nihille

Всё же, "Изяслав" в качестве нордлингского имени малость напрягает, я б его переименовал как-нибудь типа   Кабана схреначив, Выжрав бочку браги, Портить девок начал Нордлинг Эйкинскьяльди.   Но с Изяславом оно классика, конечно )

Пасиб. В этом бложике был у меня длинный стишок про Бетримо и Эвиса, так это о них же. То ли вступление, то ли, наоборот, заключение — короче, все умерли ))

Мне, если чо, последнее больше всего нравится — лирическое )   Один сэра с ЕСН в прошлом году подкинул авторских матерных частушек по ЕСО, и если вдруг интересно, то телеграмко

"Умомишком" — это нарочно, или всё же умишко подразумевался?

Двое героев уходят к вулкану Армигеры застыли в молчании Норд белоснежный и угольный данмер Над жерлом горы буря крепчает Мама, мама, они не вернутся!.. Не плачь — с ними боги, родной мой Буря, в золоте глаз отражаясь, беснуется Дверь Вивек затворил за собой

Гыг ) Но в моём случае это больше "Ругаешься, как девчонка". Точному словоупотреблению в непечатной области научиться было негде, поэтому без предварительной консультации со знающими людьми я часто попадаю впросак, даже если пользуюсь, как в данном случае, словарями. Матерюсь-то много, но крайне бедно ).

Ясненько ) Что ж, шутить на малознакомом языке — всегда плохая идея

Ну да, а одно из значений, которым это неблагозвучное слово обросло в интернетах — человек, который часто пи... трындит. То бишь, его слова — не слова правды )). "Трепач", "пустобрёх" и в том числе "пустозвон" в своём неприличном варианте — близки по смыслу.

Не совсем так, поскольку скальд не обязательно был воином (например, в силу какого-нибудь увечья), но чаще всего да, скальд одновременно и воин.   А на мирового герцога, мне кажется, Вивеку и обижаться-то нельзя, поскольку он часто мирогерцогствует. Хотя за его мирогерцогствами что-то, да есть, вон и Сота Сил говорит: "Вивек - поэт. Слова правды – не слова поэта, ведь он рожден, чтоб соблазнять. Но чтобы поэзия овладела сердцем, она должна звенеть с колоколами истины". Это, правда, невольно напоминает "От чресел его, как запрыгает он / Раздавался дивный переливчатый звон" — я ужасно пошлый, ужасно — но, словом, Вивек, говоря о реальности, должен прибегать к метафорам, то есть, звенеть — и оказываться, таким образом, мировым герцогом. Хоспаде, я зануда. Заходите еще.

В известном тексте о суде над Вивеком он представляется Вором этого мира: А вот что говорят комментарии к саге о Гаутреке: Здесь "Вор мира" — кённинг воина. В оригинале суда, как я вижу, стоит "I am the Thief of this World", то есть, презентует себя Вивек именно как Вора, и именно Мира как ворлда, а не как писа, а для кённинга, полагаю, это был бы "Thief of Peace". Но на русском созвучие выходит забавное и... обогащённое витаминами, потому что, как мы помним, Вивек ещё и Воин-Поэт, нормальный такой скандинав.

Первое. Мне встречалось не один раз утверждение, что запахи человеку сниться не могут, доказано наукой тм. Но вчера мне приснился запах — точнее, некий персонаж с выраженным амбре. Так что мой личный опыт вышеприведённое утверждение опровергает. Второе. Ситуация, когда некто просыпается, что-то делает, а потом снова просыпается, что-то делает и снова просыпается действительно возможна во сне. Переживание криповое, не в пример кормящимся таким сюжетом ужастикам, и отягощённое постепенно приходящим подозрением, что проснуться по-настоящему ты уже не сможешь, и что всё, что ты делаешь, может опять оказаться сном (что так и было, когда я несколько раз отчаянно пыталась проснуться утром). ЧИМ, к сожалению, испытать не удалось. Ложные пробуждения у меня и до этого случались, но такая длинная рекурсия с то ли четырьмя, то ли пятью вкладышами — впервые. ------------ В воскресенье "Американские боги" принесли в мой тусклый мирок Леонарда Коэна (хоть какая-то польза от этой сантабарбары), так что в качестве постскриптума немного музыки. Ник Кейв: Леонард Коэн: https://youtu.be/v0nmHymgM7Y И "Рейны из Кастамере" до кучи:

"Ввандерфелл", я поняла, мне нравится тем, что это нидерландская фамилия. Иероним Ван дер Фел, Ник Ван дер Фел. Неревар Ван дер Фел! Всё, меняю паспорт.

ffann1998, У оригинального очень, очень приятная гамма — как фрески раннего Ренессанса, как музыка. смеётся от разных улучшений графики было чувство, что мир вокруг громко орёт — это при том, что я не "слышу" цвета, никаких особых способностей.

То есть, на английском у него "Vvardenfell", а на русском "Ввандерфелл". Гм, гм, гм. Но в чём-то это даже логично, да. Да и не человеку, пишущему "Валенвуд" с двумя "л" придираться. К тому ж похмельный Денис Морд, друг Оффлера, помнится, в старых словесках именно так остров и величал. Короче, красиво.

Онлайн: - Реман Третий, император Киродиила - Джуйлек, его сын - Версидью-Шайе, акавирец, потентат, советник Ремана - короли-вассалы, союзники Ремана в войне с Морровиндом: хаджитская королева Нагея, аргонианский воевода Улакт, король Фарруна Сториг ***... Версидью-Шайе: Большая армия проедает себе путь, как жирный червь, и в сутках конного пути все вокруг неё знают, куда она движется. Нет сомнения, что как только мы соберём силы у Кейр Сувио, чтобы оттуда двинуться в Морровинд, полководец тёмных эльфов, Вивек, узнает об этом и выйдёт навстречу. Однако у нас есть все шансы первыми достичь поселения Бодрум в горах Валус и закрепиться в нём. Джуйлек: Бодрум расположен на обрыве, под который спускается с гор бурная извилистая река. Это сильная позиция. Если эльфы опередят нас и займут её, то выбить их оттуда будет сложно. Сториг: Что представляет из себя этот Бодрум? Джуйлек: Обычная крестьянская деревня. Сториг: Как он укреплён? Валом, рвом, частоколом? Джуйлек: Никак. Сториг: Никак? Что же там делают эти крестьяне, если не укрепляются против нас? Джуйлек: Ну, они просто живут там и выращивают… выращивают… чёрт. Пауза. Джуйлек: То, что обычно выращивают крестьяне. Замешательство. Сториг: Ах, это! — Пауза. Побарабанив по столу пальцами: — Боевых коней? Твари здорово кусаются. Джуйлек: Н-нет, не коней. Не боевых. Улакт: Леса? Нагея: Когти? Версидью-Шайе: Прошу прощения, королева Нагея, но когти, как и ногти, скорее отращивают, чем выращивают. Нагея: Отращивают? Реман: Да, да, точно! Или наращивают. Улакт: Такого слова нет. Сториг: Как нет? А что же я, по-твоему, сделал со своим салом на пузе? Вырастил? Улакт: Вырастил, отрастил — как тебе больше нравится. Сториг: Ну уж нет! Мой дед и мой отец наращивали сало, и я делаю то же! Таков обычай, и не тебе его менять! Версидью-Шайе: Поступать с салом согласно своей воле — это ваше неотъемлемое право, король Сториг. Но ногти нарастить нельзя. Джуйлек: Разве? Я полагал, что это всё синонимы. Нагея: Однокоренные слова. Улакт: Из одного словообразовательного гнезда. Версидью-Шайе: Но, попрошу заметить, с оттенками смысла! С нюансами. Нагея: Акавирец не может видеть нюансы в когтях. Реман: Да, с чего это вдруг ногти нельзя нарастить? Версидью-Шайе: Для этого пришлось бы каким-то образом прикреплять к ним тот же материал, увеличивая общий объём, а это вряд ли возможно. Реман: Хм. При помощи смолы, например? Версидью-Шайе: Сомневаюсь, что такая конструкция будет надёжной, мой император. Реман: Хм, хм… Это стоит обдумать… Улакт: Так что там с крестьянами? Они выращивают… что? Реман: Прекратите так смотреть на меня, вы все! Моё дело править империей, а не вникать в какие-то крестьянские… аспекты. Потентат? Версидью-Шайе: Насколько мне известно, мой император, крестьяне обычно выращивают хлопок, ячмень, пшеницу, просо, кукурузу, томаты… Общее замешательство. Реман: Потентат! Я держу тебя у трона не затем, чтоб ты завёл нас всех в тупик, сыпля просторечными словами, а чтобы ты объяснял их на языке, понятном благородному человеку! Версидью-Шайе: Простите, ваше величество! Крестьяне выращивают сорочки, панталоны, туфли, хлеб, пироги, супы, каши, пикули и другие закуски и гарниры к дичи… Реман: А, пикули! Улакт, с некоторым удивлением: Так они выращивают еду и одежду? Джуйлек: Конечно, вот оно! Есть! Еду и одежду! Должен сказать, мне сообщали об этом, но я запамятовал. Наконец можно двигаться дальше. Итак, Бодрум — это обычная не укреплённая деревня, в которой крестьяне выращивают еду и одежду… *** Реман, входя: Потентат! Версидью-Шайе: Ах! Ваше величество выглядит блестяще в этой новой мантии. Реман: Блестяще? Версидью-Шайе: И очень внушительно! Реман: Не делай вид, что ты не замечаешь. Версидью-Шайе: Я вижу, мой император. Вы изволили прикрепить к ногтям длинные и изогнутые металлические пластинки. Реман: Я! Их! Нарастил! Я нарастил ногти! Видишь? Версидью-Шайе: Не стоит так размахивать… Ох, чуть не в глаз! Реман: Ага, ага? Вот, выкуси, «нельзя»! Версидью-Шайе: Мой император, вы не нарастили их! Вы просто какой-то дрянью прилепили к ним пластинки из металла! Реман: Смолой. Версидью-Шайе: Вы всю мантию ею заляпали. Пауза. Реман: Так это не считается за наращивание? Версидью-Шайе: Нет. Вот, один уже отпал. Реман: Чёрт.

же милота какая, ну

Честно говоря, после того, как несколько лет назад посмотрела "Персонального покупателя" с девочкой из "Сумерек" в заглавной роли, испытываю уверенность, что годный режиссёр при содействии годного оператора и умелого монтажника способен заставить гениально играть хоть берёзовое полено. Хоть кинуривза! Жалко, что у этого живого доказательства существования эльфов не оказалось этакого "своего" режиссёра, каким, например, был для Маре Жан Кокто. Впрочем, у нас есть прекрасные кадры, где Нео смотрит на ложку, а это немало ). Что ещё вызывало симпатию, так это: я кинуривз, простой славный парень в старых кроссовках, вот вам пироженка и хорошего дня. А на мемы Кину сравнительно поздно потащили, мне кажется, нет? ) Молодой Кину, правда, генерировал журналистские перлы в стрёмных молодёжных журналах: "Кеану Ривз, розовая мечта всех девушек...", писали акулы пера в ту пору, когда слово "голубой" считалось вызывающим неприличные ассоциации — и вызывали, естественно, ассоциации ещё более неприличные: розовая мечта девушек, блин, да здравствует Сапфо, но при чём же тут мальчик?

Тут вижу, что Ворнер Бразерс обидела актёров, дав одним больше денег, а другим меньше, но суть не в том, а в цитате некого Майкла Натансона: Диар мистер Майкл, в подмосковном Жуковском живет пожилой радиоэлектронщик по имени Виктор. Он уже давно пенсионер и ходит с трудом, но продолжает работать. Не потому, что он фанат-трудоголик, и даже не из-за особенностей положения пенсионеров в нашем славном государстве, а потому что вот его реально некем заменить. Здесь еще много непечатных слов. На том же ресурсе сообщают, что The New York Times среди самых выдающихся актёров XXI века называет Кину Ривза. Я любила Кину Ривза когда это ещё не было мейнстримом; его фоточка до сих пор хранится в недрах моего кошелька, обязательно перекочевывая из старого в новый; я облепляла комнату плакатами с ним; один плакат вообще висел на внутренней стороне дверцы шкафа, в котором хранилось моё нижнее бельё — а это высочайший уровень доверия, кого ни попадя вы в такое место наклеивать не будете, просто поверьте на слово. Однако уже в ту пору у меня было подозрение, что хорошие роли у Кину случаются скорее в виде исключения. Собственно, я помню одну: в "Моём личном штате Айдахо". Есть хорошие фильмы, где он не в фокусе: "Адвокат дьявола", "Дракула Брэма Стокера", "На гребне волны", "Опасные связи", может, еще чо забыла по старости — но там задача Кину в основном дополнять великих, оттенять великих или не мешать великим. Есть штучный "Маленький Будда", где Кину невероятно красив и обаятелен, местами осенён благодатью и может просто туда ходить, сюда ходить, смотреть на это можно бесконечно. (К слову, фильм делает совершенно очевидным, что предназначением неземного существа Кину в этом бренном мире было сыграть владыку Эльронда и молодого до-божественного Вивека, но увы, агент Смит и никто помешали этому осуществиться). Есть первая "Матрица" — она хороша вся в комплекте, и Кину туда отлично вписался. Но остальное-то? Так что на риторический вопрос The New York Times «Было ли такое, что вас когда-либо разочаровывало его появление в фильме?» я, плача и плача, мысленно отвечаю "да сплошь и рядом". А в двадцать первом веке вообще только и сообщаю друзьям: "Кину опять снялся в каком-то говнище". На уровень обожания это никак не влияет, разумеется.

И, кстати. Будь Лорка гетеросексуальным — кто знает, он, может, ни не писал бы ничего кроме обычной кобелиной любовной лирики. Так что меня это "жаль" прям как-то вымораживает. Не понимаю, к чему оно в разговоре про стихи, а не про матримониальные планы.

Со всеми из списка своевременно познакомилась — но не знала о первоисточниках или пропустила мимо ушей. "Бессмертные" — занятная штука, пересматривала пару раз, правда, в целом он как-то стирается из памяти. Не хватает в нём градуса благородного безумия, что ли ). "Плачущего убийцу" не оценила, в своё время показалось, что он как женский сентиментальный роман, но сделанный для мальчуковой аудитории. А вот первый "Ворон" неизгладимое впечатление на неокрепшую психику произвёл, похоже, во многом за счёт мрачной атмосферы. Воспринимала его всегда не как супергеройскую историю, а как этакую мистическую притчу с фольклорными корнями. Тоже несколько раз смотрела, и всё больше жалею, что Майкла Винкотта Голливуд мало эксплуатировал в качестве харизматичного злодея — фактурный он, по-моему, и голос у него шикарный.

Думаю, что в "Из ада", собственно, тоже вся графика играет свою роль в повествовании — просто хотелось подчеркнуть особо сильные моменты; то, как постройки Хоксмура показаны, меня впечатлило. Проблема в том, что я вообще не заточена под восприятие комиксов или манги, мне даже физически сложно их выносить, хочется закрыть и выбросить. Осилила подросткового "Цельнометаллического алхимика", некоторые главы куботитова "Блича" и по парочке глав — из "Евангелиона" и "Берсерка", на этом свой долг по отношению к манге считаю выполненным. [К слову. Вдруг подумалось, что в очень красивых самурайских фильмах Ямады или Осимы, или в "Авалоне" кадры выстроены так, что за ними чувствуется манга, не в качестве первоисточника, а в качестве самой культуры манги — идеальная картинка, замирающая на некоторое время, минута любования. Хотя это может и от живописи унаследовано непосредственно]. А за ссылку спасибо, вижу, там экранизации есть, может, как-нибудь долгим зимним вечером... )

Keshav выкладывает в твиторе милых, симпатичных акварельных и масляных кришн. Тех, что с арджунами особенно люблю. --- Когда мне было лет тридцать пять, в сети попался "Комитет охраны тепла", который в студенческие годы был мне как-то никак — а тут вдруг аж завыло в душе. И постепенно выяснилось, что был период, когда солист, Олди, приобрел волнующий меня, буквально данмерский, тембр голоса. Те же песни, спетые тем же Олди, но до или после этого, не нравятся. В общем, комитетовское рэгги — одновременно светлое и депрессивное, грусть, грусть. Слушаю, когда задалбывает всё вконец. Мат в наличии местами. Африка: Не время любить: https://youtu.be/x5SugnBprzs?list=RDsA5YymZHWC0 Ещё тут планировалось положить на память "48х50 Девочка, давай", но тот самый альбом, "Reggae International", с ютуба благополучно пропал, а другие варианты, как уже сказано, вообще не то. --- Ещё о печальном. Вспоминала полнометражных "Хранителей" — почти все лучшие вещи в жизни попадались мне совершенно случайно, и это не исключение — заодно залипла в оригинальный комикс, и по инерции, увы, посмотрела недавний сериал. з0чем, з0чем. Мур и Снайдер из комикса умудрялись вытянуть хорошую драму, а сериал кроме дрянного водевиля не может вообще ничего. Зато ещё "Из ада" муровскую прочитала (или как про картинки с текстом говорят? Не в курсе) — и вот это замечательно было, погружение в эпоху, в характеры, страшное крещендо (очень тяжело кульминационную главу пережить, вот да. И это единственная глава, где для меня графика работала на всю катушку, а не просто болталась под текстом; впрочем, архитектура в этом плане тоже удалась на мой скромный вкус), всё как надо, так что любые авторские натяжки просто принимаешь, как должное. --- Грущу по Шону Коннери. Его Вильгельм Баскервильский так походил на Эко.

"Двадцать два четверостишия спела женщина из неведомых стран, став серди дома Брана, сына Фебала, когда его королевский дом был полон королей, и никто не знал, откуда пришла женщина, ибо ворота замка были заперты". Так — или примерно так, поскольку я пишу по памяти — начинается ирландская сага о Бране, изданная в серии БВЛ. "Семь зрачков было в королевских глазах его" — так описывает другая сага несравненную красоту Кухулина. Ирландские саги завораживают вот прямо на всю жизнь. На днях встретился стих, точно попадающий в ту самую образность, и я завибрировал куда попало, во все стороны. До друида дочитайте, не поленитесь. Стих зовётся "Гостья": Коннла был сыном Кона, который всех победил, Сыном короля в зале, где сотни свечей Затмевали свет далеких, робких светил, Ясноглазых в ночи, и горели все горячей. Коннла был сыном Кона, и был он собой красив, Волосы его - как солнце на склонах холма, Руки, как ветви могучего ясеня, вниз росли, Но он поднимал их вверх, как в море растет волна. Коннла был сыном Кона, и дева пришла к нему, Странные слова говорила она и пела, Он один ее видел, одетую в свет, закутанную во тьму, А гости слышали голос, лишенный тела. Она говорила: "Ты Коннла, ты славный принц, Ты похож на ясень с красной, бронзовой кожей, В наших краях мы, жители, легче птиц, Но я люблю тебя, принц, на красный ясень похожий. Так оставь здесь то, что прежде любил и знал, Войди в мою лодку, зыбкую, как туманы, Проплывем вдвоем мимо гордых и кротких стран В те края, где мы будем вечной свободой пьяны. Мы живем на зеленых, таких зеленых холмах, Солнце по ним катается и смеется, Не расстается с ними, вздыхает о них впотьмах, Круглое на дне ночи, как в тесноте колодца." Но Кон, победивший всех, бесстрашный в смертном бою, Был испуган до горького пота, до чревной дрожи, Он встал с высокого стула, поставил чашу свою: "Что ты там видишь, сын, на красный ясень похожий?" Коннла сказал отцу, что он замечает среди гостей Незнакомую гостью, на вид она легче птицы, Что неплохо бы встать и отправиться прямо к ней, В ее странном жилище с ней соединиться. И Кон закричал тогда: "Корин, тот, что рыжебород, Рунами воду режь, играй на яростных струнах, Читай свои заклинанья, или от нас уйдет Коннла, мой славный принц, похожий на ясень юный!" Королевский приказ исполнил старый друид, Воздух стал черствым, воздух сделался ломким, Горечь зловонных бездн сквозь зубы каменных плит Тронула странный голос, и стал он неслышен, тонкий. Но Коннла видел, как дева, прощаясь с ним, Бросила яблоко, знал, где оно упало, Поднял его, сладчайшим чувством томим, Сколько его ни ел -- цельное, как сначала. А говорить он с тех пор не хотел ни с кем, Думал, должно быть, что дева за ним вернется, Что он войдет к ней в лодку и с ней исчезнет совсем, Как исчезает солнце на дне колодца. Так и вышло, друид не смог ему помешать, Вижу, ты помнишь сам -- это старая песня, Это песня про смерть, ее поют малышам, Чтобы им жить нежней и умирать интересней. А это ссылка на жж автора, пост со стихом и иллюстрацией

*качает головой* Вот и пиши стихи — а к тебе потом в штаны с инспекцией и пулю в голову.   Ещё статьи его о канте хондо, о колыбельных, о дуэнде — тоже отличные.

Глупо, конечно, говорить "я люблю стихи Федерико Гарсиа Лорки", если не знаешь испанского, но тем не менее. Будучи школоло, читать его не могла: это что, стихи? Почему размер кривой такой? Но однажды нашло какое-то сатори над книгой. Нью-Йоркские его стихи не люблю, к философским равнодушна большей частью. А вот всякие цыгане да Сан-Габриэли — это дайте две. Больше, пожалуй, ни в чьи стихи так сильно не влюблялась. Если читать сборник Лорки самому себе вслух, то это заменяет три-четыре бокала винища. Пара стихов самого Лорки в переводе А. Гелескула. САЭТА Спешите, спешите скорее! Христос темноликий от лилий родной Галилеи пришёл за испанской гвоздикой. Спешите скорее! Испания. В матовом небе светло и пустынно. Усталые реки, сухая и звонкая глина. Христос остроскулый и смуглый идёт мимо башен, обуглены пряди, и белый зрачок его страшен. Спешите, спешите за господом нашим! РОМАНС О ЛУНЕ, ЛУНЕ Луна в цыганскую кузню вплыла жасмином воланов. И сморит, смотрит ребёнок. И глаз не сводит, отпрянув. Луна закинула руки и дразнит ветер полночный своей оловянной грудью, бесстыдной и непорочной. — Луна, луна моя, скройся! Если вернутся цыгане, возьмут они твоё сердце и серебра начеканят. — Не бойся, мальчик, не бойся, взгляни, хорош ли мой танец! Когда вернутся цыгане, ты будешь спать и не встанешь. — Луна, луна моя, скройся! Мне конь почудился дальний. — Не трогай, мальчик, не трогай моей прохлады крахмальной! Спешит запоздалый всадник и бьёт в барабан округи. На ледяной наковальне сложены детские руки. Прикрыв печальные веки и глядя в глубь окоёма, бредут оливковой рощей цыгане — бронза и дрёма. Где-то сова зарыдала — так безутешно и тонко! За ручку в тёмное небо луна уводит ребёнка. Вскрикнули в кузне цыгане, замерло эхо в горниле... А ветры пели и пели. А ветры след хоронили. -- Пара стихов с Лоркой-персонажем. Костя Михайлов, ТОРРО После знойного урожая, Где в Мадриде воды напиться? Апельсины едят ножами Мавританские танцовщицы. Языками щекочут перцы И губами ласкают вина, И беснуется бычье сердце На тарелке из черной глины. Веселей, веселей, вестготы В этом красном, горячем месте! У Испании нет работы — У Испании — только песня! Пусть безумной гитары дека Виноградной слезою брызжет — Отдыхает в Раю Эль-Греко, А Дали — отдыхает ниже. Отряхнувшись от Нью-Йорка, На коврах, возле ног мадонны, Отдыхает Гарсиа Лорка Мандариновый и лимонный. От эспады до бандерильи — Сто путей, чтоб подняться в небо Конквистадорам из Кастильи, Инквизиторам из Толедо. Ибо с неба отлично видно Как на мельницы льется ветер, Как в глубинах подвалов винных Растворяются кровь и пепел. demimurg, To jjjrica 1. В Барселоне гроза и ливень. Сверху тучи, под ними горы высотой до двух тысяч метров над уровнем синего моря.Море тут же под боком, и в море – волнение. Третьего ранга капитан бросается в юнгу манго, юнга на нижней палубе танцует со шваброй танго в воде и шортиках по колено. Юнга думает: «Эта смена — последняя» — и краснеет, — «на берегу меня ждет прекрасная Дульсинея, мы уедем в Кастилью Ла Манчу и, где мельницы ветряные, мы будем любить друг друга совершенно нагие, оставлять телами вмятины на пригорке из зёрен. Она будет теплая, я…я буду проворен…и когда сладкой дрожью покроется вдруг мое темя, лежа на этих зернах я пролью в нее свое семя...» 2. В Барселоне гроза и ливень. В небе полночь, под небом тоже. В шляпе на голую голову бредет одинокий прохожий Антонио Гауди, подставляя глаза и кожу июльскому ливню и граду, хватается пятерней за решетчатую ограду: «Вот здесь вот, на этом месте, я построю свою Сеграду!» — кричит он кому-то в небо, будто бы в паранойе, и капли дождя расшибаются о его дно глазное. А дома жена ждет и херес, херес и каравай, но Анна пролила масло, и сколько Клио не наливай она себе не изменит. И потому трамвай выезжает из-за угла. А за рулем сидит водитель женского пола, поправляет свои бигуди, И на полном ходу сшибает Антонио Гауди… 3. Барселона. Гроза и ливень. Ветер бьется во все калитки. В черном небе — всполохи молний, будто сверкают ножи и вилки,будто с громом бьется посуда, рассыпается на пол манка, - это измученная, изгнанная, овдовевшая мавританка посылает Испанцу проклятья и рукою своей когтистой хочет впиться в его лицо, пережившее Реконкисту. Ла-Рамбла. Кафе. Коты. И еле заметно вдали как Федерико Лорка, гладя из-под полы тоненькие коленки Сальвадора Дали, шепчет ему на ушко, вино по стаканам разлив: «Наше время, как ни крути, на великих поэтов щедрО. У всех великих поэтов ноет в груди ребро, сломанное Адаму, вырванное из его тела, за ради той, которая яблочка захотела. Большие поэты — переносчики большой скуки, страстотерпцы любви, пасынки у разлуки — Они только думают, что стихотворят, а на деле, шепчут Господу сказку, уснувшему над колыбелью" 4. Полночь. Гроза и ливень мечутся по Барселоне. На асфальте разбухшие черви — будто линии на ладони. Я за рулем в Пиренеях еду дорогой горней. На заднем сиденье спит моя милая, суженая. Мы с ней целовались и пили вино за ужином. В небе сверкают молнии, тень наводя на плетень. Мы с любимою были счастливы. Мы с любимой умрем в один день. Испанский пейзаж за окном, никаких вокруг стогов сена. Веки сбрасывают ресницы, ресницы щекочут глаз. Я помню, чем кончил великий Аиртон Сенна, вхожу в крутой поворот и давлю на газ. В этот день затонул корабль, потерпел катастрофу «Ту». Гауди попал под трамвай. Лорка в гости пришел к кроту. И уже не видя дороги, глотая слюну во рту, я мчусь напрямую к Богу. Или под хвост коту… -- Фильмы о Лорке по ссылке Из них смотрела «Лорка, смерть поэта» (1987) — из плюсов то, что фильм неторопливый, даёт втянуться в саму эпоху, и то, что там стихи Лорки звучат на испанском.