Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Perfect Stranger]

Лягушачий остров

 

И знаешь... Прости за то, что я сказала про баронство, я не хотела тебя обидеть. Стоит попробовать, верно? А приключения нас все равно сами отыщут. Да и после всего этого путешествия наверняка захочется передохнуть.

 

- Я просто... - Хекс неопределенно пожал плечами. Не говорить же ему, что он надеялся на ее безопасную жизнь в качестве баронессы после того, как ему придется уйти из-за красного лириума. - Просто хочу, чтобы у Ридена сначала выросли крылья, а потом уже бросать его в приключения с жабами и прочими заброшенными болотами. Даже драконы не сразу вылупляются сильными, знаешь ли, - добавил он тихо, чтобы другие не услышали, и как-то странно посмотрел на девушку. В этом взгляде не было ни насмешки, ни животной страсти, ни голода. Только что-то, чего она пока не могла узнать. Слишком редко потрошитель показывал подобные свои стороны.

 

Нахашинские топи (АНРИ)

 

В дупле, по счастью, не оказалось бешеных белок и ядовитых змей, и Страж вытащил наружу запертую шкатулку. Повертев ее в руках, он не нашел замочной скважины - просто намертво закрытый коробок, на крышке которого был изображен разорванный круг. Хм... знак Круга Магов здесь, в болоте? Откуда он тут взялся? Или какой-то беглый маг спрятал тут свои ценности, а потом умер? Возможно. Оставалось лишь взять шкатулку с собой или положить на место.

[Junay]

Лягушачий остров

 

- Что ж, на нет и суда нет. - поняв, что ничего от постамента он не добъется, а золота здесь точно нет, мужчина вернулся в лодку и отплыл назад, что-то мурлыкая себе под нос.

Пришвартовавшись к берегу, он оповестил собравшихся:

- Золота там нет, это уж точно. На постаменте лежит голова эльфийской статуи, той самой, которую вы откапывали. На ней - здоровенная жаба, прозрачная, видимо, какой-то злобный дух. Я осматривал постамент, но ничего не нашел. Кто хочет рискнуть и забрать голову, или же осмотреть постамент - милости прошу. - он указал на лодку.  - Можете плыть и смотреть сами. 

[Драккон де Морей]

Нахашинские топи (АНРИ)

 

Выбор: брать или не брать шкатулку - был очевиден. Собственно говоря, если учесть, что Страж находился один одинешенек где-то посреди, а может быть и на окраине - понятно не было, ибо даже мох здесь был какой-то неправильный. Рос не с северной стороны, а в каждом месте по разному. А что может быть хуже, чем увязнуть в топях? Анри еще не познал сей истины и потому без капли стыда засунул шкатулку к себе в сумку. Солнце вовсю слепило глаза, пролезая через кроны деревьев, но было болотного цвета. По видимому, сказывался гниющий торф. Под ногой Стража пропрыгала жаба. Уж ей-то точно сейчас было лучше, чем воину. Подцепив склизким языком муху, жаба ускользнула в пелену тумана и была такова.

 

+загадочная шкатулка

[Ettra]

Лягушачий остров

- Просто хочу, чтобы у Ридена сначала выросли крылья, а потом уже бросать его в приключения с жабами и прочими заброшенными болотами. Даже драконы не сразу вылупляются сильными, знаешь ли

- Я просто... не привыкла пока думать об этом, продолжаю жить как раньше. Ты прав, нужно беречь себя и, главное, его. Значит решено, да? - Мэйрис с улыбкой посмотрела на потрошителя, а потом искренее и чисто засмеялась. - Знаешь, я надеюсь, что ему не достанется моя безрассудность. С драконьей кровью он много дел наворотит. О, вот и Рико!

- Золота там нет, это уж точно. На постаменте лежит голова эльфийской статуи, той самой, которую вы откапывали. На ней - здоровенная жаба, прозрачная, видимо, какой-то злобный дух. Я осматривал постамент, но ничего не нашел. Кто хочет рискнуть и забрать голову, или же осмотреть постамент - милости прошу. - он указал на лодку.  - Можете плыть и смотреть сами.

- Дух? Почему ты решил, что злобный? Я бы хотела глянуть. Если можно. - Мэйрис встала, полная решимости посмотреть, что за дух такой на острове. Прошлый опыт общения с духами оставил на девушке приятные впечатления, особенно общение с духом Ирель.

[Junay]

Лягушачий остров

 

Поняв, что заветного клада на островке не оказалось, а голова статуи для Рико не имела абсолютно никакой ценности, он решил поискать что-либо поблизости. Хотя и не был уверен, что удача ему улыбнется. У него сегодня был явно не самый счастливый день.

Но удача ему улыбнулась, и в камышах, у самой воды, он обнаружил полусгнивший сапог, в котором блестело 1, 20 золотых.

 

(заработок)

Изменено 24 февраля, 2015 пользователем Junay

[Лакич]

Лягушачий островок

 

Магистресса деликатно покашляла, посматривая на Мэйрис и Рико как, скажем, неотесанных варваров.

- Я могу. Я разбираюсь в культуре эльфов, я разбираюсь в духах, - Флавий скрестила руки на груди, - но как хотите, мне, если честно, хоть и интересно, но плыть через это озерцо мне не хочется.

[Perfect Stranger]

Лягушачий остров

 

- Дух? Почему ты решил, что злобный? Я бы хотела глянуть. Если можно.

 

- Вот и говори о безрассудстве... Пусть лучше магистр плывет, - уже громче сказал потрошитель, когда монах вернулся, недобро посматривая на него искоса. Похоже, Хекс искренне надеялся, что того по дороге сожрут аллигаторы самым болезненным способом. - Да, точно, змея змею не укусит. Верно? - усмехнулся он, посмотрев на Алейру и кивнув на лодочку. - А если там и вправду жаба, то вы точно найдете общий язык.

[Карт(он)]

Роща Света - Лягушчаий остров

- Верес, не дергайся, сейчас... - Мэйрис подошла к магу и протянула исцеляющее зелье из последней аптечки. - Будь осторожнее. И прости за то, что я сказала.

Когда произнесли его имя, парень дёрнулся и посмотрел на девушку с удивлением в глазах:
- С-спасибо... Не извиняйся. Это я совершил ошибку и понял какую. - Маг думал, что Мейрис просто не будет его замечать, а она даже помогла, почему? Неужели Ирель была права и Верес был не таким плохим как думал сам? - Спасибо ещё раз, Мейрис, я стану лучше. Обещаю. - Выпив предложенное ему зелье, добавил он вслед, когда она ушла.
Ведьмак понемногу приходил в себя и сейчас был благодарен Ирель и Мейрис за прощение ошибок, но к группе подходить не спешил, кто знает как теперь к нему относились другие, да и навредить не хотел. Ещё он думал о кольце, о том как стая волков просто искривилась в агонии и испустила дух. Это определённо полезное свойство, но сможет ли маг и дальше им управлять, этого он не знал. 
Так пока они шли за Алейрой, Верес то пропадал за деревьями, то обратно появлялся, искал травы. Если ранее он нашёл глубинные грибы, то было бы не плохо сделать запас, потому что в битве они очень пригодились.

Поиск трав

 

+4 глубинных гриба

[Ettra]

Лягушчаий остров

- Вот и говори о безрассудстве... Пусть лучше магистр плывет

- Хорошо, - на удивление быстро согласилась Мэйрис. Она действительно поняла, что не стоит лишний раз рисковать. Тем более из-за праздного любопытства. - Надеюсь у тебя получится, Алейра. Удачи. - Девушка послала тевинтерке улыбку и вновь села рядом с Хексом. 

[Junay]

Лягушачий остров

 

- Слыхал я сказку о принцессе-лягушке... - проговорил Рико, ставя в кустах ловушку, где виднелись звериные следы. - Ее надо было поцеловать, что бы превратить в человека... Думаю, задача именно для нашего магистра. Просто чмокни ее, как следует. - он подмигнул Алейре и вышел из зарослей.

Закурив самокрутку, мужчина стал ждать не попадется ли в ловушку какая живность...

Но живность попадаться не желала. Ибо не все коту масленица. 

 

(добыча кожи)

Изменено 24 февраля, 2015 пользователем Junay

[Лакич]

Лянушачий островочек

 

- Да, точно, змея змею не укусит. Верно? - усмехнулся он, посмотрев на Алейру и кивнув на лодочку. - А если там и вправду жаба, то вы точно найдете общий язык.

 

- Эти змеи не кусаются, - начала магистресса таким тоном, словно говорила с ребенком, - они душат свою жертву, затаскивая ее под воду, и там, когда тело пролежит достаточно долго - начинают поедать разбухшее мясо, - спокойно закончив, как будто говорила про нечто пустяковое, Алейра уселась в лодку, не забыв при этом фыркнуть от отвращение.

"Убожество"

 

- Надеюсь у тебя получится, Алейра. Удачи. - Девушка послала тевинтерке улыбку и вновь села рядом с Хексом.

 

- Удача - знающему не нужна, - и оттолкнувшись от берега, поплыла в сторону островка, попутно любуясь красотами. Очень милые эти змейки, все таки. 

"Надо домашнего удава завести"

[Perfect Stranger]

Лягушачий остров

 

- Надеюсь, ее любимые удавы там же и сожрут, - пробурчал Хексарион, которому, кажется, вообще никто в отряде не нравился. Кроме Мэй - по понятным причинам. И Атаназа - по причинам, которые он немедленно извлек и принялся набивать в трубку. Вскоре над берегом потянулся приятно пахнущий табаком и травами сизый дымок. Потрошитель не понимал, зачем они тратят драгоценное время, просиживая штаны и общаясь с жабами, когда можно было просто уйти с этих проклятых болот и заняться тем, чем нужно было. То есть снимать проклятие.

 

Алейра же, пристав к берегу островка, увидела ровно то же, что и Рико до нее - постамент, голову статуи и Жабу на ней. Именно Жабу с большой буквы, ибо настолько огромных, отвратительных и разумных на вид жаб она еще не встречала. Существо уставилось на нее, внимательно следя за каждым движением, и в его глазах сверкнули озорные огоньки. Но оно не двигалось с места.

 

Возможный бросок: осмотреть постамент

[Лакич]

Лягушачий островочек

 

- Лягушка, - сказала магистресса, подходя к Жабе. Лягушка, наверное, если бы умела говорит, наверняка бы сказала в ответ что-то вроде "двуногая" или "человек". Шаблонные ситуации, да, они такие.

- Эту статую, - тоном, каким обычно зачитываю очень скучные документы очень скучные люди, начала магистресса, - точнее - часть статуи, нужно вернуть на место, - чародейка замолчала, наблюдая за Жабой, словно ожидая от нее ответа.

Сонный мох и кальвадос явно еще не выветрились из организма.

 

Неудача!

[Shunt]

Лягушачий остров

 

Просидев у мертвого сильвана еще некоторое время, демон решил все же проверить, не влипли ли в какую еще историю его "подопечные". Подкидывая в ладони костяной шарик, из которого некоторое время назад откачал энергию, он пошел по протоптанной тропинке к лягушачьему островку. Ну, не к самому островку, скорее к берегу. Облюбовав бревнышко посуше, он сел и стал задумчиво изучать воду и аллигаторов, с недовольным видом плавающих в оной. 

[Perfect Stranger]

Лягушачий остров

 

- Эту статую, - тоном, каким обычно зачитываю очень скучные документы очень скучные люди, начала магистресса, - точнее - часть статуи, нужно вернуть на место

 

- Да ну? - Жаба даже не открыла рот, и Алейра уже хотела было возвращаться назад, как до ее ушей донеслось квакающее хихиканье. Если это и был дух, то явно не их дружелюбных. - Ква! - повторила Жаба, когда магесса обернулась, и сделала невинный вид. Если о ее морде вообще можно было так сказать.

[Лакич]

Лягушачий островок

 

- Таак, - скрестив руки на груди, сказала чародейка, подходя к постаменту. - Давай поговорим, дух, - Флавий фыркнула, хрустнув костяшками, и подозрительно уставилась на Жабу.

- Что тебе надо, а? И не игнорируй меня, я не настолько сошла с ума! - Создатель, если только это видели остальные, то точно бы надорвались от смеха. - Если будешь молчать - уйду и никто сюда не вернется следующих лет триста, пока болото не соберутся осушать.

[Perfect Stranger]

Лягушачий островок

 

- Что тебе надо, а? И не игнорируй меня, я не настолько сошла с ума!

 

- Не-е-ет, не бросай меня здесь одну! - сморщилась и так уродливая жабья рожа и завыла плаксивым голосом, а потом снова захихикала. - Ты сошла с ума. И они сошли с ума. Все сошли с ума, одна я умная, красивая.

 

Тем временем на берегу, Хекс заметил появившегося невесть откуда демона. Или духа? А боги его разберут.

- Хороший табак, - кивнул он магу. - А еще есть? - прошлый кисет уже наполовину опустел, и потрошитель не собирался заканчивать. Приобняв Мэйрис, он прищурился и всматривался в покрытый туманом островок, где едва виднелась фигура Алейры. Да что она там, стихи Жабе рассказывает, что ли?

[Карт(он)]

Лягушачий остров

Всё также недалеко бродя, парень сновал туда-сюда и поглядывал на другой берег. - "Чего же она там так долго? С головой что ли разговаривает?" - Отсюда разобрать действия Алейры можно было слабо, но они точно были странными. - "Может опять заинтересовалось эльфийской культурой, кто знает." - Забыв это дело, Верес опять направился на небольшую прогулку вдоль берега, может они не всё здесь нашли.

Поиск ценностей

[Shunt]

Лягушачий остров

 

- Хороший табак, - кивнул он магу. - А еще есть?

 

Вместо ответа демон кинул потрошителю еще один кисет. Подумав, подошел к Мэйрис, присел перед ней и протянул небольшой кулон, явно эльфийского происхождения. Кулон немного светился и дрожал на ладони Скотоса. Как и любая эльфийская вещь, особенно настолько древняя (все знали, что искусство создания чего-либо тонкого и изящного эльфы потеряли вместе с Арлатаном) предмет был пропитан магией. Но демон не стал бы дарить девушке что-то опасное. 

- Думаю, тебе понравится. Оберег от неприятностей и знак симпатии. Ты все же права, Мэйрис. Я поспешил с выводами. - Он повернулся к Хексу. - Что, решили еще помучить болото? 

[Kykuy]

Лягушачий остров

 

Освальд присел прямо на землю, едва заметно покосившись на пришедшего Атаназа. Алейра уже отсутствовала гораздо долго, и храмовник начинал опасаться. За Жабу.

- М-да... интересно, Флавий всё же разговорила жабу, или она там просто стоит?, - достаточно громко и вслух он озвучил свою мысль, - Небось, о тевинтерском праве рассказывает..., - Освальд глубокомысленно поднял палец кверху, - сане мину, сине муну, или как там у них, - пробормотал он напоследок, и привстал.

" Изгнать бы этого... духа, да и дело с концом, если с головы статуи не слезет. ", - легкомысленно подумал он и вновь принялся наматывать круги

 

Освальд - поиск руды.

[Лакич]

Лягушачий островок

 

- Не-е-ет, не бросай меня здесь одну! - сморщилась и так уродливая жабья рожа и завыла плаксивым голосом, а потом снова захихикала. - Ты сошла с ума. И они сошли с ума. Все сошли с ума, одна я умная, красивая.

 

- И то правда, - подтвердила магесса слова Жабы коротким, утвердительным кивком. - Кто сошел с ума? Я сошла с ума? Да, определенно, лет так десять или пятнадцать. Но не настолько, чтобы со мной не разговаривали красивые лягушки, ага, - устало вздохнув, Алейра не менее устало потерла переносицу.

- К делу, на кой черт тебе эта голова? Отдай мне ее. 

[Ettra]

Лягушачий остров

- Думаю, тебе понравится. Оберег от неприятностей и знак симпатии. Ты все же права, Мэйрис. Я поспешил с выводами.

- Я... Тебе же он дорог, ты не должен вот так дарить. - Девушка изумленно посмотрела на мага и качнула головой. Девушка искренне не понимала, почему ей дарят значимые вещи, то, что нельзя измерить деньгами. Кольцо Хекса, "слеза" Ирель, теперь кулон. Все это смущало, заставляло чувствовать себя неуютно. Но она все же протянула руку и взяла подвеску, аккуратно сжав ее в ладони. Девушка не чувствовала магии так, как может любой маг, но знала, что то больше чем металл, куда больше. - Спасибо, я буду хранить.
Мэйрис надела цепочку на шею и с улыбкой сжала в руке теплую подвеску. 

[Perfect Stranger]

Лягушачий остров

 

- К делу, на кой черт тебе эта голова? Отдай мне ее.

 

- А тебе зачем? У тебя вон своя есть. Огненная. - Хохотнула Жаба и резко, неожиданно выбросила вперед длинный липкий язык, проглотив пролетающую мимо муху. - Хочешь забрать - забери. Только сначала... - она опасно прищурилась, сглотнув пойманное насекомое. На кой вообще духу есть? Просто забавно? - Отгадай загадку.

 

- Думаю, тебе понравится. Оберег от неприятностей и знак симпатии.

 

Хекс поперхнулся дымом, едва это услышав. Глаза его полезли на лоб, и он с силой стукнул себя по груди, откашливаясь и хрипя. Этот демон вообще не в курсе или он его подначивает? В любом случае, дать пару раз по наглой роже не помешает.

- Ты что, житель Тени, вздумал при мне к моей самке подкатывать? Или совсем страх потерял? - вкрадчиво спросил он, оскаливаясь и все еще пуская дым из ноздрей. Выглядело это... странно.

[Shunt]

Лягушачий остров

 

- Спасибо, я буду хранить.

 

- Храни. - Скотос кивнул и повернулся к явно наглеющему Хексариону.

 

- Ты что, житель Тени, вздумал при мне к моей самке подкатывать? Или совсем страх потерял?

 

- Ты на конфликт идешь или показать, какой сильный хочешь? Как некоторые ящерицы на севере. Они так капюшон раздувают, что больше становятся. - Демон язвительно улыбнулся. - А тебе пойдет, ты же тоже себя ящерицей считаешь, верно? 

[Perfect Stranger]

Лягушачий остров

 

- Ты на конфликт идешь или показать, какой сильный хочешь? Как некоторые ящерицы на севере. Они так капюшон раздувают, что больше становятся. - Демон язвительно улыбнулся. - А тебе пойдет, ты же тоже себя ящерицей считаешь, верно?

 

- Ага, языком ты мастер болтать, демон. А в бою от тетушки ривейни пользы было побольше, - оскал стал шире, напоминая ухмылку и угрозу одновременно. Хексарион сверкнул глазами и поднялся, глядя на Атаназа сверху вниз. - Эта "ящерка" тебе трепку задаст, если ты не отвалишь и не заберешь свой мусор с собой.