Thinvesil

Руссильон   — Эй, Эльк, ты чего? Прости, я не хотел, — аккуратно поставив кружки свою и девушки на тумбу, наёмник крепко обнял её, прижимая к себе и поглаживая по спине. — Я просто подумал, что имя совсем на твоё не похоже, поэтому забавно будет. Или тебя моё предположение расстроило? Да я в тебе не сомневаюсь ни на секунду, это вообще в шутку всё было. Извини, я не хотел тебя расстроить.   "Вот и зря не сомневаешься", подумала Алисия. На душе стало еще гаже. Но Ларс был по-настоящему обеспокоен, а она совсем ни капельки такого не хотела бы.   — Да ну что ты, — сдавлено улыбнулась девушка и кое-как просунув через объятия руку в карман платья, достала платочек, чтобы промокнуть слезы. — Вовсе даже не расстроилась я. Это ветром выдуло. Морозы и все такое.    Вытерла проступившие слезы, крепко сжала в ладони платочек, засмотрелась в его голубые глаза. Фу, ну она и гадина. Мало того что обманщица, так еще и любимого человека вот так умудрилась до паники довести. А полагала, что хорошо себя контролирует. Но в такой обстановке, когда он так обнимает и смотрит, тяжело сохранять самообладание.   — Я хочу, чтобы ты знал, Ларс, — тихо произнесла Алисия, положив ладонь ему на щеку и пытаясь насмотреться как можно больше на своего любимого. — Что бы ни случилось, что бы ни произошло, я хочу, чтобы ты знал: я всегда буду... — "любить тебя", едва не сорвалось, но она вовремя прикусила язык и быстро ляпнула что первое пришло в голову. — Всегда буду делиться с тобой конфетами.   А потом осознала, насколько по-идиотски это прозвучало. Дура.

Руссильон   — Знаешь, от кого я это слышу? А? От хитрой жучилы, вот от кого! — засмеялся он, оставляя ещё короткий поцелуй на губах. — Ты ведь не хочешь сказать, что сама вся такая из себя бесхитростная, Эльк? Вдруг тебя саму саму зовут как-то иначе, а мне просто историю скормила? И родителей подговорила, чтобы достоверней вышло. А то и на самом деле к ненастоящим привела, а к подкупным, вот это было бы истинное коварство. А потом окажется, что ты Фрунгильда из клана какого-нибудь Южного Волка, дочь великого вождя, сбежавшая куда подальше за свободой и под обычную наёмницу косящая, чтоб не нашёл никто. А? — он прижал девушку чуть крепче и сделал глоток из кружки, забавляясь от собственной версии.   Едва только Ларс начал говорить, по спине Алисии словно пробежал холодок. Совершенно не имеющий никакого отношения к погоде вокруг. Неужели она раскрыта и он все знает? Но дальше она уже засомневалась. Похоже, просто подначивал? Она улыбнулась на подколку, всеми фибрами души надеясь, чтобы улыбка не получилась криво. Даже если Ларс и не знал, как обстоят дела на самом деле, он сейчас ударил прямо по больному. Ведь на самом деле он дружил и целовался не с ней, Алисией Максиан, а с придуманной наемницей Эльсой. Фантомом. Маской. Вот такая вот фантомная дружба от человека, ставшего для нее очень важным за последние пару лет. Это ферелденка-наемница получала милые знаки внимания, тепло и заботу. Тевинтерке-альтусу все это доставалось обманом. Промелькнувшее желание раскрыться и рассказать ему тотчас вильнуло хвостом и исчезло бесследно — страшно. Страшно лишиться даже такой обманной иллюзии. Если она расскажет, что Эльсы не существует — она лишится всего. А этого волшебнице совсем-совсем не хотелось.   — Фру... кто? — засмеявшись, она чуть шутливо насупилась, стараясь не замечать проступившие в уголках глаз слезы. — Святые демоны, ну и имечко! Приснится такое — подушкой ночью не отмахаешься. Ну и шуточки у тебя. — она шутливо пихнула Ларса кулачком.

Руссильон   Свободной рукой он обнял девушку и прижал поближе. — С этой миссией закончу и Рольф растворится в воздухе, а вот Ларс останется навсегда. Ну, точнее, насколько года позволят. А тебя, кажется, взволновало, что я внезапно так замаскировался, а? "А вдруг он меня коварно-прековарно вокруг пальца водил два года!". Так?   — Ой, что ты... Глинтвейн! — запротестовала Алисия, поскорее перекладывая кружку в другую руку, чтобы ее не зажало между ними двумя. Против объятий она совершенно не возражала. Наоборот, сразу как-то успокоилась и разомлела. Какая, в сущности, разница, кто он. Хотя конечно зовись Ларс иначе, хотелось бы все же знать. — А кто тебя знает, Ларс. Ты ведь тот еще хитрый жучила, — подначила его девушка и засмотрелась прямо в голубые глаза, улыбаясь теплой, широкой улыбкой.

Руссильон   — Вкусно! — сделав глоток глинтвейна, сказал Ларс. — Ну-ка, дай я тоже попробую, сто лет не чистил. Уговаривать девушку пришлось долго, не хотела отдавать горячие каштаны. Но один Ларс всё-таки выпросил. Теперь уже он передал кружку и, сам стараясь не обжечься и не уронить, тоже умудрился очистить от кожуры плод. Его он точно также протянул Эльсе, возвращая себе глинтвейн.   Смеясь в ладошку, магесса наблюдала за эквилибристическими попытками почистить каштан и не обжечься. Но угощение приняла с благодарностью, даже позволив Ларсу лично покормить ее с рук.    — Вот видишь, какие они горячие! Давай лучше я. — они отошли к краю площади и присели на одну из огораживающих ее каменных тумб, покрытых толстым слоем снега. Тумбы, судя по всему, обозначали для экипажей границу проезжей зоны, но сидеть на них тоже было вполне сносно. Здесь, в стороне от основной массы людей, никто не толпился рядом и не интересовался делами парочки, а значит, можно было немного поговорить. Очистив еще каштан, девушка протянула его наемнику. — Вот, взгляни, какой аппетитный. Прямо напрашивается, чтобы его съели. Только самое лучшее для моего друга Рольфа. Или Ларса. Прости уж, не знаю, какое из этих имен настоящее. Может быть, какое-то еще?

Руссильон   Он окинул взглядом лотки вокруг и на миг задумался. — Может перекусим немного после таких покатушек, м-м? — пришла ему на ум идея.   — Давай, — согласилась Алисия, и Консул поддержал ее, виляя хвостиком.    Пара направилась вдоль рядов, торгующих леденцами, засахаренными печеными яблоками, пирожками прям с пылу с жару. Но больше всего внимание девушки привлекла установленная жаровня, на которой пеклись каштаны. Тощий, с торчащими из-под шапки рыжими вихрами, подросток ловко управлялся, успевая высыпать на поддон сырые и продавать запеченые. Крупные, с лоснящейся треснувшей шкуркой орехи по мере приготовления он снимал с огня и ссыпал в свернутую кулем вощеную бумагу. Приличный средних размеров кулек стоил каких-то пару серебряков, а за три сверху добавляли еще большую кружку глинтвейна, которым торговала рядом из котелка пухленькая смуглая хохотушка.    "Кооперация, однако", подумала Алисия, расплачиваясь за свою порцию и такую же для Ларса. Он еще успеет потратиться в ресторанчике, ведь кто приглашает — тому и платить. А пока девушке было приятно устроить небольшой перекус за свой счет. Песелю за пару медяков достались собачьи хрустелки. Пройдя чуть дальше в сторону от людей, альтус вручила Ларсу свою кружку с глинтвейном и принялась очищать обжигающие, только с огня, каштаны, дуя на пальцы и перебрасывая горячие орехи с одной руки на другую. Очистив от скорлупы круглый, чуть жирненький, плод, она протянула его любимому.    Эльса покупает:  - Каштаны и глинтвейн на двоих - 10 сер

Руссильон   — Да цел-цел, всё в порядке, — сбивая налипшее на рукава, улыбнулся наёмник. Слегка ушибся из-за неожиданности, но ничего серьёзного, из-за такого точно не стоит переживать. — У тебя с Кунсеем всё хорошо? Не сильно упала? Платье цело? — поинтересовался он уже сам, внимательно оглядывая Эльсу.   — Вроде цело, — Эльса покружилась с платьем, предоставляя Ларсу возможность самому убедиться в сказанном, но на них уже стали покрикивать другие желающие покататься, а еще надвигался арендатор саней, грозно потрясая кулаком и явно собираясь стребовать с них уплату за испорченное имущество. Наемница замешкалась, но лишь на миг. Лучшая защита — это нападение, не правда ли? — Ну уж нет, это ты, милейший, должен нам за то, что всучил некачественный инвентарь! А если бы руки-ноги сломали? Да с тех денег, что ты с людей собрал, ты еще сотню таких настрогаешь. Думаешь, я глупая и не знаю, что вы, ушлые торгаши, при формировании цены уже закладываете в нее расходы на амортизацию? — все это девушка выпалила на одном дыхании, потихоньку отпихивая Ларса прочь от горки, к площади, не давая мужику и слова вставить. Оставив его переваривать тираду и перехватив спутника за руку, она наконец выскользнула из толчеи.   — Уф, кажется, отделались. Вот зануда, — посетовала Эльса, когда они втроем нашли более спокойное местечко у лоточников со всякими вкусностями. Но вопреки сказанному, глаза девушки сияли от удовольствия. Разве мог какой-то угрюмый мужик испортить такое зимнее настроение?

Руссильон   Потрепав немного пса, наёмник махнул рукой и повёл сани за собой наверх. — Вперёд, к вершинам! — торжественно сказал он.   Пришлось немного подождать очереди, когда спустятся люди, которые забрались прокатиться перед ними, но потом и они смогли повторно проехаться. И еще, и еще раз, ловя лицом ветер и весело крича при стремительном скольжении вниз. От ветра выступили слезы и прическа слегка растрепалась, но Алисии было все равно. Рядом был Ларс, крепко обнимающий ее за талию и прижимающий к себе, а впереди Консул — мохнатая псина получала от покатушек удовольствия явно не меньше, чем люди. Но на пятом спуске они все же потерпели фиаско. То ли санки были сколочены из плохой древесины, то ли они не выдержали веса трех тел, но примерно на середине пути одно из полозьев треснуло, отвалилось, и компания полетела вниз, перекатываясь, пока не приземлилась у подножия горки кучей малой вместе с тем, что осталось от саней. Вот тебе и покатались!   — Ух, ничего себе! — сквозь тяжелое от испуга дыхание заговорила Алисия, хватая ртом холодный воздух и кое-как выбираясь из кучи. Девушка осмотрела себя — кажется, цела. Кунсей тоже был в полном порядке, отделавшись только моральным ущербом. Ущерб этот он возмещал себе, недовольно кусая полозье саней, но заметив на себе взгляд хозяйки, сделал вид, что просто подошел понюхать и с достоинством отошел. Магесса стала помогать Ларсу. — Ты цел? Ничего не сломал?

Руссильон   — Что, Кунсей, в тесноте да не в обиде, правда? — засмеявшись, сказал он псу, аккуратно помогая девушке в это время подняться с саней и уводя их с пути. — Нормально, ничего не задеваешь с платьем? — спросил он уже у Эльсы.   — Нет, не задеваю. Если плотно вокруг ног обернуть, то все нормально. — глаза девушки горели огнем, дыхание после быстрого спуска было частым, из носа и рта вырывались легкие облачки пара. Хорошо прокатились. Но мало. — Давай еще разочек? Разочек-другой. Другой-третий, м?    Кунсей громко гавкнул, всем своим видом выражая солидарность с девушкой. Вот всегда бы так катался. А лучше, чтобы горка была длинной и не заканчивалась.

Таверна "Розовый пони"   — Великолепно, — затаённо произнёс маг, восхищенный артефактом. Он прошёлся взглядом по творению гномов ещё раз и затем уже обратил всё внимание на учёного. — Спасибо, Руфус. Я позже загляну к Тарвелиру, чтобы выразить благодарность лично. Теперь я просто обязан реализовать потенциал столь впечатляющей работы мастеров.   — Реализуешь, — усмехнулся в бороду маг, оглядывая снова зал. Взглядом он поймал держащую оборону за стойкой Кейну. После такого насыщенного рабочего дня и мозгового штурма хотелось как следует поесть. — Не будешь возражать, если я за твой столик присяду?   Альваро не только не возражал, но похоже, был даже рад. Руфус подошел к стойке, чтобы распорядиться к ужину, а затем вернулся за столик в ожидании своего заказа. Вскоре его принесли, и маги приступили к трапезе.   Руссильон   Взяв за горсть медяков сани, Ларс взобрался с Эльсой на вершину горки, дал скатиться паре местных, а затем сел на переднюю часть, давая девушке со своей юбкой разместиться позади. — Готова? — предвкушающе спросил он.   — Ага, — ответила Алисия, но не тут-то было! Стоило только ей с удобством (насколько вообще это было возможно на этих саночках и в длинной юбке) усесться и вытянуть ноги, как сверху взгромоздилась огромная туша песеля. Кунсей тоже жаждал прокатиться с ветерком с горушки и, видимо, счел хозяйские ноги вполне достойной подстилкой. — Ах ты, булка недощипаная! — выругалась магесса, с трудом устраивая конечности так, чтобы не сломать под таким весом. Для порядка чуть пихнула его вбок, но мабари только чуть более плотно уселся, готовый к старту. Высунув язык он предвкушал веселье. — Так, ну теперь точно готова. Давай!   Она крепко-крепко зажмурилась, вцепившись в поручни и уперев ноги в переднюю жердочку, но тотчас распахнула глаза: такое веселье лучше было смотреть, чтобы больше удовольствия было.

Таверна "Розовый пони"   Порядком наработавшийся у Тарвелира и с Тарвелиром Руфус вернулся в таверну как раз перед тем, как Эльса с Рольфом ушли на прогулку. Маг сжимал в руке какой-то длинный предмет, завернутый в оберточную бумагу. Оглядевшись в общем зале он легко узнал среди посетителей юного мага и с широкой улыбкой подошел к Альваро.   — Прости, что прерываю твою трапезу, мой юный друг. — бережно, как и подобает обращаться с древними артефактами, Руфус положил длинный сверток поперек стола перед антиванцем. — Работа закончена. Тарвелир был весьма доволен. По его словам, давно он не имел удовольствия творить над подлинным образцом магического и гномьего искусства. Прошу, разверни и взгляни.   Альваро получает: Посох магистра Кассия (эпическое; посох; +2 к попаданию; два слота для рун; один раз за бой возможно использовать покоренную силу красного лириума в навершии посоха, введя союзника или противника в состояние «Лириумное исступление». Цель получает +50% к своему базовому урону и +2 к попаданию, однако теряет любую защиту, барьер и оборону и не может использовать никакие действия, кроме атакующих, в течение 3 ходов. Спас-бросок Мудрости, 11+.)     Руссильон   — Я думал немного прогуляться по городу, а затем заглянуть в местный ресторанчик, довольно уютный, — ответил с улыбкой наёмник. — Путь тоже примерный наметил. Думаю, это можно считать за план. Пойдём?   — С тобой? — изумилась вопросу Алисия. — Да хоть в пасть к дракону!   "Видишь, как ты для меня важен?", подумала она, однако вслух ничего не сказала, а только счастливо улыбнулась, отправляясь с милым по улочкам города. Погода была по-хорошему зимняя, снега уже успело насыпать довольно прилично, так что и тут, и сям виднелись белые статуи разной степени совершенства, сотворенные руками местной молодежи. С неба сыпался мягкий хлопчатый снег, ветер не выбивал морозом слезы, а стелился мягким и совсем не холодным бризом, так что на прогулке они были не одиноки — местные и гости тоже высыпали погулять и повеселиться, пока снег еще был свежий и белый, ловя момент.    Они шли под ручку, рассматривая словно пряничные под белой глазурью домики и похохатывая с развеселившегося пса, устроившего самую что ни на есть настоящую охоту за снежинками. Вскоре тесные улицы сменились более широкими центральными, вдалеке показалась площадь, откуда доносились звуки уличных музыкантов — там, как и в любом месте, словно магнитом притягивающем людские массы, царило оживление. Недолго думая, Эльса с Ларсом решили тоже отправиться туда, но задержались у самого края городской площади. Там, у отвесной стены террасы перед ратушей собралась целая толпа.    — Посмотрим, что там? — предложила девушка и потащила Ларса, не дожидаясь ответа, в сторону издающей визги и хохот массы людей. И мгновение спустя стала видна причина такого оживления: прямо от края возвышавшейся над площадью стены была навалена снежная горка. Уже утоптанная и утрамбованная множеством ног и полозьев, она стала местом паломничества для жаждавших активного отдыха. Смеясь и вскрикивая люди взбирались на горку и съезжали вниз. Большинство на деревянных простых санях, которые тут же сдавал в аренду за десяток вирмов деловитый мужичок, а кто и на пузе. Глаза девушки загорелись, когда она обернулась к Ларсу. — Покатаемся? Ну давай, покатаемся? Ну пожалуйста!   Она умильно посмотрела на него, сложив перед собой руки в молитвенном жесте. Если Ларс не согласится, вряд ли у нее хватит смелости делать это одной в таком виде. 

Комната Эльсы - Руссильон Стряхнув снег с себя на входе в таверну, наёмник вошёл внутрь и поискал взглядом Эльсу. Не найдя, он просто махнул присутствовавшим в зале Скорпионам и отправился на верхний этаж. Альваро, как раз собиравшийся поужинать и заказавший еды, успел лишь заметить, что под плащом Рольф сейчас не носил доспех, пришёл в нормальной одежде. Понятно зачем, для такого вечера броня не слишком нужна. Дойдя до двери в комнату ферелденки, наёмник, готовый сразу же идти на прогулку, постучался. Алисия открыла почти сразу. Обменявшись приветствиями, она вручила Ларсу свой теплый плащ и выпорхнула из комнаты вместе с Кунсеем. Заперла дверь, немного повозившись с замком, и под ручку с наемником спустилась вниз, весьма довольная началом прогулки. Тоже довольный пес трусил рядом, не обращая внимания на строгий и элегантный бант-бабочку, украшавший сбоку его ошейник. Они отправляются на вечерний променад — обычное дело. Впрочем, для Алисии оно было не столь уж обычным. Начать с того, что она шла под руку с человеком, которого дома не подпустили бы к ней и на пушечный выстрел. А самое примечательное было в том, как много значил для нее этот человек, хоть девушка и пыталась изо всех сил это скрывать. Спустившись в общую залу, альтус заметила краем глаза Альваро и Руфуса, но все внимание девушки было направлено лишь на одного Ларса. Только у стойки она ненадолго задержалась, чтобы заказать пиво и ужин для Дамиана — в качестве извинения за то, что отвлекла его на свои глупости. После того, как заказ был сделан, она вернулась к Ларсу. Наемник помог ей надеть меховой плащ, и вместе парочка и Кунсей выскользнули навстречу мягком зимнему дню, догорающему на горизонте. Сейчас она совершенно не походила на простую воительницу. Мягкое элегантное платье, оттеняющее покроем точеную фигуру, а цветом — голубизну ее глаз и золото волос, она носила так, словно оно было ее второй кожей. Летящая, словно невесомая походка, естественная прямая осанка и гордо поднятая головка — это совершенно не вязалось с привычным сложившимся образом Эльсы из Ферелдена. Возможно, она поступала неосмотрительно, позволив себе снова стать собой и выходя из роли, но сейчас ей было решительно все равно. Алисия смотрела на своего спутника так, словно в мире никого больше кроме них двоих не существовало. Словно это весь мир вокруг был не важен. И как раз в этот момент, когда они вместе отправлялись на романтическую прогулку, почти так и было. Выпорхнув навстречу мягко летящему с небес снегопаду, Эльса полной грудью вдохнула свежий морозный воздух и обернулась к Ларсу. — У тебя есть какой-то план? Или отдадимся во власть стихии? Эльса покупает: - Светлое андерское пиво х2 - 50 сер - Ужин - 20 сер

Комната Эльсы   Наконец, он всё-таки высмотрел пару мелочей, которые можно было, наверно, поправить. Их, по крайней мере, упоминала сама ферелденка ранее. Пара мелких выбившихся прядей позади и более-менее явно не к месту складка на платье, тоже в не самом заметном месте. Подсказав о них и оказав небольшую помощь в избавлении, наёмник тяжело вздохнул. — Всё, больше я точно ничего не увижу. По-моему, лучше уже некуда, — желая уже поскорей смыться, сказал он.   Девушка просияла. От благодарности и признательности первым порывом было его обнять, но после той неприятной темы Эльса решила воздержаться пока от проявления дружеских чувств. А то вдруг такое тоже неприятно. Вместо этого широко улыбнулась.   — Спасибо тебе большое, Дамиан. Ты настоящий друг. Теперь я точно чувствую, что готова. — она бросила взгляд за окно на закатное солнце. — Рольф уже, наверное, вот-вот придет. Наверное, лучше не нужно, чтобы он тебя здесь застал. А то еще подумает что-то не то. — прямиком выдворять мага она не спешила, однако сочла, что этого намека ему должно быть достаточно. И все же не очень вежливо получилось. Надо исправить. — Ты мне очень помог. С меня пиво потом, хорошо?

Комната Эльсы   — Нет, не сержусь, это разумная предосторожность с твоей стороны, — пожал плечами Дамиан. — Говорить другим не стану, в этом и смысла-то никакого нет.   — Спасибо. — Алисия признательно улыбнулась наемнику и вернулась к своему занятию. Оставались последние штрихи.   Когда с макияжем было покончено, она слегка сбрызнула себя духами из пузырька и встала из-за стола, выходя на середину комнаты.   — Ну как? — спросила она, слегка покруживаясь то в одну, то в другую сторону, давая со всех сторон себя рассмотреть. — Все хорошо? Ничего поправить не нужно?

Комната Эльсы   — Кстати, — припоминая детали того же разговора в бане, Дамиан задержал взгляд на девушке, — ты ведь во время одной нашей недавней беседы вела себя так, будто бы никакого Рольфа не знала, а потом бац — и узнала его, как появился в таверне. Скрываешь знакомства?   Неожиданный вопрос. Девушка тихо выругалась, глядя на сдвинувшуюся из-за дрогнувшей руки тушь. Взяла салфеточку и стала аккуратно стирать лишнее, пока не останется чистая кожа. Вот ведь не повезло, что Дамиан заметил и поймал ее на нестыковке. Хотя ему она все же до определенной степени доверяла, а значит, кое-что сказать можно.   — Ты с головой дружишь, за зубами язык держать умеешь, поэтому тебе скажу. Но только больше никому, ладно? — попросила Эльса, неожиданно серьезно глядя на Дамиана. — Я не то чтобы скрываю, но миссия у нас рисковая, мало ли в каких застенках окажемся. Не хотелось мне, чтобы друга моего в это впутали, а вот впутался. Не узнала сразу, потому что ты про Рольфа какого-то рассказывал, а его по-другому зовут. Как — тут не скажу, уж прости. Чем меньше мы о паролях и явках друг друга знаем, тем лучше. Тем более, что он сам вам так представился. Значит, пусть будет Рольф. — она снова обернулась к отражению в зеркале, но прежде чем продолжить наводить красоту, тихо вздохнула. — Хотела бы я, чтобы можно было обходиться без этих псевдонимов и конспираций. Но тут уж ничего не попишешь — слишком большой риск. Ты не сердишься?

Комната Эльсы   Дамиан чуть поморщился и отвернулся к окну. — Скорее я никому не нравился, — негромко ответил он. — Сложилось так, хрен ли. И я не сильно хочу об этом говорить, — припомнил он недавнее предложение ферелденки насчёт нежеланных вещей.   — Ладно. Извини, — тихо добавила девушка, закрывая тему. Реакция наемника показала, что она попала в точку. Значит, все же проблемы с женщинами. "Никому не нравился". Тут было, над чем подумать, но сейчас альтус просто мысленно оставила штришок. Не стоило показывать Дамиану, что она придала какое-либо значение этому эпизоду.    Дальше она притихла, продолжая воевать с прической. Непослушные пряди ложились одна к другой, собираясь волнами, обрамляли лицо и придавали Алисии более мягкий и женственный вид. Она все меньше походила на дерзкую воинственную наемницу, и все более на обычную молодую девушку, не лишенную изящества и грации. Закончив с прической, магесса разложила на столике пузырьки и мешочки с косметикой, чтобы нанести легкий едва заметный макияж — ровно такой, чтобы оттенить черты лица, но не делая ее похожей на разрисованную куклу.

Комната Эльсы   — Так нормально? — на всякий случай уточнил он.   Эльса подвигала плечами, повертелась для пробы туда-сюда, попробовала глубоко вдохнуть. По счастью, просить Дамиана перетянуть и тратить драгоценное время не придется.   — В самый раз. Спасибо. — улыбнувшись демонологу, она подхватила кошелечек со шпильками и присела за столик к зеркалу. Настало время прически. Впрочем, это не мешало продолжать беседу. — Значит, на свидания не ходил? А что так-то? Ты ж вроде симпатичный, милый даже, я бы сказала. Неужели никто не нравился?    Расчесав светлые пряди гребнем, она локон за локоном стала приподнимать их наверх, закрепляя в свободный волнистый узел. Однако действуя споро и привычно, девушка все же не забывала украдкой и незаметно бросать взгляды на отражение Дамиана в зеркале.

Комната Эльсы   — Такого — особого. Что в нём такого, что должно было заставить так стараться? Чем привлёк вообще? И сразу предупреждая вопрос — нет, у меня этого ни разу не было, — стараясь сохранять спокойствие, ответил Дамиан. Один тычок уже был, больше не надо.   — Чего не было? — ошарашенно замерла Эльса, удерживая в руках за спиной концы шнуровки, которую безуспешно пыталась плотно затянуть. Предупреждение мага поставило ее в тупик. Не было такого, чтобы мужчина привлек? Ночи жаркой любви не было? Или он про отношения с женщинами вообще? Не понятно. Девушка спохватилась, что драгоценное время уходит, пока она тут стоит и размышляет. — Помоги мне затянуть шнуровку, пожалуйста, — попросила она, подходя к Дамиану и разворачиваясь к нему спиной. Пожалуй, стоило ответить на его вопрос, пока она не оказалась совсем невежливой. — Я и сама не знаю, чем привлек. Хороший он. Умный. Умные всегда привлекают, но тоже разные случаются.   Целительница попыталась припомнить, когда сама начала западать на Ларса. Как-то это все очень постепенно происходило. Впрочем, первую ласточку она все же вспомнила. Тот самый момент, когда он после первого выполненного контракта с тем убийством обнаружил ее, наматывающую сопли на кулак, но не стал осуждать или высмеивать, а наоборот проявил удивительные для простого человека понимание и такт. Но, наверное, для Дамиана это будут лишние подробности.   — Понимаешь, он слишком уж замечательный, — Эльса попробовала как-то обобщенно и кратко донести свои мысли до товарища. — Даже не верится, что из простой семьи и без образования. Толковый, способный, надежный друг и товарищ. И как с мужчиной с ним хорошо и приятно, я словно за каменной стеной. И вот веришь ли, чем больше ценишь и любишь кого-то, тем больше хочется сделать ему приятного. Поэтому я и хочу, чтобы все было идеально. Потому что он заслуживает самого лучшего!

Комната Эльсы   — А что такого в Рольфе вообще? — спросил Дамиан следом, не припоминая в новом связном ничего особенного. Наёмник как наёмник. Лысый. Не особо мрачный. И всё.   Эльсу его вопрос поставил в тупик. Она так и застыла за ширмой, сжимая в руке нижнюю рубашку и юбку, которые еще не успела надеть.   — Какого — такого? — переспросила девушка, продевая голову в вырез. — Он.. ну, Рольф. Викомец, из фермерской семьи. Или ты про что?   Сладив, наконец, с бельем, магесса выбралась из-за ширмы и занялась платьем. Теперь, когда под ним все было красиво упаковано, можно было приступать к внешним деталям. Зашуршала плотная ткань, ложась и разглаживаясь поверх исподнего. Ловкими пальчиками девушка стала застегивать пуговки и оправлять неуместные складки.

Комната Эльсы   — А что за свидание вообще? — решил поинтересоваться он, не зная ничего о планах Эльсы. — И зачем для него нужно так запариваться до идеальности? Что такого, если прядь какая-то выбьется?   — С Рольфом, — ответила она, с беспокойством бросаясь к окну и всматриваясь на улицу. Увы, окна выходили на задний двор, поэтому если бы наемник и заходил в таверну, то отсюда явно не увидеть. — Ой, он уже скоро зайдет, а я не одета!   Эльса заметалась по комнате, то выуживая из сумки белье, то косметику, то бросаясь к зеркалу, чтобы оценить, как просохли волосы. Кунсей лежал на коврике у кровати и следил за девушкой со стоическим смирением. Видимо, уже приходилось видеть такое. Сама же волшебница, схватив в охапку белье и чулки, спряталась за ширмой.    — Я не могу идти на свидание, словно пугало, — донесся оттуда ее чуть напряженный голос. Видимо, от попыток одновременно стягивать и надевать одежду и говорить. — Мы с ним не так часто видимся, чтобы я могла себе такое позволить. И потом, это ж не просто встреча, это свидание. А чтобы он получил от него больше удовольствия, все должно быть идеальным и радовать эстетически и морально. — на мгновение из-за створки показалась белокурая голова наемницы. — Ты что, никогда ни с кем на свидания не ходил? Ну подумай сам, неужели было бы приятно, если бы твоя дама настолько наплевательски отнеслась к такому, чтобы ей было безразлично, как она выглядит? Это ведь очень важно. Небрежность во внешнем виде — вполне распространенный способ продемонстрировать визави его незначительность.

Комната Эльсы   — Ну... ладно, давай, — с легким оттенком неуверенности ответил Дамиан. — Я не большой знаток всего этого, но надеюсь помогу. Только... может лучше бы было у антиванца нашего лучше спросить? Он наверняка совет получше даст.   — А, Альваро... — Эльса слегка обеспокоенно вздохнула, заправляя за ухо светлую прядь. Она рассматривала разложенное на кровати платье. Кажется, с ним было все в порядке, но надевать его было пока рано. — Он, судя по всему, ко мне и так неровно дышит. Не хочу усугублять. — подняв взгляд на Дамиана, наемница улыбнулась. — Ты, похоже, к женщинам равнодушен, так что я ничем не рискую. А вот если сзади шнуровка собьется или прядка из прически выпадет — тут-то подсказать сможешь, не падая ниц от моих чар. Сможешь ведь?   Алисия все еще не понимала, что именно подразумевал демон, когда говорил о таких, "как она". Но на всякий случай решила попробовать начать с самого очевидного. К тому же ей действительно не помешала бы помощь. Служанки здесь нет, а хотелось быть уверенной в том, как она выглядит, когда отправится на встречу с Ларсом.

Комната Эльсы   В следующий момент отозвался уже Дамиан. — Ну... могу, — пожал он плечами, внешне никак не изменившись за весь короткий мысленный вихрь чуть ранее. — Только куда? И... Он не успел задать последний вопрос, потому что Эльса уже собралась показать, куда именно, потянув его за руку. Мысленно поёжившись, он пошёл за ней. В её же комнату. Чего ей вообще взбрело в голову? Возникло предчувствие чего-то не слишком хорошего.   В комнате девушка первым делом кинулась к шкафу, где хранила вещи.    — Ты присаживайся, — Эльса неопределенно махнула рукой, предоставляя гостю самому выбирать, куда кинуть кости. — Спасибо, что согласился помочь. Я собираюсь на свидание, и мне нужен взгляд со стороны, чтобы все было идеально. Ну, знаешь, чтобы ничего не выбивалось, чтобы не к чему было придраться вообще. — найдя то, что искала, девушка развернулась лицом к наемнику, прижимая к себе голубое нарядное платье. — Это не займет много времени. — в глазах промелькнула тень страха. — Я надеюсь. 

Комната Эльсы, предыдущая ночь   Вечер не обещал ничего особого. Все дела в лагере уже сделаны, добычи с последнего налета хватало, народ частью бухал, частью отдыхал, частью занимался охраной. Босс жрал жирный суп из миски, хмуро посматривая на остальных. Все люди здесь были далеко не святыми, и сам в банду попал не так давно, но всë же были тут неплохие ребята. Через месяц-другой наверняка с ними и удастся скорешиться получше. Жизнь среди бандитов не лучшая, но оставаться батрачить на полях было бы ещë хуже. Потом пришла она - девка-селянка, бестолковая потеряшка. Что-то болтала про праздник, про баб незащищëнных. Народ быстро воодушевился, предчувствуя веселье, но девку всë равно кому-то надо было отвести до дороги. Выбрали тебя. Проклятие. Уж ты-то точно хотел бы поскакать с остальными, а не сидеть тут сторожить и тем более не возиться с этой дурëхой. Не успела она толком передохнуть, как уже вызвалась идти дальше. Торопится. Отлично, можно успеть и с ней закончить всë, и за остальными поспеть. С энтузиазмом ведëшь еë из лагеря в сторону главной местной дороги. Идти может с полторы мили, не так далеко. Но в какой-то момент всë резко тухнет, и чувства оставляют тебя. Очухиваешься от льющейся на лицо воды и ударов по щекам. Связанный. Рядом проклятая девка и какой-то мужик. Не видно с места. Вот ведь влип. Собираются расспрашивать про курьера какого-то. Точно, того самого с письмами. Хрен что они узнают! Но девка чует, что юлишь. Грозит ножом, прорезает слегка кожу на щеке. Больно, но терпимо. Угрозы на этом не останавливаются. Эта чокнутая ради прибитого деда с бумажками готова нос и уши резать. Говорит неубедительно, сопля. Но невольно внутри начинает просыпаться страх. Своих позиций не сдаëшь. И тут выясняется, что девка не врëт. Нож оказывается у уха и лезвие начинает срезать его. Режущая. Медленная. Боль! Крик заглушается в подставленном в рот колене. Даже когда жуткая процедура заканчивается, ноющая рана продолжает резать. Слëзы не сдержать, сыпятся маты, но большего не сделать. Демоны! И она всë ещë хочет про деда этого узнать! Сумасшедшая. Следом хватает за нос. По телу проходит дрожь. Не надо больше. Выдаëшь им про то, как нашли и прирезали старика, куда бумаги убрали, про ключ от склада. Правду говоришь! Она не верит. Страх пробирает целиком, а ощущение приближающихся пыток заставляет живот скрутиться в узел. Ревя, убеждаешь, что всë правда, не врëшь нигде. Оно так и есть! За что резать!? Верят. Вяжут к дереву, рану заливают чем-то целительным. Отпустят, когда вернутся. Ты не врал, убивать не за что, всë правда. Они затыкают рот и уходят. Остаëшься один, совсем. В темнеющем лесу, вспоминая боль от ножа. Ничего, ещë может выжить удастся, не самое страшное. Ждëшь. Терпишь. Они возвращаются, наконец-то. Мычишь, пытаешься привлечь внимание. Девка осматривает верëвку, вздыхает и прижимает твою голову к дереву. Заносит руку с ножом. НЕТ! За что?! Ужас пронизывает тебя в мгновение ока, парализует, захватывает целиком. Откуда-то берется крайне важная мысль: она может не убивать тебя. Пощадить. Стереть память, даже рану залечить. И пытать могла без тех мучений. Она боится показать магию перед типом на заднем плане. Но ведь он даже не использовал бы это знание против неë! Он понял бы! Почему? Почему ты должен расплачиваться за еë недальновидность?! Но какая теперь разница… Перед распахнутыми глазами картинка будто замерла, а затем все переменилось. Теперь она уже не Бернс, а Алисия. Эльса. Замерла, держа в руке нож, почти пронзая кожу на груди пленника, замер стоящий рядом Ларс, замер Кунсей, весь лес вокруг. Сейчас ей придется убить разбойника, оборвать его жизнь — но так надо ради того, чтобы сохранить ее тайну. Иначе никак. Если не убивать, то придется стереть его память о последних событиях, чтобы он не вспомнил ни про бумаги, ни про тех, кто их искал. Но если так сделать — Ларс узнает о том, что она маг. Тайна должна быть сохранена. Магесса почувствовала себя неуверенно. Словно какая-то мысль царапала ее душу, не смея показаться наружу. Словно она что-то забыла и не могла вспомнить. Из глубины мыслей выплыла вдруг одна, более отчетливая: “Убей его, и твоя тайна сохранится в секрете. Просто убей — и тогда Ларс не узнает о том, что ты маг”. Убить. Убить — было слишком просто. И в то же время не просто. Стоит ли этого чужая жизнь? Нужно ли отнимать целую жизнь, нужно ли толкать чью-то судьбу к точке невозврата ради того, чтобы избавить себя от некоторых не слишком значительных проблем? Рука девушки, сжимающая нож, задрожала. А потом упала, словно подкошенное деревце, повисла плетью вдоль тела. Нож выскользнул из ослабевших пальцев и упал вниз, тотчас растаяв где-то в изумрудной траве. — Ты... не убила меня, — тяжело и испуганно дыша, сказал Бернс. Среди всего леса он остался единственным не застывшим, помимо Алисии. И на его лице читалось недоумение вперемешку с удивлением. — П-почему? Девушка сморгнула, глядя прямо на Бернса. Смахнула с лица выступившие слезы. Решение далось нелегко, после тяжелой внутренней борьбы, но оно уже принято, и не стоило слез. — Я не хочу ломать людей и совершать то, что нельзя будет исправить. Если из-за моего решения у меня возникнут проблемы — мне же их и разрешать. А ты… А у тебя будет своя жизнь. Используй ее с умом. Она опустила голову и поискала взглядом упавший нож. Только густая трава волнами колыхалась под их ногами, не спеша раскрывать таящиеся в ней секреты. Однако надо было найти что-нибудь, чтобы применить магию крови и стереть разбойнику память. Так будет лучше и для него, в том числе. С Ларсом она разберется потом. Главное, что разобраться должна именно она сама, а не заставлять других платить за ее проблемы. — Я бы хотел, но увы... но моё время вышло уже давно, — печальным тоном произнёс бандит. Прямо на глазах у Эльсы рана на его груди проявилась безо всяких ударов. Одежда в считанные секунды напиталась кровью, а кожа побледнела, быстро принимая трупный оттенок. Взгляд потускнел и опустился, словно потеряв девушку из виду. Тело слегка обмякло в верёвках, но голова с трудом продолжала держаться. Казалось, что это небольшое усилие обходится Бернсу огромным трудом. — Но... запомни свои слова. Эту мысль, — ослабевшим и безжизненным голосом продолжил он, с трудом и хрипом силясь вдохнуть после нескольких слов. — И... не забудь о том, кто показал её тебе. Дал... пережить. Прочувствовать. Поторопись… — Я помню… — тихо прошептала Алисия, глядя на безжизненное, но все еще способное говорить и мыслить тело. Она стала вспоминать кое-что и другое тоже. Осмотрелась вокруг, опустила взгляд вниз на колышащее море травы. Все это выглядело как какой-то дурной сон. Сон, который она когда-то уже видела. Не только как воспоминание из своей жизни, но и как уже виденный кошмар, насланный демоном. Осознание пронзило, словно яркая вспышка. Целительница подняла глаза обратно на Бернса. — Это опять ты? Но его взгляд уже снова успел измениться. Зрачки безжизненных глаз почернели, а белок залился выразительным ржавым цветом. Вкупе с насупившимся бровями можно было догадаться, с какой из трёх пар они были схожи больше всего: с той, что лежала на груди, над зияющей дырой страданий. — Я становлюсь сильней, — произнёс демон голосом Бернса. — Но сила не даст свободы. Цепи сильней. Всегда. Алисия сочувственно вздохнула. Теперь уже не оставалось сомнений — это именно тот демон, которого привязал к себе Дамиан. Она никогда не углублялась в практическую демонологию, но отец немало рассказывал о характере демонов, их методах действия, их природе, и, в том числе, и о том, как работает магия крови, сковывая волю и вынуждая духа или демона служить магу, полностью подчиняясь. — Мы уже говорили об этом. Не думаю, что твой господин согласится тебя просто взять и отпустить. Здесь придется действовать без его ведома, а значит, нужно тщательно изучить твои цепи и отыскать их слабое место. — звучит как план. Долгосрочный план, потому что готового решения у нее не было, а выведывать напрямую было опасно. Вот только создания Тени не понимают слова “потом”. Они существуют здесь и сейчас. — Ты можешь мне чем-то помочь, чтобы я смогла помочь тебе? Твой господин навязывает тебе свою волю, но это же и дает тебе возможность тоже узнать его. Слабое место, какой-нибудь ключ, чтобы распутать этот узел из цепей? Если можешь, дай мне хоть что-нибудь, чтобы я могла распутать клубок и помочь тебе освободиться. Здесь мы на одной стороне. Бернс молча смотрел на девушку. Демон знал о своём хозяине много. Очень много. Больше, чем любой смертный. Но в цепях он не мог говорить об этом. Самое большее, на что хватило бы границ допустимого — направление, и даже для него придется постараться. Заточение давит, не даёт сказать лишнего. — Всмотрись в него, — наконец прозвучали слегка напряженные слова. — В его защиту. От таких... как ты. От таких, как она? Алисия хотела подумать над этим побольше, но только ощутила снова те же самые слова, впечатывающиеся в ее сознание, в ее память. А потом сон словно стаял. Стаял и рассеялся словно туман лес, и Бернс, и Ларс с Консулом. Сон ушел так же незаметно, как и пришел, и магесса вплыла в подобие забытья, в котором находилась до тех пор, пока снова не вернулись ее обычные мирные сны в глубинах ее же разума. Бережно направляемая Кристофом, она гуляла по закоулкам своей памяти и своей собственной души, встречая знакомые лица, приятные воспоминания, события из далекого детства. Но Истязание знал, что когда девушка проснется, она не забудет их короткий, но такой важный для обоих разговор.

Таверна "Розовый пони", день   И в этот момент дверь в комнату открылась. Дамиан, сделав шаг в комнату, задержал взгляд на Альваро и Эльсе, словно думая, не стоит ли ему попятиться назад. — Я вам помешал? — чуть приподняв бровь, спросил он.   — О, Дамиан! — Эльса обрадовалась, что маг нашелся, и обернулась к нему. — Не помешаешь, как раз наоборот, я тебя искала. Ты нужен мне как мужчина. — сообразив вдруг, что она сейчас сморозила, девушка быстро поправилась, пока Дамиан не успел задать драпака. — В смысле, твой мужской взгляд. Можешь пойти со мной?   Она обернулась к Альваро, извиняясь за такой уход посреди разговора, но дело-то было важное.   — Если что — мы договорились, ага?

Таверна "Розовый пони", день   — Я не расстроен. Но я должен признать, что мне стало сильно нравиться время, что мы проводим вместе. За книгами ли, разговорами или чем-то ещё, — безо всяких смешков спокойно высказался маг. — Я подумал, что если бы у тебя не было планов с Рольфом, то я мог бы предложить что-то поделать вместе. Но если планы есть, то я наконец-то займусь практикой в магии. Так что лучше веселись, потому что если из-за моих слов тебе там будет грустно, то мне вот тогда я расстроюсь, — вот теперь Альваро усмехнулся. — Не переживай, мне есть чем заняться и я не буду скучать. Как, в принципе, и в другие дни. Не чувствуй себя обязанной или ответственной за что-то, связанное со мной.   Улыбка девушки, с которой она задавала вопрос, осталась на лице, словно приклеенная, пока она слушала и смотрела на мага. "Сильно нравится время, что мы проводим вместе". Вот тебе и бе-е, как говаривал персонаж-сатир в одной сказочной книжке.    — Очень правильная позиция, Альваро Сарвенте, — бесстрастно похвалила она, наконец, приняв серьезный вид. А то еще подумает, что насмехается или веселится. — Наши воины тренируются каждый день, так что и магу тренировки не помешают. Отрабатывай практику, потом похвастаешься мне своими успехами. Если я увижу, что ты достиг достойного прогресса, — добавила альтус, чуть смягчив строгий тон улыбкой, — то постараюсь еще чем-нибудь тебя порадовать. А пока что у меня тоже дела. Постараемся же провести это время с пользой.   Так, наверное, будет правильнее всего. И полезнее. Практические навыки магу огня точно не помешают, и лучше бы ему ни на кого не отвлекаться. Так однозначно лучше. Поймав себя на том, что пытается убедить саму себя, Алисия усилием воли прервала этот поток мыслей.

Таверна "Розовый пони", день   — А у меня пусто, — вздохнул маг. Пожалуй, если бы Рольф сам планировал отсутствовать, можно было бы предложить что-то со своей стороны, но, как видно, это не так. — Но, полагаю, это хороший повод уделить время практике с магией. Я уже достаточно времени не использовал полноценных огненных заклинаний, пора и честь у безделья знать. Одними силовыми ударами и сонными чарами Сын Огня сыт не будет. Что же, тогда желаю вам хорошо провести время вместе, — совершенно искренне сказал он.   Искренне-то искренне, но вот вздыхал Альваро тоже совершенно искренне. Эльса подступила на шаг ближе.   — Ты чем-то расстроен? — обеспокоенно спросила она, вглядываясь в его лицо. — Учти, я не смогу спокойно веселиться на свидании, зная, что мой друг опечален судьбами родины или о чем ты там вздыхаешь. Давай, колись!   Комната Эльсы, ночь   — Буду с нетерпением ждать завтрашнего вечера, — полушёпотом ответил Ларс и заглянул в лицо Эльсе. Одна из обнимающих талию рук опустилась ниже, с лёгким напором поглаживая мягкое место. — А пока предлагаю готовиться к ночи. Это был длинный день, пора бы и отдохнуть, — в этом слове безошибочно проглядывался очевидный намёк.   Намек девушка поняла и очень ему обрадовалась. Того маленького утреннего эпизода, возможно, хватило Ларсу, но она так и осталась неприласканная. А ведь как по нему соскучилась!   — Ага, отличная мысль! — Руки девушки мягко обвили его шею, она приблизилась к самому уху любимого и прошептала. — Давай, отдыхай меня всю.