Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Лакич]

Таверна "Золотой графин"

 

Как корабль назовешь - так он и поплывет. Что может предложить какому-нибудь жителю "Свободная бригада"?

 

- То же, что и "Алые драконы", - продолжала стоять на своем ривейни с удивительной упорностью, которая, по хорошему, в такой больной девушке должна была отсутствовать чуть меньше чем полностью, - я не знаю... Просто драконы и Тевинтер имеют, несмотря на большое количество статуй этих существ, нехорошую историю. А тевинтерцы очень набожны, это все знают, - как не крути, но в таких речах проскакивал опыт обучения в круге, хоть и девушка была слегка чокнутой, - она замолчала на пару минут, изредка что-то бормоча себе под нос, - а... почему бы не назваться в честь чего-то? Или... у нас многие, даже маги, имеют хорошую броню... Можно назваться "Стальными рукавицами". Все таки название должно быть говорящее...

"И не такое кровавое"

[Ettra]

Таверна "Золотой графин"

 

- "Морские раки"? Разве раки не живут в реке, а в море - крабы?

 

- Я знаю только то, что раки и крабы - вкусные, а уж где они живут мне все равно, - пожала плечами Тавила, а потом содрогнувшись добавила: - Я в море два раза ходила и тогда было не до того, чтобы расспрашивать про местных обитателей. К качке вообще можно привыкнуть? А то я уже думаю, что подписалась на собственную медленную и мучительную смерть.

[Perfect Stranger]

Таверна "Золотой графин"

 

К качке вообще можно привыкнуть? А то я уже думаю, что подписалась на собственную медленную и мучительную смерть.

 

- Понятия не имею, - беспечно ответила Шен. - Я никогда не плавала на кораблях. Интересно, должно быть. А что ты думаешь... Феликс? - осторожно спросила она, слегка отводя глаза и уставившись куда-то в район носа воина. - Как нам лучше назваться? Кажется, у каждого свое собственное мнение. Мне нравятся драконы. Она красивые и... сильные, каким и должен быть отряд, разве не так?

[Junay]

Таверна "Золотой графин"

 

Глава была закончена, и Дэйган  перечитывал то, что написал. Воспоминания о путешествии "Северных волков" были слишком туманны и путаны. Все написанное надо было перечитывать по сто раз, выявляя неточности и ошибки. Но, почему-то он был уверен, что эту книгу не издаст, даже если допишет. И больше никаких историй писать не будет. Уж точно не о этом унылом бродяжничанье по Тевинтеру.

Вздохнув, мужчина закрыл тетрадь и достав метательный нож, начал точить карандаш. 

Его мысли перебивали голоса:  наемники никак не могли решить, как назовут свой отряд, или корабль, или что они там хотели назвать. Похоже, их увлекла идея работать на Квинта, хотя тот даже не заикнулся о оплате и плане работ. Возьмутся ли они с таким же энтузиазмом за грязное дело? Контрабанду, убийства, ловлю или перевозку рабов? 

С недавнего времени для него все стало иметь свою цену. 

[Фели]

Таверна "Золотой графин"

 

- Я в море два раза ходила и тогда было не до того, чтобы расспрашивать про местных обитателей. К качке вообще можно привыкнуть? А то я уже думаю, что подписалась на собственную медленную и мучительную смерть.

 

Борео неожиданно встрепенулся.

- Я знаю, что есть лекарство, помогающее при качке, - понимающе кивнув, поделился он с гномкой, - Относительно недорогое. Думаю, в портовом-то городе можно найти таковые - в Денериме удалось купить несколько пилюль. Даже оказались не плацебо. На вкус тихий ужас, но ведь работает.

 

- А что ты думаешь... Феликс? Как нам лучше назваться? Кажется, у каждого свое собственное мнение. Мне нравятся драконы. Она красивые и... сильные, каким и должен быть отряд, разве не так?

 

Воин с улыбкой почесал щетину. Как заработает деньги - нужно будет купить набор для бритья. 

- Я в таком предприятии еще никогда не участвовал. По сути - название должно внушать уважение, или как минимум намекнуть, что мы знаем свое дело. Или просто быть пугающим. Особенно банды любят использовать слово в связке с "Кровавый". "Кровавые весла", "Кровавые клинки", "Кровавые зубы", "Кровавые гарпии". Это, однако, больше относится к бандам, занимающимся исключительно грязной работой.

Задумчиво прикрыв глаза, он проверил сумку. Командир должен был вернуться довольно скоро - оставаться в деревне еще дольше попросту не имело смысла.

- Разумеется, можно в название зверей. В Ферелдене было бы предпочтительно название, связанное с мабари. Орлей - очень неплохо отреагировал бы на "Львов" или "Виверн". В Тевинтере же только драконы на ум и приходит - может, еще скорпионы... 

Борео поморщился. Воспоминание о том, как мелкая гадость укусила его в пустошах Орлея было еще свежо. Рет долго говорил ему о том, что он лишь чудом сохранил его шкуру. Лихорадка была ужасающей - он с трудом нашел в пустоши тенек, и провалялся там дня три. Хорошо хоть были с собой запасы воды...

- Если выбирать из этих двух, то я за драконов, - без обиняков проворчал воин, - Еще одно очко в пользу дракона - именно так и назвали текущий век, не забыли? Век дракона.

[Лакич]

Таверна "Золотой графин"

 

А то я уже думаю, что подписалась на собственную медленную и мучительную смерть.

 

- Я помогу, Тавила, - тихо сказала Регина, - выдам тебе на корабле благовоний, если совсем худо будет - дам снадобье или наколдую чего-нибудь, честно, - заявила девушка и обернулась к Шен. - Драконы... сеют смерть, это плохо. Драконы... умирают тысячами, чтобы выжили десятки, это... от одной такой мысли мне становиться нехорошо, но... - целительница улыбнулась, - прости, уверена, это хорошее название, просто у меня не таки хорошо работает фантазия.

[Ettra]

Таверна "Золотой графин"

 

- Я знаю, что есть лекарство, помогающее при качке
- Я помогу, Тавила

 

- Расскажешь, где искать, когда в город придем, - твердо заявила Тавила, выдохнув с видимым облегчением. Хоть одной проблемой меньше. Хотя мореходствовать ей в любом случае не нравилось: деревянное корыто посреди синего ничего навевало первобытный страх. Она даже плавать не умела и не горела желанием учиться. Видимо, придется пересилить себя. - Справлюсь, не беспокойся за меня, Регина.
Тавила потерла лоб и покачала головой. Зачем она вообще вписалась в эту авантюру, зная, что придется выходить в море? Но отказаться теперь было ниже ее достоинства. раз взялась, то надо делать до конца.

[FromDarkTime]

Таверна

 

"Прогноз: критической отметки токсичность в организме достигнет приблизительно через двадцать лет."

В запертой комнате плясало пламя одинокой свечи. Из разрезанной ладони медленно сочилась кровь, падая на пол маленькими бусинками - кап, кап, кап! Бодарт неотрывно смотрел на то, как сверкают эти капли, словно кто-то добавил в них рубиновую пыль.
" Уж лучше это была бы рубиновая пыль" - грустно подумал Бодарт, сжав ладонь в кулак, отчего ручеек крови стал на секунду сильнее.

Кап, кап, кап...

 

Краснобородый почти всю ночь не спал: он был чертовски зол - на крестьян, на того усача в частности, на Тевинтер , на Шен...но больше всего - на себя. Он раз за разом спрашивал себя - какого хрена это было, Бодарт!? - и раз за разом не мог найти ответ. Когда он вчера вечером зашел в комнату - он еще долго мерил помещение шагами, вспоминая весь арсенал брани на гномьем языке, адресуя свои витиеватые речи всему наземному миру. Однако новые ругательства стала придумывать слишком сложно и гном погрузился в тяжелые мысли о прошлом, настоящем и будущем. Будущем, которого нет.
Он не верил Тейгу - красный лириум непредсказуем и растет в живых организмах просто на "ура". Возможно, у него нет 20 лет и уже на следующей недели он повторит судьбу безумной Мередит - превратится в статую.

"Надо тогда прорепетировать подобающую позу" - постарался отшутиться гном, однако уныние никуда не исчезло. Возможно, именно поэтому он с тех пор искал заказы на работу поопаснее? Чтобы не сгнить где-то, никому не нужным, а лечь в бою, как настоящий воин? Радбирд не мог это заявить с уверенностью - несмотря ни на что, он жизнь любил и не спешил с ней расставаться. Но без всяких выходок, к Бодарту постепенно возвращался страх ужасной учести - и тогда затевалась новая перепалка, желательно перетекающая в драку. Ну либо гном просто напивался в ноль.

В общем, гном провел ночь без сна, а те недолгие моменты забытия, в которые он все же проваливался, будь он не гномом, приносили бы ему только кошмары. Однако, он был рожден в Камне и потому такое короткое бесспамятство просто не приносило расслабления или отдыха.

Когда же Бодарт после очередного "провала" взглянул в окно - уже было утро. Он вновь взглянул на перевязанную ладонь: тряпка пропиталась кровью, и теперь было практически незаметно, что кровь эта - отравлена. Краснобородый прикрыл глаза рукой, а затем нехотя поднялся.

- Ну что, мы отправляемся или как? - хмуро буркнул Бодарт, спускаясь с лестницы. Весь свой скарб он прихватил с собой, дабы не возвращаться в комнату, где на полу бурыми, но блестящими пятнами, застыли его прошлое, настоящее и будущее.

[Leo-ranger]

Таверна

 

- Итак, нам уже стоит подготовиться к отправке?- Лиин спустилась практически следом за Бодартом. Все это время она пропадала в своей комнате, откуда периодически доносились шум, шипение и рычание. Но в этот раз она, по-крайней мере, выспалась. Весь её зверинец, похоже, тоже, ибо Фалькорра, Мериокр и Бор спустились вместе с ней. Дракониха, удобно расположившаяся на плечах Лиинды высокомерно посматривала на дракончика, на медведя же и вовсе не смотрела - в её представлении тот, похоже, существовал лишь на уровне "слуга моей слуги", ну или "большое жирное существо, которое либо спит, либо ест". Бор Корру тоже предпочитал игнорировать.

- Который сейчас час, кстати?

Изменено 22 мая, 2015 пользователем Leo-ranger

[Фели]

Таверна "Золотой графин"

 

Борео открыл было рот, желая добавить кое-что относительно корабля - как минимум то, что пока он даже был не на ходу. Может, они будут использовать его лишь в качестве базы, места где можно передохнуть. Но возможности не оказалось. Он лишь успел неловко кивнуть спустившемуся Бодарту.

Входная дверь с грохотом распахнулась. Синхронно повернувшись, наемники увидели Квинта. Выглядел мужчина злым и не выспавшимся, но все-таки в глазах можно было разглядеть некое удовлетворение.

- Собирайте пожитки и будите тех, что еще храпят. Через четверть часа чтобы были у западных ворот.

Сказал эти несколько слов - и вышел вновь, хлопнув дверью так, что старик-трактирщик забранился самыми отборными ругательствами на чистейшем тевине. Переглянувшись с остальными членами отряда, орлесианец пожал плечами. Спорить было бессмысленно - да и не с кем.

Спустя двадцать минут (Марк косился на них так, словно каждый был должен ему как минимум сотню соверенов) наемники шумной гурьбой столпились у ворот. Некоторые еще зевали - их в буквальном смысле слова вытащили из собственных постелей - другие нетерпеливо топтались на месте. Устроив небольшую перекличку и убедившись, что никого не забыли, Тавила уверенно кивнула командиру. Слякоть еще оставалась, но после такого ливня было бы странно, если ее не было. Не тратя более время, что было на вес золота, Марк Квинт повел своих бестолковых наемников в сторону Неромениана. Какая-то часть его души чувствовала себя матушкой-гусыней - но надежда на то, что из этого еще выйдет приличный отряд, еще теплилась.

Слабо.

Он гнал их весь день и небольшую часть ночи - когда отряд завидел знаменитое изваяние архонта, высившееся вдали, уже светало. Даже ненавистники всего Тевинтерского были готовы обнять эту чертовую статую, ведь в первую очередь она означала одно - они достигли своей цели. Переговорами со стражей, охраняющей городские врата, занимался непосредственно Марк, и посему каких-либо проблем не было. Остальные тем временем могли поглазеть на архитектуру и море. Восход солнца в портовом городе наверняка входил в список одной из самых прекрасных вещей, которые можно увидеть - к сожалению, должного угла обзора они получить не смогли. Титул "страны и города с самыми красивыми восходами солнца" по праву принадлежал Антиве.

Наконец их пропустили. Проигнорировав робкие просьбы передохнуть, Марк с безжалостностью рабовладельца погнал их по мощеным улицам, запретив разбредаться. Они прошли через центр города, мимоходом задев невольничий рынок - здесь только-только начали собираться продавцы. Высокая решетчатая ограда не позволила толком разглядеть то, что происходило внутри - но некоторые члены отряда почувствовали внезапный упадок настроения. Некоторым показалось, что Марк намеренно выбрал такой маршрут - в качестве предупреждения, иль с другой целью.

Портовый район показался им самым бедным. Даже Шен, в восхищении вздыхавшая при виде великолепных зданий и архитектуры в целом, почувствовала здесь себя неуютно - шум моря, вопли моряков и чаек (определиться, кто орал громче, было проблематично), и глаза бедняков, провожавших ее злыми и алчными взглядами... все это делало свое темное дело. Лишь только красота моря сглаживала темные углы.

Марк остановился лишь в самом дальнем конце причала, напротив брига с алыми парусами. Выглядел корабль достаточно потрепанным - в парусине то и дело мелькали прорехи, в обшивке были заметны пробоины и щели, забитые чем-то серым...

Наниматель не шутил, когда говорил что корабль был не на плаву.

- Конечная, - хрипло проговорил он, покосившись на наемников, - Знакомьтесь - это "Победа".

[FromDarkTime]

- Конечная, - хрипло проговорил он, покосившись на наемников, - Знакомьтесь - это "Победа".

 

- Эк...- крякнул Бодарт и неслышно пробормотал. - Если это - победа, то какое же тут поражение?

Он снова посмотрел на всевозможные дыры в корабле.

- Или может стоило спросить: победа чего и над чем? - также шепотом закончил гном

[Junay]

Портовый район

 

Город Дэйгана не впечатлил, да он его и не рассматривал. Последнее время Ашкаари находился в полу-медитативном состоянии, которое сберегало силы при долгих переходах и на окружение никак не реагировал. Быть может, благодаря этому он не особо и устал, в отличие от остальных.

 

- Конечная, - хрипло проговорил он, покосившись на наемников, - Знакомьтесь - это "Победа".

 

Единственное, что привлекло его внимание - красные паруса на корабле. Кажется, он когда-то слышал сказку... Или это Рико слышал? О девице, которая ждала принца  на корабле под алыми парусами. В итоге, какой-то парень узнал о ее идее-фикс и купил для своего корабля красные паруса, под которыми и приплыл к девице. А может, он что-то напутал и все было не так... 

"Сюда бы еще красные фонарики и был бы отличный плавучий бордель!" - мысленно подумал мужчина. Но, само собой, вслух ничего не сказал. 

[Perfect Stranger]

Портовый район

 

- Эк...- крякнул Бодарт и неслышно пробормотал. - Если это - победа, то какое же тут поражение?

 

- О чем ты? - поразилась косситка, неверяще глянув на гнома. - Корабль великолепный!

Всю дорогу она едва не спотыкалась, настолько ей хотелось ничего не упустить и как следует рассмотреть каждое здание, оградку, фонтан, парк, шпиль, дерево и, конечно же, людей. И несмотря на то, что вслед ей часто неслось шипение и неодобрительные взгляды, это ничуть ее не смущало. Город понравился ей с первого же взгляда, особенно та огромная древняя статуя вдалеке, взирающая на них, словно на муравьев, копошащихся внизу. Так, должно быть, и должен был выглядеть великий Архонт, говорящий с Богами. Невольничий рынок тоже ее не слишком расстроил, поскольку сквозь забор плохо можно было рассмотреть происходящее, да и Шен не особо вглядывалась. Чужая страна - чужие обычаи. Она не собиралась лезть со своим уставом... которого, по сути, и не было, кроме "живи и давай жить другим". Пока ее никто не трогал и не пытался заковать в цепи, косситка не возражала.

Пристань же и вовсе заставила ее минут пять стоять как статуя, не в силах совладать с ощущениями от вида моря, кораблей, чаек, матросов и рассвета, разливающегося над горизонтом и окрашивающего небольшие покрытые пеной волны в причудливый розово-лазурный цвет. Чайки кидались в воду, выхватывая рыбу, а иногда и хватали ее прямо из ящиков, вызывая ругательства местных торгашей, продававших улов чуть ли не прямо с борта кораблей. Беднота, не желавшая продавать себя в рабство, занималась здесь самой черной работой, а то и пыталась стянуть что-нибудь из карманов новоприбывших. Шен пару раз заметила внимательные цепкие взгляды на себе, и держала свои вещи поближе к телу, хотя денег у нее не было ни гроша.

- Алые Драконы... посмотри, какого цвета паруса, - улыбнулась она Феликсу.

[Ettra]

Портовый район

 

- Конечная, - хрипло проговорил он, покосившись на наемников, - Знакомьтесь - это "Победа".

 

- Скорее чей-то бывший "Обед", - пробурчала гномка, хмуро оглядывая корабль. Если он так и не выйдет в море, она будет несказанно рада. На таком корыте, даже если оно будет целым, страшно и по речке плавать, не то, что море. Откровенно говоря, Тавила попросту трусила, в чем не собиралась признаваться даже себе. После службы в Легионе было стыдно бояться такой ерунды, как море, но эмоции не заткнешь. 
Она отвернулась от корабля, не углядев в нем ничего интересного, кроме плачевного состояния, и уставилась на возвышающиеся крыши и шпили города. Гномке он понравился. По крайней мере не создавал впечатления бумажного и ненадежного. Дома из прочного серого камня, проверенного временем, каменные же улочки, достаточно узкие и оттого уютные. Тавиле даже показалось, что в одном из переулков мелькнуло что-то похожее на гномью архитектуру. Тут должна быть Амбассадория, о которой ходили весьма противоречивые слухи среди наземников. Ее это не особенно интересовало, а вот увиденный мельком рынок, наоборот манил. Нужно будет сходить и прицениться в оружейную лавку, но после того, как беспощадный Квинт гнал их всю ночь, хотелось только одного - упасть на землю и не вставать.

Изменено 22 мая, 2015 пользователем Aloija

[FromDarkTime]

- О чем ты? - поразилась косситка, неверяще глянув на гнома. - Корабль великолепный!

 

Бодарт посмотрел на Шен - косситка шутит? Однако, не заметив в ее глаза ни капли смеха, забеспокоился по другому поводу: а ну как у нее со зрением беда?

- Да уж, - протянул Бодарт. - Ну ничего, мы это корыто подлатаем...
Слова произвели мало эффекта даже для самого Радбирда. Он обернулся в сторону города, как и Тавила за миг до того.

- А город ничего, даже вроде не уродливый..Конечно, это вам не гномье зодчество, но весьма недурно...для наземников, - постарался максимально скрыть свою приязнь к Неромениану гном.

[Фели]

Портовый район (графин, ага)

 

- Алые Драконы... посмотри, какого цвета паруса.

 

- Ага, - кивнул мужчина, критическим взглядом окинув помятый кораблик. Он не разбирался в суднах, но повреждения не казались такими уж ужасными - Может, это судьба. Или у тебя провидческий дар.

Он улыбнулся девушке в ответ, и оглядел остальных членов отряда. Выглядели они немногим лучше корабля - уставшие, покрытые пылью и дорожной грязью.  Ноги ныли он перехода, длившегося весь день и часть ночи, а глаза слипались - однако он еще мог удержаться на ногах. Рет, восхищенно обсуждавший красоту города, умолк сразу же, стоило им пройти мимо невольничьего рынка - и, признаться честно, самого Феликса что-то кольнуло. В груди. Весь путь до пристани он повторял несколько слов, подобно молитве:

"Мы здесь чужие. Мы не должны подставить своих товарищей. Мы здесь чужие."

Начальник вряд ли позволит им просто забраться на судно и завалиться спать в трюме - да и нечто подсказывало воину духа, что починка корабля ляжет на их плечи. Такое дело наверняка будет стоить недешево.

А денег у них пока что не гроша.

- Дел у нас будет невпроворот, это точно, - хмыкнул Феликс, кивнув на Марка. Раздаст указания, или все так же будет пялиться на потрепанную "Победу"?

 

- А город ничего, даже вроде не уродливый..Конечно, это вам не гномье зодчество, но весьма недурно...для наземников.

 

- У гномов красивее? - с любопытством спросил Феликс. Конечно, ему самому понравилась архитектура - во многом из-за поражающего различия между архитектурой орлесианской, которую он считал столь же великолепной. Но там, где в Орлее был белоснежный мрамор и золото, в Тевинтере был черный гранит и серебро. Контраст казался орлесианцу достаточно интересным.

Изменено 22 мая, 2015 пользователем Нито

[Junay]

Портовый район

 

- Да уж, - протянул Бодарт. - Ну ничего, мы это корыто подлатаем...

 

"Только не за мой счет!" - мысленно фыркнул Дэйган. Он-то и медяка для тевинтерской посудины не даст, ему самому деньги позарез нужны.

"Интересно, сколько здесь стоит сыщик? Дорого, наверное. Нужно сначала разузнать, сколько берут местные ищейки, и на что можно рассчитывать.  Думаю, придется по старой памяти облегчать карманы местных жителей."

Странно. Если раньше от идеи грабить людей его воротило, то идея грабить тевинтерцев вполне пришлась по вкусу. Дело рискованное, но наверняка того стоит. 

 

Глухая ненависть, которую он чувствовал к Тевинтеру, темным комком улеглась на дне души, пуская свои черные щупальца в его разум. Но время безрассудств прошло. 

Изменено 22 мая, 2015 пользователем Junay

[Perfect Stranger]

Портовый район

 

- Дел у нас будет невпроворот, это точно,

 

- Это ты метко подметил, - буркнул Квинт, поправляя спуск с корабля, чтобы на его борт можно было подняться без риска свалиться в море или сломать себе ногу. - Для начала починка, потом набрать команду, поставить орудия и сменить паруса. Эти совсем издохли. - Он вздохнул и с настоящей болью посмотреть на бриг - так смотрит мать на больного ребенка. Этот корабль он действительно любил, даже с учетом того, что при покупке за практически бесценок "Победа" представляла из себя разве что кусок дерева. Но история у нее была интересная. Быть может, когда-нибудь он расскажет ее своим наемникам, если те будут действительно этого хотеть. И послужат хорошую службу.

- Начальник порта вон в том здании, - он махнул рукой на приземистый каменный домик у самого края линии пристани, на вывеске обозначался схематично нарисованный кораблик и что-то написано на тевине. - Но починить корабль так, чтобы на нем можно было ходить, стоит немало, а денег у нас нет. Выхода два: либо мы ищем заказы и зарабатываем сами, либо пытаемся уломать начальника, чтобы он разрешил нам пристать к ремонтной верфи за какую-нибудь ответную услугу. Выбор за вами.

[FromDarkTime]

- У гномов красивее? - с любопытством спросил Феликс.

 

- Ты еще спрашиваешь!? - негодующе возмутился гном. И было непонятно - то ли это негодование из-за сомнений по поводу архитектуры гномов, то ли из-за того, что Феликс заострил внимание на стандартной для всех гномов манере выражать одобрение и восхищение чем-то негномьим. Бодарт покосился на Тавилу - та слишком любила разоблачать подобное в самый неподходящий момент - и почти уверенно продолжил. - Камень наш дом, гномы могут такое построить и выточить - ого-го! Никакого золота да серебра - в нашем арсенале драгоценные камни, самые-самые в Тедасе! Смотреть - не насмотреться!

Радбирд говорил, а сам думал о том, что гномам уже давно стоило хоть что-то перенять у наземников. Все же были такие "элементы", которые были недооценены подгорным народом. А зря.

[Фели]

Портовый район

 

- Выбор за вами.

 

- Для начала предлагаю поговорить с начальником, - пожал плечами Борео, оглядев остальных, - Если окажется, что это невозможно - аль ответная услуга будет слишком... неуместной - тогда можно будет начинать задумываться о самостоятельной починке.

Изменено 22 мая, 2015 пользователем Нито

[FromDarkTime]

Выхода два: либо мы ищем заказы и зарабатываем сами, либо пытаемся уломать начальника, чтобы он разрешил нам пристать к ремонтной верфи за какую-нибудь ответную услугу. Выбор за вами.

 

- Сдается мне, командир, нам возможно придется брать оба варианта, - критично осматривая корабль вновь и поглаживая бороду, проговорил гном. - Можно, конечно, попробовать уболтать...Но и лишние деньги будут не лишние.

Гном усмехнулся.

 

- Если окажется, что это невозможно - аль ответная услуга будет слишком... неуместной - тогда можно будет начинать задумываться о самостоятельной починке.

 

- Угу, согласен, - кивнул Бодарт.

[Фели]

Портовый район

 

- Камень наш дом, гномы могут такое построить и выточить - ого-го! Никакого золота да серебра - в нашем арсенале драгоценные камни, самые-самые в Тедасе! Смотреть - не насмотреться!

 

Выслушав тираду Бодарта, воин духа с улыбкой кивнул.

- В таком случае после этого дела я действительно отправлюсь в Орзаммар - благо, нынешний правитель благосклонно относится к наземникам. Думаю, такое путешествие себя оправдает - если гномий город настолько красив.

[Perfect Stranger]

Портовый район

 

- Можно, конечно, попробовать уболтать...Но и лишние деньги будут не лишние.

 

- Ну и хорошо, - все так же мрачнея, пробурчал Марк, отвернувшись и глядя на горизонт с прищуром, точно о чем-то раздумывал. - Тогда так: вы идете договариваться к начальнику. Скажете, что от капитана "Победы" Марка Квинта, и еще не забудьте как-нибудь ненароком упомянут "паршивую лису". Он поймет, к чему. А я постараюсь отыскать тех, кто будет достаточно глуп или недостаточно осторожен, чтобы нанять таких, как вы, да еще и заплатить за это чем-нибудь получше, чем миска гнилой каши. Приказ вы слышали, можете выступать. Если устали, на корабле есть кубрик, но на отдых не более двух часов. Понятно?

- Понятно, - кивнула Шен, радуясь, что ею командует такой опытный моряк, как Квинт. Он, хоть и казался мужиком суровым, свое дело знал, корабли любил и за своих людей готов был горло порвать, это она чувствовала, как и запах соленого ветра, доносящийся с моря. Нет, из этого отряда косситка не уйдет, это точно.

[Ettra]

Портовый район

 

- Выхода два: либо мы ищем заказы и зарабатываем сами, либо пытаемся уломать начальника, чтобы он разрешил нам пристать к ремонтной верфи за какую-нибудь ответную услугу. Выбор за вами.

 

- Проще поговорить с начальником, чем шляться по городу в поисках нормальной работы. Ну что он может на нас повесить? Перетаскать бревна какие-нибудь, в верфи поработать, сделать это... - Тавила замялась и пощелкала пальцами, пытаясь вспомнить слово, которое слышала от моряков. - Не помню.С днища ил счищать, короче. Простая работа, хорошая плата, - пустилась в рассуждения гномка. Мысль о том, что наконец начнется что-то интереснее, чем бесконечные переходы ее радовала. Даже усталость немного сняла.

Изменено 22 мая, 2015 пользователем Aloija

[Фели]

Портовый район

 

- Для начала нужно найти хозяина верфи, - нервно хмыкнул Феликс, пригладив взъерошенные волосы. Пока что никто в отряде не знал, что воин духа начисто не умел ориентироваться на местности. Попросту говоря - топографический кретин. В таком крупном городе как этот такой недостаток может стать погибелью, - Думаю, стоит идти всем вместе.

Изменено 22 мая, 2015 пользователем Нито