World of Darkness: Vampire. Красная Хартия

[Фолси]

 

 

Спойлер

Марибор, Собор Иоанна Крестителя, 1:12 a.m.

 

Плотная тишина давила на перепонки, заполняя своей пустотой алтарное помещение. Цветастые витражи, которые играли бликами весь день, теперь померкли и укрылись в складках тени, словно погружённые в беспечный сон. Пустые ряды длинных скамеек тоже затопила тьма. Облитые позолотой ангелы гордо трубили о Его возвращении, в то время как сам Творец с укоризной взирал на одинокую фигуру, стоящую у алтаря. 

 

Сначала могло показаться, что мужчина искренне молится. Глаза плотно закрыты, ладони сложены, губы усердно шепчут невесомые слова. Мольба столь истовая, что время от времени голова чуть вздрагивает от напряжения, и витой локон каштановых волос падает на левый глаз. Спустя несколько минут разговора с Богом (или с самим собой?), посетитель видимо обозлился, от чего глубокие морщины изрезали молодое, но очень бледное лицо паутиной хищных росчерков. 
 
- Прекрати! - раздался красивый, сильный голос, набатом разорвавший тишину внутри алтарной. Мужчина разомкнул ладони лодочкой, и между ними заплясал крохотный зелёный огонёк. - Уходи, оставь меня! 

Резкий взмах руками, словно гневная попытка плеснуть Ему в лицо водой - и все свечи алтарной вспыхнули, зарделись шипящим изумрудным пламенем. Чуткому уху могло показаться, что в этот миг тишину наполнили крики страшной боли и вой глубокого отчаяния. Сильно запахло серой. 
 
Инферналист медленно отвёл упавшую прядку со лба, с неким торжеством поднял голову, вздёрнув подбородок, и с вызовом упёр свой взгляд Ему в лицо. Вернее, в скорбный, хмурый лик. Зелёное пламя послушно отразилось в двух изумительных глазах: тёмно-карем правом и ярко-синем левом, не в силах исказить их цвет своим гнилостным оттенком. 
 
- Ты всегда был равнодушен к страданиям своих детей, - медленно процедил разноглазый, чувствуя, как затопившие пространство крики начинают звучать надрывней. - До сих пор не понимаю, почему они раньше не отвергли тебя. 

Горящим взглядом мужчина поочерёдно смерил каждую из статуй замерших ангелов. Но тут за спиной раздался едва различимый шорох. 
 
- И ты уже здесь. Очень хорошо, - с явным облегчением молвил колдун, опуская голову, словно от стыда. - Я нашёл их, Дилан.
 
Обманчиво расслабленно рассевшийся на скамье мужчина только иронично улыбнулся в ответ. Весь его облик говорил о небрежности, от не до конца затянутого галстука и полурасчесанных волос и до складок распахнутого плаща, сложенными крыльями ложившегося по бокам Дилана. Но внимательный взгляд сразу же отметил бы, насколько выверена эта нарочитая небрежность, до последней складки одежды и миллиметра кончиков волос. Качество и чистота ткани, покрой, даже ухоженность ногтей при прочем намеренном асоциальном виде неоспоримо говорили о приверженности мужчины к порядку, скрытому в кажущемся хаосе. "Совы не то, чем кажутся." Если бы у Дилана был девиз, то определенно именно такой.

- Иногда мне кажется, что кто-то наивно подшутил над бедным мясом, сказав, что мерзкие исчадия Ада и Тьмы не могут входить в святые места. Хотя... может само место не такое уж и святое?

Ирония в голосе мужчины резала не хуже его же клинков.

- Ты позвал и я пришел, - пожатие плечами было скорее намечено чуть шевельнувшимися мускулами, чем исполнено на самом деле. - Как и всегда.
 
- Не такое и святое.. - эхом откликнулся разноглазый, развернулся лицом к собеседнику и, сделав несколько уверенных шагов, сел рядом с ним. Немного чопорно выпрямил спину, словно высмеивая пафос окружающей мужчин дешёвой роскоши. - Либо наше дело ещё более правое, чем мы привыкли считать.
 
В этот момент приглушённые крики, что доносились откуда-то издалека, совсем затихли. А ровный, нагловатый в своём уверенном спокойствии пламень свечей заметно дрогнул. Колдун прикрыл глаза, наморщил лоб - ну точно человек, что борется с головокружением.

- Слишком тихо, - глухо отозвался разноглазый. - Тишина пугает. Возвращает меня к мыслям о том, что ждёт нас после окончательной смерти.
Он потёр глаза и устало откинулся на жёсткую спинку резной скамьи.

- Ритуал готов, откладывать больше нельзя. Если нам хватило сил, чтобы осквернить святое место, значит настала пора выходить из тени. - вампир снял с пальца массивную печатку с затейливым рисунком, изящно вырезанным прямо на поверхности. - Талисман поможет тебе отследить беглецов. Демоны Катрины помогут их поймать. Ступай.

Разноглазый медленно поднялся, пропуская бывшего охотника, и протянул ему кольцо. Которое было принято с непринужденной грацией смертоносного хищника, когда мужчина ухитрился одним плавным движением встать, поправить полы плаща, забрать с ладони кольцо и не забыть в процессе уважительно, но с достоинством, поклониться.
 
- Катрина, сколько лет, сколько зим, - с чудесно многозначной интонацией проговорил Дилан, и в его серых глазах мелькнули зеленые искорки. - Это будет...интересно.

Кивнув на прощание разноглазому мужчине, Дилан не глядя шагнул в тень и растворился в ней, словно сахар в крутом кипятке: мгновенно, беззвучно и без всякого видимого следа. Его враги редко видели свою смерть в лицо, обычно последним ощущением был убийственный холод его клинков или укус пламени, точно такого же зеленоватого оттенка, как и у его...наставника? Повелителя? Мастера? Наверное, все сразу. Определенным оставалось только одно - он выполнит указанное. Ибо совиные крылья страха лишь избранным дают право летать в час, когда придет время рвать ангелов на куски.
 
Колдун ещё немного постоял, без лишних слов прощаясь с соратником. Карий и синий глаза пытливо созерцали темноту, и вот клочья мрака наконец рванулись изо всех углов к одинокой фигуре. Опутали её темными тенетами, сжали, подмяли под себя. Но только лишь затем, чтобы в ужасе отпрянуть в стороны, когда из сетей вырвался крупный ворон с рыжими подпалинами. Птица пробила витраж и под его трагичный перезвон скрылась в ночном небе.

Начало положено. Время скрестить мечи. А позолоченные ангелы исходили кровавыми слезами, оплакивая чью-то участь.

Кроме бессмертия, они отличались еще и поглощенностью своими мыслями.
Каждый из них представлял собой отдельную силу –
ни о чем не спрашивая и не интересуясь природой собственного существования,
действуя вслепую и свирепо, они шли к исполнению своей воли.
И они проиграли.

Рано или поздно наступает момент, когда уже нельзя бежать. Ты просто это понимаешь. Чувствуешь, как разгорячённый беспокойством лоб наконец-то упирается в высокую, холодную стену. Остаётся лишь одно - развернуться и встретить свою судьбу.

Каким бы ловким и опасным зверем ты ни был, Алехандро Астурия, но охотников всегда было больше. Твоя территория, знание троп и скрытых нор всегда давали преимущество. Но грубая сила ломает самые отработанные схемы, тебе ли этого не знать, гангрел. Жестокая рука затягивает поводок всё туже, патрули частой сетью прочёсывают леса, неумолимо приближаясь к логову. И вот дюжина теней рассекает ночь, желая одного - твоей холодной крови.

Интересно, что чувствовали жертвы твоего безумного сира, Роберт Миллиган, когда он свежевал их заживо? Знание о том, что его намерения были исключительно благими, могло бы их утешить? А о чём думаешь ты, беглец, когда видишь в глазах окруживших тебя вампиров злое торжество? Они ведь тоже исполняют закон, их дело правое. Но легче от этого не станет, когда тебя когтями будут рвать на части.

Любое сражение вызывало у тебя улыбку, ассасин Аскар ибн Надим. Витэ поверженных кружило голову, помогало забыть о том, что ты всего лишь падальщик. Теперь смотри, как жадно блестят чужие мечи - эти вампиры явились за тобой, их много, честь принесена в жертву эффективности. Готов ли ты исполнить последний танец смерти, ассамит?

Лилиан Нова, прекрасный цветок среди смерти и запустения оставленных руин. Ты воровала тайны у мёртвых - возможно этим и навлекла на себя беду? Вот только гончие не собираются тебя отчитывать. Как не собираются они и отпускать тебя. Их слишком много, ты видишь голод в мерцающих глазах - избавление, окончательная смерть не для тебя. Нет. Потому что в твоих жилах течёт кровь редкого клана, и каждый высокопоставленный немёртвый захочет приобщиться к его тайнам.

Извилисты оказались тропы твои, Триша Стоун. Ты знаешь, как несправедлива может оказаться ночь к своим детям. Но кровавые охотники, окружившие твоё логово, также об этом знают. И поэтому не повернут назад. Только твоя смерть станет избавлением для тех, кто поклялся вечность служить жестокому, несправедливому закону. Ну что поделать, такова игра. Ты ведь игрок, ласомбра. Ты оценишь.

Что ты чувствовала, Крис, когда твой байк взорвался от хлестнувшей его молнии? Что бы ты почувствовала, хлестни такие молнии тебя? Разумеется, гончие подготовились. Привели магов, против которых скорость не поможет, а красота для них давно перестала что-то значить. Расцарапай им лицо, гневная фурия. За миг до того, как тебе перережут горло.

Твоя жестокость шокировала стадо, Блез Северин-де-Шатильон. Но тем, кто загонял тебя в угол год за годом, тоже ведома жестокость. Ведома сила, ведом безудержный напор. Твои охотники не знают только одного - пощады. Увы, это не слабость.

Ты обратилась к запретному, говорили они. Просто повод, чтобы открыть охоту и добыть желаемое, понимала ты. Но, возможно, стоило прислушаться к этим обвинениям, Ника Литрас? Возможно, стоило обратиться к иномировым истокам за отчаянно необходимой сейчас помощью? Поздно. Гончих слишком много, никакой темпорис их не сдержит. Скоро твои тайны вырвут у тебя, беглянка. Вырвут вместе с кровью.

"Для семьи Джованни вы одинаково полезны что живым, что мёртвым" - девиз твоего клана, Коул Тёрнер. Но тебя преследует не семья, и живым ты охотникам не нужен. Любопытство - страшный порок, за которой можно лишиться не только носа, но и головы. Не нужно слыть прозорливым, чтобы прочитать в лицах окруживших тебя колдунов приговор. Некромант ты или нет, но против дюжины тремеров бессильны даже духи. Капкан захлопнулся.

Вас выследили. Окружили. Некуда бежать. Настал черёд принять последний бой и окончательную смерть.

 

Спойлер

• Роберт Миллиган (Табаджи)
• Аскар ибн Надим (Leo-ranger)
• Лилиан Нова (Laion)
• Коул Тёрнер (Selena)
• Мирана Зорич (Verina)
• Матеуш (Кайра)
• Ярослав Лебовски (Mad Ness)
• Грегори Томбстоун (The_Last_Nomad)
• Дилан (погиб)
• Катрина (Дарт Фолс)
• Франческа Валенти (Verina)
• Дин Фортунато (Табаджи)
• Драгован Станич (Дарт Фолс)
• Рудольф Маркштайн (Richard Zeidler)
• Финнегэн О'Каллахан (Кайра)

 

• Валериус Майер, наставник (Постоянство, Тауматургия, Тёмная тауматургия)
• Шабаш, клан Ласомбра (Доминирование, Могущество, Власть над Тенью)
• Горгулья Ферокс
• Ламия Валерия Мессалина
• Сабрина (племя гару), наставник (Анимализм, Превращение, Стойкость)
• Турул
• Брат Войцех, наставник (Прорицание, Стойкость, Некромантия)
• Клан Тореадор (Стремительность, Прорицание, Присутствие)

 

 

Спойлер

      

         

[Кайра]

Демоны  в итоги получают   свое подумал  Мэт.   - Правильно или нет   выбор  сделал, прощай старый друг,  он закурил еще одну сигару..  Ожидая    действий Майера

 

http://www.youtube.com/watch?v=yloUz9BD5z8

[Lord RZ]

Не должны мёртвые решать судьбы живых, не для этого мы продолжаем скитаться по миру, нет...

- Мы, катари, думаем по-другому. Если Демиург позволил такому случиться с нами - значит, это необходимо. И где сейчас он - когда это МЫ стоим тут и решаем? Если мы не должны? - Руди посмотрел на своих товарищей. На каждого. - Может, это было ошибкой - собрать столь разных личностей, которых объединял лишь Список. Но даже так...

Тореадор засмеялся посреди пекла.

- Даже так, черт дери, у Него получилась Любовь. Как? - вопросил он в небеса, смеясь. - Как ты это делаешь, даже когда ушел?

 

Лили и Коул. Мэт и Ческа. Руди и Драгован. Мира и Роберт. Кто скажет теперь, что это было случайно? Прижав к груди плюшевого зайчика, посреди ада смеялся сын клана Розы.

[Laion]

-  Майер ты  победил   сказал    бруха.  - Спаси    Лил  и  Аскара.

 

Ослышалась... Или нет?   Лил подняла голову, и посмотрела на бруху.  Нет, правда.   Когда она уже смирилась с тем, что должно произойти, неожиданно пришло спасение.  В том, что гаргулья,  ненавидевшая демонов и тех, кто им поклоняется, устроит им быстрое путешествие в Бездну, Лил почему-то не сомневалась. Еще месяц назад она бы только обрадовалась этому.   Но.. Как там говорил классик?   "Мы в ответе за тех, кого приручили." ?

 

Мне не нужен мир без тебя.

"Надеюсь, Майер остановит этот ужас...  Он должен знать, что делать... Надеюсь.

                                                                                                                                        Верю.

                                                                                                                                                 Люблю."

[Кайра]

- Даже так, черт дери, у Него получилась Любовь. Как? - вопросил он в небеса, смеясь. - Как ты это делаешь, даже когда ушел?

 

 

-  Я думал твой клан  знает ответ.   - Даже  умерев мы испытываем чувства, хотя наши сердца холоднее льда.

[Фолси]

Драгован

 

Что он мог предпринять? Летящий Грааль был похож на звезду, по странному капризу обречённого мира упавшую вверх. Крылатые массивные создания неслись навстречу Нубарусу, готовые к последнему бою. Готовые сложить увенчанные рогами головы в попытке искупить своё проклятие. 

 

Время остановилось для тремера. Совсем остановилось. Он видел, как священная реликвия описывает длинную дугу, и знал, чем грозит её падение в мраморно-белые когтистые лапы. Вряд ли горгулья облачилась в ризы ради красоты. Едва проводник истинной веры окажется у того, кто этой верой может карать и миловать..

Но сможет ли крылатый воитель остановить злой Рок? И если Валериус всё ещё не в своём уме, то почему старается обратить ритуал вспять, а не бежит подальше, чтобы выжить и снискать благодарность хозяина? Если кто и внушал доверие в благополучный исход, то это был именно маг, впустивший в мир его погибель. Кто открыл дверь, тот может её и закрыть, верно? 

 

Сосредоточив магию на кончиках пальцев, Драгован скрестил руки и вытолкнул раскрытые ладони вперёд. Один кинетический импульс отшвырнул Грааль прямо под ноги волочащегося в пепле Майера, второй должен был оттолкнуть молодого панка с пистолетами. Не дело мальчишке погибать за грехи бессмертных тварей. 

 

Валериус

 

Колдун дрожащими пальцами поднял Чашу. Сил не было даже на то, чтобы стряхнуть со святыни пепел. Тёплая поверхность артефакта пекла бледную кожу, но не обжигала. 

 

-  Майер ты  победил   сказал    бруха.  - Спаси    Лил  и  Аскара.

 

Разноглазый ничего не ответил - попросту не мог. Склеенные коркой крови губы пришлось бы разодрать в отчаянном усилии. К счастью, не все заклинания требуют жеста для своего воплощения. Крох силы Нубаруса и долгой концентрации хватило, чтобы пробить в пространстве брешь - это было возможно лишь тут, на одном из холмов Рима, где много веков назад возвышалось поместье Варро. Камни стен, уже давно вросшие в почву и обращённые в кости земли, до сих пор были исполнены тёмной силы, которую ещё живой колдун закладывал во все возможные сосуды магии, принося во славу Нубаруса обильные жертвы. 

 

И сейчас Валериус-Варро, сохранивший память обеих личностей, воззвал к этой затаённой силе, стал вытягивать её из земли, преображая в чистом пламени Грааля. Океаны первородной мощи, сокрытые в Чаше, поражали воображение. Где-то очень близко была угроза.. Кеминтири.. Валериус наклонил чашу, прижав её к груди, и широкий луч белого огня ударил прямо в Королеву Змей. Древняя вспыхнула что промасленный факел, упала в серый саван пепла и больше не шевелилась. 

 

Майер стал читать древнее заклятие на мёртвом языке - не вслух, конечно, но слова отчётливо раздавались в его сознании. Ламии, узрев гибель своей прародительницы, обратились в бегство. Войска Люсинды открыли в небо огонь, тщетно силясь поразить крылатую фигуру Дьявола. Время застыло для всех, пока Валериус стоял, прижав Грааль к окровавленной и ободранной груди, и старательно плёл из заклинаний острый меч, который бы разом пересёк чудовищную пуповину. 

 

Неизвестно, сколько вечных песчинок завершило свой бег, прежде чем колдун вскинул Чашу над головой. Вскинул.. и наклонил. Ёмкость полнилась белым сиянием, которое вдруг вытянулось в бесконечно длинный луч, пронзивший небеса. Жизнь луча была коротка, но за это время он успел рухнуть вниз, рассекая чудовищную пуповину между рыжим небом и порталом. Мистическое завихрение разваливалось на призрачные дуги и окружности, тучи рассасывались, являя сородичам тёмное ночное небо. Чистое от скверны небо. 

 

Перья с крыльев Нубароса вдруг стали опадать - сначала незаметно, затем всё отчётливей они целыми ворохами осыпались, ещё в плавном полёте обращаясь в лоскутья чёрного тумана. Но туман этот не рассеивался - плавно изгибаясь, он втягивался в чашу Грааля, бурлил в ней, словно желал выкипеть наружу, но не мог. Всё тело исполина рассыпалось, и каждый  пласт иссохшей кожи, каждая одеревеневшая мышца, каждое ребро расплывалось губительным туманом, который жадно всасывал в себя.. нет, уже не Грааль. Просто Чаша. Белое сияние сменилось зловещим багрянцем, по поверхности сосуда зазмеились чёрные прожилки. Кто-то из соратников Люсинды попытался открыть по разноглазому огонь - все пули просто останавливались в метре от мага и падали на землю. Вокруг Майера сейчас существовала только Пустота, столь схожая с присутствием Гистурга. Даже гравитации там не было места. 

 

Когда последние клубы чёрного тумана втянулись в Чашу, Валериус не захохотал, не стал крушить всё и вся, не принялся вещать о господстве над миром. Он просто упал на колени, устало повёл рукой в сторону Люсинды и её отряда. Тьма в Чаше вскипела, каиниты мигом побледнели, изгнанные за Грань.. и просто растворились. Та же участь постигла Ферокса и клин его сподвижников. 

 

- Я.. отправил.. их, - всё же разлепив губы, прохрипел колдун. - За несколько кварталов.. 

Трясущимися руками Майер протянул хартийцам Чашу.. 

- В ней.. начало.. нашей.. эры..

[Selena]

Почувствовав движение потоков силы, Коул открыл глаза, молчаливо наблюдая за происходящим, не выпуская Лил из крепких объятий. Его любимая, свет его души, она была рядом, и все остальное было уже не столь важно.

 

- В ней.. начало.. нашей.. эры..

 

- Какой эры? - негромко спросил Джованни, гляда в разноцветные глаза, - Что произойдет, если мы выпьем из Чаши? 

[Lord RZ]

- В ней.. начало.. нашей.. эры..

 

- Для начала - деловито заявил тореадор, подойдя к магу, доставая последний пакетик крови и зачем-то протягивая его Валериусу - ты должен умыться. Ну и там разодеться попафоснее. И весь такой красивый, со своим Горнилом Порчи, или как ты его теперь назовешь, при тысяче свечей, сверкая своими разномастными гляделками, устроить ритуал!

Руди попытался заглянуть в чашу. Он ерничал, но только тот, кто его знал, мог понять, что это от дикого мандража.

- За несколько кварталов? Ну тоже неплохо. Добрый ты, Валериус. Даже мне стыдно. А что там теперь? -  блондин с любопытством смотрел на посуровевший артефакт. Напряжение отпускало его, и руки подрагивали, пришлось опустить топор. Из-за ворота футболки выглядывал Торик.

[Leo-ranger]

о чем история Хартии умалчивает и что никогда и никому не будет известно - то, какие неимоверные усилия потребовались Аскару, чтобы его не приняло пораженный вид. За него задачу шокированного зрителя этого волшебного представления прекрасно выполнил попугай, который по окончанию принялся сотрясать воздух столь… впечатляющими выражениями, что не только дамам, но и мужчинам было под стать закрыть уши и покраснеть. Чего из-за некоторых особенностей своей кожи ассамит сделать не мог, а потому остался спокоен настолько, насколько это возможно. Он смотрел на чашу и почему-то верил Валериусу. Интуиция, лучшая подруга ассасина, подсказывала, что он не врет. Что в чаше действительно кроется начало новой эры.
- Ты хочешь, чтобы мы выпили оттуда?- осторожно уточнил он.

[Кайра]

Творилась  форменное безумие, но вроде они пока еще были    живы.

 

В ней.. начало.. нашей.. эры..

 

-   Мне   вот прошлая нравилась, пока не началась свистопляска с демонами, мне еще   с Люсиндой объясняться.   Дамочка  крута и желает твоей смерти.  Больше всего на свете.

[Laion]

 Я.. отправил.. их, - всё же разлепив губы, прохрипел колдун. - За несколько кварталов..

Трясущимися руками Майер протянул хартийцам Чашу..

- В ней.. начало.. нашей.. эры..

 

-  Что это значит? - Лилиан  посмотрела на чашу. Когда-то сияющая, она стала пугающе темной.. - Ты говорил Аскару, что собранная чаша избавит нас от власти Гистурга.. Но.. Она темная.  В чем заключается наша эра? Что произойдет с нами и с  теми, которых ты отправил за .. несколько кварталов?.. Люсинда вернется. Она  будет мстить? Она отправила аласторов на Крит..  Новая война?

[Фолси]

Валериус

 

- Какой эры? - негромко спросил Джованни, гляда в разноцветные глаза, - Что произойдет, если мы выпьем из Чаши?

 

- Какой.. пожелаете, - колдун бледно улыбнулся и без сил растянулся прямо в пепле, опустив чадящую Чашу рядом. - Вы уже.. пили. Уже.. часть этой силы. 

Майер на несколько долгих секунд прикрыл глаза. Левый рукав задрался и стало заметно, как бледная рука постепенно усыхает, словно лепесток над огнём. Схожие симптомы переживала и Лилиан после управления временем. Сила проклятия, которая поддерживала в Майере не-жизнь, порядком истощённая после явления Нубаруса, не выдержала резонанса Чаши. Возможно, именно потому, что разноглазый сам никогда не пил с её осколков. Он был.. не причащён. 

- Сила Падшего.. разделите её между собой. Сущность Нубаруса.. и святость Грааля.. уничтожили друг друга. Осталась только Сила..

Налетевший ветерок ласкал мёртвую кожу. Не ощущение, но истинная благодать, как глоток свежей воды пережившему радиоактивные осадки. 

- Не дайте.. Хартии.. пасть. Укажите отверженным.. путь. Надежду, смысл, - вампир закашлялся, но вместо крови между губ вылетал лишь прах. 

[Lord RZ]

- Док! - позвал Руди в тревоге. - Док! Что с ним такое! Дай ему хотя бы крови! Может, ее в горшок налить и пусть выпьет?

Тореадор беспомощно обернулся на Драгована.

 

- Не дайте.. Хартии.. пасть. Укажите отверженным.. путь. Надежду, смысл

- Да куда уж нам деться... Но -  что делать? Пить из этого?

[Кайра]

   -  Кто из вас хочет новую войну?   Спросил он остальных давайте покончим с ней здесь и сейчас

 

- Восставать против Камарильи,   строить новый мир?  Кто хочет потопить мир в огне:?

- Не дайте.. Хартии.. пасть. Укажите отверженным.. путь. Надежду, смысл

 

- Хартия уже пала     нету Дина  и многих, те другие найдут свой путь

[Mad Ness]

- Ну вы тут и устроили. А все надрывались: маскарад, маскарад, его нужно собляда... бюльдать! - Пародируя исполненный высокомерия голос вентру-юстициара, ворчал появившийся на холме цимисх. Как обычно, он был почти гол, но новый его образ немного отличался от прежнего. Роль шарфа и набедренной повязки, прикрывающей срам, ныне исполняли обмотки мумий, с которых до сих пор свисали клочья волос прежнего хозяина, а на голове, вместо шляпы, красовалась корона Нижнего Египта, додинастического периода.

Взглянув на блаженную сытую улыбку изверга, а также перемазанное в крови от пяток до ушей тело, можно было догадаться - проголодавшийся в бою зуло решил закусить первым, что подвернулось под лапы. Говорят, что истинное удовольствие тореадор способен познать лишь в руках скульптора плоти... Увы, ни один из тореадоров Камарильи так и не вышел на поверхность, чтобы поделиться пережитым счастьем с миром, но Ярослав был уверен, что им понравилось, иначе отчего они так громко и задорно вопили...

- Новая эра, говоришь, - Нетрезвый, - не иначе от эндорфинов из крови осчастливленных извергом тореадоров, - взгляд уперся в вещавшего Валериуса. - К черту новую. Хочу мрачное средневековье, двор на тысячу душ, да заварушку с оборотнями, чтобы тапки пошить. Я, может, принял становление только потому, что у меня ночами ноги мерзли... Просто не трогай ничего. Если мир стоит, значит в нем все как надо. - Философски, что для его состояния не удивительно, пожав плечами, Ярослав устало присел на один из обломков. Втянув полный дыма, серных испарений и запаха горелой плоти воздух, он подмигнул хартийцам. - Рассвет встречать будем? Недолго осталось...

[Lord RZ]

- Восставать против Камарильи,   строить новый мир?  Кто хочет потопить мир в огне:?

- Да это она на нас восстала. Я ведь и так шабашит. А с тобой разве хорошо обошлись? Ни в чем мы мир топить не станем. Сами ведь знаем, каково это. Будем искать таких же, как мы.

 

- Ну вы тут и устроили.

- А вот и Чикатило явился. Жив и незамутнен -  улыбнулся блондин. - Дела налаживаются.

[Кайра]

- Да это она на нас восстала. Я ведь и так шабашит. А с тобой разве хорошо обошлись? Ни в чем мы мир топить не станем. Сами ведь знаем, каково это. Будем искать таких же, как мы.

- Я  то нет,     все  жизнь с ним воевал,    представь, а теперь стою болтаю

 

 

- Знаешь мой  клан  уже строил новый порядок,  Совет   Брух  и  все   перегрызлись между собой, а  потом  еще  их  по одному съела одна старая носферату.

 

 

-  Ну  еще у Люсинды моя жена.

[Фолси]

Валериус

 

Что произойдет с нами и с  теми, которых ты отправил за .. несколько кварталов?.. 

 

- Ничего. Пусть.. просто.. не мешают. Пока вы..- колдун чуть подвинул голову, указав взглядом на дымящийся кубок подле себя.

 

Она  будет мстить?

 

- За что? Вы.. спасли.. Рим. Убили двух.. анафем. В её интересах.. не угрожать.. вам.

Почему речь шла о двух анафемах, было понятно - тело Майера ссыхалось прямо на глазах. 

 

- Ты говорил Аскару, что собранная чаша избавит нас от власти Гистурга..

 

Разноглазый чуть дёрнул уголком рта, словно тщетно пытался усмехнуться.

- Такие души.. ему не проглотить. Он.. остережётся. Ведь в Чаше.. ещё есть место..

 

Она отправила аласторов на Крит..  Новая война?

 

- Она.. лгала. Все аласторы.. были здесь. Я видел.. грех лжи в её душе, - Валериус устало прикрыл веки. - Война.. или мир. Что.. пожелаете. Я дал.. ресурсы, Силу.. Цель - только ваша. 

 

- Ты хочешь, чтобы мы выпили оттуда?- осторожно уточнил он.

 

- Да. Если хотите, - прошелестел ответ. 

[Кайра]

- Она.. лгала. Все аласторы.. были здесь. Я видел.. грех лжи в её душе, - Валериус устало прикрыл веки. - Война.. или мир. Что.. пожелаете. Я дал.. ресурсы, Силу.. Цель - только ваша.

 

- Никому в нашей жизни нельзя верить даже вентру.    А ведь они чуть ли не рыцари нашего темного мира. Он облегченно вздохнул и расправил плечи.

[Selena]

- Рассвет встречать будем? Недолго осталось...

 

- Будем, Ярослав, будем. Как же иначе. - коротко кивнул Джованни, бегло оглядев цимисха, - Вижу, ты повеселился на славу. Ну и мы... развлекаемся.

 

- За что? Вы.. спасли.. Рим. Убили двух.. анафем. В её интересах.. не угрожать.. вам.
Почему речь шла о двух анафемах, было понятно - тело Майера ссыхалось прямо на глазах.

 

- Насколько я помню, Люсинда лишь хотела свободы Рима и смерти Майера и Кеминтири. Все условия выполнены.. почти. - мягко поцеловав Лилиан в щеку, Коул отстранился, подходя к Валериусу и опускаясь рядом на корточки. - Я выпью из Чаши. И тогда рассвета можно не бояться. - протянув руку, некромант забрал из руки Майера потемневший сосуд, и поднес к губам, делая глоток клубящегося в ней тумана.

[Lord RZ]

Руди смотрел на Драгована.

- Вот,  Жечко, если ты искал справедливости, то теперь можешь ее получить. Хочешь  - мири всех, а хочешь - по башкам нахлопай. Ты хоть знаешь, что с этим делать. Я бы рад был, да вот...

Он вздохнул.

- Кровь моя проклята. От шабаша-то меня горшок небось не отвяжет? А?

[Кайра]

-  Что  будет если я выпью ?     Спросил он мага.   "  Тут сыграла практичность польского крестьянина"  -  Какая сила?    

[Фолси]

Драгован

 

- Док! - позвал Руди в тревоге. - Док! Что с ним такое! Дай ему хотя бы крови! Может, ее в горшок налить и пусть выпьет?
Тореадор беспомощно обернулся на Драгована.

 

Тремер присел возле  бывшего лидера хартийцев. Серб испытывал странное желание взять разноглазого за руку, словно безнадёжно больного и доживающего последние минуты.

- Я думаю, он использовал Грааль.. против воли артефакта. Это откат, - Станич кивнул на усыхающую плоть. - Скоро проклятие Каина его оставит. 

Холодно и бесстрастно, как неоднократно озвученный диагноз. Но почему-то рука серба лишь крепче сжала ладонь Руди. 

- Мы не будем пить, - вдруг твёрдо сказал вампир, повернувшись к остальным сородичам. - Мы с Рудольфом не созидали Хартию. Мы.. это просто мы. Не нам использовать плоды чужих трудов.. ведь так? - серые глаза с немым вопросом посмотрели в карие. 

[Lord RZ]

Не нам использовать плоды чужих трудов.. ведь так? - серые глаза с немым вопросом посмотрели в карие.

- Да я и не могу, наверное. А тебе бы не помешало. Тогда я хоть волноваться за тебя не буду. - Блондин кротко смотрел на тремера. - Я же знаю, тебе во зло не пойдет.

[Leo-ranger]

- А вот я выпью,- неожиданно просто ответил Аскар, аодходя ближе к Коулу, стал ждать, пока некромант передаст ему сосуд. Ассамит был необычайно умиротворен сейчас, а мысли занимало не то, чем он собирается заняться, получив такую власть, но что будет, если и Периклу дать глотнуть немного тумана. Самую малость.
- А что если из чаши выпьет кто-нибудь… смертный?- задумчиво разглядывая Грааль, уточнил сын Надима. Будет забавно иметь всемогущего попугая в питомцах…
На самом деле, за этими шутливыми размышлениями ассамит скрывал то чувство, что давно покинуло его - или ему так казалось - убийца сомневался в правильности того, что делает. Нет, Хартия не должна распаться и Хартии нужны сильные вампиры… по-настоящему сильным же можно стать, лишь выпив из чаши. Но все же… может быть лучше оставить все как есть?

[Фолси]

некромант забрал из руки Майера потемневший сосуд, и поднес к губам, делая глоток клубящегося в ней тумана

 

Обжигающий холод растёкся по жилам некроманта. Не колючий мороз, от которого нет спасения, но освежающий порыв с далёких ледников. Плечи словно раздались вширь, тело переполняла эйфория  и пьянящая лёгкость. Витэ полнилось новообретённой силой. 

- Укрепил.. проклятие. Повысил.. поколение, - пояснил свои действия Майер. Получив в свои руки Грааль, он сделал самое простое - обратил творящую силу божественного артефакта в силу, укрепляющую Дар Каина. Сколько поколений могла понизить сущность поглощённого Нубаруса? Сейчас Коул был бы сравним если не с Августо, то с Амброджино или его гипотетическим потомком - точно. 

 

-  Какая сила?

 

Валериус глазами указал на Коула.