежь! - прищелкнул языком Альварес, при виде того, как костоправ утаскивает на плече эльфийку.

Правда "молодежь" вряд ли могла относиться к 200-т летнему то ли духу, то ли демону, но Рико считал, что вправе так называть влюбленную парочку. 

Сам же он снял броню, расстегнул рубаху, и что-то мурлыкая, начал смазывать укус целебной мазью.

"Боги. надеюсь, у нас в отряде еще одной беременной особы не прибавится?" - тоскливо подумал Тот, который. "Как я рад, что ты  духовная и особа, и не влезаешь во все эти любовные шашни! Не представляю, что бы я делал, волочись за мной какая-то баба."

"А если бы за тобой волочилась та, которую ты любил?" - спросил Сова.

"А кто тебе сказал, что я любил бабу?" - фыркнул Тот, который.

Рико застыл, не донеся мазь до раны:

"ЧТО?!"

"Шутка, дурень!" - расхохотался голос. 

 

О, Рико! А почему ты один? Это из за того, что ты монах, да? Вы, наверное, даете обеты...

 

- Обеты? Да, конечно... - закивал Рико, хотя правда была куда банальнее. - Я лицо духовное...

"Тебе никто не нужен, верно? Кроме любви, которую ты потерял..."

Изменено 22 февраля, 2015 пользователем Junay

[Perfect Stranger]

Хижина ведьмы

 

- Думаю, ему все это просто неинтересно. Ему же хуже. - Хексарион понял, что в хижине остались только он, Мэй и Рико, который явно был сбит с толку. Мурлыкнув, потрошитель слегка прикусил зубами девушку за шею, осторожно, чтобы не поранить ненароком - все же драконьи зубы не были рассчитаны на взаимодействие со столь тонкой материей. А еще было интересно, куда подевались Верес, Алейра, Кая и остальные. Неужели вокруг хижины было так хорошо, что им не хотелось посидеть в нормальном доме, под крышей, избавившись от вездесущих комаров? Странные люди, воистину.

[Leo-ranger]

Опушка леса

Такого безкрайнего удовольствия от близости мужчины Лиинда не получала никогда. Сердце всё ещё бешено колотилось в груди, Лиин дышала глубоко и прерывисто, яркие эмоции переполняли её до краев, требовали выхода. Всё ещё немного помутневшим от безумной страсти взглядом Лиин посмотрела в глаза Атаназа, обхватила руками его шею, прижалась к целителю и прильнула к губам в долгом и страстном поцелуе. Оторвавшись, она улыбнулась погладила его ладошкой по груди. На лице долийки сверкала широкая, счастливая улыбка. Она нехотя встала и огляделась в поисках своих вещей.

[Ettra]

Хижина

- Обеты? Да, конечно... - закивал Рико, хотя правда была куда банальнее. - Я лицо духовное...

- Мне было бы сложно отречься от обычной жизни и посвятить себя церкви. Ой! - Пискнула Мэйрис, едва зубы потрошителя коснулись ее шеи. Присутствие Рико в комнате снова заставило девушку смутиться, пусть даже монах был слишком занят своей раной, что бы смотреть. Но, не смотря на монаха, Мэйрис помедлила пару секунд, прежде чем вывернуться из неловкого положения и невинно чмокнуть потрошителя в щеку.
- Ого, как темно уже! - Мэйрис только заметила сгустившуюся темноту ночи за окном и закусила губу. Жаль, что день подходит к концу и скоро придется ложиться спать, что бы завтра снова отправиться в путь.

[Junay]

Хижина

 

- Мне было бы сложно отречься от обычной жизни и посвятить себя церкви.

 

- Не все идут в Церковь по велению сердца. Некоторые идут туда, потому что... лишаются своей прежней жизни. Но Хекс прав, романтические страсти мне просто не интересны. - Рико закончил перевязку и стал облачаться в броню. - Переночуем здесь, или уйдем? Кто знает, когда вернутся хозяева? Не хотелось бы с ними объясняться.

[Лакич]

Хижина

 

Нет, похоже в Алейре все таки проснулась совесть. Наверное, именно поэтому она решила отблагодарить Каю за подарок, но чем? Похвала? Дружеское рукопожатие? Быть может, поцелуй? Конечно нет, кто так плоско мыслит? А вот часовая лекция о тевинтерском праве - это дело. Что-то не так? В любом случае - Кая никуда не уходила: то ли ей было интересно, то ли она была очарована Алейрой и ее магией крови, которая так удобно помогала держать в узде нерадивых слушателей.

-... очень интересно, не правда ли? Нет? Странно, а мне нравится. Особенно про приемущества sine manu брака в сравнении с барком вида cum manu, - Флавий встала, устало потянулась, и направилась в хижину. Комары в это время суток были страшными созданиями, опасными.

- А, Вольфер, - чародейка подошла к андерцу и, кивнув ему, сразу же спросила. - Ты мне не ответил, когда я спрашивала - как ты сюда попал? Имею право знать.

Изменено 22 февраля, 2015 пользователем Лакич

[Perfect Stranger]

Хижина ведьмы

 

- Не думаю, что кто-то придет. Останемся на ночь здесь, а в случае чего выставим дозор, - пожал плечами потрошитель, все еще не выпуская девушку. Несмотря на все произошедшее... это был хороший день. Ему больше не хотелось остаться в болоте до собственной смерти. Было даже интересно посмотреть на этого драконыша, которого пощадила Мэй. Простое любопытство было сильнее отвращения, которое испытывал бастард к этому ребенку, и сильнее уверенности, что из него все равно не выйдет ничего хорошего.

 

- А, Вольфер, - чародейка подошла к андерцу и, кивнув ему, сразу же спросила. - Ты мне не ответил, когда я спрашивала - как ты сюда попал? Имею права знать.

 

- Какой-то маг швырнул сюда меня с Якобом, - поморщился Хекс в ответ. Вспоминать о произошедшем в катакомбах каждый раз было неприятно. Вспоминать о той резкой, сильной боли, пронзившей все его существо, о боли, которую не мог объяснить даже Зверь. Ему очень не хотелось испытывать ее снова. Это было... незнакомо и жутко. - Я не знаю, что это было за заклинание и почему именно сюда, почему он просто не убил нас, хотя мог бы... видимо, ему хотелось, чтоб мы умирали медленно. Да плевать. Когда-нибудь я его отыщу и откручу ему голову, попутно вырвав кишки. Эта тварь заслужила. За все, что сделала.

Поднявшись, он вышел на крыльцо и сунул руки в карманы, уставившись в ночное болото. Светлячки уже выползли из своих укрытий и теперь обильно покрывали все доступные поверхности, включая и стены хижины. Красивое зрелище. Что ж, и на гнилом болоте может быть что-то хорошее.

[Лакич]

Хижина

 

Магистресса лишь поморщилась, когда услышала ответ Вольфера. Ну и отлично, просто отлично, быть может, когда потрошитель открутит магу голову - Алейра воспользуется ей как материалом для нового трэлла. Или же, если маг будет в хорошей физической форме, вообще использует его тело целиком.

- Что? Это не ответ, ты куда? Что за маг? Какого черта вы вообще... Мда, - Алейра закатила глаза, когда Вольфер неприлично отмахнулся от разговора.

- Хорошо. А как ты, ми... арбалетчица? Лунный чай нужен или нет? Поверь, мне глубоко все равно, но правила приличия требует от меня деликатности. 

[Драккон де Морей]

Хижина ведьмы

 

Тем временем Страж уже видел десятый сон, вольготно расположившись на подстилке из мха. Сокол спал рядом, присев на ветку. Пара светлячков пролетела прямо над лицом Анри, отчего тот подернул носом, перевернувшись на другой бок. Где-то вдалеке на болоте можно было заметить слабое голубое сияние, появляющееся естественным образом. Ночь вступила в свои права. 

[Ettra]

Хижина ведьмы

- Хорошо. А как ты, ми... арбалетчица? Лунный чай нужен или нет? Поверь, мне глубоко все равно, но правила приличия требует от меня деликатности.

Мэйрис покачала головой и вышла из домика, наградив рыжую неодобрительным взглядом. Она, похоже, совершенно не понимала, что о таких вещах лучше не напоминать лишний раз. Они слишком неприятны. Потому Мэйрис не задавала вопросы потрошителю. Ей было достаточно знать, что он пропал не по своей воле, в чем она была уверена с самого начала. 
Хекс стоял у самого дома, смотря в даль. Мэйрис молча подошла к потрошителю и, положив голову на его плечо, уставилась в темноту разбавленную желтыми точками светлячков. Девушка не знала, что сказать, да и не считала, что слова могут исправить прошлое или убрать воспоминания. Можно и без слов дать понять, что она всегда будет рядом.