Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Ettra]

Таверна

- Хорошо, что вас нашла. Узнали что-то у дочери старосты?

- Мы с ней не говорили. - покачала головой Мэйрис. - Беседовали со служанкой. Она сказала, что Алиенна почти не выходит из комнаты и ведет себя не очень дружелюбно. В общем месяцев пять назад она забеременела, пока позволял живот таскала в лес еду. В один момент на нее напали, но оставили в живых. И с тех пор она замкнулась в себе, а отца надоумила скармливать преступников этому зверю. А, вот еще. Она нравится Басилио из кузницы, и наверное это его ребенок. Вроде все, да? - Мэйс обернулась на остальных девушек. И снова задумалась и нахмурилась. - Там Хекс остался, он в дом полез. Как бы чего не случилось...

[Perfect Stranger]

Дом старосты

 

"Ага, кажется, это именно то, что мы ищем..."

Он втянул носом воздух, несколько секунд стоял неподвижно, словно прислушиваясь к тишине. Зверь ничего ему не сказал. Он вообще молчал - что для него было свойственно до того, как Хекс выпил драконьей крови. После ритуала тварь стала непомерно болтливой. Решительно подойдя к двери, он толкнул ее плечом, заходя в комнату. Дверь оказалась не заперта, а скрип его шагов по половицам наверняка был слышен по всему этажу. Но отступать уже точно было поздно.

- Не бойся, - сказал он, мрачно улыбнувшись. - Я тебя не съем.

[Лакич]

Таверна

 

- Как же хочется содрать с нее кожу, - ткнувшись лицом прямо в стол, простонала магистресса. - Нам еще надо покрасить рубашку и передать этому на парню, а там, кажется, все. И главное, когда закончим со зверьем, уходим из этого места, я не хочу здесь умереть.

[Элесар]

Харчевня

 

- То есть вы пошли поговорить с Алиенной, а вместо этого поговорили со служанкой, пообещав взамен поработать на неё, чтобы свести её с кем-то из местных? - уточнила на всякий случай Кая. Нет, это конечно не странно для их компании, но всё же... Решили поработать сводницами? - Очень интересно. Она кормила кого-то, кто стал зверем или у неё ещё... кто-то есть?

Насчёт Хекса островитянка не сказала ничего - их группа с таким упорством искала себе приключения на задницу, что размышлять о безумной идеи потрошителя она не собиралась

[Mad Ness]

Дом

 

- Не бойся, - сказал он, мрачно улыбнувшись. - Я тебя не съем.

 

Сидевшая за вышивкой светловолосая девушка, в легком ночном сарафане, подняла взгляд на вошедшего. Она была совершенно спокойна, даже жилка на тонкой белой шейке не участила своего биения. Отложив ткань, она склонила голову набок, продолжая разглядывать незванного гостя. Так прошли несколько томительно долгих минут, пока у потрошителя, застывшего напротив, не зачесалась где-то под лопаткой. Поначалу он терпел, затем невольно дернул рукой, но ничего из этого не помогало. Едва не взвыв от непереносимого чувства, он, ругаясь сквозь зубы, принялся истово чесаться. Комната наполнилась мелодичным смехом, но отчего-то от этого смеха вовсе не становилось весело.
- Кто ты, мой гость незванный? Зачем пожаловал ко мне? Садись же рядом, говори, коль есть о чем... Иль говорить ты не научен?

[Perfect Stranger]

Дом старосты

 

Садись же рядом, говори, коль есть о чем... Иль говорить ты не научен?

 

- А ты глухая или на голову ударенная? - ответил бастард, раздраженный столь длинной тирадой. Он вроде как только что начал с ней разговор. Однако приглашение все же принял, поискав глазами стул и сев прямо перед ней. Внимательно посмотрел на нее, пытаясь понять, не ее ли почуял тогда в лесу. Но Зверь молчал и словно бы вообще ушел, временно скрывшись в подсознании Хекса. - Ладно, нет у меня времени на представления и реверансы. Тут болтают, будто ты с этим лесным чудовищем виделась, и выжила после нападения. Я намерен его найти. Если расскажешь то, что знаешь - отблагодарю. Еще, если шрамы остались, я бы на них взглянул. По шрамам обычно можно сказать, какое животное это сделало.

"Если это вообще животное, в чем я сомневаюсь".

[Ettra]

Таверна

- То есть вы пошли поговорить с Алиенной, а вместо этого поговорили со служанкой, пообещав взамен поработать на неё, чтобы свести её с кем-то из местных? - уточнила на всякий случай Кая. Нет, это конечно не странно для их компании, но всё же... Решили поработать сводницами? - Очень интересно. Она кормила кого-то, кто стал зверем или у неё ещё... кто-то есть?

- Ну... так вышло. Нас бы не пустили в дом, наверное. - Мэйс ерзала на стуле, постоянно оглядываясь в окно и на дверь, но ни Рико, ни Хекс так и не вернулись. - Не знаю кого кормила. Ходила в лес с едой. наверное к зверю и ходила. - Девушка опять поерзала и принялась нервно стучать пальцем по столешнице. - Если скоро не вернутся, то я пойду проверю. Сложно вот так сидеть и ждать.

[Лакич]

Харчевня

 

- Эта идиотка никого к себе не пускает, пришлось как-то выкручиваться. Но в любом случае, та служанка была достаточно хорошенькой и милой, чтобы ей помочь, - все еще впечатавшись в стол, говорила магистресса. - И знаешь что? Это место начинает бесить даже меня, - так, высказав свое "фи", Алейра замолчала, закрыла глаза. Кажется, кто-то решил вздремнуть. - Отнесите меня в кроватку, пожалуйста, - буркнула себе под нос тевинтерка и отключилась.

 

Х 

[Элесар]

Харчевня

 

- Кормила зверя она другим... - ответила Кая и поморщилась от осознания того, что та девчонка убедила местных скармливать своих же друзей этому... стоп. Что-то здесь было не так. - Подождите. Если зверя задабривали, почему убийства продолжились? Трактирщик сказал что его сына убили. И ещё кого-то...

 

- Если скоро не вернутся, то я пойду проверю. Сложно вот так сидеть и ждать.

 

- Мэй, рядом с домом старосты думаешь тебе проще будет? Внутри что происходит нам никак не узнать

 

- Эта идиотка никого к себе не пускает, пришлось как-то выкручиваться. Но в любом случае, та служанка была достаточно хорошенькой и милой, чтобы ей помочь, - все еще впечатавшись в стол, говорила магистресса. - И знаешь что? Это место начинает бесить даже меня, - так, высказав свое "фи", Алейра замолчала, закрыла глаза. Кажется, кто-то решил вздремнуть. - Отнесите меня в кроватку, пожалуйста, - буркнула себе под нос тевинтерка и отключилась.

 

- Сосредоточься на хорошеньких служанках. Доброй ночи, - фыркнула девушка и неожиданно для себя потрепала магистрессу по голове.

[Leo-ranger]

Харчевня

Зацдя в помещение, Лиин увидела Атаназа и направилась к нему - в компании зубастого любителя человеченки и эльфятины всегда можно было услышать что-нибудь интересное.
- Привет, Атаназ. Ты, наконец, проснулся?- с усмешкой спросила она у мага, который зачем-то переместился под стол.

[Mad Ness]

Дом

 

- А ты глухая или на голову ударенная? - ответил бастард, раздраженный столь длинной тирадой. - Тут болтают, будто ты с этим лесным чудовищем виделась, и выжила после нападения. Я намерен его найти. Если расскажешь то, что знаешь - отблагодарю.

 

- Ха-ха-ха! - Вновь засмеялась девушка. - Свиреп! Но коли зверя ты искать решил, одно могу сказать - беги отсюда. Он не щадит людей, а мне лишь чудом удалось спастись. Тебя же одного, он растерзает, коль скоро в лес пойдешь ты на охоту. Беги. - Она махнула рукой в сторону двери, вставая с кровати и подходя к окну. - Тот зверь лишь часть жестокой кары, что Чуждая послала нам, из тьмы забвенья своего. Осталось уж недолго ждать, когда из озера луна кровавая всплывет, нас всех... - Вздохнув, Алиенна оглянулась через плечо на Хексариона. - Нас уже не спасти. Уходи.

Изменено 27 января, 2015 пользователем Mad Ness

[Shunt]

Харчевня

 

- Привет, Атаназ. Ты, наконец, проснулся?- с усмешкой спросила она у мага, который зачем-то переместился под стол.

- Угу. - Маг явно был не в настроении. Проклятая богами и людьми монетка уже три раза падала на ребро, ломая всю стройную картину исследований. Но пообщаться было бы не плохо с кем-то кроме стола. - А что интересного произошло? Хекс кого-нибудь съел или вы выяснили, что зверь - это милая девушка и Рико с Анри спорят о том, сжечь ее сразу или "она такая красивая"? 

[Perfect Stranger]

Дом старосты

 

Тебя же одного, он растерзает, коль скоро в лес пойдешь ты на охоту. Беги.

 

- Когда солнце взойдет на западе... - тихо сказал потрошитель и усмехнулся. - Тогда я побегу от смерти. Это она вечно бежит за мной, Алиенна, но пока что не догнала. А если и схватит меня здесь, то так тому и быть. Я не хочу вас спасать, коли тебя это так интересует. Ни тебя, ни это захолустье, которое рано или поздно умрет само по себе и рассыпется в пыль. Но я хочу найти это чудовище. Хочу понять, что оно такое. Так ты поможешь мне?

[Leo-ranger]

Харчевня

- А что интересного произошло? Хекс кого-нибудь съел или вы выяснили, что зверь - это милая девушка и Рико с Анри спорят о том, сжечь ее сразу или "она такая красивая"?

- С девчонкой, то бишь с дочкой старосты, нам поговорить не удалось, зато узнали от её служанки кое-что любопытное. Оказывается, она частенько воровала еду из кладовки и сбегала в лес. И именно она предлагала отдавать провинившихся на съедение Зверю.

[Shunt]

Харчевня

 

- С девчонкой, то бишь с дочкой старосты, нам поговорить не удалось, зато узнали от её служанки кое-что любопытное. Оказывается, она частенько воровала еду из кладовки и сбегала в лес. И именно она предлагала отдавать провинившихся на съедение Зверю.

- Очень интересно. - Маг демонстративно зевнул, показывая весь набор зубов, - Мне-то какое дело? Мне наплевать и на местных, и на деревеньку, и на Зверя. - Атаназ махнул рукой - сыщики-любители. Делать нечего? Или это Мэйрис возжелала помочь "несчастным жителям деревни", а вы, как честные смертные, не могли позволить ей заниматься этим одной?

[Leo-ranger]

Харчевня

- Почти так. Трактирщика-то я разговорила, а он обещал в случае, если Зверь умрет, заплатить неплохо… понимаешь, наемничья натура одержала верх и я взялась за это. Хотя и сейчас понимаю, что сглупила,- она задумалась.- Ты ведь не платил за комнату? Просто я это уже сделала.

[Shunt]

Харчевня

 

- Почти так. Трактирщика-то я разговорила, а он обещал в случае, если Зверь умрет, заплатить неплохо… понимаешь, наемничья натура одержала верх и я взялась за это. Хотя и сейчас понимаю, что сглупила,- она задумалась.- Ты ведь не платил за комнату? Просто я это уже сделала.

- Пфф, ради десятка-другого серебра крутиться, как смея на сковороде... - Атаназ сунул монетку в карман и скрестил руки на груди. - да, заплатил, но мне сказали, что уже уплочено, хех. Так что остался при своих. Что-то еще? - Он вопросительно посмотрел на эльфийку. 

[Leo-ranger]

Харчевня

- Да, есть кое-что…- эльфийка усмехнулась, откинулась на стуле и скрестила руки на груди, закинула ногу на ногу.- Атаназ мне еще в Нордботтене обещал показать…- она выдержала паузу и ехидно улыбнулась.-… череп гнома. Интерес к этому черепу у меня в еще не потерялся.

[Shunt]

Харчевня

 

- Да, есть кое-что…- эльфийка усмехнулась, откинулась на стуле и скрестила руки на груди, закинула ногу на ногу.- Атаназ мне еще в Нордботтене обещал показать…- она выдержала паузу и ехидно улыбнулась.-… череп гнома. Интерес к этому черепу у меня в еще не потерялся.

- М-да, не знай я Атаназа, решил бы, что он к тебе подкатывал. Череп в сумке, с остальным хламом, который мне пора бы выкинуть. Нет у меня приятных воспоминаний ни об эльфийских ушах, ни о черепе гнома. Хотя, череп я не выкину - удобная чашка.  

[Leo-ranger]

Харчевня

- Ожерелье мне отдай лучше, ежель выживем, оставлю себе на память. Может даже пополнять коллекцию буду,- Лиин кровожадно улыбнулась.

[Shunt]

Харчевня

 

- Ожерелье мне отдай лучше, ежель выживем, оставлю себе на память. Может даже пополнять коллекцию буду,- Лиин кровожадно улыбнулась.

- Да сейчас забирай. Мне сей хлам даром не нужен. А этот - даже магический. - Атаназ снял с шеи ожерелье и протянул девушке. Сушеные уши забавно стучались друг о друга. - Так что забирай, носи с честью и все такое. 

[Leo-ranger]

Харчевня

- Да сейчас забирай. Мне сей хлам даром не нужен. А этот - даже магический. - Атаназ снял с шеи ожерелье и протянул девушке. Сушеные уши забавно стучались друг о друга. - Так что забирай, носи с честью и все такое.

Лиин взяла ожерелье и запихнула в рюкзак, улыбнулась:
- Спасибо. Мне уже давно никто не делал пожарков просто так. Особенно таких необычных. Особенно я не получала их от духов. В теле магов. Буду хранить его до конца дней своих, обещаю,- она улыбнулась и потерла переносицу.

[Shunt]

Харчевня

 

- Спасибо. Мне уже давно никто не делал подарков просто так. Особенно таких необычных. Особенно я не получала их от духов. В теле магов. Буду хранить его до конца дней своих, обещаю,- она улыбнулась и потерла переносицу.

- Наслаждайся. Кому бы раздарить оставшееся? А, разберемся с демоном, там и решу. Может, соберу костер и спалю прошлую жизнь. Как тебе идея? - Маг откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. 

[Leo-ranger]

Харчевня

Лиин задумалась. Какое-то время она смотрела на Атаназа, а потом серьезно сказала:
- Думаю, если ты считаешь это нужным, то так и правда правильно. По крайней мере я знаю, что такое распрощаться с прошлым. Порой это бывает действительно очень нужным. Иногда - жизненно необходимым. Изменено 27 января, 2015 пользователем Leo-ranger

[Shunt]

Харчевня

 

- Думаю, если ты считаешь это нужным, то так и правда правильно. По крайней мере я знаю, что такое распрощаться с прошлым. Порой это бывает действительно очень нужным. Иногда - жизненно небоходимым.

- Я не считаю. Мне плевать. У меня нет рефлексии, как у смертных. Впрочем, у Атаназа этого тоже не было. Прошлое это прошлое, чего об этом думать?