Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Perfect Stranger]

Бриг "Победа"

 

- Думаю, ты понимаешь, почему я пью. И еще, не стоит пытаться прикрываться моим именем. Оно больше ничего не стоит, а у тебя могут быть очень крупные неприятности.

 

- Нет, - упрямо отозвалась она. - Я думаю, что ты просто слаб. Но этого не стоит стыдиться. Маги... тоже вынуждены бороться с собой. Только по-другому. - Она помолчала, и добавила через несколько секунд уже спокойнее: - Я больше не буду называть твое имя. И попадаться постараюсь меньше.

Она погладила дракона по голове, и тот слегка встопорщился. Выглядело это забавно - чешуя на его спине и загривке как будто приподнялась, ощетинившись и слегка шевелясь, когда пальцы магессы касались ее. Из ноздрей Мериокра закурился дым. Он не мог еще дышать огнем, но очень старался, как будто чувствуя, что должен научиться этому как можно быстрее. Но здесь не было заботливой матери, чтобы учить его - только Лиин и остальные, увы, мало знающие о том, как растить драконов.

[Лакич]

Бриг

 

- А случилось... Так. Ничего серьезного. Вышел небольшой спор на тему "чья-то матушка шлюха, а у кого-то в заднице серебряную ложечку забыли". Слово за слово, ну и... Того. Хех. Я уж думал, что тут-то Джимми и кончился. Надеялся, что попаду к Создателю, а там Андрасте, как на картинках, но без одежды и-и-и... - Он мечтательно закатил глаза.

 

- Да, я уверена, что Андрасте, как на картинках, но без одежды, это куда лучше мирской жизни, - Регина облегченно вздохнула, если он начинает шутить, то все не так уж плохо, хотя... Есть такой тип людей, которые шутят всегда: и на поле брани, и на висельнице, и с арбалетным болтом в кишках.

- Ты спорил с Ашкаари, чья матушка шлюха? Хм, это, как ты уже понял, не способствует здоровью, знаешь? - Регина удивленно захлопала ресницами, просто попытавшись вообразить эту картину. - Кстати, тебе Шен, та косситка, оставила печенье...

[Shunt]

Бриг "Победа"

 

- Нет, - упрямо отозвалась она. - Я думаю, что ты просто слаб. Но этого не стоит стыдиться. Маги... тоже вынуждены бороться с собой. Только по-другому. - Она помолчала, и добавила через несколько секунд уже спокойнее: - Я больше не буду называть твое имя. И попадаться постараюсь меньше.

 

- Я немного знаю про магов. А вот ты про потрошителей - ничего. Впрочем, ты вообще мало что знаешь. Ладно, это не мое дело. - он отвернулся и вновь уставился на волны. Они ему были более интересны, чем все его "товарищи". Он был довольно злопамятным человеком и предпочитал прощать только после того, как те, кто его каким-либо образом подвел, умрут. 

Изменено 26 мая, 2015 пользователем Darth Shunt

[Perfect Stranger]

Бриг "Победа"

 

- Я немного знаю про магов. А вот ты про потрошителей - ничего. Впрочем, ты вообще мало что знаешь. Ладно, это не мое дело.

 

Пожав плечами, Шен поняла, что более в ее компании не нуждаются, и отошла. Злопамятной она не была, как и не обижалась на грубые слова - у нее был к ним иммунитет. Пока Лорус не пытается применить насилие в отношении нее или ее друзей, Шен не будет бояться. Опасаться - да, но не бояться. Страх убивает. Это она ощутила еще в том переулке, когда из-за страха ее руки затряслись так сильно, словно под электрическим током, а перед глазами все поплыло. Не за себя. За Феликса, который, как показать в тот момент косситке, упал замертво. А за ним вскоре последовали и Дэйган, и Бодарт...

- Пойдем, поплаваем? Вода наверняка теплая, как молоко, - сказала она Тавиле, которая сумрачно молчала и занималась своим оружием. Дракона магесса аккуратно поставила на палубу, и тот недовольно зафырчал.

[Leo-ranger]

Бриг "Победа"
Э- Хорошо. Что с ним делать, когда он повзрослеет, я, правда, пока не придумала…- долийка глубоко задумалась и пребывала в таком состоянии, пока не услышала голос Шен. Косситка, кажется, предлагала гномке искупаться.- А с вами можно?- вдруг спросила Лиин, бросив взгляд на воду. Море сейчас, должно быть, теплое и не искупаться в такую погоду - грех.

[Shunt]

Бриг "Победа"

 

Еще какое-то время Лорус смотрел на море, потом дошел до ящиков, на которых лежал его топор (оружие он оставил на корабле, поскольку ходить по лечебнице с оружием он не стремился), подхватил его и пошел к трапу. Повернувшись к гномке, он произнес:

- Пойду поищу эльфов. Не вернусь до ночи - не вернусь никогда. - он поправил сумку на плече и улыбнулся. - Прощайте. 

С этим словами он легко, что было необычно для воина, сбежал по доскам и скрылся между домами. Запах алкоголя быстро рассеялся, так что дышать всем стало гораздо легче. Да и вообще, даже теплее стало. 

[Ettra]

Бриг "Победа"

 

- Пойдем, поплаваем? Вода наверняка теплая, как молоко

 

Тавила подняла удивленный взгляд на Шен и странно дернулась, но потом кивнула и встала. Море... что ж , сейчас самое время научиться плавать, пока корабль еще не ушел в открытое море. Времени на это понадобится наверняка очень много.
- Плавать? Да, пошли, - согласилась Тавила. Ее рубаха тоже не в лучшем виде - вся в крови. Гномка не обращала внимания на подобные пустяки, но раз выдалась минутка, то можно и постирать за одно. 

 

- Пойду поищу эльфов. Не вернусь до ночи - не вернусь никогда. - он поправил сумку на плече и улыбнулся. - Прощайте.

 

- Ни кто не держит, - пожала плечами Тавила, надеясь только на то, что Лорус не додумается каким-то образом подставить отряд. Хотя с этим походом в лес эльфы и так знают "Драконов" в лицо и точат зубы.

Изменено 26 мая, 2015 пользователем Aloija

[Элесар]

Бриг "Победа"

 

- А может быть мы сделам Мериокра нашим талисманом? Раз уж мы - Красные Драконы, а он - дракон и красного цвета…- эльфийка улыбнулась, стараясь скрыть остатки того чувства, которого в ней вызвала исполненная мелодия.

 

- Это будет слишком прозаично. Если мы сделаем своим талисманом зелёного или синего дракона, вот тут-то все и обомлеют, - усмехнулся Феанор, который сидел, прислонившись к борту. Не слишком он любил грустные песни, особенно те, что были хороши (а песни Шен и Лиин такими были). Самокопания вообще эльфу не нравились ни в каком виде, а музыка, которая брала за душу, заставляла ими заниматься как-то сама. - Какие же мы наёмники, без сюрпризов?

С драконами долийки у эльфа сложились прекрасные отношения - они делали вид что не существует его, он делал вид, что не существует их. Почему так сложилось, мужчина не знал, но что-то кардинально менять не собирался.

"Пацанёнка что ли проведать?" - дуэлянт повернул голову к двери, но тут же вернул её в первоначальное положение. Вроде, к нему Регина пошла, без него разберутся.

[Leo-ranger]

Бриг "Победа"

Так и не дождавшисб ответа, Лиин на пару мгновений прикрыла глаза, кажется, тут же задремав в сидячем положении. Правда, через пару секунд она плавно перешла в лежачее, а Фалькорра прилегла рядом. Кровь на своих волосах долийка, к слову, так и не смыла.

[Mad Ness]

Бриг

 

- Да, я уверена, что Андрасте, как на картинках, но без одежды, это куда лучше мирской жизни.

 

Джим коротко хохотнул, но тут же схватился за живот и поморщился от боли, хотя улыбаться это ему не помешало. - Да-а-а... - Протянул он, вновь опуская взгляд. - Ты тоже ничего. И куда как реальнее.

 

- Ты спорил с Ашкаари, чья матушка шлюха? Хм, это, как ты уже понял, не способствует здоровью, знаешь? - Регина удивленно захлопала ресницами, просто попытавшись вообразить эту картину. - Кстати, тебе Шен, та косситка, оставила печенье...

 

- Нет-нет, ты не поняла. - Парень покачал головой. Уж кому-кому, а ему ситуация была совершенно ясна. Видимо, он уже хотел было пуститься в объяснения, чтобы Регина поняла кто на самом деле неправ, но тут до него дошел смысл ее последней фразы. - Печенье-е-е?! - Глаза его округлились, когда он увидел несколько румяных печенюшек, лежавших рядом. - Ум! - Он принялся набивать ими рот, ловя руками сыплющиеся крошки и отправляя их обратно. - Фпафибо! Умф-ур. - Пофалуй, эфо сфтоит фого, - Он прожевал печенье и продолжил уже свободнее, - чтобы пожить еще немного! Андрасте подождет. Думаю, за столько лет она Создателю уже осточертела... - Довольно хмыкнув в ответ на свои же слова, он вновь принялся за печенье.

[Лакич]

Бриг

 

- Ты тоже ничего. И куда как реальнее.

 

Девушка хмыкнула, улыбнулась и встала со своего места.

- Очень мило, спасибо, - ответила она, кивнув хрумкающему печенье парнишке, - что же до Андрасте и Создателя, то прости, теологические вопросы меня не очень интересуют, умрем - увидим, - целительница усмехнулась, хотя от нее слышать что-то подобное было, если честно, слегка странно и страшновато.

Впрочем, больше Регина ничего не сказала, а Джинни, отвлекшийся на секунду на очередную крошку, даже не заметил, как ривейни исчезла.

 

Х, Лаки хочет спать, Лаки больше не может  

[Фели]

Бриг "Победа"

 

Со стороны трапа раздалось слабое поскрипывание и решительных звук шагов. Спустя несколько тревожных мгновений ожидания, на борт взошел их "командир"; лицо его было темнее тучи. Не произнеся ни слова, он прошел мимо устроившихся на палубе наемников и начал спускаться вниз по лестнице, в кубрик. Похоже, тевинтерец был чем-то рассержен.

- Ну... с этим покончено.

Вслед за Квинтом по трапу поднялся смущенный, но повеселевший Феликс. Пригладив взъерошенные волосы, он с улыбкой окинул взглядом своих товарищей.

- Марк не против, если Джимми решит присоединиться к нашей группе, - поведал он, присаживаясь на ящик неподалеку от Шен, - Орал так, что голос сорвал, но махнул рукой. Он еще не прочухался?

Орлесианец склонил голову набок, кивнув в сторону лестницы. 

Изменено 27 мая, 2015 пользователем Нито

[Junay]

Бриг "Победа"

 

- Марк не против, если Джимми решит присоединиться к нашей группе, - поведал он, присаживаясь на ящик неподалеку от Шен

 

- Счастье-то какое! - проворчал Дэйган. Слова Феликса его разбудили - он немного задремал под грустную музыку Лиин. - С другой стороны, наконец нашлась особа для мытья гальюна.

Затем вздохнул, открыл оба глаза и поднялся на ноги:

- Чем мы занимаемся до конца дня? Идем за железной корой? Или торговца продолжим искать?

[Perfect Stranger]

Бриг "Победа"

 

Он еще не прочухался?

 

Вздрогнув, косситка подняла голову и в панике уставилась на воина. До этого момента она размышляла о том, чтобы подарить ему оставшееся печенье, но теперь казалось, что стоит подойти - и случится что-то ужасное. Впрочем, переборов внезапно возникший страх показаться неуклюжей и глупой, Шен спрыгнула с ящика и сунула Феликсу в руки три печенья, ничего не сказав и тут же вернувшись на свое место. Что ж, дело сделано, теперь можно и заняться делами... а купание в море отложить на потом. Если кто-то спустится вниз и допросит паренька о выведанной информации про торговца, конечно.

[Фели]

Бриг "Победа"

 

- Хм? Печенье? Спасибо, Шен.

Благодарно улыбнувшись, мужчина без лишних церемоний захрустел сладкой выпечкой. Когда он прикончил второе печенье, из кубрика вылетел злой как свора демонов Марк. Просверлив воина духа страшным взглядом, на который Феликс лишь благодушно моргнул, человек с раздраженным вздохом направился к трапу. Интересно, оставлять корабли на этой пристани без присмотра разумно? Их командир большую часть времени отсутствовал, почти как Лорус.

- Все тевинтерцы такие? - вздохнул Борео, умявший последнее печенье. Смахнув с колен крошки, он повернулся к Шен, - Спасибо еще раз. Гляну, как там Джим. Из нас он единственный, кто хорошо знает город и народ. Может, даже какой совет даст, как ривейни "убедить" бросить это дело с оберегами.

Он слегка поморщился. Хоть он и относился к крысенышу довольно благодушно, при разговоре с ним Феликс чувствовал себя двояко. Слишком сильная разница в возрасте - и, что там говорить, воспитании. Но ведь и разные люди подружиться могут?

Со слабой улыбкой на губах, он начал спускаться в кубрик.

Изменено 27 мая, 2015 пользователем Нито

[Mad Ness]

Бриг

 

Когда Феликс спустился в кубрик, он обнаружил, что Джим спит, поджав ноги и подложив согнутую в локте руку под голову. Пепельные волосы были взъерошены, а одна из прядей упала на лицо, щекоча кончик носа, отчего мальчишка периодически хмурился во сне. Что ему может сниться? Странная мысль. Возможно, он сейчас крадется по чужому дому в поисках поживы, звонких блестящих кругляшей, которые растают в руках, как только он их коснется, или травит байки с друзьями, размахивая кружкой эля, который во сне, непременно, лучше, чем в реальности.
- М-м-х... Да-а... - Невнятно проворчал парень сквозь сон, лениво потягиваясь и глупо улыбаясь. Кажется, ответ на вопрос был довольно очевиден. Да и вообще, что еще могло сниться этому взбалмошному юнцу?

[Фели]

Бриг "Победа"

 

- Ну и что с тобой делать?

Борео присел на покошенный ящик, и начал задумчиво разглядывать спящего Джима. Марк вылетел из кубрика еще злее, чем зашел в него - неужели даже не разбудил? Кто поймет этих тевинтерцев. Будить парня самому не хотелось - все-таки, досталось ему, и досталось сильно. Впрочем, после беседы он может спать сколько ему вздумается.

- Эй, Джим, подъем, - чуть повысив голос, бросил Феликс. К тому же, ему стоило сказать о том, что его... ну, вроде как пригласили в группу. Реакция Джима тоже была загадкой. С хохотом "Да вы же неудачники, идите к черту!" откажется, или все-таки согласится, почуяв выгоду и возможность путешествовать? Уж после драки с Дэйганом он точно будет насторожен.

"Надеюсь, в этот раз с "принцессой" не спутает", - уныло подумал орлесианец.

"Что значит "принцесса"?" - с любопытством спросил Рет.

"Дочь короля. В некоторых странах так называют девочку из правящей семьи."

Изменено 27 мая, 2015 пользователем Нито

[Mad Ness]

Бриг

 

- Эй, Джим, подъем, - чуть повысив голос, бросил Феликс.

 

- Что?! - Внезапно распахнув глаза, парень подскочил, чуть не свалившись с койки, но смог-таки удержатся, хотя тут же застонал от боли, - Аргх! Создателя за яйца... Какого демона происходит? что случилось? - Он бросил недовольный взгляд на стоявшего рядом мужчину, но поняв кто перед ним, не сдержался и улыбнулся. - А-а... Ваше высочество? - В глазах заплясали демонята, - Вы пришли пробудить меня поцелуем? Простите, что нарушил ваши планы. Только пожелайте и я тут же притворюсь спящим!

[Фели]

Бриг "Победа"

 

- А-а... Ваше высочество? Вы пришли пробудить меня поцелуем? Простите, что нарушил ваши планы. Только пожелайте и я тут же притворюсь спящим!

 

- Один Создатель знает, что могло побывать у тебя во рту, так что как-нибудь воздержусь, - невозмутимо откликнулся орлесианец, даже не изменив выражения лица. Сколько шуток про орлесианцев ему довелось услышать на своем веку - не счесть. Пожалуй, "дочка короля" в сравнении с некоторыми не совсем цензурными прозвищами была довольно безобидна, -  Раз уж ты в благодушном настроении и тебя не рвет кровью, то мне понадобится твоя помощь. Знаешь что-нибудь о купце из Ривейна, который оберегами приманивает покупателей к своей лавке? Когда приближаешься к прилавку, то эти... предметы голову дурят. Может, кто-нибудь из ваших попадался раз или два? Нам нужна какая-нибудь информация о нем. Где живет, где хранит товары... хоть что-нибудь.

[Mad Ness]

Бриг

 

- Один Создатель знает, что могло побывать у тебя во рту, так что как-нибудь воздержусь, - невозмутимо откликнулся орлесианец, даже не изменив выражения лица.

 

Джимми довольно ухмыльнулся. Ему нравилось, когда соперник мог ответить на выпад, ведь так было куда веселее. - Ну, если тебя останавливает только это... - Начал было он, однако Феликс прервал его, напрямую спросив про купца. Поняв, что разговор перешел в деловое русло, парень лишь притворно вздохнул. - Ривейни? М-м-м. - Он на мгновение задумался, пытаясь понять, о каком купце идет речь. В Неромениане были тысячи купцов и немало из них прибыли из Ривейна. Что такое обереги, вор понятия не имел, но фраза про задуривание головы навела его на мысль... - Кажется, я понял о ком ты. Фред, мой приятель, рассказывал, как однажды натырил целую гору бесполезного барахла у одного торгаша, и не мог остановить себя, пока тот не заметил кражу и не поднял вопли. Тогда Фред рванул с места, но хлам все равно не выкинул... Странно было. Эти безделушки казались ему безумно дорогими, пока он не приволок их в логово. Потом он пару раз следил за тем купцом, думал стянуть чего еще, но когда забрался на склад, то ничего кроме бесполезной ерунды не нашел. - Джим развел руками, - Как-то так... Я тоже как-то раз наведывался на тот склад, исключительно из интереса, само-собой. Он в третьем ряду, если подниматься от пирса. Номер... Умгх... Демоны. Два-два-девять Б, кажется. Увидите белый круг на стене, это он.

[Perfect Stranger]

Бриг "Победа"

 

Проводив взглядом удалившегося Феликса, магесса снова перевела взгляд на Дэйгана, который полудремал на солнце, словно тропический кот, и улыбнулась. Хорошо было вот так провести немного времени, не метаясь по городу в поисках работы или лишнего медяка, всем вместе. Когда корабль выйдет в море, они уже не смогут держаться особняком, и это почему-то ее радовало. Хотелось, чтобы таких ссор, как после Лоруса и Ашкаари, не возникало. Лиин и ее зоопарк тоже спали, пригревшись, Тави о чем-то размышляла, видимо, о стеганке, которую ей Шен так и не вернула. Вздохнув, она уже начала было подумывать о том, чтобы снова пойти воровать... но перспектива оказаться в тюрьме и опять подставить Лоруса заставила ее содрогнуться. Нет уж, лучше посидеть на галетах и солонине, чем снова пережить что-нибудь подобное. Сама тюрьма ее не пугала, скорее, было немного стыдно перед остальными, которые обязательно побегут ее выручать. Тавила вообще с ума сойдет.

- Начальник порта еще говорил про железную кору и помощника, - напомнила она куда-то в пространство, видимо, чтобы прервать затянувшееся молчание.

[Junay]

Бриг "Победа"

 

- Начальник порта еще говорил про железную кору и помощника, - напомнила она куда-то в пространство, видимо, чтобы прервать затянувшееся молчание.

 

- Мы как раз за корой и собирались идти. Но похоже, народ разморила сиеста. - усмехнулся Дэйган. - А после можем в бордель наведаться, поискать помощника.  

Новость о том, что пацана приняли в команду, его не удивила. Учитывая, что Джимми упрямо тащили на корабль, словно муравьи  - дохлую гусеницу, а не оставили в лечебнице, намекала на его дальнейшую судьбу. Вот только с ним проблем не оберешься.  Но, видимо, Квинту по зарез нужны были люди. Любые люди.

[Shunt]

Лес Неромениана, день

 

Лорус медленно брел по узким, едва различимым в густой траве, тропинкам. Он примерно запомнил путь, которым они шли сюда в первый раз, когда искали тот злосчастный караван. Жалко, что обратного пути он не запомнил, но это было не так уж и важно. Следов остроухих не было - то ли они не пользовались этими дорожками, то ли очень умело маскировались. Хотелось верить, что первое. Нокс никогда не был следопытом, его таланты лежали в области тактики, стратегии, убеждения и запугивания, а отнюдь не в розыске всякой нечисти в довольно густом лесу. К сожалению, проводников не было, и он шел один. В конце концов, кого можно было с собой взять из отряда? Никого. Половину он не знает, другую знает слабо. А к одной личности у него появились уже личные счеты, которые он, впрочем, не особо надеялся свести. Наглая гномка решила, что может стать командиром и диктовать ему условия. Одно слово - нелюди. Чем меньше их будет в мире, тем лучше. 

Хруст веток впереди заставил его вынырнуть из размышлений и скрыться за деревом. На поляну вышла молодая эльфийка в броне и с луком, но судя по ее поведению - она не заметила потрошителя. Лорус улыбнулся, облизнул губы - девка шла как раз к тому дереву, где он спрятался. Шла спокойно, чувствуя себя истинной хозяйкой леса. Воин медленно вытащил топор, примерился и, резко выскочив из-за ствола ясеня, метнул топор прямо в нее, целясь в ноги. Бросок вышел удачным - правая нога была отсечена словно бы ее и не было никогда. Громкий вопль пронзил тишину леса, но лишь на мгновение - Нокс подбежал к ней и вырубил сильным ударом по голове. Выдернув топор из земли и наскоро его отряхнув, он поволок истекающую кровью девушку в подальше от поляны. 

Дотащив эльфку до овражка, которые он заметил, когда шел по тропинке, потрошитель привел ее в чувство. Не давая ей опомниться, он резко спросил:

- Где Авиар? - для верности он перетянул ей ногу выше колена, чтоб пленник не сдох раньше времени. Девчонка сначала всхлипнула, попыталась позвать на помощь, но была прервана резкой пощечиной. - Не ори, говори. Где Хранитель Авиар?

- В форте... прячется... - бисеринки пота выступили у нее на лбу, кожа начала бледнеть, а эльфка и так не отличалась загаром. 

- Ясно. - Лорус размахнулся и ударил ее кулаком в лицо с такой силой, что череп ее превратился чуть ли не в кашу. - Спасибо.

Труп он присыпал землей и накидал сверху веток, чтоб не сразу нашли. "Эльф в форте. Это хорошо. Надо найти форт... и дождаться вечера", - с этими мыслями он выбрался из оврага и побрел дальше, старательно огибая полянку. Пускай эльфка была и одна (раз никто к ней не пришел на помощь), но не стоило дергать дракона за хвост. Счищая на ходу кусочки мозка с перчатки, Лорус углубился в лес, подумав, что эти его действия вряд ли кто из его отряда одобрил бы. 

[Perfect Stranger]

Бриг "Победа"

 

- Мы как раз за корой и собирались идти. Но похоже, народ разморила сиеста.

 

- Да... наверное, - согласилась магесса, нетерпеливо повозившись на своем ящике и явно раздумывая о том, чем бы заняться. - Мы можем сходить в бордель, а остальные проверят то место на карте, - предложила она разделиться. Так получится быстрее. Правда, если их в лесу или борделе ждут неприятности, то разделение на пользу не пойдет. Впрочем, так даже веселее. Ведь если неприятности ждут, как же туда не ходить?..

[Junay]

Бриг "Победа"

 

- Мы можем сходить в бордель, а остальные проверят то место на карте, - предложила она разделиться.

 

- Да, вполне. - кивнул Дэйган. - Кстати, кого мы ищем? Я попытаюсь уболтать бордельных девиц рассказать нам о ... помощнике смотрителя верфи, да? Потому что на подкуп у нас просто нет денег. 

Он посмотрел в сторону каюты капитана - вообще-то Квинт должен был давать деньги на "дело", но... Он настолько держался особняком, что просить у него денег было чревато.