Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Kykuy]

Окрестности Нордботтена

 

Выбравшись из расселины, он присел на ближайший камушек и полез в мешок за бутылкой, которая - о чудо! - не пострадала.

Довольно крякнув и собрав ониксовую руду, жилу которой ему удалось найти, Освальд вернулся к Атаназу, который сидел на камушке и преспокойно пил.

" Да, а его не сломаешь... ", - с усмешкой подумал храмовник, подходя к нему.

- Оникс. Немного, но должно хватить на меч..., - Освальд показал магу руду, а затем спрятал её в мешок и перехватил кирку поудобнее.

- Вижу, что у тебя всё неплохо, - он указал головой на бутылку. - Как нога? Идти, надеюсь, сможешь? Задерживаться здесь допоздна будет небезопасно..., - храмовник огляделся вокруг в поисках выхода. 

[Mad Ness]

Равнины

 

- Т-т-тут нет ос. И змей, - едва попадая зубом на зуб ответила ривейни Кая, выбираясь из воды и дрожа, как осиновый лист. - Н-н-надо к укусам ч-ч-что-нибудь приложить. И к-костёр развести.

 

Ядвига удивленно вскинула брови. - Что ж, если там нет и ежей, то это, пожалуй, самое безопасное место под звездами и луной. - Стянув с плеч меховой плащ, тетушка протянула его девушке. - Накинь. Не хватало потом на тебя отвары расходовать... - Беззлобно проворчала она. - Собирайся и идем в город. Переоденешься, обсохнешь. За бокальчиком чего-нибудь забористого посидим-посплетничаем, как полагается.
Улыбнувшись Кае, ведунья оглянулась на город, - Однако ж... Уже, почитай, и забыла, до чего хорошо без стен вокруг жить.

[Драккон де Морей]

Кузница

 

Бесконечная попытка доделать последние два кинжала из пяти.

[Shunt]

Окрестности Нордботтена

 

- Вижу, что у тебя всё неплохо, - он указал головой на бутылку. - Как нога? Идти, надеюсь, сможешь? Задерживаться здесь допоздна будет небезопасно...,

 

- Спасибо. Аптечка. Пригодилась. Исцелять. Сложно. - Маг протянул бутылку храмовнику. - Дух. Бунтует. Так что. От меня. Пока пользы. Мало. Но это ненадолго. И да. Тут безопасно.

[Лакич]

Таверна

 

- Но увы, вряд ли ночь со мной пойдет тебе на пользу. Поэтому оставим этот вопрос. А почему ты так интересуешься?

 

- Послушать тебя, так шутка про курицу все таки имела право на жизнь, - фыркнула Алейра, выслушав андерца. - Потому что я из класса альтус, Вольфер. Ты знал, что в Тевинтере нет ни одного дома из данного класса, в котором не было династических стычек? Однако, перейдем к делу, - Алейра поправила свои перчатки. - Бастарды, насколько я знаю, не имеют права на собственность Дома, пока его, бастарда, не узаконят. А узаконить может только король, - магистресса язвительно улыбнулась и, через пару секунд, добавила. - Подлец, желавший солнце скрыть стеной, скулит, когда приходит ночь расплаты, - помпезно произнесла магесса, не менее помпезно замолчав.

[Драккон де Морей]

Кузница

 

Анри уже надоело возиться с этими тупыми кусками железа, поэтому последний кинжал он исправлял как можно аккуратнее. Но не получилось ... зато, было выковано четыре кинжала.

Сняв фартук, Страж вспомнил про слова гномки и пошел в подсобку, ожидая ... сам не зная чего.

Изменено 17 января, 2015 пользователем Драккон де Морей

[Элесар]

Равнины -> Нордботтен

 

Ядвига удивленно вскинула брови. - Что ж, если там нет и ежей, то это, пожалуй, самое безопасное место под звездами и луной. - Стянув с плеч меховой плащ, тетушка протянула его девушке. - Накинь. Не хватало потом на тебя отвары расходовать... - Беззлобно проворчала она. - Собирайся и идем в город. Переоденешься, обсохнешь. За бокальчиком чего-нибудь забористого посидим-посплетничаем, как полагается.
Улыбнувшись Кае, ведунья оглянулась на город, - Однако ж... Уже, почитай, и забыла, до чего хорошо без стен вокруг жить.

 

- С-с-с... - попыталась поблагодарить девушка, но вышло не очень, а потому просто, благодарно кивнув, приняла у Ядвиги плащ, укуталась в него и принялась аккуратно укладывать свою находку в сумку. Разобравшись с вещами и убедившись, что ничего не оставила по рассеянности на берегу или в озере, Кая подошла к тётушке и тоже посмотрела в сторону города. Дрожь всё ещё била островитянку, но значительно меньше: спасибо тёплому плащу.

- Все живут вместе, но до других дела нет. Грязно, бедно. Запахов слишком много, и многие неприятные, - сморщилась сегеронка, вспомнив своё первое знакомство с южными поселениями. Кая невесело вздохнула и, пытаясь ещё сильнее укутаться в единственное спасение от холода, медленно двинулась с ведуньей в сторону Нордботтена. - Но не в городе устроиться ещё сложнее.

[Perfect Stranger]

Таверна "Серый Крест"

 

А узаконить может только король

 

- Или матушка, если напишет завещание, - мрачно усмехнулся Хекс, глядя прямо в глаза собеседнице. - Как думаешь, сможешь заставить ее это сделать? Признать меня законным наследником баронства? Я слышал, что в Антиве ты и твои приспешники здорово набедокурили. И твой... неживой друг тоже внушает уважение. Сделаешь как я прошу - получишь не только золото, но и процент от налогов. Завещание, коль скоро матушка его напишет, нужно будет только показать во дворце в Хоссберге, и дело сделано. Ну и, конечно же, убить всех остальных, кто может что-то вякнуть.

Он помолчал, потирая небритость на подбородке, и оценивающе разглядывая Алейру.

- А про Анастасию все же расспроси. У тебя лучше получится.

 

Кузня

 

- А вот и ты! Скорее заходи, у меня для тебя сюрприз... хехехе... - голосок гномки раздался из подсобки, но затих, когда дверь в нее - тяжелая, дубовая дверь, почти не пропускающая звуков - захлопнулась, а в замочной скважине провернулся ключ. Анри не выходил оттуда почти час, а когда наконец вышел, то чувствовал себя так, словно по нему пробежалась стая бронто.

[Kykuy]

Окрестности Нордботтена

 

- Спасибо. Аптечка. Пригодилась. Исцелять. Сложно. - Маг протянул бутылку храмовнику. - Дух. Бунтует. Так что. От меня. Пока пользы. Мало. Но это ненадолго. И да. Тут безопасно.

- Терять единственного целителя в отряде - непозволительная роскошь, - Освальд улыбнулся краями губ и принял бутылку, сделав большой глоток. - Безопасно? Хм, ну ладно, тогда можно и передохнуть немного..., - храмовник присел рядом с камнем, где был Атаназ и вернул ему уже полупустую, критически осматривая ногу последнего. Всё было нормально. Насколько может быть нормально через несколько десятков минут после перелома, - Дух... бунтует?, - Освальд несколько подозрительно взглянул на мага, но не отодвинулся.

Изменено 17 января, 2015 пользователем Kykuy

[Mad Ness]

Нордботтен

 

- Все живут вместе, но до других дела нет. Грязно, бедно. Запахов слишком много, и многие неприятные, - сморщилась сегеронка, вспомнив своё первое знакомство с южными поселениями. Кая невесело вздохнула и, пытаясь ещё сильнее укутаться в единственное спасение от холода, медленно двинулась с ведуньей в сторону Нордботтена. - Но не в городе устроиться ещё сложнее.

 

Идя по улочкам города, не столько засыпанным снегом, сколько залитым раскисшим месивом из грязи и помоев, Ядвига продолжала размышлять вслух:
- ...и даже если кто-то тебе мешает своим присутствием, придется молча скрежетать зубами, изображая милую улыбку! Короче, чем город больше, тем больше там дерьма, крыс и людей. И если крыс с дерьмом еще как-то можно потерпеть, то люди совершенно невыносимы! - В очередной раз пыхнув дымом, Ядвига спросила: - А чего ж тебя-то сюда принесло? С твоими талантами могла бы устроиться при каком-никаком войте, да жить, пусть не шикуя, но и нужды не ведая.

Изменено 17 января, 2015 пользователем Mad Ness

[Shunt]

Окрестности Нордботтена

 

- Дух... бунтует?, - Освальд несколько подозрительно взглянул на мага, но не отодвинулся.

 

- Ему скучно. - Маг пожал плечами. - Хотя. Я думал. Что показать ему. Мир. Будет хорошей. Идеей. А то в лесах. Нечего делать. А так... - Атаназ отпил еще немного вина. - Родину. Показать свою. Хочу. Орлей. Вал-Руайо. Духи как дети. Им все интересно. 

[Элесар]

Нордботтен

 

Идя по улочкам города, не столько засыпанным снегом, сколько залитым раскисшим месивом из грязи и помоев, Ядвига продолжала размышлять вслух:
- ...и даже если кто-то тебе мешает своим присутствием, придется молча скрежетать зубами, изображая милую улыбку! Короче, чем город больше, тем больше там дерьма, крыс и людей. И если крыс с дерьмом еще как-то можно потерпеть, то люди совершенно невыносимы! - В очередной раз пыхнув дымом, Ядвига спросила: - А чего ж тебя-то сюда принесло? С твоими талантами могла бы устроиться при каком-никаком войте, да жить, пусть не шикуя, но и нужды не ведая?

 

Кая усмехнулась и снова кивнула пару раз, соглашаясь с тётушкой, насчёт невыносимости людей. Нет, она давно поняла, что даже самые явные отшельники совсем не против поговорить с людьми, но с теми, кто им интересен. Город же предлагает тебя общаться, совершенно наплевав на свои желания и возводя это самое общение в ранг обязательной повинности, которую взимает с тебя каждый день.

- Люди боятся магов. И если там, где я выросла, со мной смирились, то здесь... - островитянка вспомнила храмовников, кровь которых пела замысловатую песнь и которые охотились на магов и вздрогнула, совсем не от холода. - ... оставаться на одном месте, с моими талантами, опасно. Зельями я начала заниматься недавно. Если смогу научиться большему, да денег подзаработаю, может и смогу где-нибудь осесть.

[Leo-ranger]

Равнины

Что же, кожа Красавицы и правда была очень приятной на ощупь. Лиин упаковала её в вещмешок и осмотрела поле ночной баталии на предмет интересностей…

Ценности

[Kykuy]

Окрестности Нордботтена

 

- Ему скучно. - Маг пожал плечами. - Хотя. Я думал. Что показать ему. Мир. Будет хорошей. Идеей. А то в лесах. Нечего делать. А так... - Атаназ отпил еще немного вина. - Родину. Показать свою. Хочу. Орлей. Вал-Руайо. Духи как дети. Им все интересно.

" Вот это новость... Так он из Орлея? А выглядит как вылитый авварец... ", - Освальд едва удержал свои брови, чтобы они не полезли на лоб, на макушку, на затылок, и дальше...

Храмовник некоторое время молчал, обдумывая новости. Некоторые духи могли быть очень капризными созданиями, и если "вместилища" оказывались несговорчивыми, могли просто напросто перехватить контроль над телом мага. Храмовнику не очень хотелось чтобы посреди важной битвы Атаназ вдруг сорвался и сбежал куда-нибудь далеко-далеко.

- По тебе не скажешь, что ты - орлесианец, - Освальд усмехнулся, - Как же ты оказался так далеко от дома, в южных Диких Землях? Сбежал из Круга?, - хмыкнув, наконец спросил он.

[Лакич]

Таверна

 

- Или матушка, если напишет завещание, - мрачно усмехнулся Хекс, глядя прямо в глаза собеседнице. - Как думаешь, сможешь заставить ее это сделать? Признать меня законным наследником баронства? Я слышал, что в Антиве ты и твои приспешники здорово набедокурили. И твой... неживой друг тоже внушает уважение. Сделаешь как я прошу - получишь не только золото, но и процент от налогов. Завещание, коль скоро матушка его напишет, нужно будет только показать во дворце в Хоссберге, и дело сделано. Ну и, конечно же, убить всех остальных, кто может что-то вякнуть.

 

Выслушивая Хексариона, магистресса непроизвольно улыбнулась. Ведь совсем не нужно быть магом крови, чтобы заставить человека что-то подписать на бумажке - нужно только время.

- Конечно, - многозначно сказала Флавий, оглядываясь по сторонам. Вроде в это время кабаки начинают заполняться всяким сбродом? - Конечно... - Алейра, похоже, никакого внимания ни на Хекса, ни на Бифа уже не обращала и уже больше была сосредоточена на местном колорите.

[Shunt]

Окрестности Нордботтена

 

- По тебе не скажешь, что ты - орлесианец, - Освальд усмехнулся, - Как же ты оказался так далеко от дома, в южных Диких Землях? Сбежал из Круга?, - хмыкнув, наконец спросил он.

 

- Точно. Давно. Очень. - Атаназ улыбнулся. - В круге. Было несладко. Вот и сбежал. И не думай. Что я стану. Одержимым. Дух не стал. Демоном. Даже с моими. Привычками. А про себя. Что ты можешь. Рассказать. Не секретного? 

[Mad Ness]

Нордботтен ---> Таверна

 

- ... оставаться на одном месте, с моими талантами, опасно. Зельями я начала заниматься недавно. Если смогу научиться большему, да денег подзаработаю, может и смогу где-нибудь осесть.

 

- Помнится, я в свое время тоже никак на месте усидеть не могла - то там накуралесю, то здесь набедокурю... Хорошие времена были. - Тетушка усмехнулась, - Да и остались, впрочем. Как была я дурою, так ей и живу, - нараспев протянула она. - Как-то раз, после знатной гулянки, захотела я... О! - Резко прервала повествование Ядвига. - Мы уже пришли!

Войдя в таверну, ведунья бросила на стол пятьдесят серебряных монет. - Комнату на ночь, мяска на сейчас, да пару бутылочек винца вашего, голову хоть чуть задурить, а то ж кто с утра трезв как стеклышко, тот под вечер на ногах не стоит! - Усевшись за столик, ривенийка кивнула в сторону лестницы, - Иди переоденься, да вниз спускайся. Как раз вино подадут.

 

Ядвига: -50 серебряных. Комната, баранина, вино привозное х2.

Изменено 17 января, 2015 пользователем Mad Ness

[Perfect Stranger]

Таверна "Серый Крест"

 

- Конечно,

 

- Удачи с расспросами. Может, у тебя и получится, если не будешь вести себя так подозрительно, - Хексарион хлопнул магессу по плечу, отчего на поморщилась, и встал из-за стола. - И кстати, магию крови лучше не демонстрировать на публике. Иначе даже я не отмажу.

С этими словами он ушел на улицу, где сел на крылечко трактира и принялся обдумывать ситуацию, покуривая самокрутку. Йохана они убили сравнительно легко, хоть и пришлось попотеть, гоняя его по лесной чаще. С Эрихом будет не так просто - средний брат в семействе Вольферов славился своим воинским мастерством, а не смазливой мордашкой и привычкой травить крестьян собаками. Ему даже не нужны были телохранители, чтобы разобраться с шайкой головорезов. Да и подстеречь его так, чтобы никто ничего не заподозрил... трудно.

[Драккон де Морей]

Кузница

 

Выйдя из подсобки, Анри обнаружил, что усы торчат в разные стороны больше обычного, а вид его просто ужасен, как , собственно, и его психика. Он хоть и ожидал от кузнеца чего-то подобного, но ЭТО. Тело болело, будто по нему пробежалось стадо оленей? Нет, не оленей? Бронто? Нет, не бронто? Выводок драконов? Определенно, да!

"Оставлю ей деньги, скую последний кинжал, и пойду по делам. Она, как видно, еще не в состоянии что-либо продавать." - Страж оставил на стойке 10 серебряков, и взял брусок железа и кусок оленьей кожи. Встав за наковальню последний раз на сегодня, предварительно размягчив металл, он решил, что, будь, что будет, и принялся ковать.

Бросок на ковку кинжала. (Думат, Создатель, кто -нибудь? Нет?)

[Kykuy]

Окрестности Нордботтена

 

- В круге. Было несладко. Вот и сбежал. И не думай. Что я стану. Одержимым. Дух не стал. Демоном. Даже с моими. Привычками. А про себя. Что ты можешь. Рассказать. Не секретного?

- Я верю тебе, - кивнув, сказал Освальд, почесав переносицу, - Привычки у тебя и вправду... не самые приятные, - уголки губ храмовника слегка приподнялись, - Что же до меня... Я храмовник. Правда бывший. Я не последовал ни за Церковью, ни за теми членами Ордена, кто считает, что всех магов надо перерезать. Сейчас я обычный наёмник, недолго работал личным телохранителем у одного купца...

- Родом я тоже из Орлея, но не из Вал-Руайо, а немного... с окраин, - Освальд усмехнулся, - Родом из маркизата Серо. Отец мой был мелким бароном. Семья моя, несмотря на все прегрешения Позора, сохранила верность маркизу. Жаль, что сейчас Серо в упадке... Хотя, недавно появился шанс всё изменить. Верховная Жрица собирается посетить маркизат, и если Создатель улыбнётся маркизу... Может быть, Серо снова станет процветающим краем, - храмовник невесело вздохнул.

Изменено 17 января, 2015 пользователем Kykuy

[Junay]

Таверна

 

Рико расположился за одним из столиков, вытащил из-за пазухи самокрутку и с умным видом уставился в зал. Делать было нечего, оставалось только  ждать приказов от мессира. Можно было, конечно, сходить в Часовню и покаяться, но толку? Он все равно не смог бы рассказать, что за преступление он совершил.

"А по сути, одна знатная тварь завалила вторую знатную тварь нашими руками. Кому-то есть дело до этой знати? Да пусть хоть все перегрызутся и высдыхают - земля чище будет. Чай, не впервой  в таком участвовать." - решил брат Рико, прищуренными глазами осматривая таверну. 

[Драккон де Морей]

Кузница

 

- Да , что, я, Страж-Лейтенант, не могу выковать окаянный кинжал? Ну, держись у меня, железяка!

бросок на создание кинжала, дубль 596

[Лакич]

Таверна

 

- И кстати, магию крови лучше не демонстрировать на публике. Иначе даже я не отмажу.

 

- Если ты не будешь про нее так часто упоминать посреди многолюдного кабака... - зашипела вслед Хексу Алейра. - А где Полоз? - Алейра прищурилась, хватая со стала бутылку самогона. Уж кто-кто, а Полоз должен нуждаться в этой бутылочке больше всех. Как бы то ни было, взгляд ненароком скользнул по ривейнийке, сидящей неподалеку, и Алейра, вздохнув, продолжила искать своего любимого алкаша.

- Неужели он отсюда ушел? Железный человек.

[Shunt]

Окрестности Нордботтена

 

Может быть, Серо снова станет процветающим краем, - храмовник невесело вздохнул.

 

Атаназ улыбнулся. 

- Благородный. Но про твой. Дом. Я не слышал. - Он покачал в бутылку в руке, уже пустую, и сунул ее обратно в сумку. - Ты не плохой. Человек. Освальд. И пускай. Так и остается. - Мужчина поднялся с камня. - Пошли в таверну. Может. Работа нашлась. Еще. Денег. Внезапно. Не хватает. А Хексарион. Нас не балует. Кстати! - Он хлопнул себя по лбу. - Кулон. Который тебе. Дала девушка. Надо продать. И поделить. 

[Драккон де Морей]

Кузница

 

Бросок на создание кинжала, дубль 1000, юбилейный.

 

Осознав, что, по-видимому, кузнечества на сегодня достаточно, Анри отправился обратно в таверну, и сел за столик. 

Изменено 17 января, 2015 пользователем Драккон де Морей