Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Фели]

Хижины

 

Верес опустился на корточки, прикоснувшись к доскам пирса. Неясно, что именно он хотел исследовать, но... И едва он это сделал, по телу ледяного мага пробежала сладкая дрожь. Эта древесина... она была бесподобна! Такое дерево рождалось не каждое столетие, и его прикосновение к коже пальцев было подобно шелку. А гвозди... Создатель милосердный, эти гвозди!..

Все, что оставалось делать остальным - в ужасе взирать на Вереса. Парень запрокинул голову, его ресницы едва заметно подрагивали - а из приоткрытого рта донесся хриплый, сдавленный стон.

Изменено 21 февраля, 2015 пользователем Felecia

[Ettra]

Хижина

Мэйрис старалась не обращать внимания на Алейру, творящую что-то невообразимое и смущающее, а с любопытством смотрела, как Лиин и Рико поочередно пытаются взломать дверь. Это было весьма интересным зрелищем и девушка, выхватив отмычку из рук монаха, сама сунула ее в дверь. Она ни разу не взламывала замки и имела представление от том, как это делается только со слов других, но почему бы не попытаться? Все лучше, чем краснеть, пялясь на Алейру и Вереса.

- отмычка Рико

[Элесар]

Хижинушенька

 

Кая поспешила отойти подальше от этой хижины, вознося хвалу духам за то, что хотя бы Лиин и Рико свои отмычки вставляли в замочную скважину молча, не показывая насколько процесс взлома доставляет им удовольствие...

[Perfect Stranger]

Хижина ведьмы

 

"Одна с дверью милуется, другой с пирсом. Похоже, кто-то пил слишком много болотной воды", - подумал Хексарион, окидывая взглядом свой отряд. Похоже, в Нордботтене он слишком уж отчаянно хотел набрать их как можно быстрее. Растрепанный и в некотором роде довольный, он подошел к двери, у которой возились Рико, Лиин и Мэйрис, и встал рядышком, глядя на домик. А что, вполне сойдет, чтобы провести немного времени под крышей, а не на природе. Он хоть и не был против природы, но все-таки нормальная кровать... С любопытством глядя на действия Мэй, он склонил голову набок.

- И как успехи? - едва сдерживая смешок, спросил он.

[Leo-ranger]

Хижина

 

Пока Алейра и Верес весьма активно выражали свою любовь к неживым предметам, Лиин, прикусив губу, продолжала засовывать целые отмычки в замок... и вытаскивать поломанные. Столь увлекательный процесс!

 

[Junay]

Хижина

 

- Нет, этот замок, видимо, нельзя взломать. - пожал Рико плечами, с удивлением смотря на Алейру и Вереса, елозивших у двери. 

"Ну и хрен с ней". - рассудил он здраво, и отойдя в сторону, присел на камень, вытащив из-за пазухи свою неизменную самокрутку. 

Закурив сигарету, он стал наблюдать за остальными.

Хотя, похоже, эльфийка таки замок взломала. 

Изменено 21 февраля, 2015 пользователем Junay

[Лакич]

Хижина

 

Алейра, тяжело и часто дыша, с разочарование наблюдала, как Лиин все таки вскрыла замок. 

- Вечно эти эльфийки быстро заканчивают, а жаль, - мутно сказала чародейка, которая, похоже, ничего странного в своем поведении не заметила. А что вы, собственно, ожидали от испорченной тевинтерки? 

[Фели]

Хижина

 

Когда дверь с тихим щелчком, едва не прищемив распустившей руки Алейре палец, открылась - само время замедлило ход, в стремлении запечатлеть этот грандиозный момент. Хексарион, оттащив брыкающуюся Алейру от двери, дернул за ручку и медленно потянул на себя.

Внутри никого не было - однако обстановка была уютной. В углу комнаты уютно тлели алые угольки, на полу располагался теплый и пушистый ковер из ворса, у стены стояла деревянная кровать, на которой лежало по меньшей мере десятка два-три мягких соболиных шкурок, резной стол был накрыт на четыре персоны. Возле двери стояла бочка с кристально чистой водой, шкаф возле стены был аккуратно уставлен граненым сервизом. Прекрасные натюрморты в резных рамках украшали стены из гладкого цельного дерева.

Это было то самое место, в котором хочется остаться. Плевать, что оно вдали от цивилизации - тут можно счастливо прожить всю жизнь... но где же хозяин?

 

Возможны броски на исследование. Возможно взаимодействие с обстановкой.

[Junay]

Хижина

 

Рико осторожно  зашел в хижину и присвистнул - она была обитаема! казалось, хозяин (или хозяйка) ее только-только покинула.

- Эх, нехорошо вышло... Здесь кто-то живет, а мы вломились, как банда с большой дороги! - цокнул он языком. И все таки, кто мог жить в такой опасной глухомани?

Мужчина   прошелся по хижине, с интересом ее осматривая

 

(исследование хижины)

 

[Фели]

Хижина

 

Озираясь по сторонам, Рико подошел в двум бочкам у крайней стены. В одной была вода - которую убийца зачерпнул ладонью, и, понюхав, хлебнул. Ледяная - и очень вкусная, особенно в сравнении с болотной жижей. Перейдя ко второй бочке, мужчина склонил голову... и выпучил глаза.

На дне этой бочки лежал окровавленный клок волос.

Мирная хижина? Есть. Отсутствующий владелец? Есть. Страшная и жуткая тайна? Еще как есть.

Изменено 21 февраля, 2015 пользователем Felecia

[Perfect Stranger]

Хижина ведьмы

 

- А что, здесь вполне себе уютно... - пробормотал Хексарион, глядя на накрытый стол. В животе требовательно заурчало, и он подошел, не слишком переживая о том, что есть чужую еду - нехорошо. В конце концов, потрошителю никогда не приходилось задумываться о том, что за каждое действие всегда наступает наказание. Взяв со стола тарелку с мясом оленя и какими-то овощами, он принялся с аппетитом жевать.

А еще его весьма привлекала нормальная кровать, устланная соболиными шкурками. Покосившись на Мэйрис, он усмехнулся и подумал, как будет выглядеть ее обнаженное тело на этих самых шкурках. Почему-то казалось, что вполне прелестно.

 

-1 порция еды в хижине

- осталось 3

[Лакич]

Хижина

"Сейчас бы выпить. Да, такой двери у меня не было давно"
- Будьте осторожны, очень осторожны,- Флавий устало пожошла к столу.
- Быть может это пристанище демона, а не просто мага,- чародейка нахмурилась, прикусив губу. - Но черт! Как же здесь хорошо... Как дома.

Исследование

[Элесар]

Хижина

 

- Ну, закрыть хижину мы всегда сможем... если Алейра позволит трогать её драгоценную дверь, - усмехнулась Кая, скосила глаза на Вереса, который не менее красочно, чем магистресса, балдел на пирсе и вошла вслед за Рико в домик.

 

Исследование хижины

[Ettra]

Хижина

- О-о-ого...- восторженно протянула Мэйрис, проскользнув в домик под рукой Хекса. Становилось все страннее и страннее. Откуда такому уютному и теплому месту взяться в джунглях, да еще и среди сумасшедшего пейзажа? Но Мэйрис быстро откинула ощущение неправильности всего происходящего, едва увидела картины. Живописью она восхищалась больше всего. Маленькие клочки холста, которые содержат в себе целый мир, места, в которых Мэйрис не может побывать в живую, но через картину может ощутить причастность, представить. Или люди. Смотришь на картину и пытаешься угадать кем был изображенный человек в жизни. А в этом домике - натюрморты. Казалось стоит протянуть руку к полотну и можно будет почувствовать мягкость хлеба, изображенного на одной из картин или взять в руку бокал вина. 
Закончив рассматривать картины, Мэйрис все таки решила осмотреть остальную комнату.

Исследование

Изменено 21 февраля, 2015 пользователем Алойя

[Junay]

Хижина

 

- Эй! А это что такое?  - Рико вытащил из бочки окровавленный клок волос. - Кажется, здесь произошло что-то... нехорошее. 

В памяти тотчас же воскресла ведьма-людоедка, из-за убийства которой им пришлось потом спешно покинуть Нордботтен. Точнее, из-за известия о ее убийстве...

- Может, здесь обитает еще одна ведьма-людоедка? - пробормотал он.

[Карт(он)]

Хижина

Когда все вломились внутрь Верес присел у входа, так и не решившись зайти внутрь. Если он так легко потревожил мертвых, то составит ли ему труда сделать тоже самое с живыми? Нет, конечно, поэтому он опять сидел и слушал, изредка заглядывая внутрь дома, а потом переводил взгляд обратно на болота.

Может, здесь обитает еще одна ведьма-людоедка? - пробормотал он.

-А может люди иногда получают травмы, живя в таких опасных местах? - Только и произнёс маг, пока разворачивал плащ на руке с кольцом, палец жутко чесался и парень пытался как-то исхитриться с этим.

Изменено 21 февраля, 2015 пользователем Карт(он)

[Фели]

Хижина

 

Кая, покачивая бедрами (прекрасно зная, с каким интересом на нее сейчас взирает Алейра) подошла к серванту. Раскрыв стеклянные дверцы, девушка пробежалась взглядом по сосудам... и одна бутылочка привлекла ее взгляд. Серая, шероховатая, с закупоренной пробкой. Интересно, для чего она?..

Алейра, тактично кашлянув, подошла к Кае со спины - раскрыв было рот, намереваясь что-то сообщить. Но ее взгляд привлекла другая бутылочка в серванте - та, что лежала рядом с Каиной. Двумя пальцами ухватив за горлышко сосуда, тевинтерка приблизила его к глазам... Этикетка с гордостью сообщала: "Антибородавочный бальзам".

[Kykuy]

Лагерь->Хижина

 

Освальд вполне себе молча наблюдал за стараниями Лиин и Рико по взлому двери, едва ли не захлопав, когда эльфийке удалось взломать искусный замок. На мракобесия Вереса и Алейры он лишь прикрыл лицо рукой и покачал головой. 

Входя в хижину храмовник невольно удивился контрасту грязных и вонючих болот и чистого и опрятного дома. Как и Рико, он подошёл к бочке с водой и, зачерпнув немного, промочил горло. Водка, конечно, зашла бы получше, но что есть, то есть...

- Может, здесь обитает еще одна ведьма-людоедка? - пробормотал он.

- Может быть, мы даже это узнаем, - вздохнув, сказал наконец Освальд, - прошлёпав такими грязными сапогами по такому чистому ковру и приблизившись к кровати. Почему-то прекрасные натюрморты в рамах и остальной интерьер интересовали храмовника гораздо меньше, чем мягкий ковёр и кровать. Возможно, потому что ему ужасно хотелось спать?

 

Бросок на исследование. Кровати и коврика, если это имеет значение.

Изменено 21 февраля, 2015 пользователем Kykuy

[Junay]

Хижина

 

А может люди иногда получают травмы, живя в таких опасных местах? - Только и произнёс маг, пока разворачивал плащ на руке с кольцом, палец жутко чесался и Верес пытался как-то исхитриться с этим.

 

- И люди начинают рвать на себе волосы и бросать их в бочки? - приподнял бровь Рико. - Впрочем, может, ты и прав и этот клок волос ничего не означает. Милое место, такое уютное... Стол на четыре персоны - здесь живут четыре человека. Но кто? Хижина на обитель охотников не похожа.

Картины! - Рико подошел к картинам, начал брать их в руки и с любопытством разглядывать.

 

(взаимодействие с картинами)

 

[Perfect Stranger]

Хижина ведьмы

 

Пока остальные были заняты осмотром домика, картин, бочек и прочего, Хекс как раз закончил с тарелкой мяса и, теперь совершенно довольный жизнью, завалился на кровать с соболиными шкурками, подложив руки под голову и глядя в потолок прищуренными глазами. Уходить отсюда совершенно не хотелось, в конце концов, они заслужили небольшой отдых после столь долгого путешествия по трясине. Кто знает, что ждет их дальше? Прикрыв глаза, он подумал о том, что болото, возможно, было не так уж и враждебно. Даже если хозяин домика и вернется, его будет кому встретить.

[Лакич]

Хижина

- Если бы кто-то оказывал мне столько же внимания и даже больше как это дверь,- промурлыкала Алейра, вплотную подойдя к Кае и рассматривая флакончики.
- Пригодится, не так ли? Особенно на болоте-то, - Флавий сунула бальзам в сумку. - А это еще что? Может проверишь? - кивнув на другую, серую склянку, сказала тевинтерка.
- Ну, ты же у нас алхимик.

Х

[Карт(он)]

Хижина

Находясь у входа, маг присмотрелся к сопартийцам. Что они пытались найти он не знал, но присоединился к ним, правда всё также, со входа, благо острое зрение позволяло ему это сделать.

Осмотр хижины

Изменено 21 февраля, 2015 пользователем Карт(он)

[Элесар]

Хижина

 

- Ах эта дверь-чаровница, не скажу, что она оказала тебе больше внимания, чем ты ей, - подмигнула подошедшей Алейре Кая, обернула руку тряпицей и взяла второй флакончик. Сама она, как и большинство алхимиков, была педантична в вопросе работы с зельями, но кто знает, что здешние хозяева вытворяли? - Интересно, как ты себе это представляешь? Могу плеснуть в воду в котелке, попробовать поэкспериментировать... не пить же её, в самом-то деле.

[Ettra]

Хижина

Мэйрис не расстроилась не найдя ничего интересного в домике. В конце концов, она не собиралась разорять чужое жилище, а хотела всего лишь отдохнуть, для чего домик был просто идеальным местом. Давно забытый комфорт, посреди бескрайнего болота - что может быть лучше?
Девушка украдкой стащила с тарелки аппетитно выглядящий овощ и сразу же отправила в рот, довольно улыбнувшись. Вряд ли хозяин заметит такую маленькую пропажу, ни какой беды из за того не случится. Не удержалась, схватила еще кусочек и уселась на кровать, отодвинув к стене ноги Хекса. Пожалуй, с каждым часом день становился все лучше и лучше.

[Perfect Stranger]

Хижина ведьмы

 

- Может быть, останемся здесь ненадолго? - усмехнувшись, спросил Хексарион, когда девушка плюхнулась на кровать рядышком, продолжая что-то жевать. Сев рядом, он приобнял девушку за плечи и взъерошил ее волосы, не обращая внимания на остальных, бродящих по домику и осматривающих все, что можно. Скрывать от остальных собственные отношения с этой девушкой ему даже в голову не пришло. С ней Хексу было вполне хорошо. - Ты пахнешь по-другому, - вдруг произнес он, со свистом втянув воздух и вздрогнув. От нее пахло... драконьей кровью. Теперь он это различал. Но причина этого по-прежнему была потрошителю неизвестна.