Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Kykuy]

Нагорье. Лагерь

 

- Эй, наемники! - громко крикнул Хекс, прилаживая броню на место и вешая перевязь с мечами. - Собираемся, хватит разлеживаться!

Освальд уже как раз подходил к кругу света возле костра.

" Финишная прямая... И ты не чувствуешь почти ничего. Ни страха, ни радости, ни предвкушения... Ничего "

Красный храмовник снова положил себе зеркало на спину, и, окинув слегка хмурым взглядом других, пошёл за Хексом, едва слышно что-то насвистывая себе под нос.

[Perfect Stranger]

Нагорье - Лес

 

Ночная мгла вскоре проглотила отряд так же легко, как дракон проглатывает свою жертву - по крайней мере, у Хекса были именно такие ассоциации. И снова они почти не видели друг друга, лишь слышали тяжелое дыхание да сухой звук, когда сапоги перемешивали листья, хвою и грязь под ногами. Теперь они шли почти наугад, лишь иногда потрошитель советовался о чем-то с Лииндой и Мэйрис, которые теперь тоже были в авангарде. Кае было поручено при любом признаке опасности зажигать огонь, несмотря на опасность устроить в лесу пожар. Выжить было важнее, чем сохранить парочку деревьев, и неважно, что об этом подумает местный божок.

Через несколько часов наемники поняли, что окончательно заблудились. Встав у высокой сосны, Хекс подозвал почему-то поникшую Лиин и Мэй, но почти никто не слышал, о чем они говорили. Судя по недовольному лицу потрошителя, следопыты ничем не могли ему помочь.

[Kykuy]

Нагорье. Лес

 

" Заблудились... случайно, сами по себе, или же нет? ", - Освальд вспомнил Арагон, и почему-то ему показалось, что нет. Но пока что он не спешил вслух высказывать свои опасения.

Он просто внимательно огляделся по сторонам, пытаясь выглядеть хотя бы малейший признак опасности в кромешной темноте и готовый в любой момент последовать совету Рико и вдарить по незваному гостю зеркалом по башке отбросить зеркало, выхватить мечи и вступить в схватку.

Изменено 6 февраля, 2015 пользователем Kykuy

[Ettra]

Лес

Мэйрис устало присела на большой корень, прислонившись спиной к стволу дерева. Следов Зверя небыло. В этом лесу она не нашла вообще никаких следов, словно ни одна живая душа тут ни разу не бывала. Она кожей чувствовала опасность этого места. Будто за каждым их шагом по лесу пристально наблюдают, оценивают. Может быть это только разыгравшееся от тревоги воображение. Но ощущение незримого присутствия выматывало куда больше ходьбы и попыток найти хоть что-то. Может оно и к лучшему, может стоит развернуться и идти назад, а не рисковать жизнями, пытаясь отыскать то, что не хочет быть обнаружено.

Изменено 6 февраля, 2015 пользователем Алойя

[Карт(он)]

Лагерь- Нагорье

-Нам пора идти

Паренек, медленно топал в конце колонны, не обращая внимания на других. Наваждение от проведенного ритуала наконец улетучилось, но лучше на душе не стало. Мейрис и Хекс были тому причиной. Их разговоры, забота о друг друге могла воодушевить многих, но Вересу это было чуждо и о таком ведьмак давно старался не мечтать. Проведя рукой по лицу, он отправил все свои размышления в абстрактный чулан сознания,- "не здесь и не сейчас, потом".- Разобраться с мыслями успеет позже, а сейчас от него требовалась только собранность. Благо это он мог себе позволить.

[Perfect Stranger]

Нагорье - Лес

 

- Так... ладно. Следов нет, это я уже понял, - поморщился бастард и прикрыл глаза, на мгновение вслушиваясь в тишину. Дыхание, шорох одежд и доспехов, перестукивание шагов, далекое уханье совы. И ветер в кронах деревьев. Это было все, что он слышал - лес был абсолютно, полностью безлюден.

"Не то ищешь".

Голос словно раздался не как обычно, внутри черепа, а прокатился порывом ветра по лесу, и потрошитель вздрогнул, инстинктивно подняв глаза и всматриваясь в темноту. Где-то там... да, точно. Зверь снова чувствовал нечто, очень похожее на то, что было тогда на опушке. Но на этот раз дальше и сильнее. Весь этот шум, шум мыслей и слов, заглушал инстинкты, и Хексарион попытался отключиться от реальности. Со стороны могло показаться, что он задремал, привались спиной к дереву и опустив голову. Но он не спал.

Зверь просто взял над ним верх, и теперь - с полного согласия воина.

- Нам туда, - наконец прохрипел он. Подняв взгляд, он указал куда-то на север. - Там...

[Leo-ranger]

Лес

- Ну так веди, командир,- Лиин поправила лук за плечами, флейту на поясе и шерсть на загриве… волка, разумеется.- Я готова.

[Ettra]

Лес

- Нам туда, - наконец прохрипел он. Подняв взгляд, он указал куда-то на север. - Там...

Мэйрис с разочарованным вздохом поднялась с корня и пошла вслед за потрошителем. Предчувствие подсказывало, что в этот раз он точно знает куда идти и не заблудится. Она хотела идти рядом, но по одному голосу поняла, что его не стоит трогать. Она сможет справиться со своими страхами и без плеча потрошителя рядом. 

[Perfect Stranger]

Лес - Логово

 

Он шел быстро, перешагивая через завалы из веток, ямы и корни деревьев; в конце концов, когда до места назначения оставалось совсем немного, он перешел на бег рысцой. Вскоре деревья поредели, огибая широкой дугой еще один горный массив. Отвесная голая скала предстала перед ними, раскинувшись так далеко и так высоко, что взобраться по ней невозможно было даже с помощью крюков и веревок. Острые шпили скал уходили далеко в ночное небо, озаряемые звездным светом и похожие на огромные черные когти невиданного существа. На небольшой поляне, куда вышел отряд, деревьев не было, только голые облетевшие кусты орешника и пожухлая трава.

- Здесь, - прорычал Хексарион голосом Зверя, не отводя глаз от черного провала пещеры, у которой и остановился. - Его... логово.

[Junay]

Лес - Логово

 

- Здесь, - прорычал Хексарион голосом Зверя, не отводя глаз от черного провала пещеры, у которой и остановился. - Его... логово.

 

- И что будем делать? - спросил Рико. - С криком ворвемся в пещеру, треснем его зеркалом по морде, поджарим огнем и убьем? Или есть какие-то более разумные варианты? Например, если этот Зверь разумен, мы могли бы с ним поговорить... Кто знает, может ситуация на самом деле не такая, как нам ее рисуют в городе. 

Изменено 6 февраля, 2015 пользователем Junay

[Perfect Stranger]

Логово

 

- И что будем делать?

 

Взгляд, которым одарили монаха, был каким-то уж больно голодным. И явно намекал на то, то окружавшие его люди - идиоты.

- Охотиться, - был дан ему короткий ответ, и Хексарион, не желая больше ждать, направился внутрь. Он чувствовал нетерпение, словно столько дней ждал возможности наконец встретиться с Опасностью лицом к лицу, что теперь его захлестнуло странное благоговение. Это не было похоже на обычный голод, требующий пролить кровь, и неважно чью. Это было совсем другое. Даже если остальные будут продолжать топтаться на одном месте, он все равно пойдет туда и положит конец сомнениям.

Зверь хотел узнать, что такое это чудовище, и не собирался отступать назад.

[Mad Ness]

Пещера

 

Пускай лаз поначалу был довольно тесен, так, что приходилось идти по одному, настороженно вглядываясь в кромешную темноту за пределами небольшого пятна света, от тревожно трепещущего в воздухе магического огонька сотворенного Каей, постепенно он расширялся, пока, наконец, не достигал размеров небольшой дворцовой галереи. Впрочем, сравнение с дворцом казалось здесь несколько... неуместным. Пол, или вернее сказать дно лаза, покрывал слой сухих листьев и мха, как в пещере за водопадом, найденной Хексарионом. Воздух был достаточно сухим и не таким холодным, как в лесу, но в нем явно слышались нотки мускуса - звериный запах. Потрошителю этот запах был знаком. Теперь у него не осталось никаких сомнений, что именно обитающий здесь Зверь нападал на него в лесу прежде.
Через пару томительных минут пути в абсолютной тишине, коридор сделал резкий поворот и открылся в просторный зал. Где-то наверху, в своде пещеры, была пробита дыра. Через эту дыру виднелся кусочек ночного неба с повисшей на нем луной, немного разгонявшей своим скудным светом подземный мрак. На первый взгляд в этой пещере было совершенно пусто, но, стоило только приглядеться, как на глаза попадались признаки того, что она обитаема: под небольшим ручьем пробивавшимся из скалы валялся плоский кусок камня с небольшим углублением, отдаленно напоминающий чашу, чуть поодаль, среди нагромождения какого-то мусора, присыпанного листьями, скопившегося у темневшей в полу дыры, белели из под вороха листвы кости, - скорее всего животного... дай то Создатель, - а у противоположной стены пещеры виднелась целая груда ветвей, свитых в некое подобие гнезда и выложенных изнутри мягким мхом. Уютно. Ничего не скажешь. Возможно, здесь есть что-то, способное пролить свет на истинную природу Зверя? Главное, чтобы это был не сам Зверь.

Изменено 6 февраля, 2015 пользователем Mad Ness

[Ettra]

Лес

Девушка осторожно ступила внутрь пещеры, боясь нашуметь, привлечь внимание Зверя. Страх опутывал липкими руками, заставляя застыть на месте. Но также в Мэйрис проснулось любопытство, желание понять что из себя представляет этот Зверь. И это желание было куда сильнее страха перед опасностью.  Может быть Хекс был прав. Может быть Зверь разумен. Тогда они совершат ошибку, если убьют его, не дав шанс. 
Она, двигаясь все так же осторожно, подошла к гнезду и заглянула внутрь. Если он и впрямь разумен, то наверняка на лежанке можно будет найти что-то кроме мха и веток. Или хотя бы шерсть.

[Junay]

Пещера

 

- Охотиться, - был дан ему короткий ответ, и Хексарион, не желая больше ждать, направился внутрь.

 

"Он вообще слышал, что ты сказал? Боги, у вас тут просто компашка тупой и еще тупее тупого." - фыркнул голос в голове Рико, пока тот пробирался за потрошителем в пещеру. Но святой брат его не слушал. 

- Гляньте, гнездо. - Сова с любопыством подошел к гнезду. - Хорошее гнездо, кстати. Я же говорю - Зверь разумен! Животное не могло бы такой уют создать. 

[Mad Ness]

Пещера

 

Посреди примятого мха были заметны следы недавней трапезы - крапчатые перья и мелкие косточки какой-то лесной пичуги, разбросанные по лежбищу Зверя. Чуть в стороне от гнезда валялась надтреснутая деревянная рама разбитого зеркала, чьи осколки тускло блестели в неверном свете луны. Отчего-то создавалось впечатление, что осколки пытались собрать в единое целое, точно одну сложную мозаику, но нескольких паззлов в этой головоломке явно не доставало, отчего занятие, наверное, и было заброшено. На плоском валуне, покоившемся поблизости, лежал найденный прежде Хексарионом медальон и те самые мелкие "сокровища", которые были спрятаны в пещере за водопадом.

Изменено 6 февраля, 2015 пользователем Mad Ness

[Perfect Stranger]

Пещера

 

"Это он, это точно он!" - выл Зверь едва ли не радостно, но на лице Хексариона не промелькнуло ни одной эмоции, когда он подошел и взял медальон, сунув его обратно в карман. Не то, чтобы эта безделушка была так уж ему нужна. Скорее, это действие было призвано показать ему, что здесь на самом деле хозяин. И если чудовищу так дорог медальон, он должен будет рано или поздно снова придти за ним.

[Элесар]

Пещера

 

Кая поёжилась, не столько от мороза, который уже стал привычным спутником, сколько от увиденной картины. Она ожидала... нечто подобное, но всё равно всё это немного сбивало с толку.

- Зеркало, он пытался... надеялся, что станет прежним, - с непонятной интонацией произнесла островитянка, тряхнула головой и решила оставить рытьё в вещах их противника другим. Сейчас она была согласна с Рико насчёт разумности этого самого Зверя... хотя неизвестно, насколько он разумен сейчас.

[Junay]

Пещера

 

- Зеркало? Смотрите, оно пыталось собрать зеркало из осколков. - Рико присел возле рамы. - Ха, теперь ясно, что зеркало этому существу не вредит... Может быть наоборот, зеркало ему поможет? Не знаю, правда, как но... А вдруг с его помощью можно расколдовать Зверя и сделать человеком? - даже в лунном свете было видно, как загорелись у Совы глаза. -  Мы не должны бросаться на него! Мы должны попытаться с ним войти в контакт...

Изменено 6 февраля, 2015 пользователем Junay

[Ettra]

Пещера

- Он ел птицу, смотрите. - Мэйс ткнула пальцев в гнездо, обращаясь к остальным, а потом заметила зеркало. Кусочки были кропотливо собраны и девушке сразу стало ясно, что эта вещь была дорого для живущего тут. Назвать его Зверем больше не поворачивался язык. Звери не смотрят в зеркала, они не хранят вещи, которые наверняка несут на себе отпечаток воспоминаний. Как медальон, который Хекс сунул к себе в карман.

- Мы не должны бросаться на него! Мы должны попытаться с ним войти в контакт...

- Да, может он и правда был человеком когда-то. Мы должны попытаться.

[Карт(он)]

Пещера

Гляньте, гнездо. - Сова с любопыством подошел к гнезду. - Хорошее гнездо, кстати. Я же говорю - Зверь разумен! Животное не могло бы такой уют создать.

Удивление и любопытство охватило парня. Поняв, что именно сюда его притащил бы Зверь, Верес осторожно зашагал к яме прикрытой листвой. Сейчас вся сущность мага хотела узнать только одного, что делало с людьми это существо и что ждало бы его. Он начал вытаскивать кости одну за другой и складывать рядом с собой, может так удастся пролить свет на эту тайну. Если Зверь разумен, то зачем все эти тайны? Зачем!?.

[Kykuy]

Пещера

 

- Зеркало? Смотрите, оно пыталось собрать зеркало из осколков. - Рико присел возле рамы. - Ха, теперь ясно, что зеркало этому существу не вредит... Может быть наоборот, зеркало ему поможет? Не знаю, правда, как но... А вдруг с его помощью можно расколдовать Зверя и сделать человеком? - даже в лунном свете было видно, как загорелись у Совы глаза. -  Мы не должны бросаться на него! Мы должны попытаться с ним войти в контакт...

- Да, действительно... Возможно, есть шанс уладить всё миром, хоть и очень, очень призрачный..., - Освальд задумчиво почесал щетину, ставя зеркало на землю, - А вот в то, что взгляд в зеркало его расколдует, я откровенно не верю, - храмовник покачал головой.

" Странно это всё... Похоже на логово оборотня... ", - он вспомнил легенду о Дейне и поёжился.

Изменено 6 февраля, 2015 пользователем Kykuy

[Leo-ranger]

Пещера

- Вы серьезно хотите помочь Зверю? Ну… ладно, но если он попытается на меня напасть - плевать, насколько разумный - больше стрелы в лоб не ждите,- мрачно сказала эльфийка.

[Mad Ness]

Пещера

 

Из провала, к которому подошел юный маг, тянуло сыростью, а где-то в темноте слышался тихий плеск. Скорее всего глубоко под ними залегало подземное озеро. У самого края этой бездны была навалена небольшая куча мусора. В основном крупные ветви, несколько костей, куски шкур животных. Из под мусора торчала заржавленная рукоять грубо сделанного меча, с обломленным у основания клинком, прижимая что-то завернутое в дырявую истертую мешковину, а рядом лежал осколок гляной статуэтки в виде звериной головы.

Изменено 6 февраля, 2015 пользователем Mad Ness

[Лакич]

Пещера

 

- Безумцы, - фыркнула магистресса, хлопнув по лбу железной маски. - Я не вижу никаких объективных доказательство того, что Зверь достаточно разумен, - маска тевинтерки, не выражающая никаких эмоций, блеснула во мраке пещеры, и Алейра, вздохнув, продолжила. - Зеркало, возможно, лишь то немногое, что осталось от человечности данного существа, но теперь это Зверь, не человек, хотя, конечно, когда-то им был. Поэтому его нужно словить или убить, третьего не дано.

[Perfect Stranger]

Пещера

 

Неизвестно как, но за спиной мага вдруг оказался потрошитель. Передвигался он на удивление тихо для такой громадины.

- Прыгай, - прохрипел он, глядя в яму. Кто-то же должен был проверить, что там... а кто подходил на эту роль больше, чем новенький? Вот пусть и идет первым.