Сей текст я года три назад написал для Ашера и его мода "Двемерское искусство - пустыня Алик'Р" в качестве внутриигровой книги, но разработка была отложена на неопределённый срок. Недавно я с радостью узнал, что мод всё-таки будет завершён. А здесь текст выкладываю для конкурса.
В оформлении использована нарисованная специально для текста иллюстрация.
Сбрасывание Кожи в пустыне Алик'Р
Исследование, составленное странствующим учёным и естествоиспытателем Фердинандом Николасом Ксарди.
В 864-м году Второй эпохи по указу Императора Тайбера Септима, да славится имя его в Мундусе, был выпущен Путеводитель по Империи первой редакции. Среди множества диковинных явлений, отражённых в нём, внимание моё привлекло краткое упоминание одной традиции редгардов, известной как Сбрасывание Кожи. Обряд этот проводился ежегодно в хаммерфелльской пустыне Алик'Р фанатиками, поклоняющимися Сатакалу. Но я не смел даже надеяться на то, что традиция жива и по сей день. Поэтому после прочтения Путеводителя я совершил сперва путешествие в Морроувинд, край восточный и экзотический, поскольку был очарован образами тамошних мест, возникшими в моём сознании.
Однако спустя год моих ушей достигли слухи о том, что сатакалопоклонники до сих пор существуют, и всё так же проводят ежегодный ритуал, который должен был состояться совсем скоро.
Мой осведомитель упомянул в письме, что за века культ Сатакала изменился, и кровожадный Пожиратель Всего ныне прославляется как Спаситель, могущий открыть своим последователям путь к неким Далёким Берегам. Тем не менее, в письме говорилось, что в Хаммерфелле ещё существуют отдельные группы староверов, хранящих приверженность древним верованиям и агрессивных по отношению к чужакам. Однако в большинстве своём современные сатакалопоклонники не проявляют неприязни к мирным путешественникам, и потому у меня имеется шанс понаблюдать за обрядом.
Медлить было нельзя. Недолго думая, я позвал своих друзей - верную ассистентку, сутай-рат по имени Мисаба, и выдающегося филолога и лингвиста, орка Грума гро-Ингана. Спустя три дня сборы были окончены и мы отплыли из моего родного Вэйреста в Сентинел, от которого рукой подать до пустыни Алик'Р. Для сопровождения мы наняли двух воинов: редгарда Эферо и нибенийца Аригатеса Гасаймуса.
Не буду описывать то, как мы добрались к месту сбора сатакалопоклонников на верблюдах и верховых пустынных ящерах. Эти ящеры, к слову, напомнили мне гуаров, увиденных во время экспедиции в Морроувинд.
Нам несказанно повезло - мы прибыли как раз вовремя. Ритуал должен был начаться через несколько часов. В означенном месте уже собралось несколько тысяч редгардов-сатакалопоклонников. Думаю, настало время описать читателю этих людей.
Сатакальцы действительно не возражали против присутствия бретонского учёного, пишущего книгу об их традициях, и я смог их тщательно рассмотреть, а с помощью Грума гро-Ингана и расспросить.
Одежда фанатиков проста и сера в большинстве своём. Но повсюду из блёклых тряпок, почти потерявших свой тон, выделяются яркие пятна свежих разноцветных нарядов, капюшонов, кушаков. Во времена Второй эпохи одежда отличала новичков от более опытных членов, ритуальные одеяния которых теряли цвет из-за частого трения о песок. В наши же дни поклонники Сатакала ведут мирную жизнь и надевают традиционные наряды лишь на время проведения ритуала. Цветовое значение одежды забыто, а красители выдерживают трение песка, теряя яркие оттенки лишь под светом ока Магнуса.
Лица редгардов закрывают маски, изображающие большие круглые глаза рыб или пресмыкающихся тварей.
Эти люди привыкли к нахождению в пустыне. Они отлично разбираются в местной флоре и могут в одиночку провести без нормальной пищи и без воды несколько недель, питаясь лишь растительностью. При этом фанатик не отравится и не заболеет, потому что никогда не съест ядовитый плод, корень или стебель. Мне предлагали угощение в виде сочного отростка какого-то красного кактуса, от которого я предусмотрительно отказался. Мой ответный подарок, яблоки с Золотого Берега, которые я так люблю и всегда вожу с собой, редгарды вежливо, но твёрдо отвергли.
К счастью, мне со спутниками было разрешено присутствовать при обряде, чем мы не преминули воспользоваться. Настрого запретили лишь приближаться очень близко к участвующим, отвлекать их и каким-либо способом мешать или препятствовать процессии. Однако это было излишним предупреждением. Лишь под действием лунного сахара разумному человеку или эльфу может прийти в голову встать на пути тысяч фанатиков.
Постепенно к множеству людей подтягиваются все опоздавшие. Проходит час. И священный ритуал поклонников Сатакала начинается.
Толпа начинает выкрикивать ритуальные заклинания.
"Хэнна-но ха!", орут они. "Арраим дарра белма джагри-малг!"
Это тайный язык поклонников Сатакала. Грум гро-Инган говорит, что в этом языке осталось преступно мало от старого йоку. Это и понятно, если учесть гонения на сатакалопоклонников. Причины этих гонений я не буду здесь описывать.
Тем временем крики становятся громче.
"Самашти да бала Сатак лан Хум бала Акел!"
Узнать смысл этих заклинаний мне не довелось. Фанатики хранят их в тайне от иноземцев, посвящая в них только своих соотечественников, доказавших преданность Сатакалу. Но среди криков можно разобрать упоминания Сатака, Первого Змея, и Акела, Голодного Чрева.
"Шафед ир никми басем йафарах!"
Спустя какое-то время крики прекращаются и редгарды оседают на жёлтый песок. Проходит минута.
И вот серая с редкими чёрными и цветными пятнами людская толпа начинает двигаться.
Ужасающее и вместе с тем завораживающее зрелище. Скользящие тела сливаются в один огромный движущийся поток. Редгарды ползут, подчиняясь неведомому ритму. Они подражают Хождению древних духов или богов, которые могли таким образом преодолевать расстояние от одной Кожи Миров до другой.
Сатакалопоклонники верят, что могут достичь Далёких Берегов, двигаясь как боги и проверяя силу своей веры. В свою очередь, понятие это настолько неясное, что я затрудняюсь описать его в двух словах. Но оно отдалённо напомнило мне Стремление Псиджиков, как бы странно это сходство ни прозвучало.
Каждый фанатик извивается, передвигаясь по-своему, но удивительным образом поток их не превращается в сплошную полосу. Немалых усилий стоило мне подняться на вершину засыпанной наполовину башни двемеров, оказавшейся поблизости. Но оттуда я смог взглянуть на "шествие" сверху, и вдруг понял главный смысл его.
Людской поток, который вблизи выглядит как множество хаотично извивающихся тел, издалека показывает истинную форму. Исполинская змея скользит по песку большими зигзагами, вершины которых отстоят друг от друга на сто альтмерских ростов, и не разобрать отдельных людей, её составляющих. Она перемещается величаво, переваливается через дюны, и, признаюсь, на миг мне захотелось быть среди этих сатакальцев, единых в колоссальном порыве, двигаться вместе с ними безлико и отрешённо.
Таков обряд Сбрасывания Кожи.
Но и это ещё не все чудеса, которыми окружена процессия.
Змея пересекает пустыню Алик'Р без перерывов и остановок, а ведь это неделя пути. И всё это время сатакалопоклонники не едят и не пьют, не спят и не отдыхают, не справляют естественных нужд и не разговаривают.
Моей экспедиции после каждого привала приходилось поспевать за процессией, подгоняя животных, везущих нашу поклажу. Спали и ели мы, не слезая с верблюдов и ящеров, сменяя друг друга во главе каравана.
Да, в это непросто поверить. Но я и мои уважаемые спутники видели это собственными глазами.
Наконец процессия-Сатакал доползает до конечной точки, оазиса Нохотогра, и змея превращается обратно в нестройную колонну редгардов-фанатиков. И здесь выясняется новая деталь, одновременно шокирующая и пробуждающая во мне интерес.
Мне рассказывают, что людей, участвующих в обряде, стало меньше. За время путешествия змеи-гиганта исчезло порядка сотни самых преданных Сатакалу. Редгарды спокойно говорят об этом, по их словам, это происходит каждый раз.
Я не могу поверить своим ушам, но слышу вокруг разговоры редгардов, перечисляющих имена пропавших собратьев. Стимас, Нагур, Аларик, Синарольд, ещё множество других.
Пока я перевариваю данный факт и строю гипотезы относительно его причин, сатакалопоклонники делятся на несколько отрядов. Одни ложатся на землю и изображают меньшую змею - Сепа. Сеп, которого называют также Вторым Змеем, в древней мифологии редгардов удивительно похож на образ Шеора или Лорхана. Другие добывают продовольствие для всех и ухаживают за ранами, которые появляются во время процессии у более слабых духом фанатиков. Третьи мастерят громадные чучела Руптги. Моим спутникам дозволяют участвовать в этом процессе и они беззаботно помогают чернокожим фанатикам украшать ближайшее чучело цветами и кусками ткани из одежды сатакальцев.
Руптга - бог редгардов, Высокий Папа, который научил первых духов Хождению. Сатакалопоклонники сжигают его чучела за то, что он убил Сепа, создавшего Нирн из сброшенных кож.
Но не буду докучать читателю пересказом "Разновидностей веры в Тамриэле".
...Магнус уступает небо над Хаммерфеллом сперва Азуре, а затем Ноктюрнал. И вот несколько фигур Руптги возвышаются в ночном мраке над собравшимися редгардами, словно бросающими вызов древнему божеству. Спустя мгновения пространство озаряется языками пламени, охватывающими сначала ноги каждого чучела, а затем поднимающимися всё выше. Мелькающий свет выхватывает маски фанатиков, танцующих вокруг высоких горящих фигур. Они поют ритуальные песни - скорбную для Сепа, хулительную для Руптги, превозносящую для Сатакала.
Я отхожу на расстояние перелёта стрелы от оазиса и усаживаюсь спиной к нему на гребне дюны. Позади меня догорают фигуры Высокого Папы и слышится пение редгардов. Надо мной переливаются в ночном небе тысячи звёзд, зажжённых Руптгой в Эру Рассвета, да простит мои слова И-ффре.
Луны совершают своё еженощное путешествие. По какому-то стечению небесных линий Секунда сегодня окрашена в красноватый оттенок, хоть и не такой насыщенный, как у Массера.
Я различаю среди шума шаги за спиной и оборачиваюсь. Ко мне подходит Данас, предводитель фанатиков, старик настолько древний, что мне становится неловко от своей молодости.
Его одежда совершенно выгорела под лучами солнца. Чёрное лицо, когда он снимает маску, оказывается испещренным морщинами, глубокими, как озёра в Хай Роке. Он неплохо говорит на бретике, что не сильно меня удивило при знакомстве с ним. Многие редгарды знают тамриэлик или языки пограничных провинций.
На мой вопрос о том, куда подевались рага - редгарды - Данас уверенно отвечает, что они уплыли на Далёкие Берега. Это случается каждый раз, когда Сатакал видит рвение своих рага и понимает, что те могут пережить перемещение между мирами. Только лучшие из лучших достойны этого.
Шеор дёргает меня спросить, почему сам Данас до сих пор не попал на Далёкие Берега. Неужели он недостоин?
Он улыбается мне беззубым ртом и гордо вопрошает.
"Кто же направит этих рага к Вечности, если не живущий вечность?".
Я удивлён, и мне нечего ответить на этот вопрос. Подумав, я интересуюсь у него, действительно ли он бессмертен. Он снова растягивает губы в улыбке и молча показывает чёрным узловатым пальцем на созвездие Змея, плывущее сквозь Обливион в непознаваемой высоте над нашими головами. Не-звёзды будто подмигивают в ответ на этот жест, и холод пробегает под моей кожей. Оглянувшись, я не нахожу рядом с собой никого. Старик будто провалился в Бездонную-чашу-с-песком, как ещё называют пустыню Алик'Р.
Голос разума пополам с древними инстинктами подсказывает мне, что задерживаться здесь больше не стоит, и спустя полчаса я со спутниками уже двигаюсь в направлении Сентинела.
Усилием воли я запрещаю себе разочаровываться в том, что не получил ответа на последний вопрос от предводителя сатакальцев. Я и так (не иначе как по прихоти Хермеуса Моры) познал слишком многое, не предназначавшееся мне.
Так завершилось моё путешествие в пустыню Алик'Р. Видит читатель, даже в наши дни в разных уголках Тамриэля, да хранит Акатош нашу Империю, можно столкнуться с чудесами, словно сошедшими со страниц Первого Путеводителя.
Фердинанд Николас Ксарди, исследователь.
17 число месяца Середины Года, год 428-й Третьей эпохи.
