Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Карт(он)]

Озеро-> Окрестности

- Может это и не моё дело, но ты родился вырос в Грейвене? Жутковато было наблюдать, как люди там ополчались на своих же соседей, даже представить не могу, как там относились к магу.

- Родился и вырос, да, но зачат был не там, как выяснилось позже. Отца не было рядом, его схватили храмовники, потому что он был... магом крови. - Говорил всё это Верес спокойно, будто и не жалел вовсе. - Точнее он позволил себя схватить, со слов матери, дабы она могла бежать со мной. Когда же она пристроилась в Грейвене, то никто не знал в деревне, что она была из Круга как и я до своего первого проявления магии, в двенадцать лет. - Тут он пустил руку в свои коротко стриженные и белые волосы, а Кая могла вспомнить, что позавчера у лечебницы, выпивший Верес не сдержал свой язык за зубами. - С тех пор меня просто не существовало для других... пока ты не заметила меня. - Парень улыбнулся, закрывая глаза и представляя эту картину снова. - Может это и глупо, но когда ты подошла ко мне протянув руку для пожатия, после я стоял в ступоре ещё минуту. - Для него сложно было забыть это, действительно. Помолчав ещё немного парень добавил. - Родители всего лишь хотели обычную семью, а магия крови помогла им сбежать. Поэтому я считаю её полезной, хоть и знаю насколько она может быть опасна. - Всё это Верес говорил Кае без запинок, не хотел врать. - Надеюсь такое откровение тебя не отпугнёт. - Перевёл он взгляд на собеседницу.

 

+40 серебра

Заработок

Изменено 17 февраля, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Фели]

Катакомбы

 

- Послушай потрошителя, Альфарет. Отпусти. Мою. Сестру.

Вольфер не сумел сдержать тихого, болезненного рычания. Вся эта суета, все это мельтешение казались лицемерным фарсом. Будь он драконом - он сжег бы их всех дотла, оставив на этом месте лишь пепел и обугленные кости.

Но он им не был. Он был драконокровным... человеком. Простым человеком, которому жизнь раз за разом наносила удары под дых, выбивая воздух из легкий. Пустые глаза устало сгорбившегося "мечника" с видным лишь ему укором разглядывали его суть... Зверя, чей шепот раздавался в его ушах. Ребра судорожно сжались, когда Тот, почувствовав на себе этот взгляд, недовольно заворочался.

Он был человек - несмотря ни на что. Наверное, лишь поэтому он не набросился на вышедшего из западного выхода в амфитеатр Керра, не повалил его на пол и не начал методично избивать - до тех пор, пока лицо проклятого "охотника" не превратится в кровавое месиво. Даже бегущий рядом с тем Эррант, с молчаливой решительностью вытащивший меч из ножен, его бы не остановил...

Дождь медленно попятилась назад, отрицательно помотав головой.

- Ты слышал... Ты знал? Все время?

- Нет, - мрачно произнес маг, бесцеремонно приблизившись к "Насте" и опустившись рядом с ней на колени, - Однако ее так и не нашли, и тебе это прекрасно известно. Я одновременно этого желал... и боялся.

- Боялся? - медленно протянул Корнелий, опустив глаза на жалкую фигуру девушки. Хекс все-таки был не единственным, кто не имел ни малейшего понятия о происходящем, - Чего ты мог...

- Того, что он превратит мою родную кровь в чудовище, - со злобой прошипел светловолосый, обратив полный ярости взгляд на ни в чем неповинного Корнелия. Стиснув зубы, он бросил стальной взгляд на молчащий до сей поры силуэт.

- Уничтожь чары, пока это не сделал я.

- Если это избавит меня от вашей мании преследования - конечно, - фыркнул "Альфарет", - Но прежде... Вопрос к тебе, беловолосый. Позволь узнать... по какой причине ты назвал мою Фелкин своей сестрой. Уж я то знаю, что это невозможно. Будь у нее такой брат... скажу лишь, что мои создания выглядят не настолько человечно, - обращаясь к Хексу, проговорил он.

[Perfect Stranger]

Катакомбы

 

Потрошитель выглядел... растерянным? Пожалуй, это было бы более подходящим словом. Ему хотелось уйти. И одновременно хотелось убить их всех. Всех, кто каким-то образом пытался причинить ей вред или присвоить себе. Казалось, что от боли Зверь вот-вот перехватит контроль - он всегда это делал, боль была его силой, тем, что всегда было на стороне Хексариона. Он не боялся боли, даже такой, какая заставила бы иного человека молить о пощаде. И все-таки сейчас было что-то не так. Как бы ни пытался ни он, ни Зверь, они не могли обратить ее в ярость. Ярость попросту не приходила.

- Она просто была... - он облизнул клыки, вдруг понимая, что не знает, что сказать. - Я... не знаю, почему. Не знаю.

Он помотал головой. Если бы кто-нибудь из его новых "друзей" увидел бы Хексариона сейчас, то они рассмеялись бы. Никогда прежде никто не видел его таким беспомощным. Это было бы поистине смешно. Дракон, который не боялся ничего и хохотал в лицо опасности, который ни к кому не привязывался слишком надолго и просто презирал этих "людишек", походил на жалкую, побитую собаку.

"Мне больно. Сделай что-нибудь".

"Не могу. Это не в моих силах", - ему показалось, что голос Зверя был слишком тихим. Он едва расслышал его.

[Kykuy]

Кузница->Таверна

 

Купив то, что он хотел, и продав материалы, Освальд кивнул Антуану на прощание и пошёл обратно в таверну.

Вернувшись за своё место рядом с Алейрой, храмовник пару секунд о чём-то раздумывал, а затем подошёл к стойке и заказал себе самогона. Вновь присев за столом, он принялся медленно опустошать бутылку, попутно оглядываясь по сторонам. По-прежнему отсутствовало почти что полкоманды, считая Хекса, и это уже начинало немного раздражать храмовника.

- Ну и где их чёрт носит?, - пробормотал он себе под нос, делая очередной глоток.

 

Освальд - продаёт собачью кожу за 13 серебра, змеевик за 18 и покупает два ремонтных набора за 7 с. каждый. Заказывает самогон за 5 серебра.

Итого - +9 серебра.

 

Х - Часов до пяти, пол-шестого.

[Элесар]

Окрестности - > Шюрно

 

- Я... понимаю... - только и смогла ответить Кая на всё то, что рассказал ей Верес. История была очень грустной и на счастливый конец после неё сложно было рассчитывать. Островитянка, правда, надеялась что парень сможет найти своё место в жизни, потому что стараться жить для других можно, но вот искать себя в том, чтобы постоянно угождать кому-то ещё... Очень уж хотелось девушке, чтобы не только в этом видел себя ученик алхимика. Какое-то время она просто брела рядом с ним, ни о чём не заговаривая и только когда они достигли Шюрно, Кая позволила себе коснуться его руки и улыбнуться. - Уверена, что не только я заметила тебя, Верес... - "Особенно если учесть как ты звенишь доспехами" - хмыкнула про себя дикарка, но отогнала столь несвоевременные мысли подальше. - ... и уверена, что ещё много кто заметит. Просто старайся быть собой и всё получится. Спасибо за компанию, сейчас мне нужно кое-что сделать и я обязательно тоже подойду к таверне. До встречи.

Взглянув ещё раз на мага, Кая развернулась и пошла по утренним улочкам города в противоположную от их обиталища сторону. 

 

х Пока не знаю на сколько

[Фели]

Катакомбы

 

- Во имя Древних богов... - пробормотал Альфарет. Звук шагов - и тот, кто все это время разговаривал с ними из теней, вышел на свет одного из висящих в воздухе виспов.

- Она дала тебе свою кровь, не так ли? - с укором в глазах проговорил высокий, пожилой мужчина. Лицо его, испещренное шрамами, выражало крайнюю степень раздражения, - Скажи, что она этого не сделала. В противном случае я потеряю всякую веру в мозги этого создания.

Потрепанная мантия с капюшоном выглядела жутко неудобной... и, в какой-то мере, излишне помпезной. Черепа и человеческие ребра в качестве украшения?.. Или же эти были пришиты к ткани с какой-то определенной целью?

Все эти вопросы не интересовали Вольфера. Мелисса открыла было рот, чтобы вякнуть что-то постыдное и ужасающие некорректное - но Энигмо опередил лучницу, бесцеремонно закрыв ей ладонью рот. Керр, придерживая за плечо светловолосую девушку, молча переводил взгляд с мага на потрошителя, пока Эррант жестом велел охотникам не встревать.

Что-то здесь было не так... Что-то? Все. Все здесь было не так.

- Нет. Разумеется, она это сделала. Зачем иначе она бы попросила тот отвар... - пробормотал Альфарет скорее самому себе, ежели глазеющим на него людям и кунари, - Я верно говорю? Она передала его тебе?

Изменено 17 февраля, 2015 пользователем Felecia

[Perfect Stranger]

Катакомбы

 

"Отвар?.."

Потрошитель медленно снял с пояса уже привычную флягу со скорпионом и тупо уставился на нее. Тогда он даже не обратил внимания на это. Фелкин... то существо дало ему что-то, как раз тогда, когда дракон Фиркрааг был мертв. Хексарион слишком доверял сестре, чтобы предположить, что она могла дать ему что-то опасное. Или то, чего бы он не стал пить по собственной воле.

- Кровь... да... - кивнул он, не отводя взгляда от скорпиона, который вдруг стал ему так же ненавистен, как и все остальное в этой комнате. - Она... пробудила... мои способности.

Вольфер понимал, что все - от начало и до конца - было ложью. Это понял бы даже ребенок, и как бы ни хотелось ему поверить в то, что хоть часть случившегося была тем, чем казалась, это невозможно. Все, во что он верил, рухнуло, как замок из сказки под опаляющим пламенем дракона. Что теперь? Хекс не знал. Он был слишком подавлен и растерян, чтобы знать.

"Нужно было остаться в том лесу у Грейвена..."

[Фели]

Катакомбы

 

- Вижу, - с кислой физиономией промолвил Альфарет, разглядывая Вольфера со смесью непонимания и интереса, - Не могу взять в толк, с чего она так пеклась - ты не похож на человека, который долго проживет. Пусть даже и без ее крови.

- О чем вы все говорите, мор вас задери?! - пророкотала Дождь, грубо стряхнув ладонь Энигмо - очевидно, решившего, что все происходящее тут дерьмо слишком для него сложно, - Мы пришли тебя прикончить, сраный ублюдок, и мы...

- Умолкни, женщина, - незаинтересованно бросил колдун, прищурившись и взмахнув кистью руки. Лучница изумленно захлопала глазами и схватилась за собственное горло, - Никогда не жалел о том, что освоил заклинание молчания... Теперь - обратно к делу. Отвар подействовал? Учитывая, что когда я вывел кровь из этого тела, сознание Фелкин не перешло в тебя - полагаю, что подействовало, - продолжал бубнить маг, - Надеюсь, тебя вырвало всей ее кровью. В противном случае последствия будут... интересными. Хммм... Скажи, потрошитель - ты все еще слышишь ее мысли? Не волнуйся, я не желаю вреда. Научный интерес.

Изменено 17 февраля, 2015 пользователем Felecia

[Perfect Stranger]

Катакомбы

 

Взгляд Хексариона поднялся на мага, и в нем блеснула ненависть. Самая настоящая - не звериная ярость, не жажда крови и не презрение. Ледяная ненависть. Такое человеческое чувство, что в ином случае это было бы даже забавно.

- Я ничего не слышу. - Он сжал металлическую, оплетенную тканью флягу в руке. Тихий шелест и скрежет сминаемого металла прорезал тишину, показавшись оглушительным. Острый край железа впился в ладонь бастарда, но он даже не обратил на это внимания. - Это ты хотел знать, маг? Отпусти девушку. Она тебе не принадлежит.

Хекс кивнул на "Фелкин", или Настю, или как там ее звали... все равно. Она заслуживала быть свободной от него. Да и какая-то часть Хексариона хотела, чтобы Настя жила дальше. Со свей настоящей семьей.

[Лакич]

Шюрно

 

- Такими темпами скоро придется использовать магию крови, чтобы они хотя бы дошли до таверны, - Алейра уныло вздохнула, отпила из бутылки, хрустнула костяшками. Нет, это просто смешно. Что опять случилось? Может они помогают какой-нибудь старушке в обмен на стакан молока или снимают кота с дерева, чтобы обрадовать какую-нибудь дуреху? Хотя, учитывая, что Мэйрис все еще в таверне, то это вряд ли... Но чем черт не шутит?

- Тот, дай мне силы, чтобы не вскрыть себе вены... - зная отношение Алейры к богам (в особенности к Тоту), звучало это ну очень саркастично.

[Leo-ranger]

Лес

 

Лиин ничего не нашла, но, пребывая в более приподнятом настроении, так быстро оканчивать прогулку не хотела, не смотря на то, что скоро им уже нужно будет отправляться. Под ногой что-то громко звякнуло...

 

 

Ценности

[Фели]

Катакомбы

 

- Я ничего не слышу. Это ты хотел знать, маг? Отпусти девушку. Она тебе не принадлежит.

 

- Да-да, конечно, - к бесконечной ярости Хексариона отозвался маг, сделав шаг по направлению к потрошителю, - Любопытно, разумеется... Нужно будет допросить Фелкин.

Оторвавшись от разглядывания разъяренного потрошителя, маг приблизился к сидящей на коленях "Насте", легонько прикоснувшись морщинистой ладонью к ее волосам.

Остекленевший взгляд желтых глаз прояснился - и в тот же миг потух. Из носа светловолосой хлынула черная кровь, губы раскрылись в беззвучном крике... и, закатив глаза, воительница в тяжелой броне, еще недавно на полном серьезе ринувшаяся в схватку с двумя потрошителями и магом... завалилась набок, обхватив плечи руками и глухо заплакав.

- Хмф. Типично, - пробормотал Альфарет, изогнув бровь, - Десять лет отобранных насильно лет жизни, во время которых ее бонусом напичкали драконьей кровью и скверной... не лучший урок для девицы с разумом семнадцатилетней... и вы так требовали этого? Вашей жестокости можно лишь позавидовать. Теперь все? - высокомерно поинтересовался старик у Керра.

Зеленоглазый маг, приобняв рыдающую потрошительницу, бросил на него полный ненависти взгляд.

- Это не конец.

- Разумеется это не конец, - фыркнул мужчина, скрестив руки на груди, - Скоро она превратится в вурдалака и перегрызет тебе глотку во сне. Или впадет в кровавую ярость, с тем же исходом. Куда более милосерднее было бы ее убить.

- Мы найдем тебя, ублюдок. Тебя, и этого монстра, что отобрал у нее жизнь. И когда этот момент наступит - сами небеса будут сотрясаться от криков, раздающихся из ваших глоток.

В глазах Альфарета заплясали шальные искры.

- Моей глотки - возможно. Я - старый ученый, не более. А вот Фелкин заставит тебя поплясать, маленький маг. Ни одна пытка, придуманная твоим ничтожным мозгом, не сравнится с тем, что чувствовала моя дочка во время трансформации. Если ты придешь ко мне еще раз, и падешь... я дам тебе ее познать. Что то тебя, - взгляд ненавистного мага столкнулся с глазами Хекса, - То радуйся, что так легко отделался. Еще, скажем, год - и гнилая кровь начала бы сводить тебя с ума. Еще два - и ты превратился бы в то, что убили твои "боевые товарищи". Не знаю, видел ты или нет, да и не интересуюсь. Захотят - расскажут.

Рыбий взгляд колдуна проникал под кожу, подобно скользкой змее. Вольфер чувствовал, как она извивалась в том месте, где билось его сердце. Зверь бился в ярости, более всего на свете желая перегрызть глотку мага.

- Не могу уразуметь... Ради тебя мое творение согласилось бросить удобное, хоть и испорченное тело, и вернуться в то, что каждую секунду приносит муки? - прошептал тот так, чтобы услышал лишь Хекс, - Действительно - мозгов у нее не осталось. Хотя может, ты того и стоишь. Хотел бы я посмотреть, сумеешь ли ты пережить трансформацию... но не каждый из нас получает то, что хочет, верно? Думаю, вы уже достаточно засиделись у меня в гостях. Пора и уходить.

- Только с твоим скальпом в качестве сувенира, - прорычала Эдарис, скривившись в злобном оскале.

- О? Это не просьба.

Руки мужчины озарились зеленоватым сиянием. Маги с легкостью узнали завесное пламя - но заклинание, которое вытянул из Тени Альфарет, они не сумели бы узнать ни в жизнь.

- Раз уж все так удачно сложилось, - в унисон раздался в ушах Хексариона голос Альфарета, чей силуэт начал расплываться с зеленом тумане, - То отправляю вас в то место, куда послал еще одного вторженца. Думаю, вы с ним найдете общий язык.

А потом наступила темнота.

 

Хексариона разбудило низкое, гортанное рычание, и терпкий запах метана. Спина затекла, из-за неудобного положения голова гудела от боли... от боли?

Резко распахнув глаза, потрошитель от внезапности вздрогнул. Он... висел на дереве.

Вверх тормашками.

А внизу, упершись в него пристальным взглядом, сидел на четвереньках Грейвенский звереныш. Медленно, очень медленно оглядевшись по сторонам, бастард молча разглядывал... окружающую его со всех сторон трясину.

Куда его забросило? Откуда тут взялся Зверь? Он поначалу и забыл, что с ним произошло - тупая, ноющая мигрень сводила на нет все попытки вспомнить. Лишь потом, когда он кое-как слез с дерева в зарычавшему юному потрошителю, воспоминания вернулись.

 

Хексарион завершил второй личный квест "Bad blood". Хексарион получает 3 очка опыта!

Подсчет итогов первого личного квеста:

1 базовое очко опыта за начало личного квеста.

1 базовое очко опыта за успешное выполнение личного квеста.

1 бонусное очко - получена информация от Альфарета.

3 бонусных очко опыта - одержана победа над Духом Праха (уже получены).

Изменено 17 февраля, 2015 пользователем Felecia

[Perfect Stranger]

Где-то

 

"Что это было?.. Как он..."

Драконыш ткнул его в бок, и потрошитель тихо зарычал. Где он находился, ему было неизвестно - быть может, маг забросил его на другой конец Тедаса, просто чтобы продлить его мучения и вволю посмеяться. Что ж, справедливо. Сейчас Хекс и сам презирал себя за ту слабость, жертвой которой он стал. Но разве презрение к себе хоть что-то меняет? Он тяжело поднялся на ноги и тут же привалился спиной к темному, кривому дереву, чьи корни выпирали из топкой земли. Тучи мошкары облепили его, привлеченные запахом крови и пота. Потрошитель не сделал даже попытки от них отмахнуться.

- Иронично, что мне пришлось застрять здесь вместе с тобой, - пробормотал он, глядя на Якоба, который тоже выглядел сбитым с толку. - Но ты-то ни в чем не виноват, мальчишка.

Тот фыркнул и поморщился, когда на его нос села большая стрекоза. Запах гнилой воды ясно давал понять, что оба Зверя оказались посреди какой-то топи, причем тот островок, на котором они были, со всех сторон окружала подернутая ряской стоячая вода. Темная, беспросветная, как и густая листва вековых деревьев над головой - сквозь нее не было видно неба, ни ночи, ни дня. Ни одного светлого пятна.

Не было того высокого неба, наполненного ветром, которое Хексарион вон Вольфер считал своим. Все, что он когда-то любил, было отнято у него чьей-то глупой прихотью. Все.

- Пошли, - вздохнув, сказал он Якобу и сделал шаг в топь. Нога ушла в нее почти по колено, гулко чавкнув и застряв в трясине. С трудом выдернув сапог из болота, Хекс сделал еще один шаг. И еще один. Все дальше и дальше, даже не замечая, что Звереныш, следуя то ли инстинкту, то ли проблеску разума, последовал за ним. Потрошитель понятия не имел, куда идет и зачем, но волею судьбы направление, которое он избрал, уводило его все дальше от Шюрно.

 

***

 

Прошел день, за ним другой. Наемники ждали возвращения своего командира, даже не догадываясь, что меньше всего он сейчас думал о проклятии, о своей "банде", да вообще обо всем, что произошло раньше. Когда прошла целая неделя, они поняли, что бастард не вернется. Необходимо было решить, идти дальше без него или послушать совета духа, который мог привести их к гибели...

Через полторы недели, собрав вещи и сделав все, что могли, Северные Волки были готовы выступать.

[Junay]

Шюрно - Нахашинские топи

 

Ожидание командира так ни к чему и не привело - он не появился. Возможно, дух был прав, на счет болот, а возможно, кости Хекса уже где-то грызли вездесущие фенеки. 

Так или иначе, наемники почли за лучшее (было би оно лучшим?) отправиться на болота в поисках своей судьбы (ну и потрошителя заодно).

Нельзя сказать, что Рико  вдохновляла идея прохлаждаться на болотах. За последнее время, он прижился в Шюрно и полюбил этот доброжелательный городок.  Мысль, что придется его променять на вонючие топи, антиванца вгоняла в уныние. 

Рико молча двинулся вслед за остальным отрядом, по дороге выломав себе хорошую ветвь для дорожного посоха.  Радикулит его еще иногда беспокоил.

[Ettra]

Шюрно - Нахашинские топи

Все следующие дни бестолкового ожидания слились для Мэйрис в одну серую полосу. Она тянулась и тянулась, по кусочку уничтожая надежду каждую смену дня и ночи. Ничего не менялось, а слова сказанные ведьмой казались такими далекими, на гране слышимости, будто звучали в одном из череды одинаковых снов. Единственное, что они оставляли о себе на память - липкое тянущее чувство безнадежности и необъяснимой тревоги.
Мэйрис пыталась радоваться и приободриться, когда отряд выдвинулся в путь, но жалкие попытки не смогли стряхнуть с девушки пелену уныния. Еще одна потеря, после Атора, придавила ее к земле железным пластом, не давая ни стряхнуть его, ни поверить, что все станет хорошо.

Изменено 17 февраля, 2015 пользователем Алойя

[Карт(он)]

Спойлер

Окрестности - > Таверна

- ... и уверена, что ещё много кто заметит. Просто старайся быть собой и всё получится. Спасибо за компанию, сейчас мне нужно кое-что сделать и я обязательно тоже подойду к таверне. До встречи.

"Я и так пытаюсь быть собой рядом с тобой, аргх." - Ударил кулаком по лбу маг, упрекая себя в невозможности грамотно излагать мысли. - "Но меня заметят, уж я постараюсь, поверь." - и вернулся в таверну.

Шюрно => Нахашинские топи

То, что они пробыли больше нужного в Шюрно положительно сказалось на Вересе. Старое было им пройдено, а новая жизнь для себя начата. Парень выдвинулся налегке взяв с собой только самое нужное. Сейчас им надо было найти Хекса по странным наводкам Тумана и если Мейрис была так отчаянно уверена, что они найдут его в топях, то им ничего другого и не оставалось, ведь потрошитель был единственным ключом к спасению, теперь уже близких людей, ирония.

[Драккон де Морей]

Шюрно - Нахашинские Топи

 

У Стража вертелось лишь одно имя на языке. Мэйрис. Если бы не она, то наемники вряд ли отправились искать Хекса. Атаназ, поскольку был одержим могущественным духом при желании нашел бы их сам. Так что... Страж плелся за всеми, погруженный в свои мысли. Все эти дни он думал над словами ведьмы и все больше убеждался в том, что Освальд знает гораздо больше, чем говорит. А Зов? Что же, Зов, несомненно усиливался, поскольку Страж приближался к его источнику, хоть и мизерными шагами.

[Perfect Stranger]

Шюрно - Нахашинские Топи

 

...Им потребовалось несколько дней, чтобы вдалеке замаячил темный, почти черный высокий лес. Поначалу это была лишь полоска на горизонте, сокрытая туманом, почти невидимая, если не вглядываться в нее до боли в глазах. Еще через день она превратилась в ярко выделяющуюся посреди равнин неровную черную массу. А еще через два дня, когда копыта лошадей ступили на мягкую, пружинящую землю, поднимая из нее в воздух облака мерцающей пыли и мелкой мошкары, лес уже казался огромным. Он раскинулся так широко, что Шюрно рядом с ним выглядел маленькой точкой. Уже не оставалось сомнений, что наемники прибыли к месту своего назначения. Небольшая опушка вела вниз, в гигантский котлован, покрытый густыми рядами вековых деревьев, поднимавшимися далеко в небо и переплетавшими свои кроны так, что это походило на живую крышу из листьев и ветвей. Там, внизу, их ждала нескончаемая духота, влажность и неизвестность. Если Хексарион и вправду здесь, то как он вообще умудрился оказаться в таком месте? Кажется, добровольно войти туда не захотел бы и самый отчаянный искатель приключений. Ни дорог, ни тропинок не вело в низину, лишь ровный, гладкий ковер из трав и мха, кое-где перемежаемый зеркальными разливами воды, по краям поросшими камышом и осокой. Здесь, наверху, на опушке, можно было найти пожухшие кустики черники и земляники, но в это время года собрать с них хоть одну ягодку было невозможно. Задерживаться не было смысла, поэтому группа, молчаливо и мрачно переглянувшись, направила лошадей вниз, по склону, туда, где деревья стояли плотной стеной. Кони противились, ржали и вскидывались, мутным глазом кося на своих хозяев, будто предупреждая их, что стоит повернуть назад прямо сейчас... Может быть, именно лошади были умнее всех в этой ситуации. Но их, как и всегда, никто не послушал.

Спустившись вниз, путешественники оказались в почти кромешной темноте. Неба было не видно, под копытами коней хлюпала вязкая грязь, а единственным источником света были едва-едва пробивающиеся сквозь листву лучи полуденного солнца. После залитых светом равнин оказаться в полумраке, наполненном едкой вонью болотных испарений, было почти так же приятно, как окунуться с головой в сточные воды. Еще немного помогали светлячки, коих здесь было в избытке, но напуганные неожиданными и непрошеными посетителями, они торопились убраться с дороги. Тишина наполнилась звуками шагов, фырканьем лошадей и стрекотом сверчков, а где-то в стороне доносилось до ушей наемников стройное кваканье болотных жаб. Поистине отталкивающее место.

Как только отряд углубился в чащу, за их спиной что-то шевельнулось. Никто этого не увидел, да и не смог бы, но краем глаза им показалось, будто в воздухе что-то сдвинулось. Одновременно с этим пришло ощущение чего-то холодного, липкого и неимоверно противного, ползущего между лопаток. Мэйрис было хорошо знакомо это ощущение.

Взгляд.

 

ГРУППА ПОЛУЧАЕТ ЗАДАНИЕ: "МЕНЬШЕЕ ЗЛО"!

[Junay]

Нахашинские топи

 

Чвакк! Из  мерзкой жижи, протекавшей у тропинки, надулся громадный пузырь, и смачно лопнул, обдав Рико смердящей вонью клоаки.

Мужчина закашлялся и замотал лицо шарфом, но это ему мало помогло. Пробуя посохом перед собой землю на твердость, он следовал за остальными. 

"Милое место. Вонь, тучи кровопийц, чудовища, стрекозы... Поосторожней со стрекозами, на болотах они вырастают до чудовищных размеров и становятся агрессивными, да." - проговорил Тот, который.

Рико страдальчески вздохнул. Он ненавидел болота.

- Ну хорошо, мы пришли сюда... И что нам теперь здесь делать? - обратился он к остальным. 

Впрочем, он очень сомневался, что хоть кто-то из наемников знает, что нужно делать.

[Лакич]

Топи

 

Хлюп! Хлюп! Хлюп!

- Я говорила, насколько я ненавижу это болото? - Флавий нервно дернула плечом, фыркнула, а лошадь в ответ, заржав, все продолжала идти. Хорошо хоть, что небольшой опыт в таких путешествиях у нее все таки имелся - маска, мантия, плащ и перчатки не оставляли ни единого открытого места на магессе, однако даже такая "броня" не спасала от назойливого жужжания. Да и вид у нее был как у работорговца из страшного сна эльфа.

Хлюп! Хлюп! Хлюп!

- Я ненавижу болото, - наверное в сотый, если не тысячный завыла Алейра, гневно фыркнув. Дурацкие комары, дурацкие лошади, дурацкие наемники. - Что Вольферу вообще здесь делать? Ах, забудьте, это всего навсего риторический вопрос.

 

- Ну хорошо, мы пришли сюда... И что нам теперь здесь делать? - обратился он к остальным.

 

- Разведать местность, - сразу же включив внутреннего комиссара, отозвалась магесса. - Группой, всей. Затем, место, где можно передохнуть, разведывать... опять. Да, точно карты здесь требовать нельзя, однако хоть как-то нам надо ориентироваться. Вы же помните - зачем мы сюда пришли? Нужно найти этого идиота, ох... Простите, нашего командира.

Изменено 17 февраля, 2015 пользователем Лакич

[Ettra]

Нахашинские Топи

Мэйрис медленно оглянулась, проглотив ком в горле. Пустота. Одни лишь деревья плотной серо-зеленой стеной смыкались за спинами путников, скрывая от глаз небо. Только жалкие капли света могли пробиться сквозь густую листву и коснуться мягкой земли. Даже светлячков, которые, словно фонарики, сияли маленькими желтыми точками, почти небыло. Девушке казалось, что сам воздух вокруг загустел, прогнав все живое и заглушив звуки. Но ведь что-то смотрело, Мэйс чувствовала на себе мерзкий взгляд всей кожей, но едва повернулась наваждение спало. 
Фырканье ее коня разорвало тишину и заставило девушку вздрогнуть. Трусливый Песок не находил себе места, с противным хлюпающим звуком перебирая мокрую землю копытами. Золотистый бок под рукой Мэйрис сотрясала крупная дрожь и даже ласковое проглаживание не могло успокоить коня. Он, пожалуй, чувствовал себя не лучше хозяйки. Казалось, что он вот-вот вырвется и убежит в зеленое море листвы, лишь бы подальше.
В отличие от Песка, Мэйрис все еще старалась храбриться и не позволяла себе впасть в окончательное уныние. Она упрямо делала шаг за шагом, лелея погасший уголек надежды, который все еще не могла раздуть в пламя, но не потеряла на совсем. Шла, не смотря на топь, которая отчаянно сопротивлялась такой воле и тянула назад в свою пучину. Шла, не смотря на то, что от истощения и усталости едва могла переставлять ноги, только радуя болото, жаждущее получить в свои лапы отчаявшегося путника. Просто шла, даже когда цель пути стала казаться недостижимой мечтой, сказкой, которую она придумала, что бы не сдаться окончательно. И она не сдавалась, бросая вызов Нахашинским Топям.

- Ну хорошо, мы пришли сюда... И что нам теперь здесь делать? - обратился он к остальным.
- Искать. Он здесь, он жив. Он должен быть жив, - странно спокойным, даже бесцветным голосом сказала Мэйс и снова обернулась, убирая руку с бока Песка. - Вы чувствовали? Кто-то словно смотрит...

Изменено 17 февраля, 2015 пользователем Алойя

[Junay]

Топи

 

- Разведать местность, - сразу же включив внутреннего комиссара, отозвалась магесса. - Группой, всей. Затем, место, где можно передохнуть, разведывать... опять. Да, точно карты здесь требовать нельзя, однако хоть как-то нам надо ориентироваться. Вы же помните - зачем мы сюда пришли? Нужно найти этого идиота, ох... Простите, нашего командира.

 

- Посылай на разведку следопытов, если решила быть командиром. - криво усмехнулся Рико. - Пусть поищут следы Вольфера, а заодно и местность осмотрят. 

Он не рвался  бросаться в неизвестность и рисковать шкурой. Шансы того, что они здесь действительно анйдут потрошителя были минимальны. А болото - не тем местом, где он хотел бы сложить голову. 

 

- Вы чувствовали? Кто-то словно смотрит...

 

Сова передернул плечами. Он не чувствовал ничего, кроме усталости. 

- Если это смотрит не Хекс, то можно и внимания не обращать. Здесь у нас только одна задача - найти потрошителя. 

Изменено 17 февраля, 2015 пользователем Junay

[Лакич]

Топи

 

- Посылай на разведку следопытов, если решила быть командиром. - криво усмехнулся Рико. - Пусть поищут следы Вольфера, а заодно и местность осмотрят.

 

- Я не буду никого посылать на глупую смерть в неизвестности пока мы не найдем такое место, где смогли бы передохнуть, - жестко ответила магистресса, кивнув святоше. Все таки его слова были не такие уж и бредовые - следопыты должны идти вперед, чтобы разведать местность... Ну, или умереть. Что вы хотели от комиссара? 

 

- Вы чувствовали? Кто-то словно смотрит...

 

- Мэйрис... Точнее милашка, конечно тут кто-то на нас смотрит - мы на чертовом болоте, как ты не понимаешь? - магесса чуть ли не сорвалась, каким-то чудом не перейдя на крик. - Всякие ящерицы, крокодилы, которые так любят храмочатину, и много другой живности, - Флавий фыркнула, а лошадь магессы, заржав, ускорила шаг... Точнее попыталась ускорить.

- Кстати, милашка и эльфийка, что думаете? Вы сможете разведать местность и при этом вернуться? Или же все будет как в Шюрно? Мы будем прямо за вами.

Изменено 17 февраля, 2015 пользователем Лакич

[Kykuy]

Топи Нахашина

 

- Был я как-то один раз в этих болотах, правда не внутри, а так, на границе. Ловили... пытались поймать одного опасного отступника. Бегали-бегали по окраинам болота по его следам почти неделю, все сапоги(да и не только сапоги) промочили, заработали кучу прыщей от укусов и обрели неповторимый запах помоев, говна и тухлых яиц, но его так и не достали. А на следующий день нашли его труп, перекушенный пополам и без головы. Аллигаторы, чтоб их... Правда, тогда я не знал, как их называть вообще, - тирада Освальда сменилась ругательством, когда он не очень осторожно сделал шаг и его едва не засосало к чертям в болото.

 

- Вы чувствовали? Кто-то словно смотрит...

- Кто-то всегда смотрит. Или животное какое, или хищник, там, крокодил какой, а может, один из этих огоньков, которые здесь в избытке..., - храмовник на секунду остановился, чтобы поправить поводья светло-коричневого коня, которого он по наитию души назвал Блинчиком. Ну, такой приземистый и широкий...

 

- Кстати, милашка и эльфийка, что думаете? Вы сможете разведать местность и при этом вернуться? Или же все будет как в Шюрно? Мы будем прямо за вами.

- Нет, милая Алейра, разведывать нам нужно вместе, а то получится, как в Шюрно. Вспомни, мы не могли даже просто собраться в таверне все вместе, - он покачал головой. - Хмм... смотрите! Кажется, вот один из этих болотных огоньков. Может, он-то нас и приведёт к хорошему месту для ночлега?, - не обращая больше внимания на остальных, Освальд потопал за шариком

 

Освальд - поиск пути(при помощи огоньков, ня!)

Изменено 17 февраля, 2015 пользователем Kykuy

[Ettra]

Нахашинские Топи

- Пусть поищут следы Вольфера, а заодно и местность осмотрят.
- Кстати, милашка и эльфийка, что думаете? Вы сможете разведать местность и при этом вернуться? Или же все будет как в Шюрно? Мы будем прямо за вами.

- Я пойду. Возьми его, пожалуйста. - Мэйрис похлопала Песка по шее и передала поводья Рико.
С мрачной решимостью девушка переступила корень крючковатого дерева, скрываясь от взглядов отряда. Деревья обступали со всех сторон, сдавливая, сгоняя девушку с островков твердой земли в зловонную болотную воду. Она то и дело заливалась в сапоги, затрудняя шаги, но Мэйрис не останавливалась, пока между деревьями не мелькнуло что-то странное.
Болотные огоньки, конечно. Она видела такие на пути к Грейвену, когда тоже пришлось продираться через топи.
Сияющая точка подпрыгнула на месте и вильнула в сторону, скрывшись за широким деревом. Он звал за собой, манил, словно безмолвно обещал привести к самому желанному. И, не раздумывая, Мэйс пошла за ним. Может быть все будет как в той сказке, что однажды рассказывала старая Тира? В ней влюбленные, потерявшись на болоте, нашли друг друга только благодаря огонькам, что вывели их к древним руинам посреди топи.

Поиск (с огоньками)

Изменено 17 февраля, 2015 пользователем Алойя